Zero: Все или ничего

Дана бежала без оглядки, торопилась, так как скоро начнёт светать и ее, скорее всего, начнут искать. В запасе всего несколько часов. До леса было метров десять, поэтому останавливаться было нельзя. Оказавшись в ельнике, она не сбавила темп. Ветки больно били по лицу, царапая и без того израненную кожу. Во рту уже ощущался вкус крови, видимо от ран. Но что ей какие-то царапины, когда она словно вольная птица наконец-то вырвалась из клетки,в которой пробыла последние годы.

Она бежала и бежала, уже не обращая внимания на бьющие её колючие ветви. В боку сильно кололо с непривычки, дыхание сбивалось, а ноги то и дело цеплялись о коряги, угрожая падением.

Рассвело, но именно с зарёй силы окончательно её покинули. Ельник остался позади, сменившись лиственничным лесом, который в эту осеннюю пору был прекрасен своим изобилием красок, но любоваться красотами леса было некогда. Видана споткнулась о выступающую из земли кочку и упала ничком. Она дышала прерывисто, стараясь выровнять дыхание.

Девушка так сильно бежала, что посторонние звуки не привлекали её внимания, вплоть до этого момента. Сев и прислонившись устало к стволу какого-то дерева, она не сразу, но услышала жалобный писк котенка.

Дана огляделась, прислушиваясь к звукам леса, но повторного звука не последовало, девушка подумала, что это плод её воображения и вновь откинулась на дерево, прикрыв глаза. Как только веки сомкнулись, мяуканье повторилось.

Видана вновь открыла глаза и прислушалась. Девушка обладала одной особенностью, умела лечить животных и очень хорошо их чувствовала, но видимо из-за нервного состояния не сразу почувствовала присутствие зверя.

Дана закрыла глаза и пустила нити поиска, чтобы понять, откуда идет звук. Медленно встала и пошла на зов. Оказалось, что животное находилось совсем рядом от неё, она даже и пяти шагов не сделала. Резко остановилась и открыла глаза.

Около какого-то колючего кустарника, с перебитой лапой лежал котенок и жалобно пищал. Это детёныш-меланист (альбинос, особая помесь), белая пантера была совсем крохотная и уже попала в беду.

— Тише, малышка, — произнесла, Дана, присаживаясь рядом с детёнышем, — я тебе помогу.

Котёнок замолчал и посмотрел на девушку, словно понимал, о чём она говорит. Дана, осторожно убрала из раны колючки и сучки, которые причиняли боль малышке. Достала из сумки фляжку с водой и промыла ранку. Дальше она подключила свой дар ветеринара и уже через считанные секунды лапка срослась. Больше ничего не говорило о травме, только капли крови на белой шерстке.

— Вот и всё, — закончив, произнесла она, погладив котёнка по гладкой шёрстке.

Малышка потянулась навстречу ласке, но спокойствие было нарушено рыком.

— Ой, — пискнула Дана, одергивая от пантеры руку.

Из-за дерева вышла самка гепарда, судя по всему — мама котёнка. Малышка при видя мамы замурлыкала и, как ни в чём не бывало, подбежала к ней. Самка лизнула малыша и осторожно отодвинула от себя лапой, продолжая идти на девушку.

Видане стало по-настоящему страшно, зверь вряд ли поймет её. Вот и конец её короткой жизни, промелькнуло у неё в голове, когда мама-кошка остановилась около неё, глядя ей в глаза. Бежать было бесполезно, хищница в разы быстрее передвигается.

— Я только вылечила ей лапку, — произнесла первое, что пришло в голову.

Гепард повернул голову, словно слушая, что она говорит и села. Вылеченная малышка уже кружилась вокруг матери, требуя внимания. Мать пару раз зарычала на котёнка, но того это лишь раззадорило.

Сердце девушки билось где-то в ушах от страха, она напряженно наблюдала за матерью и дочерью и не понимала, что это значит. Вжавшись в ствол, ей оставалось лишь созерцать происходящее, с надеждой, что вдруг они сейчас уйдут и оставят её.

Но зверь не отступал, а потом в голове девушка услышала отчётливый человеческий голос с мягкими нотками:

— Спасибо тебе, человеческая дева, что спасла мою дочь.

Видана вытаращила на неё глаза и медленно осела на землю. А та лишь подмигнула и придвинув к себе котенка, продолжила:

— Если у тебя когда-нибудь появится острая необходимость в нас, позови и мы придём. Обе. Но только один раз.

— С-спасибо, — заикаясь, поблагодарила Дана.

— Не за что.

После этих слов хищница поднялась на лапы и, поманив с собой дочь, развернулась в сторону леса. Спасенная малышка бодро подбежала, лизнула ладонь девушки и умчалась за матерью, чтобы вновь не потеряться.

Это событие выбило девушку из колеи, и она долго не могла собраться. Но увидев свое полуприкрытое тело, вздрогнула, словно на неё ведро ледяной воды вылили и наспех перекусив, помчалась дальше по лесу. Тропинка виляла между деревьями, уводя её всё дальше от кошмаров прошлого.

**

В комнате, несмотря на солнечный день, царил полумрак, из-за зашторенных темной портьерой окон. За столом сидел мужчина, лица из-за темноты было не разглядеть, а вот голос было слышно на всю округу.

— Ты что оглох? — орал мужчина в кресле, отбросив в сторону пачку купюр.

— Господин, я ищу. Правда, — ответил мужчина, стараясь не смотреть на работодателя.

— Сарвин, я что, много прошу? Неужели за два месяца невозможно найти нужного человека? — допытывался он у мужчины, который прятал взгляд от хозяина.

— Я не виноват, что они все плохо считают, — оправдывался мужчина.

— Так ты научи, зря я тебя, что ли, держу, — огрызнулся он, словно зверь, на подчинённого.

— Было бы кого, — пробубнил Сарвин.

Дверь в кабинет резко распахнулась и на пороге появилась миловидная девушка, которая, не обращая внимания на удивленные лица, прошагала к хозяину. Положила руку ему на плечо, привлекая к себе внимание и елейным голосом промурлыкала:

— Рики, я устала ждать, — надула она губки, поглаживая плечо.

— Брысь, за дверь, — приказал он, уворачиваясь от цепких пальчиков девушки.

— Ну, Рик, — начала она канючить, топнув ножкой.

Девушка была в очень откровенном наряде: алые чулки, синяя юбка, которая едва прикрывала длинные ноги, меховая пятнистая куртка, под которой, судя по всему было только бельё и сапожки на высоком каблуке. Яркий макияж и слегка потрёпанные белокурые локоны — её внешний вид, отчетливо кричали о её профессии. Геля нравилась мужчинам и умело этим пользовалась, да ещё и платное удовольствие от этого получала.

— Ты что, плохо слышишь? Жди очереди, — произнёс он, указывая на дверь.

Она хмыкнула и прошла мимо Сарвина, пошло виляя бедрами. После девицы в помещении остался жуткий аромат её духов.

— Сарвин, у тебя неделя. Найди мне человека, иначе вылетишь с работы. Иди.

— Хорошо, хозяин, — согласился он, разворачиваясь к выходу.

За помощником закрылась дверь, и Рик решил сделать перерыв, так как устал от жалоб и нытья с самого утра.

Хозяин кабинета устало откинулся на спинку стула и заслонил глаза рукой. Он устал вот от таких разговоров. Каждый раз одно и тоже.

За дверью стояла нетерпеливая Геля, ожидая, когда ей разрешат войти. Сарвин вышел хмурый и злой.

— Ну что, он освободился? — подлетела она к помощнику Рика.

— Да, только я бы не советовал тебе туда идти.

— Это ещё почему? — уперев руки в боки, спросила она. — Я и так жду долго.

— Он не в духе сегодня, — кивнув на дверь, произнёс он.

— А-а-а, это нормальное его состояние, он всегда не в духе. Что на этот раз?

— Опять очередной работник с частью выручки сбежал, вот он и бесится.

Сарвин усмехнулся, и чуть теснее прижавшись к девице, произнёс:

— Видимо ты его плохо ублажаешь, раз он такой нервный, может ему сменить фаворитку?

— Ты что говоришь? Я лучшая в своём деле.

— Не сомневаюсь, — пробубнил, сжимая ягодицу девушки.

Геля подалась вперед, прильнув к нему, хихикая от слегка грубой ласки. Девушка была нимфоманкой, и ей все равно с кем, главное получить желаемое, что она с успехом и делала.

— Отпусти, — произнесла Геля, даже не делая попытки выпутаться из хватки Сарвина, — мне срочно к нему надо.

— Иди, плутовка, — проговорил, шлёпнув её по попе.

Девушка, отошла от Сарвина и без стука распахнула дверь, входя в кабинет.

— Я не звал тебя, — не глядя на неё, сказал Рик.

— Мне необходимо с тобой поговорить, я не могу ждать. Клиенты.

— Говори быстро и уходи.

— Мне нужны деньги, — выпалила она, присаживаясь на край столешницы перед мужчиной.

— Они всем нужны.

— Но мне срочно.

— Геля, — рявкнул Серик, ударив кулаком по столу так, что девушка подпрыгнула от неожиданности, — по существу.

— Мне нужна новая одежда, Моника в свой магазинчик такие тряпочки привезла, хочу, — пролепетала, вставая со столешницы.

— Заработай и купи. Я не занимаюсь спонсорской помощью, — ответил он девушке.

— А как же мой внешний вид? — надула она обиженно губки. — Ведь это же на благо общему делу и для привлечения клиентов.

— Геля, я все сказал, мой ответ — нет. На тебя и так клиент идет, даже если ты будешь стоять в ветоши. Свободна.

Девушка топнула ногой от досады и, развернувшись, направилась к выходу своей завлекательной походкой.

**

Беглянка после ухода хищниц перевела дыхание и продолжила путь. Ближе к вечеру сделала небольшой привал, перекусила, и у неё встал главный вопрос — ночлег. Ухудшало ситуацию, то, что пошёл дождь, плащ намок и лип к телу, под ним и так был минимум одежды, а теперь ещё и влага впиталась. Пока она шла в быстром темпе, было тепло, но стоило остановиться, как от холода тут же начинали клацать зубы, и дрожь пробегала по телу волной мурашек. На переодевание не было, времени надо спешить, да и вещи в полотняной сумке, наверное, тоже намокли.

Ночью в лесу было опасно, а оставаться на открытом участке страшно. Дана повертела головой в поиске возможных вариантов для ночёвки и увидела впереди дерево, которое было расщеплено у основания и напоминало пещеру.

Девушка бросила внутрь сумку забралась туда, подтянула колени к груди и поплотнее закутавшись в плащ, попыталась согреться. Тело отказывалось отогреваться во влажной пещере, да еще и мокрая одежда прилипла к телу, создавая дополнительный дискомфорт. Холодная земля быстро превратилась в мерзкую лужу.

Дана выглядывала из пещеры, но дождь и не собирался заканчиваться, а наоборот усиливался все сильнее, грозя залить все вокруг. Неудачное время для путешествий, но уж лучше так, чем находится в доме мужа.

Передвигаясь по тропинкам леса, она старалась не думать о том, что она натворила, но иногда чувство вины посещало её, ведь убийство это страшно. Пусть он гад, деспот, но все, же он был человеком. Совесть странная штука, появляется в тот момент, когда ты в ней меньше всего нуждаешься и точит изнутри, пытаясь достучаться до разума.

Дождь шел почти до утра, Видана, иногда проваливалась в сон, несмотря на холод, но не надолго, её словно вырывало из него, не давая уснуть, а может это просто страх переборол сон.

К утру небо прекратило плакать, сквозь серые тучи начало, проглядывать солнце, пытаясь вырваться из серой дымки облаков и согреть землю.

Девушка вылезла из укрытия, пытаясь размять онемевшее и заледенелое тело. Она растирала руками тело и делала резкие движения, пытаясь согреться. После дождя, она вряд ли бы нашла сухие ветки, чтобы разжечь костер. Поэтому найдя в сумки, чудом сохранившуюся сухую тунику натянула поверх остатков своего свадебного наряда.

Наспех перекусила и вновь тронулась в путь. Под ногами, там, где не было веток и листвы, чавкала противная жижа. Мерзкое ощущение, да ещё и эта грязь налипала на подол плаща, замедляя ходьбу, быстрее идти, не получалось.

К полудню сил чтобы передвигаться, не осталось. Видана устало привалилась к дереву, тяжело дыша и оглядываясь по сторонам, чтобы не сбиться с пути. За плечами большая часть пути, скоро закончится лес, а если она поторопиться, то к ночи выйдет к деревне.

— Нельзя останавливаться, — озвучила свои мысли, сползая по стволу.

Присела на поваленное дерево, сделала пару глотков воды, съела кусок хлеба с сыром и, посидев ещё пару минут, вновь тронулась в путь.

Как она и хотела, когда стемнело, вышла к небольшой деревне, но заночевала все равно в лесу, так как ночью ей просто не открыли бы дверь. Жители научились подстраиваться к существованию рядом с лесом и его обитателями.

Недалеко от поселения, была заброшенная сторожка, которую она заметила, приближаясь к границе. Там-то она и заночевала, так было безопаснее и правильно.

Холодное строение не способствовало согреванию тела, но лучше в помещение, чем под открытым небом. Внутри было темно и сыро, кое-где протекала крыша, но это не остановило Видану. Одна комната, из мебели кроме прогнившего топчана ничего не было, да еще и почерневший от времени котелок для приготовления пиши, который стоял около двери и собирал воду из протекающей крыши. Она разместилась на грязном лежаке, укуталась в плащ и постаралась заснуть.

Сон долго не шел, а когда, наконец, провалилась в него, приснился кошмар. Её муж с ножом в груди надвигался на неё, сыпля угрозы и проклятья.

Проснулась, Дана от собственного крика, прижала ладонь, ко рту пытаясь подавить всхлипы.

Она рыдала, зажимая рот, чтобы её не услышали жители деревни. Девушка только сейчас, оказавшись вдали от замка мужа, осознала, что натворила, и какой груз лёг на душу. Ей было не жалко мужа, он заслужил, но, то, что она убила его собственными руками, пугало.

Успокоившись, она ополоснула лицо дождевой водой, которая скопилась за ночь в котелке и, подобрав свою сумку, вышла из временного укрытия.

Старостой в этой деревне была старая женщина, многие считали её ведьмой, так как поселение старались обходить стороной, а хозяйка границ, зорко охраняла свою территорию.

Обычно самым большим и крепким домом был как раз дом старейшины. Видана осторожно шла по пустынной территории деревни. В это раннее время на улице не было ни души. Урожай собран и реализован, поэтому сельчане отдыхали от тяжелой летней работы.

Около добротного деревянного дома в центре поселения, остановилась. Это он, девушка была в этом уверена. Осторожно подошла к низкому крылечку и, сделав пару шагов вверх, занесла кулак для стука, но дверь неожиданно распахнулась сама.

— Пришла? — строго спросила женщина, глядя на раннюю гостью.

Девушка не знала, что ответить, поэтому лишь кивнула в ответ.

— Входи в дом, не стой столбом.

Женщина была высокая, крепкого телосложения, с натруженными мозолистыми руками. Высокий лоб, глубоко посаженные внимательные глаза, потерявшие цвет, чуть длинноватый нос. Волосы были спрятаны под цветастый платок, надвинутый на лоб.

Дана, рассматривала хозяйку дома несколько минут, пока та не спросила, привлекая внимание:

— Насмотрелась?

— Простите, — пролепетала, она, отводя взгляд.

— Я Нинель, — представилась женщина.

— А я, — начала девушка, но её грубо прервали.

— Я знаю кто, ты можешь не говорить.

— Знаете?

— Да. Голодная?

— Ннет, да, — заикаясь, произнесла Дана, нервничая.