Непредвиденные встречи

Охэйо наконец задумался о том, чьими глазами он смотрит на всё это и переместился к "медведю", глядя на мир уже его глазами. Перед ним сидел другой член экипажа — существо, напоминающее гигантскую многоножку с переливающимся хитиновым панцирем. Её сегментированные лапы ловко перебирали клавиши пульта, а фасеточные глаза отражали голубоватый свет экранов.

— Статус сканирования? — прорычал "медведь". Язык его был обычным галактом, и Охэйо понял, что это точно не пришельцы, отнюдь.

Многоножка повернула голову, щелкнув жвалами.

— Обломки идентифицированы, Тыгх. Класс — тяжелый крейсер cарьют, точнее был. Энергосигнатуры слабые, но есть. Возможно, выжившие.

— Или ловушка.

Аннит почувствовал, как мышцы спины непроизвольно напряглись. Хозяин тела явно нервничал.

— Приближаемся к командному модулю. Готовь абордажную команду.

"Отлично..." — мысленно усмехнулся Охэйо. Если они выйдут в открытый космос, у него появится шанс.

— Абордажные дроны подготовлены.

Охэйо понял, что этот вариант отпадает. Попасть на борт он не сможет, зато дроны быстро найдут и расстреляют его покинутое тело. Увы — пресечь это он мог лишь войдя в чужое тело, а такой вариант был чреват различными проблемами, в основном для владельца этого тела. Например, если к нему обратятся с вопросом, на который его новый владелец не сможет ответить, ибо, хотя сарьют и могли занимать чужие тела, доступа к их памяти у них не было. Они могли видеть, что думают другие существа, — но только находясь "снаружи". Стоило же "провалиться" в тело, — и оставалось рассчитывать лишь на его органы чувств, да ещё на свою память. Реакция же на появление незнакомца в чьем-то теле могла быть очень грубой, — вплоть до выстрела в упор или обряда зкзорцизма.

Как ни странно, они оказались вполне действенными, — Неделимую Сущность и впрямь можно было изгнать, причинив сильную боль её носителю. С точки зрения сарьют, занятие это было бессмысленное, так как изгнание лишь помогало им занять какое-то другое тело. Но с увечьями, причиненными владельцу тела, всё равно приходилось считаться и не проявлять своего присутствия явно. Что в тесной кабине космического корабля было довольно затруднительно. Правда вот и особого выбора не имелось, ибо Аннит не имел никакого желания и дальше болтаться в пустоте. Он сосредоточился и рванулся вперед. Короткий миг падения — и он очнулся уже в новом теле.

Охэйо ощутил тяжесть чужого тела, непривычное количество конечностей, странное давление на спину — видимо, от сиденья. Глаза медведя-гуманоида сфокусировались на панели управления, усыпанной мерцающими индикаторами. В ушах (если это были уши) стоял гул работающих систем, а в груди вибрировало что-то массивное — то ли сердце, то ли энергореактор.

"Ну вот, теперь я — космический медведь", — с горькой иронией подумал Аннит. Он уже понимал, что это изделие, марьют, только не гуманоидное.

— Я передумал, — сказал он. — Отмени запуск дронов.

Но тут многоножка внезапно замерла, а затем резко развернулась к нему.

— Тыгх... что-то не так.

Фасеточные глаза сверкнули подозрительно.

— Твой голос. Он... другой.

Аннит понял, что допустил ошибку. Он не учел, что у этих существ, возможно, более тонкий слух, чем у людей.

— Просто устал, — попытался выкрутиться он, но многоножка уже подняла передние лапы в предупредительном жесте.

— Ты не Тыгх.

Она нажала что-то на пульте. В следующее мгновение по кораблю пронесся пронзительный вой тревоги.

"Вот и всё", — с досадой подумал Аннит.

Он резко рванулся к многоножке, намереваясь хотя бы оттеснить её от панели управления, но тело не слушалось. Мышцы свело судорогой — хозяин сопротивлялся.

"Выходи!" — заревел медведь изнутри собственного сознания.

Аннита пронзила острая боль — Тыгх нажал на что-то, и по телу ударил разряд. Электрошок.

Боль пронзила сознание, но тьма не поглотила его до конца. Аннит цеплялся за чужое тело, чувствуя, как медведь-гуманоид борется с ним изнутри. Электрошок должен был выгнать его, но Охэйо знал — если он сдастся сейчас, то очнётся в своём скафандре посреди пустоты, а потом его изгонят насовсем, и тогда Бездна заберёт его навсегда.

"Держись, тварь!" — рычал хозяин тела, но голос уже звучал глухо, будто из-под воды.

Аннит сосредоточился. Он не был простым духом — он был сарьют, Неделимой Сущностью, и если уж вошёл в плоть, то выгнать его было не так-то просто. Он сжал чужую волю, как тисками, и медведь на мгновение затих, подавленный.

"Ты... не можешь..."

"Могу", — мысленно ответил Охэйо.

Тело дрогнуло, но подчинилось. Он из последних сил потянулся к переключателю на грудной панели — и успел щелкнуть им, прежде чем тьма поглотила его вновь.

..........................................................................................

Электрошок отключился и Аннит пришел в себя. Перед ним мельтешили сигналы тревоги. Многоножка-пилот металась у пульта, её хитиновые лапы лихорадочно щёлкали по кнопкам.

— Тыгх! Что происходит?!

Аннит ухмыльнулся — насколько это позволяла чужая пасть.

— Смена курса, — прохрипел он.

Медвежья лапа ударила по панели, и корабль резко развернулся. Многоножку с грохотом швырнуло в стену, а в следующий момент Аннит уже вводил координаты.

— Активирую стыковочные магниты.

— Нет! — завизжала многоножка, но было уже поздно.

Корабль дёрнулся, и через иллюминаторы стало видно, как к нему медленно приближается остов командного модуля его родного крейсера. Многоножка попыталась броситься на него, но Аннит основательно треснул её, и существо скрючилось, шипя.

— Ты с ума сошёл! Мы взорвёмся!

— Нет. Только ты, — ответил Охэйо.

Он уже видел пульсацию лазера — уцелевший сегмент оружия заряжался, питаясь от включившегося реактора.

— Я не знаю, кто вы такие. Но если вы устроили эту засаду — вы ответите.

Многоножка метнулась к заднему отсеку, но Аннит был быстрее, выхватив лазерный пистолет. Он не хотел убивать многоножку, но был готов к этому. Она в ужасе отпрянула.

— Ещё раз бросишься — и я стреляю, — пообещал Охэйо.

Многоножка, поняв, что проиграла, резко рванула к спасательной капсуле. Аннит не стал её останавливать — ему нужен был корабль, а не труп.

Люк захлопнулся, и капсула отстрелилась в темноту. Теперь он был один.

Он перевёл дыхание (медвежьи лёгкие работали иначе, но дышать можно было) потом приставил пистолет к виску и нажал спуск.

...........................................................................................

Мрак. На миг Охэйо испугался, потом всё же разглядел тусклую искру — улетавшую в пустоту многоножку. Потом заметил ещё более тусклую — его собственное тело, и стремительно метнулся к нему...

..........................................................................................

Очнувшись, он с облегчением перевел дух — всё же в родном теле было намного, намного удобнее...

Сориентировавшись, он направился к неподвижно зависшему чужому кораблю. На самом деле явно не совсем чужому — его построил кто-то из его коллег, и он был полон решимости разобраться с этим...

...........................................................................................

Закончив полет, Аннит "приземлился" на корпус возле люка. Затем вкючил крепежные магниты, опустился на колени и начал водить руками там, где едва различалось слабое свечение. Нащупал маленькие, невидимые силовые пузыри — должно быть, они служили датчиками. Ещё несколько секунд — и он смог проникнуть внутрь.

Створки люка сомкнулась за ним, и Аннит замер в тесном шлюзе. Дождавшись, когда он заполнится воздухом, он прошел в экипировочную, где наконец-то выбрался из идолоподобного скафандра.

Открыв внутреннюю дверь, он очутился в узком коридоре, слабо освещённом голубоватыми панелями. Воздух был густым, насыщенным запахом металла и чего-то органического — словно корабль дышал, переваривая своих прежних хозяев.

Это был настоящий дом. Дом, который нужно было привести в порядок до того, как сюда прибудет его хозяин-сарьют. Аннит чувствовал себя виноватым — его план удался, хотя и не сулил быстрых результатов. Но он решил не тратить время. Он сделает всё, как надо.

Он медленно пошел вперед, ощущая непривычно высокую гравитацию. Замер на миг, входя в рубку. Медведь-гуманоид лежал возле пульта и Охэйо поморщился. Он ненавидел так делать, но не видел другого способа избавиться от этой туши. Потом подошел к пульту управления.

Корабль был живым в каком-то смысле. Системы бортового ИИ ещё работали, но его голос молчал — должно быть, сбежавшая многоножка отключила его, чтобы сарьют не смог перехватить управление.

"Глупо. Я уже здесь", — усмехнулся Аннит.

Он прошёл дальше, в жилой отсек.

Комната напоминала логово. Стены были завешаны шкурами неизвестных животных, на полках стояли странные артефакты — то ли трофеи, то ли религиозные символы. В углах стояли пустые канистры из-под топлива, переделанные под что-то вроде кресел.

"Дикари", — мысленно сморщился Аннит.

Но это было не главное. Ещё одно тело — крылатая рептилия — скорчилось у стены, её перья слиплись от запёкшейся крови. Она умерла недавно, кровь на полу ещё не высохла.

"Значит, экипаж был больше", — понял он. И между ними возникла существенная разница во мнениях, которую эти твари разрешили древнейшим способом. Многоножка сбежала. Возможно, были и другие.

Но пока корабль был его.

..........................................................................................

Аннит взялся за работу. Сначала вытащил тела в шлюз и выбросил их в пустоту. Корабль вздрогнул, избавляясь от лишнего груза. Когда он возвращался, ботинки оставляли на полу влажные отпечатки — то ли от конденсата, то ли от крови.

"Нужно убрать следы", — подумал он, но пока что было не до этого. Надо было активировать бортовой ИИ. Аннит подошёл к главному терминалу и положил ладонь на панель.

— Проснись, — приказал он.

Экраны мигнули. Из динамиков донёсся хриплый, механический голос:

— Несанкционированный доступ. Угроза обнаружена. Активация протокола самоуничтожения.

Аннит не дрогнул.

— Отмена, — сказал он. — Я — Аннит Охэйо из сарьют. Мастер-код GFX-9386-DSY-495-G.

ИИ замолчал. Потом заговорил снова — но тон изменился.

— Подтверждаю, Мастер Охэйо.

Аннит ухмыльнулся. Всё же, некоторые правила соблюдались всеми, несмотря ни на что.

Он отключил трекеры — маленькие устройства, вшитые в корпус. Они передавали сигнал. Потом открыл логи переговоров, но кто-то, скорее всего, та же сбежавшая многоножка, стерла их. Охэйо вздохнул. Он поднялся и медленно прошлелся по отсекам, осматривая свой корабль.

"Маленький. Но быстрый. И с хорошими щитами", — оценил он.

Вернувшись к пульту, он вызвал координаты последнего маршрута. Система НР-3054969. База. Оттуда, скорее всего, уже летели спасатели, чтобы забрать капсулу с многоножкой. Оттуда же могли отправить и погоню.

"Нужно исчезнуть", — решил Аннит и начал перенастраивать системы. Корабль был маленьким, но быстрым. Дипломатический курьер с усиленными щитами — идеальное средство для побега.

Он взглянул в иллюминатор. Обломки крейсера медленно дрейфовали, как надгробие погибшего экипажа.

— Простите, — прошептал он.

Затем включил Х-привод. Корабль нырнул в Иннат, оставляя за собой лишь звёзды.

...........................................................................................

Аннит, ошалевший от усталости и напряжения, закрыл глаза на мгновение. Однако для сарьют усталость была больше психологическим понятием, чем реальным, — ведь их мышление не было связано с биологией. Тело их могло устать, но не сознание. А бездельничать он не привык, и принялся изучать записи прежнего экипажа. Зашифрованы они не были и проблем с этой стороны не возникло. Они возникли с содержанием.

Катастрофа Йалис-Йэ породила не только сарьют, но и множество других рас, способных к подобной психической проекции, правда, не разумных. Одной из них были "растягивающиеся" — существа, похожие на огромных многоножек, с "рукой" на конце. С помощью "пси-мозгов" они могли управлять даже растениями, чего даже сарьют не могли делать. И, что ещё более ценно, "растягивающиеся" могли улавливать и накапливать информацию, как когда-то делали обитатели Хары и он сам в Хониаре. По заданию своего создателя эти марьют нашли одно такое существо на самой отдаленной планете звездной системы НР-9388584, правда, изловить его не смогли. Однако ему могло повезти больше.

Охэйо стёр маршрут и ввёл новые данные. НР-9388584. Глубокий космос. Ничьи территории. Туда, где он не бывал.

Корабль вздрогнул, бозонный реактор загудел, готовясь к новому прыжку.

Аннит откинулся в кресло (оно было слишком большим для его тела) и закрыл глаза.

"Теперь у меня есть время", — подумал он. — "И теперь я выясню, что это".

Экраны вспыхнули голубым.

— Прыжок через пять секунд, — объявил ИИ.

Аннит усмехнулся. И корабль нырнул в пустоту

...........................................................................................

Система НР-9388584 была далеко и полет оказался долгим — но закончился и он. Охэйо вышел из Инната возле седьмой, последней планеты системы, такой далекой от своего светила, что отсюда оно казалось просто очень яркой звездой. Планета называлась Йоукс и была бледно-лиловым газовым шаром диаметром в двадцать тысяч миль. Её окружал рой небольших ледяных спутников. Ему был нужен семнадцатый, самый далекий — ледяной шар диаметром миль в сто, никак не больше. В его разбитой коре зияла дыра, похожая больше на нору. На её дне тускло блестело озеро жидкого гелия — здесь было лишь на три градуса теплее абсолютного нуля. Но "растягивающийся" был там, Аннит чувствовал это. Небольшой, даже крошечный, но невероятно древний. И, значит, накопивший много, очень много информации. Но здесь было и ещё кое-что...

— Тревога, которую вселенная заботливо взращивает во мне, с каждым разом становится всё более грозной, — пробормотал Охэйо, глядя на схему, нарисованную сканерами. Пылинки, кружочки, квадратики... Зонды, начинённые термоядерным сырьём. Тысячи и миллионы тонн. Миллиарды тонн. Вполне достаточно, чтобы зажечь самую настоящую звезду, пусть на секунды. Достаточно лишь одного сигнала... который мог прийти буквально в любой миг, из неизвестного источника.

И Охэйо понял, что оказался здесь не случайно. Его крейсер "Тень Вечности" был расстрелян в системе Ремины. Он сам чудом спасся, но теперь у него не было ни связи, ни союзников — лишь скафандр, корабль и ярость.

И эта крошечная тварь, которая, возможно, знала то, что скрывали от него все эти годы...

Гелиевая нора на краю галактики — не случайность.

Здесь что-то есть. Что-то, что боялись даже сарьют.

И Аннит готов продать душу, чтобы это найти.

...........................................................................................