Прода

— И не только она.

— Вот именно, Александр, вот именно!..

Раздавив пальцами кусочек ветчины, Михаил Александрович обнаружил, что он машинально начал "раздевать" уже вторую канапешку, бездумно наращивая сырно-хлебно-мясную пирамидку в высоту. Раздраженно отодвинув от себя своеобразное строение, начинающий зодчий поднялся и немного посамовольничал в кабинете друга — безошибочно отыскав, раскрыв и осиротив встроенный бар на одну бутылку крепкого ликера "Егермейстер" от Русской Дальневосточной компании. Так-то в баре много чего было, но на "Вдову Клико" поручик-артиллерист лишь поморщился, а богатый выбор французских коньяков его не заинтересовал — ликер же запал ему в душу еще во время памятной охоты на амурских тигров. Подцепив лопатообразной ладонью пару стопок, молодой Романов шумно вздохнул и куда тише закончил свой монолог:

— Слишком много выходит совпадений, допущений и всяких несуразностей: я не могу выстроить связную картину, и меня это весьма и весьма огорчает. Ведь если Сандро прав со своей интригой... Ты же понимаешь?

Пренебрежительно фыркнув, князь Александр заметил:

— Смею тебя заверить, Мишель, что в смерти генерал-фельдцейхмейстера Михаила Николаевича никакой интриги нет. И причины, по которым твои дядюшки почили в бозе, тоже вполне прозаические: к примеру, бывшего генерал-адмирала Алексея Александровича до могилы довела его чрезмерная любвеобильность — и уверенность, что его титул что-то значит для французов. Но то, что легко сошло бы ему с рук в империи, в Третьей республике обернулось выстрелом из охотничьего ружья в живот... Если я все правильно помню, там даже мужа-рогоносца не стали как-то наказывать, не сумев доказать его причастность к преступлению.

Вдыхая аромат весьма статусного и недешевого ликера на пятидесяти травах, кореньях и даже апельсиновых корочках, родственник плохо умершего дядюшки-кастрата неохотно пробурчал:

— Верней сказать, его отпустили через два года, по завершении следствия. А что с покойным Сергеем Александровичем?

— Тоже никакой тайны: он протолкнул закон об охране природы и обязательных очистных сооружениях, первыми от этого закона пострадали московские купцы-текстильщики... Вот только устранение твоего дядюшки им мало чем помогло: скорее уж, они оказали большую услугу Витте, который тут же распространил действие этого закона на все металлургические и химические предприятия империи. Собственно, ты и сам прекрасно это знаешь?

Опрокинув в себя тягучий коричнево-черный напиток, Великий князь несколько мгновений смаковал травянистую горечь и сдержанную пряную сладость крепкого ликера, и только после этого согласно кивнул:

— Знаю: но мне нужен твой взгляд.

— Ну, изволь... Касательно долгоиграющей интриги против братьев-Михайловичей мы еще поговорим, а вот смерть их отца была вполне естественна для человека, с грацией бегемота влезшего в тихую свару двух ведущих европейских держав.

Вскинув брови, Михаил изобразил лицом один большой вопрос — получив в ответ взгляд, полный скрытого укора:

— Мы же с тобой разговаривали на эту тему...

— В пятнадцать лет? Да меня тогда куда больше занятия по активным переговорам занимали, и военные игры!

— Гм-гм. Ну хорошо, мне не сложно... В самый первый раз я начал интересоваться покойным генерал-фейдцейхмейстером, генерал-фельдмаршалом и даже председателем Государственного совета после того, как тот весьма изящно подправил первый казенный подряд моей Русской оружейной компании — дополнив уже утвержденные сметы и перечни работ всего лишь капитальной модернизацией Пермских пушечных заводов. Можешь представить, как я был счастлив такому доверию... И какими словами поминал председателя Госсовета в своих мыслях.

— Да уж представляю. Это твои недоброжелатели постарались?

— Как ни странно, но нет: на Пермский артиллерийский положил глаз сам покойный Михаил Николаевич. И уж раз уж нашелся такой дурачок, что взялся сделать полную реконструкцию на уровне лучших европейских артиллерийских производств... К слову, Мишель, это общая беда всех Великих князей и Великих княгинь-Романовых: обыкновенно им плевать на любые неудобства, которые они вольно или невольно устраивают для других людей. Ты и твои сестры — приятное и весьма редкое исключение из этого правила.

Непроизвольно кивнув, младший брат государя-императора ухватил "Егермейстер", замаскировав нехитрыми манипуляциями с бутылкой свое едва заметное смущение от нежданной похвалы.

— М-да, так вот: начав проявлять интерес к генерал-фельдмаршалу, я отследил, как по его распоряжению списали со складского хранения и продали некоему бельгийскому дельцу два десятка стальных крепостных 9-фунтовых пушек и три дивизиона полевых 4-фунтовок — образца тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года. Так же его подчиненные без лишней огласки за полгода списали в тот же металлический лом дюжину тяжелых гладкоствольных гаубиц и мортир времен последней русско-турецкой войны, ядра, картечь и заряды к этим орудиям, пятьдесят тысяч передельных винтовок Карле с настоящей горой патронов к ним. Еще три тысячи совсем уж древних пистолей времен Отечественной войны, восемнадцать тысяч кавалерийских сабель устаревшего образца — ну и так, по мелочи. Я бы и не узнал об этом, но как раз в то время начал плотно заниматься производством пистолетов и винтовок, так что пришлось проявлять повышенный интерес к такой деликатной сфере, как торговля стрелковым оружием и артиллерийскими системами.

Слушая про небольшую негоцию двоюродного деда, молодой Романов спокойно смаковал ликер — даже и не собираясь отстаивать в глазах друга высокий моральный облик родственника.

— Спустя небольшое время возле побережья тогда еще независимого Судана последовательно пропали три стареньких транспортника, с грузами некоей маленькой бельгийской торговой компании. Вскоре у последователей суданского Махди появился весь тот "металлический лом" с боеприпасами, который они перевозили — и военные советники из отставных немецких и русских офицеров...

— О?!? Таких подробностей ты мне тогда не говорил!

— Я и сам узнал все далеко не сразу... Транспортники, к слову, потом все же нашлись: их ободранные до килей и шпангоутов остовы заметили в одной из бухточек суданского побережья. Что же до военных советников, то они были выкинутыми с действительной службы запойными пьянчугами и казнокрадами, однако дело свое знали туго: в первый визит к Омдурману английский экспедиционный корпус уперся в основательные земляные редуты и люнеты, усиленные железными листами обшивки с тех самых транспортников — против которых хваленая английская артиллерия и пулеметы Максима оказались бессильны. Зато пушки и гаубицы времен русско-турецкой войны отлично показали себя при стрельбе с закрытых позиций, заставив генерала Китченера в очень бодром темпе отступать до границы с Египтом. Причем днем его солдат донимала жажда и жара, а ночью — обстрел картечными гранатами и шрапнелью из 4-фунтовых конных орудий, и налеты суданской кавалерии на верблюдах...

— Хм, мне на занятиях в Михайловской академии рассказывали все иначе?..

Улыбнувшись, светловолосый выпускник Павловского пехотного училища пожал плечами:

— Ну, мы люди простые, говорим, как есть.

Хохотнув, ни разу не простой слушатель выставил лопатоообразные ладони в извинительно-оправдательном жесте. Мол: молчу!

— Тебе наверняка будет любопытным знать, что к найму русских офицеров, отставленных от службы по разным неблаговидным делам, косвенно приложил руку твой покойный ныне дедушка. Не без его участия списали и два десятка митральез, с изрядным количеством огнеприпасов к этим раритетам; но последней каплей для англичан стало приобретение доверенным человеком генерал-фельдцейхмейстера сразу двух десятков пулеметов Максима, причем прямо с их фабрики в Энфилде.

— Однако!..

— Я не знаю, высказывали ли англичане Михаилу Николаевичу какие-либо претензии за его предприимчивость. Но вскоре после того, как еще два судна с военными грузами бесследно пропали возле побережья Судана — он заразился холерой и преставился. Несколько его доверенных людей тоже... Не убереглись. Власти Третьей республики с негодованием отвергли все претензии Соединенного королевства насчет тайной помощи суданским дикарям, далее какое-то время английский бульдог и галльский петух обменивались дипломатическими шпильками, пока все это в итоге не оформилось в открытый Фашодский кризис.

Удивленно покрутив головой, тезка и родственник покойного генерал-фельдцейхмейстера ненадолго замер в недвижимости, укладывая в голове неизвестные доселе подробности давних дел. Затем пробормотал не утратившую актуальности и поныне древнеримскую поговорку:

— Cui bono... Ищи кому выгодно... А это точно французы?

Сквозь неплотно закрытую дверь в соседнее помещение послышался легкий скрежет и цоканье чьих-то когтей, и почти сразу же за этим появилась кудлатая голова крупной собаки, активно принюхивающегося влажной носопыркой. Проследив за улыбнувшимся другом, Михаил и сам не удержался от усмешки: уж больно забавно шевелилась и ерзала черная влажная носопырка любопытствующего пса.

— Слишком много косвенных признаков, Мишель. В Париже так старались показать, что не имеют никакого касательства к вооружению суданцев, что невольно перестарались: ни одного французского передельного ружья, ни одного военного советника — а ведь у них полно опытных отставников из Иностранного легиона, готовых за хорошую плату обучать кого угодно и чему угодно. Транспортники были дряхлыми калошами, но даже и они были приписаны к порту Антверпена. Но, пожалуй, самым замечательным моментом является то, что на все эти посудины были оформлены перекрестные страховки: в английском страховом консорциуме Ллойда, в пяти бельгийских страховых компаниях, двух германских и даже одной российской. И не только оформлены, но и получены, с большим запасом перекрыв все затраты на скупку военного хлама, приобретение транспортников и прочие хлопоты и расходы. На мой взгляд, это замечательный подход к планированию дел: доставить кучу неприятностей врагам фактически за их же счет! Когда я это понял, то был под большим впечатлением от подобного... Способа ведения дел. Более того: с той поры я сам стараюсь применять такой прагматичный подход везде, где только можно.

— Да, это вполне в европейском духе: одной рукой пожимать руку собеседнику, а другой шарить в его кармане... Друг мой, а не может быть такого, что пресловутое "отравление закуской" старшего сына генерал-фельдмаршала имеет те же корни, что и холера, свалившая самого Михаила Николаевича? Вспоминая ту твою "простуду" в феврале прошлого года, меня начинают одолевать нехорошие сомнения...

Фыркнув, князь приглашающе похлопал ладонью по своему бедру: получив столь явное дозволение, пес тут же ринулся к хозяину, мимоходом едва не вывернув из направляющих откатную дверь.

— Да уж какие тут могут быть сомнения, коли это вполне в стиле англичан: нет человека, нет и проблемы! Ну будет, будет тебе, Шаробаниус...

Погладив лобастую голову верного кобеля, Александр спихнул ее с бедра — однако пес-путешественник ничуть не огорчился, отправившись приставать к давно и хорошо известному хозяйскому другу.

— Вот только если принять за аксиому причастность англичан, сразу же возникает вопрос: почему они убирают исключительно тех Великих князей-Михайловичей, кто состоит на действительной военной службе? Покойный Николай Михайлович командовал Мингрельским полком, Сергей Михайлович ныне возглавляет Военно-Воздушный флот, Александр Михайлович глава Морведа...

С удовольствием поглаживая помахивающего хвостом собакена, двадцатилетний Романов подхватил и развил предположение друга:

— То есть тех, кто теоретически мог бы воспротивиться... Чему? Думаешь, имеет место какой-то заговор? Но как, и чем мог помешать гипотетическим заговорщикам убитый в Каннах кузен Михаил Михайлович? Он же вел простую жизнь, и мало интересовался политикой.

— В случае с твоим кузеном у меня сложилось такое впечатление, что в дело вмешался какой-то другой... Игрок.

Помолчав, член августейшей семьи негромко предположил:

— Дядюшка Вольдемар?

В доверительную атмосферу дружеской беседы бесцеремонно вторглась мелодичная трель внутреннего телефона, заставившая обоих мужчин синхронно поморщиться, а недовольного Шаробана басисто заворчать и улечься на ковровую дорожку так, чтобы видеть и хозяина, и его друга.

— Агренев у аппарата... Да, у меня. Непременно присоединимся... И вам всего наилучшего.

Вернув изящную трубку обратно в отформованную под нее выемку в столе, владелец вагон-салона известил хозяина другого салон-вагона, что их ожидают на общем обеде. Ну и что общества молодого поручика Романова домогается некий весьма настойчивый казачий хорунжий — после чего продолжил прерванный звонком разговор:

— Насчет участия именно твоего дядюшки не уверен, но знаешь — если подумать и повспоминать, то при жизни твоего отца существовала такая интересная организация как "Священная дружина ".

— Так ее же распустили?!

— Официально да, но вот что-то гложут меня смутные сомнения... Руководители Дружины — сплошь военные в немалых чинах и высшая аристократия. Четырнадцать тысяч добровольных помощников-агентов, свои источники финансирования, законспирированная структура управления — и все это разом взяло и исчезло без следа? Люди в немаленьких чинах старались, вкладывали в Священную дружину свои ресурсы и деньги, строили амбициозные планы: и вот, когда они только-только вкусили плоды своих усилий, им вдруг говорят — всем спасибо, мы закрываемся? Скорее уж можно поверить, что единая структура управляемо развалилась на несколько... Ну, назовем это клубами по интересам. И кому-то из таких клубов могло понадобиться усилить раздор между твоим дядюшкой и Сандро. Либо воспользоваться старыми связями и подставить дражайшего Владимира Александровича руками его же личной агентуры.

Растерянно потерев скулу, младший брат правящего императора признал:

— Это вполне возможно...

— У меня добраться до архивов "Священной дружины возможности нет: собственно, я даже не знаю, существует ли этот архив вообще.

Михаил понятливо кивнул и сделал мысленную пометочку — при первой же возможности поговорить со старшим братом. Словно чувствуя его настроение, в помещении заметно потемнело: это покачивающийся на стыках рельс состав на полном ходу влетел под густой снегопад, моментально ограничивший видимость из двух небольших окон.

— Черт, я хотел определенности, но все запуталось еще сильнее! Александэр, я знаю, как ты не любишь окунаться в придворные интриги...

Недовольно поморщившись, блондин с тигриными глазами демонстративно вздохнул:

— Так и знал, что ты меня потянешь на дно...

И тут же усмехнулся, едва заметно кивнув на пустые рюмки.

— Вообще, мне и самому очень интересно, кто стравливаем между собой разные ветви Дома Романовых... Но не жди быстрого результата, Мишель.

— Что ж, подожду: лишь бы тайное не стало явным слишком поздно.