Записки попаданца. В лесах Беларуси.

Перед уходом, правда, решил провести инвентаризацию. Затратив полчаса, получил следующий набор вещей:

1. Пистолет ТТ — 1 штука.

2. Запасная обойма к ТТ — 1 штука.

3. Ножи — 2 шт.

4. Консервы из будущего — 1 банка тушенки.

5. Консервы из прошлого — 10 банок.

6. Компасы — 1 шт.

7. Термосы — 1 шт.

8. Упаковки чая — 1 шт.

9. Нетбук — 1 шт. Asus EEE PC Х101СН.

10. Мобильные телефоны — 2 шт.

11. GPS/ГЛОНАСС навигаторы — 1 шт.

12. Динамо-фонарики — 2 шт.

13. Провод электрический — 3 метра (по какой-то случайности оказался в рюкзаке).

14. Автомобильное зарядное устройство для нетбука — 1 шт.

15. Рации радиуса действия 20 километров (по надписям) — 2 шт., с зарядником.

16. Набор инструмента (пассатижи, гаечные ключи, отвертки, ножницы) — 1 шт.

17. Атлас России — 1 шт.

18. Карта Пинской области Белоруссии (найдена в автомобиле) — 1 шт..

19. Справочник электрика — 1 шт.

20. Мультиметр цифровой китайский — 1 шт.

Ну и немного всякой мелочи. Не особо жирно, но и не так плохо, как могло бы быть. Даже мысленно усмехнулся, что многие книжные попаданцы могли бы мне завидовать. Сложив все по местам, отправился дальше.

Глава 2. Две встречи

Следующий день не принес мне практически ничего нового. Я все также пробирался через лес, периодически пересекая автомобильные дороги. Большинство из них представляли собой лесные проселки, и никакого движения по ним не было. Но пару раз попадались и вполне проезжие, хоть и грунтовые, дороги, по которым тянулись колонны фашистской техники. Тогда приходилось дожидаться, пока дорога опустеет и лишь потом переходить ее.

То там, то тут встречались остовы разбитой техники — практически везде нашей. В одном таком месте я подобрал винтовку СВТ с двумя полными и одним полупустым магазинами — можно сказать, удача, хоть не с одним пистолетом ходить — и две гранаты.

Один раз попалась и железная дорога. Самая обычная однопутная дорога без насыпи, идущая через лес. Видно, какая-то тупиковая боковая ветвь. Которой, к тому же, явно не особо активно пользуются. По бокам, правда, как и полагается вырублена 'полоса безопасности'. По идее, можно было спокойно идти дальше. Однако, на всякий случай лучше убедиться заранее, что поблизости действительно никого нету. Как-то не хочется по собственной дурости попасться немцам. Засев на краю леса, я минут двадцать наблюдал за дорогой. Ничего. Никого. Убедившись в этом, выбрался из леса и успешно перебрался через нее, вскоре скрывшись в лесу по другую сторону. После чего продолжил движение на север. Периодически попадались болота, которые приходилось обходить, делая достаточно значительный крюк, но в целом я старался держаться одного направления.

Куда я тогда шел? Сам не знаю. С одной стороны, пытался найти такое место, куда немцы вряд ли доберутся в ближайшее время. С другой — надо было найти кого-нибудь из наших. То есть красноармейцев. И при этом еще не быть подстреленным каким-нибудь часовым или. Поэтому старался пробираться там, где вероятность с кем-то встретиться была бы минимальна. Тем более, что в начале войны здесь, в лесах, было немало красноармейцев — окруженцы, дезертиры... А я и не знал точно, где и в какое время нахожусь даже. Единственное из того, что было очевидно — то, что на оккупированной территории, и фашисты ведут или собираются вести активное наступление. Для чего массово перебрасывают людей и технику. Судя по форме и тому, что на найденной карте Пинская область Белоруссии, был 1941 год. Более точно сказать чего-либо я не, даже назвать какое число сегодня. Поэтому лучше пока никому на глаза не попадаться. Впрочем, мне повезло в этот день никого не встретить.

В районе обеда вышел к какой-то дороге. Здесь и обнаружил следы достаточно недавнего боя. На дороге стояли три подбитых немецких танка, в моделях которых я, правда, ничего не понимал. Башня одного из них лежала в стороне сорванная, по всей видимости, взрывом боекомплекта. Два других были просто сгоревшими. Убедившись, что никого поблизости нет, вышел из леса и прошелся вдоль дороги. Метрах в трехстах от танка обнаружил разбитую 45-мм противотанковую пушку. Неподалеку лежал и зарядный ящик с двумя снарядами. Больше ничего обнаружить мне не удалось. Расчет же, по всей видимости, смог уйти в лес. Что ж, это могло только порадовать. Быть может, бойцам удастся выйти к своим и еще попортить жизнь немцам... Еще немного посмотрев на место боя, отправился дальше. Больше ничего примечательного в этот день не попадалось. Под вечер, пройдя еще с десяток километров (если смотреть по прямой) я остановился на ночь. Опять перекусив тушенкой (теперь уже "тутошней") и на этот раз установив две растяжки на наиболее вероятных, на мой взгляд, направлениях для подхода посторонних лиц, я завалился спать. Ночь прошла спокойно.

* * *

Во сколько проснулся утром — сказать не могу. Мобильник окончательно сел еще с вечера. Ноутбук же включать не хотел, чтобы не тратить понапрасну заряд батареи: хоть я его и зарядил полностью перед отъездом, только ведь батареи имеют такую особенность — разряжаться даже при выключенной аппаратуре, а когда представится возможность его зарядить — не имел никакого понятия. Но вряд ли скоро. Для этого потребуется сначала найти хотя бы аккумулятор... А информация с него может очень пригодиться в ближайшее же время. Определять же время по положению солнца я абсолютно не умел. Поэтому опять поев тушенки, отправился дальше. Только вот куда идти? А хрен его знает... Поэтому "вперед и только вперед"!

Впрочем, на этот раз шел не долго. Вскоре я увидел вдали поднимающийся дым, а вскоре услышал еще и треск от огня. Примерно же через час вышел к большой поляне, где раньше было расположено десятка два домов. Теперь же над их остатками поднимались клубы дыма. Кое-где еще горел огонь. Было очевидно, что буквально вчера вечером — сегодня утром тут 'поработали' каратели. Потому решил залечь и понаблюдать — вдруг кто-то еще находится поблизости. Хотя, это и маловероятно. Пронаблюдав так около часа, понял, что никого тут нет и вышел из кустов, направившись к обгорелым развалинам домов. Буквально сразу наткнулся и на первый труп — около калитки ближайшего дома лежал, по всей видимости, какой-то дед. Скорее всего, он был убит автоматной очередью. Не останавливаясь, направился к центру деревню. Через два дома на улице лежал труп мужчины лет тридцати. У дома напротив — еще один труп...

Через несколько минут вышел и на центральную площадь деревеньки. Здесь я и увидел то, что запомнилось навсегда. Около обгорелых стен небольшого кирпичного здания — по-видимому, бывшему чем-то вроде сельсовета или правления колхоза — лежали десятки трупов... В большинстве — женщин и детей. По всей видимости, жителей расстреляли из пулеметов. За что? А кто их знает... Может быть, неподалеку кто-то напал на немцев... Может быть, просто жители сами чем-то не угодили... Вот немцы и решили 'чтоб другим неповадно было' устроить тут массовый расстрел... Акцию устрашения... Быстро отвернувшись, чтобы не видеть такого 'зрелища', припустил к лесу. Видеть всего этого мне абсолютно не хотелось. И почему-то сразу возникло просто какое-то бешенство по отношению к тем, кто меня отправил сюда (в естественность сего процесса как-то нисколько не верилось). Блин! Какого хрена меня забросили сюда??? Зачем??? Впрочем, наверное, ответа все равно никогда не получу.

Лишь дойдя до леса, еще раз оглянулся назад. И наверное, именно в этот момент я и решил для себя окончательно, что стану партизаном. И постараюсь отомстить за всех тех, кого сейчас убивают на моей земле фашисты. И дал себе слово, что буду убивать фашистов столько, сколько смогу. Любыми средствами. Без всякой пощады. Пусть эти твари почувствуют на себе, что такое народная ненависть! И я добьюсь того, чтобы вы поплатитесь убитых вами советских людей!

* * *

Повернувшись обратно, я пошел вперед, куда глаза глядят, даже не глядя по сторонам. И в этот момент неожиданно практически лоб в лоб столкнулся с каким-то человеком. Произошло это настолько неожиданно, что даже забыл про свое оружие, встав на месте как вкопанный. Впрочем, как я достаточно быстро сообразил, опасаться-то мне было особо нечего. Буквально в метре передо мной стояла молодая девушка лет 18. В руках какая-то матерчатая сумка. Через плечо висит охотничье ружье. Впрочем, для нее, похоже, эта встреча была не менее неожиданной. Какое-то время мы стояли и как-то ошарашенно смотрели друг на друга.

— Здравствуйте, товарищ лейтенант! — наконец заговорила она.

— Здравствуй! Старший лейтенант Иван Алексеев. Выхожу из окружения, вот попал сюда, — коротко представился, — Можешь сказать, что тут произошло?

— Алеся... Иванович... — неуверенно ответила она, — Немцы приехали. Утром сегодня. Мой дед, как увидел их, дал ружье и сказал в лес бежать... Они тогда как раз к сельсовету подъехали, а я успела через задний двор убежать — он к лесу прилегает... — она показала рукой, где это, — Что дальше — не знаю... Слышала только выстрелы и дым над деревней видела...

— Понятно. Немцы там расстреляли всех и сожгли деревню, — коротко ответил я, — Надо уходить отсюда. Как можно быстрее и дальше.

— Но ведь там же... — попробовала возразить она, — Посмотреть надо...

— Нет там ничего больше. И никого. Только смерть. Кстати, где мы находимся? — перевел я тему разговора, — И какое число сегодня?

— Пинская область. 15 июля 41-ого.

"Блин, ну ты попал", — промелькнула у меня мысль, вслух же я произнес совсем другое.

— Ближайший крупный населенный пункт какой?

— К северу Малая Плотница. К западу Чамля.

"Нихера ничего это мне не дало, — подумал я, — Ну да ладно. Разберусь потом".

— Пойдешь со мной? — спросил я у нее.

Она кивнула головой в знак согласия:

— Куда только?

— Да пока и сам не знаю. Наверное, партизанить буду. Как в гражданскую

— Оружие дадите? — спросила вдруг она.

— Дам. Пистолет? Винтовку?

Отдав ей, как она того пожелала, пистолет, я вместе с ней отправился дальше. Вообще, я сначала был не уверен, стоит ли ей давать его, но она убедила меня, что умеет хорошо стрелять из и что она вообще "ворошиловский стрелок". Короче, дал пистолет. Эх, я ж красный командир вроде как... И без пистолета... Придется, значит, другой добывать... Но пусть ей так спокойнее будет. Ружье же ее мы, не долго думая, бросили. Зачем лишнюю тяжесть таскать, не имеющую, к тому же, особой ценности на войне?

* * *

Весь день мы уходили на восток. Судя по карте, там проходила железная дорога Ганцевичи — Люща. Мне наконец-то удалось сделать привязку к местности. Не то, чтобы я стремился к фронту, просто старался пока забраться туда, где меньше вероятность встретиться с немцами или какими-нибудь дезертирами. Тем более, что я теперь еще и был не один. Да, с одной стороны, я поступил неправильно с военной точки зрения, что взял с собой эту девушку. Ну а, с другой, — не бросать же? Не хочется как-то, чтобы ее убили или немцы, или какие-нибудь наши выродки. Так что, фактически мне теперь больше ничего и не оставалось. Прошли мы за оставшиеся часы достаточно немного — время уже клонилось к вечеру.

На ночлег остановились в лесу практически на краю какого-то болота. Что меня больше всего удивило — к этому времени я уже устал как собака, в то время как для этой девушки, по-видимому, в таким длительном хождении по лесу не было ничего особенного. Или мне просто так показалось?

Поев и договорившись о дежурстве (Алеся в первую, я — во вторую), завалился спать. После ужина меня удивило, что она как-то уж больно странно легко и быстро почистила свое оружие. Даже как-то странно стало... Впрочем, я решил особо на эту тему не заморачиваться. Мало ли что, все-таки в это время стрельбой многие увлекались... Сама говорила — 'Ворошиловский стрелок'...

Через несколько часов меня разбудила Алеся, и я заступил на пост. Кстати, почему-то думал, что она там заснет. Но, по-видимому, ошибся — разбудила она меня вовремя, и я сменил ее на посту. Впрочем, ничего особенного этой ночью не произошло.

* * *

Утро наступило точно так же, как и во все предыдущие дни. На завтрак была все также разогретая на костре тушенка (блин, как она мне уже надоела!). Впрочем, уже скоро она закончится, а что есть дальше? Мда... Еще одна проблема... Впрочем, проблем у меня и так немало. Еще одной неприятной новостью стало то, что погода явно портилась... Как бы еще и дождь не пошел...

Кстати, тогда я наконец-то и смог украдкой рассмотреть саму девушку — прежде-то то не до этого было (после уведенного-то в деревне...), то некогда, а то, когда остановились, сумерки наступили уже. Оказалась она, кстати, на мой взгляд вполне симпатичной. Достаточно высокая, стройная... Заплетенные в косу золотистые волосы... Достаточно симпатичные черты лица... И серые глаза. Одета она была, как еще вчера заметил, в явно мужскую рубашку и штаны. По всей видимости, чтобы было проще идти по лесу... 'Судя по фамилии, она белоруска, — с чего-то подумал я, — А говорит по-русски все время, причем абсолютно свободна. Следовательно, скорее всего, не местная — тут только два года, как от поляков освободили эту область. Вряд ли все настолько хорошо русский знаю. Впрочем, мне это как-то неважно. Есть и совсем другие вопросы'.

* * *

Весь этот день я провел за разработкой плана по дальнейшим действиям (к счастью, хоть дождь не пошел). Что для этого требовалось? Ну, во-первых, рация. Нужна была связь — причем срочно. Почему? Да потому, что 10 июля началась битва за Смоленск. Казалось бы, конечно, ну что тут такого? А только то, что это — один из ключевых моментов первого этапа войны. Нет, я, конечно, не верил, что мы сейчас сможем победить, но вот нанести побольше вреда фашистам... посильнее затормозить их наступление... Ведь даже неделя сейчас сможет дать преимущество в будущем. Поэтому, я должен был постараться хоть как-то повлиять на ход этой битвы. Так что, рация была просто жизненно необходима. Причем, самое главное, — не только рация, но и шифровальная книга (не открытым же текстом передавать информацию государственной важности?). А вот ее вообще вряд ли достанешь. А даже если мне удастся ее достать — коды, скорее всего, уже будут известны немцам. И где мне найти актуальные коды? Да и как вообще партизанские отряды выходили на связь с командованием? Не знаю! Как мне известно, до 1942-го связи практически никто не имел...

Во-вторых, нужны сами бойцы будущего партизанского отряда. Несомненно, что их тут сейчас полно поблизости... Может быть, где-нибудь в полукилометре от меня сейчас находится группа окруженцев. Но как выйти на связь с ними, не получив пулю в лоб?

В-третьих, надо было добиться того, чтобы стать партизанским командиром и не допустить своего поглощения другими отрядами. А вот это будет сложнее всего, учитывая то, что я всего лишь старший лейтенант! И ведь упустить командование нельзя — как тогда передавать информацию с нетбука? Да никак! Никто из командования ведь не должен знать, кто я такой! Иначе вместо нормальной жизни меня ждет камера на Лубянке (пусть и, скорее всего, комфортабельная и со всеми удобствами), откуда мне никогда не выйти или и вовсе пуля, если мне не поверят. Это ведь только в книжках попаданцы воюют на фронте, имея при себе удостоверение "особоуполномоченного над особоуполномоченными представителя ГКО", подписанное лично товарищем Сталиным. На деле же никто не допустит возникновение хотя бы малейшей опасности утечки информации. Нет уж, не хочу... Вот, блин, и думай теперь...