Неправильный лич или доброе зло

На самом деле они просто погружают душу в глубину сознания. И тело остается как бы... пустым. Ну как будто хозяин дома ушел куда-то. Скоро вернется, но пока в его доме могут распоряжаться все, кто пожелает.

— Встань и замри, — скомандовал я. Я надеялся, что можно будет не пользоваться ошейником. Но, видимо, так нужно.

— Что здесь происходит?! — ворвался магистр Лодиус. Вовремя, ничего не скажешь!

— О... — он увидел замершую посреди комнаты по стойке смирно девушку и осекся, выпучив глаза. Я вспомнил, что на ней не было одежды.

Лич стояла, полностью безразличная ко всему. В комнату вошли остальные маги, которые служили мне донорами магической силы. Разумеется, за это они получали кругленькую сумму. А так я мог вести эксперименты не прерываясь.

Все как один маги застывали и либо выпучивали глаза, либо у них отвисала челюсть, либо и то и другое. Скоро должны прибыть и солдаты. Мне не хотелось, чтобы они рассматривали мое создание.

— Оденься, — приказал ей я. Она безразлично подошла к столу, на котором лежала, сдернула с него простыню и завернулась в нее. Потом подошла к столу, где лежали ее вещи, достала какую-то штучку, взяла ее в левую руку, а правой вставила в уши какие-то веревочки. Я нахмурился. Это что такое?

— Отдай, — мягко сказал я, подойдя к ней и протянув ладонь. Никакой реакции на мои слова не последовало.

— Отдай! — я надавил через ошейник сильнее. Опять тот же результат.

— Да оставьте вы, — махнул рукой один из магов — я не всех из них знал по имени, — Коллеги, вы только посмотрите!..

— Руки прочь, — хмуро посоветовал я, обходя кругом свое создание. Странно... но маг прав — пусть. Это будет единственная вещь, которую я ей позволю. Остальное придется заслужить.

— Иди за мной, — приказал я личу и пошел на плац. Хочу выяснить, на что она способна.

Глава 2

Геральт довольно улыбался. Прошло ровно три года с тех пор, как он создал это... существо. Обычной нежитью это назвать не получалось. Слишком сильная, слишком умная, слишком импульсивная... но только когда ее освобождают от ошейника. А делают это нечасто. Если честно, то вообще один раз.

После этого раза Геральт навсегда зарекся когда-либо выпускать это создание на свободу. Только жесткий тотальный контроль, или всем придется плохо.

— Задание выполнено, — равнодушный голос подошедшей девушки отвлек от неприятных воспоминаний.

Такая лич нравилась ему больше. Можно даже было поверить... что безобидна. Что не ударит, если выпустить. Но... так только казалось.

Он по-своему даже любил ее. Как удавшийся эксперимент, как свое создание, как свое дитя, что он сотворил. Ухаживал. Вкладывал силу, кровь, плоть и душу.

Он даже имя ей придумал. Карра. Это значит — воскресшая. Символично, не правда ли?

Но чем больше он узнавал ее возможности, тем жестче он относился к ней. Тем больше он давал ей нагрузку. Тем большему учил. Тем более умелых и опытных противников выставлял против нее. Совершенствовал свое создание. Доводил до абсолюта.

И каждый раз... что-то шло не так. Лич не ломалась, нет. Но отказывалась выполнять команды. Не обращая внимание на давление ошейника, на приказы своего создателя и господина. Просто застывала куклой. Ненадолго, минут на пятнадцать.

Система перегружена. Система перезагружается.

И еще одна деталь тревожила некроманта. Никогда, даже в самой отчаянной ситуации, Карра не расставалась со своей странной и смешной игрушкой. Был бы Михаил здесь — он бы объяснил, что в ней такого. Ходящий Сквозь Миры все-таки. Должен знать. Чувствовать себя как рыба в воде в любом мире и интуитивно находить правильные ответы на правильные вопросы.

Но вот в чем вопрос... Нельзя было поднять Ходящего Сквозь Миры. Или призвать его дух, чтобы расспросить. Никак. Вселенная защищалась, и с этим ничего нельзя было поделать.

С этим проявлением личности надо бороться. Некромант знал, как. Надо только попросить герцога, чтобы тот предоставил кое-какой материал.

— Иди в свою комнату. Отдыхай, — распорядился Геральт, как всегда провожая девушку до самой ее комнаты.

А точнее — темницы. Клетки.

Это и в самом деле была клеть. Только как бы впаянная в камень. Сделанная из особого металла, который блокирует силы лича.

Кроме того, ежедневно Геральт приходил и сам обновлял все заклинания. Он не хотел, чтобы его создание вырвалось на свободу. По крайней мере, раньше определенного срока.

Герцог Владилен был доволен. Он наблюдал за своим приобретением с балкона замка. Потрясающая скорость, точность и сила завораживали.

И внешность привлекательная. Очень даже. Надо будет кое-что уточнить у некроманта...

— Господин, к вам некромант. Просит аудиенцию, — доложил слуга.

— Пусть войдет, — кивнул Владилен.

— Ваша светлость, — слегка поклонился некромант. Герцог поморщился. Он не любил этого мага за то, что он был молод и красив, за то, что он был безродным, но у него был талант, тогда как у высокородного магии оказалась крошечная капелюшечка, достойная только насмешки; за то, что что тот всегда держал себя слегка выше его, за то, что тот не кланялся, как полагается, за то...

Много за что. И неприязнь к некроманту усиливало то, что при всем этом, при его огромном таланте, счете в банке, молодости и красоте, при том, что девушки готовы были штабелями на него вешаться, несмотря на профессию, он замечал только одно существо. Свое главное творение.

Убийцу. Телохранителя. Шпионку. Наложницу. Служанку. Воина, равного которому еще нет!

Она могла быть кем угодно. Ее специально создали такой.

И тем обиднее, что это все равно предназначается... не тебе! А королю. А ему не отказывают.

Вы хотите себе идеального воина? Пожалуйста. Телохранителя и убийцу в одном флаконе? Хорошо. Ах, вы хотите еще и любовницу?! Если только вас не смутит подноготная вашей игрушки.

Проблема была только в том, что герцогу Владилену захотелось самому иметь такое... многофункциональное создание.

Но был некромант. Он любил свое дитя, как настоящего ребенка. Он нянчился с ней, учил ее... одновременно гонял на тренировках так, что живой бы не выдержал. Но ведь родитель не обращает на нытье чада внимания, когда ведет его в школу?

Некромант не подпускал к ней никого. Совершенствовал свое создание, и всегда говорил, что еще не готово, что еще чуть-чуть... и снова отодвигал сроки. А королю хотелось все сильнее. И герцогу... тоже...

— Геральт, делайте, что хотите, но завтра девчонка должна быть готова! — резко обратился к некроманту герцог, не дожидаясь, пока он сам начнет разговор.

— Я как раз пришел за этим, — голос у некроманта тоже был красив. И тоже был предметом зависти Владилена.

Самому ему было уже сорок. Когда-то от так же кружил женщинам головы, как и этот некромант. Но теперь...

Многие мужчины и в пятьдесят умудряются выглядеть если не привлекательно, то достойно. Герцог же этого добиться не смог.

Его тело было дряблым и слабым, глаза заплыли жирком и были почти прозрачные, какие-то водянистые... а ведь когда-то были потрясающего голубого оттенка. Мускулы потеряли свою твердость, рельефность и силу. Теперь герцог вызывал разве что жалость.

А девчонка некроманта красива. Очень даже красива. Тем более, что надо только приказать — и все... А ошейник на шее придает даже небольшую пикантность.

— И что же вам опять нужно? — фыркнул герцог.

— Кровь. Мне нужна кровь, — просто ответил некромант, — И желательно, если мне просто доставят кого-нибудь с сильной кровью. Разумеется, потом его никто не увидит.

— Например? — лениво поинтересовался Владилен.

— Например, эльф, — улыбнулся некромант, — Или дракон, но вы вряд ли найдете настоящего двуипостасного дракона. А даже если и найдете, то вряд ли поймаете. Но если никого на примете нет... То сойдет даже простой человек. Но с сильной волей и характером, к тому же желательно, чтобы он был абсолютно здоров.

— Что вы собираетесь сделать? — полюбопытствовал герцог.

— Неважно, — мечтательно улыбнулся Геральт, — Это будет очень увлекательный эксперимент. Потом последние учения, и все.

— Вы так уверены в успехе? — приподнял брови герцог.

— Почти на все сто процентов, — кивнул некромант, — Впрочем, даже если он не удастся, в чем я сомневаюсь, Карра достаточно готова, чтобы поступить на службу королю. Главное, не снимать ошейника.

— Карра? — обернулся герцог к некроманту, — Вы дали ей имя?

— Да, дал, — кивнул некромант, — Как ее создатель, имею такое право.

— Хорошо, — пожевав губами, ответил герцог, — Вам приведу еще одну жертву. Но эта — последняя! Пошли слухи. К тому же, ваше... творение видели один раз в академии магии, куда вы, помнится, водили ее на частные занятия. А в ней не дураки учатся, — Владилена аж передернуло от воспоминаний об Академии.

Как он надеялся!.. С какой уверенностью подошел к артефакту, определяющему наличие способности творить магию. Как ожидал, что артефакт покажет великую и могущественную силу. С каким превосходством уже заранее смотрел на тех сопляков из черни, которые стояли после него. Еще бы, он станет великим магом, а они почти наверняка отправятся домой, утирая горькие слезы!

Минута, другая... А Артефакт по прежнему показывал ноль. И ладно бы так! В конце концов, не дано и не дано. Но он показал. Каплю. И это сделало молодого герцога почти посмешищем.

Сейчас, на почве зависти к Геральту, Владилену казалось, что тогда после него стоял именно он. Но ведь память — штука коварная. Могла и подразмыть черты. А это так приятно — упиваться своей злобой и завистью... пусть даже не осознаешь этого.

— Случай удалось замять, — пожал плечами некромант, — Я вынужден откланяться... дела. Надо проверить кое-что.

Герцог знал, что Геральт в очередной раз побежал к своей девке. Ходит, смотрит, проверяет, чтобы даже пальцем не касались его ненаглядного лича.

Гаденыш!

Геральт потирал руки. Наконец-то доставили подходящий материал!

Двух здоровых и крепких мужчин он забраковал. Не подходили они ему почему-то.

Женщину, которая прошла всю войну, тоже. А вот старый парализованный дед... который умудрился подружиться со свой внучкой, переписать завещание в ее пользу, который при жизни затеял ту самую войну, в которой участвовала та женщина, который до скончания веков сидел в тюрьме из-за восстания, вдохновителем которого он был... И долгие годы его собеседником являлась только его внучка, которая добровольно разделила с ним тяготы заключения. Долгие годы он не видел солнца. И сохранил рассудок.

Теперь — увидел. В последний раз.

Геральт брезгливо отряхнул свой балахон. Крови было мало... Но может, взять еще и его внучку? Добровольно решилась на заточение с парализованным стариком, который может только моргать... Возможно.

Последнюю неделю он не давал Карре подпитываться. Обычно, чтобы она не голодала и не уставала, Геральт "подкармливал" ее собственной энергией. Но теперь, после энергетической голодовки, да после усиленной в три раза нагрузке...

Она не устоит. Этого будут требовать ее инстинкты — инстинкты лича, который может подпитываться кровью. А так же эмоциями, любовной близостью, добровольной отдачей энергии... способов много.

Да и сама Карра могла протянуть без подпитки. Вести обычную жизнь. Даже растрачивать часть энергии на подпитывание своей игрушки, которую всегда носила с собой. Но не с такими нагрузками, какие он задавал ей сейчас.

Итак, все готово к эксперименту. Геральт вошел в пустую комнату и поставил в центре банку с кровью. На нее было наложено заклинание, которое не давало крови свертываться.

Потом он приведет сюда девушку, введет ее в стазис и снимет ошейник. Ему нужно, чтобы она сама пошла на этот шаг.

До сих пор некромант подозревал, что ее душа все еще борется. Затаилась где-то глубоко внутри, и тихонько подтачивает преграду, которая не дает ей "занять свое место в доме". Поэтому и вспышки своеволия. Поэтому девушка иногда отказывается выполнять его команды.

Это нужно устранить. Кукла не должна испытывать собственных эмоций.

Геральт повзрослел, хотя срок прошел — всего ничего. Для кого-то достаточный срок, но не для магов, и уж точно не для лича. Он понимал то, чего не понимал тогда, когда его создание очнулось. Теперь он намеревался совершенно убить в своем творении любые эмоции. Это будет кукла, но кукла совершенная.

Если девушка не устоит перед инстинктами нежити, ее душа ужаснется и спрячется. Сама. Очень глубоко. Так глубоко, что никто ее не достанет.

— Геральт, я вам не помешаю? — раздался сзади голос герцога. В последнее время он начал... напрягать некроманта.

— Нет, — покачал головой некромант. Сначала он хотел послать герцога куда подальше, но потом ему стало любопытно. Он заметил, что герцог положил глаз на его создание. И ему стало интересно — а захочет ли он ее, когда увидит такую: озверевшую и измазанную в крови.

— Хотите поприсутствовать? — широко улыбнувшись своим мыслям, некромант развернулся к Владилену.

— Не откажусь, — с неприятной улыбкой кивнул тот.

— Прошу, — слегка издевательски поклонился некромант, жестом приглашая герцога взойти на ложу.

Глава 3

Комната была спроектирована по личному пожеланию некроманта. Для этого пришлось ломать потолок и залезать на второй этаж. Но теперь некромант мог проводить свои эксперименты, находясь в безопасности и одновременно наблюдая за своим созданием.

Обычная, не слишком просторная комната, четыре на четыре. Совершенно гладкие стены — не зацепиться, даже не поцарапать! А сверху, уже выше второго этажа — что-то вроде ложи с магической защитой. Даже если лич допрыгнет, шлепнется вниз — щит здорово пружинит. Но он прозрачный, удобно смотреть вниз.

— И что это будет? — в который раз осведомился герцог, скучающим взором смотря вниз.

— Увидите, — таинственно ухмыльнулся некромант.

Девушка была там, внизу. Он спала — точнее, это был своеобразный транс. Сейчас Геральт снимет стазис, и она очнется.

— Она нас увидит?

— Нет. Этот щит с ее стороны будет показывать стены и потолок. Ей будет казаться, что она в пустой комнате без входа и выхода.

Девушка лежала на спине, спокойная и безмятежная. Она отдыхала. Ее создатель не давал ей подпитки. Это было странно. Можно сказать, она сейчас была на него обижена.

Как она похожа на живого человека... Ну и что, что бледновата? Ну и что, что в некоторые моменты глаза отсвечивают красным? Ну и что, что не бьется сердце и не дышит? Может, она более человечна, чем все присутствующие.

Некромант снял стазис.

— Смотрите, — прошептал он, резко подавшись вперед.

Сначала ничего не происходило. Потом у девушки дернулась рука. Открылись глаза. Она быстро заморгала. Ее пальцы на правой руке подергивались, сжимались и разжимались, как будто она пыталась привыкнуть к своему телу. Затем она приподняла голову. Глаза ее внимательно осмотрели все помещение.

Она неловко села. Двигалась лич почему-то заторможенно и неловко, как марионетка. Некромант нахмурился. Что такое?