Путь Игорь часть 1 V2

  Ну, как вы тут? — спросила она и тут заметила голограмму с мультиками. — Так! Это что такое? — спросила она, глядя на отца. — Майкл Шепард, я тебя спрашиваю! Что это такое? — и ткнула пальцем в голограмму. — ты ребенка вообще кормил?!

  — Да, кормил Даян, кормил еще пол часа назад. Он уже спать не хочет.

  — Ну ладно.

  Я завис! Как-как она назвала отца? Какая у него фамилия? ШЕПАРД?! А я, получается, Игорь Шепард?! Очень интересно!..

Глава 1.2 Новая семья.

  25 марта 2355 г.

  Так, шаг, ещё шаг, не спеши Игорь, не торопись, голову держим, держим, говорю! Вот угол кроватки, перехватываемся руками, и дальше шаг, ещё шаг. Учусь ходить! Ноги слушаются ещё плохо, руки уже гораздо лучше. На дворе раннее утро, ещё только светает, родители спят в обнимку на диване. У них в ногах лежит Барсик и провожает мои заходы по кроватке внимательным взглядом. Солнечные лучи подсвечивают его красно-рыжую шерсть. Так, держим равновесие, упс, голова перевесила, иэээ! Успеваю сложиться пополам и приземлиться на пятую точку! Уух! Аж дух захватило! Чуть не чебурекнулся на голову.

  — Проснулся, мой маленький? — слышу голос матери, она смотрит на меня с улыбкой, улыбаюсь в ответ, вцепляюсь в прутья, подтягиваюсь и встаю.

  Голова выше решётки, и я, искренне давя лыбу, тяну к матери руки. Да! Теперь они — действительно родители для меня. Я не просто так запускал эмпатию. Теперь у меня полноценная эмоциональная привязка своей семье.

  Невозможно остаться равнодушным под напором родительских чувств. Мама встаёт, забирает меня из кроватки, и я просто купаюсь в волне материнской любви. Меня поддерживают стоя, перед на горшком, пока я делаю свои дела. Мама надевает халат, и мы, взявшись за руки, тихонечко топаем на кухню.

  Там стоит мега-девайс — стулостол. Это такой высокий стул с приделанным в передней части сдвижным столиком. Мама усаживает меня в него, придвигает столик. Я смотрю в окно, там распускаются листья на стоящем во дворе большом разлапистом дереве. Дерево странное: с него облазит кора, отваливается слоями как на березе, а листики лезут странного серебристо-зелёного цвета.

  По двору задумчиво ходит здоровенный бурый пёс, он такой большой, что похож на медведя. И когда эта зверюга зевает, кажется, в его пасть может войти моя голова целиком!

  — Давай, кушай, — говорит мама и ставит передо мной тарелку, в ней манная каша с кусочками фруктов и каких-то ягод. Я беру в правую руку ложку и начинаю медленно есть. Быстро пока не получается! Есть большой шанс пронести ложку мимо рта. Мама же в это время достает из кладовой мягкий пластиковый контейнер объёмом литра на полтора и выходит с ним во двор. Пёс бросается к ней с выражением такой бурной радости, что кажется, будто его хвост сейчас отвалится и, вращаясь, как бумеранг, улетит в далёкие дали!

  — Тихо, Полкаша! — восклицает мама на крутящегося вокруг пса. — Голодный останешься, вот вывалю сейчас весь твой завтрак мимо миски, опять будешь с земли есть!

  Но пса, похоже, данная перспектива не пугает совершенно!

  Сзади слышны шаги, вот кто-то вошёл на кухню, тихонько подошёл ко мне и поцеловал в затылок, обдав обожанием! Папка проснулся! Со двора вернулась мама, и я слышу, как она говорит:

  — Миша, сколько раз тебе говорить, не ходи по дому в трусах! Ну есть же халат у тебя!

  — Да ладно тебе, Даян. Я только утром, и вообще, я дома, в чём хочу, в том и хожу!

  — Ах так! Посмотри, какой пример ты подаёшь нашим мальчикам! Ты только представь, что я начну ходить по дому в трусах!

  — Оу! Это будет великолепное зрелище! Тебе нечего скрывать и есть чем гордиться!

  — Махровая лесть! И вообще, если ты ещё не забыл, я на седьмом месяце!

  — О-о-о! Ха-ха! Такое трудно забыть и ещё сложнее не заметить! И вообще, идите-ка сюда, госпожа майор медицинской службы в отставке! Я объясню вам все тонкости общения со старшим по званию! Хе-хе!

  — Уберите ваши руки, господин капитан первого ранга в отставке, что вы себе позволяете!

  За спиной слышна возня и звуки поцелуев.

  — О-ох! Майкл Шепард, я люблю вас, муж мой! Но сейчас вы сходите, наденете халат, подниметесь на второй этаж и разбудите наших сыновей, и не смейте мне перечить! Вам всё понятно?!

  — Ай-Ай, Мэм! Приказ понятен! Разрешите исполнять!

  — Исполняйте!

  И отец, напевая какой-то весёлый мотивчик, уходит с кухни.

  Десять минут спустя

  Слышны завывания апчей.

  — Я первый вниз!

  — Нет, я, я первый!

  — Нифига, ха-ха-ха!

  Донеслись детские крики мальчишек с лестницы на второй этаж. С грохотом по ней слетели два моих старших братца! Это погодки Дениска и Лёшка! Толкаясь локтями и пыхтя, они вваливаются на кухню.

  — Привет, ма! — тараторит Дениска.

  — Ма, привет! — вторит ему Лёшка.

  — Так, молодые люди, как должны воспитанные шевалье вести себя за завтраком? Ну-ка, вышли с кухни, и зашли, как полагается!

  Братья вышли за порог, отдышались и степенно зашли обратно.

  — Здравствуй, матушка, — сказал Денис, слегка поклонившись.

  — Доброе утро, мама, — проговорил Лёшка, повторив движение брата.

  — Здравствуйте дети, присаживайтесь за стол, — склонив голову, ответила мама.

  Парни пошли вокруг стола, "случайно" пройдя мимо моего стула, и обняли меня с двух сторон.

  — Привет, мелкий! — шепнул Дениска и чмокнул меня в щёку.

  — Дорова, Лисёнок! — чмокая в другую, шепнул Лёшка.

  После этого оба уселись за стол.

  Я сижу наворачиваю кашу, братья налегают на яичницу с ветчиной и сыром.

  Три часа после

  Я сижу один, посреди ковра в детской комнате, что на втором этаже нашего дома, и тихонько разговариваю с котом. Медленно и постепенно мой язык начинает меня слушаться.

  — Уот скаы, Басик, пощему меня ясык так пуохо с'ушаеца. Уот т'енеуюсь-т'енеуюсь, азгоаиаю с тобой! А тоуку?

  Кот молчит, тихо урча разлёгся на ковре рядом, вытянулся во всю длину и передними лапами катает колёсико от какой-то машинки. У братцев этого "металлолома" целый ящик. Ээхх! Надеюсь, мучения не продлятся слишком долго.

  — Так веть, кот? Я усему наущусь! — Барсик урчит, ласково щурясь.

  Главное у братьев целый конструктор, а мне выдают только погремушки и кубики с самолетиками.

  Кстати, удалось выяснить место моего нахождения. Кстати, удалось выяснить место моего нахождения. Час назад мама, держа меня на руках, включила здоровущий телевизор. У-у-х-х! Какая же это штукенция! Натуральное окно в другой мир! Так вот, там шли новости, и хорошенькая ведущая, на вполне приличном русском языке, вещала о том, что текущее состояние дел в колонии Мендуар просто прекрасно, все добывающие и обогатительные комплексы работают с полной нагрузкой, что позволит в текущем году увеличить отгрузку концентрата, поднять численность колонистов и доходы уже имеющихся.

  Потом шёл блок межпланетных новостей про новые инициативы Совета Цитадели, о работе посла Альянса Систем... хм! Вроде в каноне люди должны быть в совете, а тут посол, а не советник... И Мико говорил про Жнецов. Что-то здесь с хронологией не то.

  Потом был блок новостей спорта, ну и закончилось всё блоком погоды. Всё как всегда: антураж меняется, а суть остается неизменной.

  11 апреля 2355 г.

  Я, как обычно, сидел за своим стулостолом у окна на кухне и смотрел в него на то, как наш котище и наш пёсик играли с какой-то хреновиной, больше похожей на обрывки мягкой игрушки. Вот тебе и год исполнился, Игорек!

  Внезапно, с громким гудением, во двор влетел красно-зелёный байк. Это такая штука, как у японцев только с крыльями и ядром эффекта массы вместо двигателя. Оба моих братца восседали на нем тандемом, причём у Дениса лицо было встревоженно-виноватое, а у сидевшего сзади Лёшки — зарёванное и исцарапанное, при этом он как-то странно держал левую руку. Я издала звук:

  — Леша! — и ткнула рукой в окно. Папка подошел к окну, глянул, лицо приняло озабоченное выражение, в эмоциях явно заиграла тревога.

  — Даян, — сказал он, — у парней проблемы!

  — Что случилось, Миш?

  — Вызывай скорую, Даяна.

  Мама вышла в гостиную и запиликала у терминала, оттуда, после непродолжительного пиликанья, донёсся звонкий женский голос:

  — Даян, душа моя! Ты ли это, что случилось?

  — Рэй, я тоже очень рада тебя видеть, но ты мне нужна! Мои парни, похоже, очень удачно покатались на байке!

  — Уже лечу, солнышко, ты только не волнуйся, тебе это вредно! — и медленно затихая. — Дак, Да-ак! Собирайся скорее, летим к Шепардам... — что ответил загадочный Дак, неизвестно, связь отключилась.

  Пшикнула входная дверь, и на всеобщее обозрение явились мои старшие братья.

  — Ну и? — спросил отец.

  — Па-ап. Мы тут катались на байке... — уткнувшись взглядом в пол, сказал Денис, — ну и, в общем, Лёшка слетел и, кажется, сломал руку.

  Лёшка в это время мялся рядом с трясущимися губами и глазами, полными слёз.

  — Та-ак... — проговорил отец. — И как же такое смогло произойти, опять гоняли без ограничителя?

  — Ну па-ап! — взвыли оба. — С ограничителем только мелкие катаются.

  — Ага, а вы значит крупные? — воскликнула мама.

  — Ну ма-ам! — опять взвыли оба.

  Вид при этом у братцев был самый удручённый, и в эмоциях сквозила жалость друг к другу и, почему-то, страх.

  — Ну вот, сейчас прилетит тётя Рэй, и станет окончательно ясно, что с вами делать, — сказал отец.

  Братья втянули головы в плечи и с какой-то странной надеждой посмотрели на маму.

  — Что смотрите? Надеетесь легко отделаться?

  Братья вздрогнули и уже с ожиданием посмотрели на отца.

  — Я вам что говорил? — спросил отец.

  — Что мы должны быть осторожны, — проговорил Денис.

  — Что должны ездить без ограничителя аккуратно, — всхлипывая, проныл Лешка.

  — А вы что же?

  Братья стали всхлипывать уже оба.

  — Ну папочка... мы не специально... оно само как-то! Мы не нарочно с Хэмом столкнулись!

  — Не отбирай у нас байк!

  Всхлипывания перешли в слёзы.

  — Так вы ещё и с Хэймоном столкнулись? И как у него дела? Где он, кстати?

  — Пап, а Хэм домой улетел, его Там увёз! — сквозь слёзы проговорил Дениска.

  — Так ещё и он побился! Ну Дакар ему всыплет на орехи! Будет вам наука, гонять как ненормальные, — уперев руки в боки, сказала мама.

  Тут раздался писк информатора от двери. Совсем я пропустила, как доктора прибыли. За забором стояла какая-то длиннообразная штукенция футуристического вида, но с вполне знакомыми очертаниями синей мигалки, которая задорно мерцала. Мама вперевалочку подошла к двери и нажала на мерцающую зелёным голограммку на правом косяке. Дверь открылась, и в комнату вошла... у меня аж рот открылся! Вся такая стройная в приталенном белоснежном костюме с ярким красным крестом на левом предплечье... синекожая АЗАРИ! Вся прямо как в "Эффекте Массы": и щупальца на голове, и пигментные пятнышки рисунком на лице — а уж красива-ая!

  Ну да Мико ведь предупреждал что творец вдохновлялся масс эффектом.

  — Майкл! — воскликнула она. — Где они?

  — Любуйся! — ответил отец. — Вон Лёшка, с байка катапультировался!

  — Иди сюда, Алексей, давай посмотрим, что с тобой, — чувствую вспышку беспокойства от дока.

  Лёшка подошел к ней и протянул трясущуюся левую руку. У азари вспыхнула синяя голограмма вокруг левой кисти. Она провела ею вдоль Лёшкиной руки, посмотрела на голограмму, надавила пальцем на странную круглую пимпочку на правой стороне головы и сказала:

  — Дак! Неси малый процедурный стол и чемодан с фиксаторами!

  Я повернулся к окну и увидела, как в калитку бочком входит высоченный ТУРИАНЕЦ! В таком-же, как у доктора, белоснежном костюме, с чемоданчиком в правой руке и поставленным вертикально длинным кофром в левой. Причём наша псина, крутя хвостом, как вентилятором, путается у него под ногами, не проявляя никаких признаков агрессии, скорее уж бурную радость, как от встречи с хорошим знакомым. Вот ведь! А как же человеческая колония?! Где в скорой служат турианец и азари... ничего не понятно. Ну посмотрим, что дальше будет. Турианец вошел в дом, вышел на середину гостиной, поставил на пол чемоданчик, взялся за кофр двумя руками, и, я так и не понял как, но этот кофр внезапно превратился в длинный столик, незамедлительно поставленный на пол.

  Видимо тоже какое-то магическое устройство как мои самолетики сами детающие вокруг меня на эффекте массы.

  — Принеси три стула, Миш, — сказала доктор Рэй.

  Папка, под руководством дока, быстро расставил стулья вокруг этого столика, на один стул усадили Лёшку. Док достала странный пистолет, прижала его стволом к предплечью брата, нажала на курок, раздался звук: "Пс-с-ст", — Лёшка ойкнул.

  — Ну-ну, — сказал турианец. — Сейчас полегчает, и будем тебе, друг ситный, руку собирать.

  — А это не больно? — промямлил Лешка.

  — Руку чувствуешь? — спросила Рэй.

  — Э-э-э... нет...

  — Ну значит не больно, — сказал Дак.

  — Кстати, Дак! — сказал отец. — Твой старший тоже пострадал, дома сидит!

  — Ага, понял. Рей ты сама магией справишься?

  — Да там ничего опасного нет.

  Руки азари внезапно засветились голубым светом и она провела ими над рукой Лешки. Подержала какое-то время потом свечение погасло. Когда всё закончилось, Лёшкина рука оказалась уложена в прикольную белую косынку.

  — Так, Майкл, — сказала доктор, — через два дня приедете в госпиталь, там снимем фиксаторы, и с недельку руку лучше не напрягать.

  — Привезу его, Рей.

  — Вы всё поняли, молодой человек? — обратилась она уже к Лёшке.

  — Понял, — пискнул брат.

  — И никаких гонок на байках! Я своим оторвам сегодня тоже пистон вставлю, — сказал доктор Дак.

  — Миш, садись, оформлять будем, несчастный случай всё же! — позвала отца азари.

  — Поехали, — сказала док, — имя пострадавшего?

  — Алексей Михайлович Шепард.

  — Возраст?

  — 7 лет.

  — Дата рождения?

  — 22 июля 2348 года.

  — Место рождения?

  — Город Леонов, колония Мендуар.

  — Родители, отец?

  — Михаил Александрович Шепард.

  — Возраст?

  — 65 лет.

  — Мать?

  — Ханна Диана Шепард.