Дальше — больше. Заморозка, но такая, чтобы жертва могла дышать? Без проблем. Заморозка, как в мотеле того висельника? А это был не просто лёд. Вернее, оно вело себя как лёд, а на самом деле, покрытое такой штукой замирало во времени! Ну или типа того, не настоящая заморозка времени, но... Снегурочка понимала, а объяснить не могла. Настоящая заморозка времени? О, и это Снегурочка умела, но с ощутимым усилием. Его усилием, не её — чувствовалось, что человеческое тело и мозги не выдерживают таких хреновин. Заморозка пространства от всяких порталов? Легче лёгкого, да на чём проверишь? Расспросил Снегурочку как следует, и дошло, что в теории она заморозит вообще всё! Ограничивали её тело-душа-разум владельца и сама палочка, вроде как, «иггдрасилева» древесина, что бы это ни значило. Правда, палочка предлагала забабахать себе новое тело из крутейшего льда, типа, с ним проводимость будет больше, но вот контроль — поменьше. Не зря Гаррик выбрал специальное дерево — переходник между Нифльхеймом и человеком.

После развлечений попробовал что-то серьёзное. Бахнуть на десяток метров вокруг? Легко. Не заморозкой, а всеми остальными «поражающими факторами» — от ледяной шрапнели и вымораживающего урагана до буквально вытягивания тепла куда-то в бездонную пасть Нифльхейма. Мощно, а главное — его ни капли не задело. Дальше долбанул лучом холода — снова все факторы в одно — вдаль, от города. Заценил полосу в два метра шириной. Хорошо! А теперь поуже, послабее... Ага, сойдёт. Как насчёт ледяного щита? Вот, неплохо, теперь потоньше... благо прочности у него как следует! Потом подумает о ледяной броне — он, конечно, теперь и в броневых штуках разбирался, да тут одними размышленьями не обойдёшься — пробовать надо. И у местных какую защиту закажет, чего демонстрировать, насколько он охрененен, каждому встречному-поперечному?

С этими мыслями он быстрым шагом покинул пустырь и приблизился к жилым районам — всё ещё за чертой города, мало ли, все эти законы не упомнишь! Продолжил тренировку, оттачивая со Снегурочкой простые и комбинированные приёмы на малой мощности. Щит, луч, выстрел, стенка, взрыв, заморозка раз, заморозка два, заморозка три, вытягивающий тепло луч, просто ледяшкой поверх зарядить... Раз, и, два, и, три, и... Пока Снегурочка не почуяла чужое внимание — у живых снов хорошо с восприимчивостью ко всякому волевому, это он теперь не иномаг. И в задницу иномагию! Нагляделся по самые гланды на иномагичных иномагов — сильные, да какой ценой? Он предпочитает силу, не меняющую его личность. Например, оружие покруче! Или плюс-бытие, которое от «я» не отнимает, а наоборот.

— Неплохо, — оценили сзади очередную тренировочную комбинацию. — В реальном бою так сможешь?

Он повернулся. Доля секунды на прикидку — они со Снегурочкой всё рассчитали мигом. Пятнадцать ледяных стрел — чтоб очертить силуэт внешне расслабленного незнакомца. Тот не уклонился, не остался стоять на месте, будто бы его пожрало что-то чёрное. Сзади! Только начиная разворот, отправил туда ещё одну стрелу — ровно одну, небыстро.

— Неплохо, — оценил, в свою очередь, как чувак отбил ледышку здоровенной чёрной саблей. Его артефакт? Продукт его силы? — С разогнанными так сможешь?

— Туше, — улыбнулся чувак. Высокий, конечно, не «слендермен» Остин, сложением похож — насколько человек может быть похож на нечеловека. Весь в чёрном — чёрная футболка, чёрные штаны, чёрная кепка, чёрные ботинки, чёрные татухи. Как сказала бы Кира, «пацан шарит за стиль!» — Получил силу недавно и быстро освоился, я смотрю. Ищешь работу по профилю?

— Кого-то убить? — бросил в ответ. — В городе — пас. Мне там ещё пожить надо.

— Хо, — удивлённый смешок. — Сперва подумал, ты новичок, а теперь вижу, в реале был наёмником? солдатом? бандитом иль убийцей?

— Первое, — Сэмова жопная чуйка молчала — не похоже, что чувак читает мысли или ещё какая хрень. У него тоже есть чуйка. Чувствовалось — родство. С такими он ходил в долгие рейды по пустыням, грелся ночами у костра, делился последним глотком воды, прикрывал в бою... хоронил и пытался забыть, ядрёным пойлом заливаясь. — Ты тоже, смотрю, из наших.

— Здесь научился, — хмыкнул он. — Роман, — протянул руку.

— Сэм, — пожал. — Так что за работа?

— Я охотник, — ожидаемо. Другие воины тут не задерживались. — Командую двадцать третьим отрядом госпожи Мэй. У нас недокомплект. Что скажешь?

— Условия?

— На бумаге или устно? На бумаге — доберёмся до офиса, покажу.

— Скажи главное, пока идём, — предложил он. — В этой «игре» сплошное крючкотворство, всё одно читать придётся, — на что Роман одобрительно кивнул.

В общем, ничего особенного в договоре не было. Ключевое — слушаться «в рамках служебных обязанностей» командира — с хитрой формулировкой, чтобы, значит, можно было спасти босса от заведомой ошибки... или защитить главбосса, то есть, госпожу Мэй, от предательства. Да, вот так вот — не город, не Фабрику, а госпожу Мэй. Контракт, кстати, эта самая госпожа и сочинила — скользкая особа! Или очень основательная.

Всего охотников на Сумерию — около восьми сотен, и это сорок отрядов по плюс-минус двадцать человек или теней. Что характерно, в самом городе работает жалкие десять отрядов — этого хватает. Из них лишь девять действительно ловят нарушителей, а первый отряд — эти стерегут Фабрику вдобавок ко внутрифабричной охране, а им подчиняются, ну и отчитываются все прочие отряды.

Босс первого отряда — Главный охотник, который не раз выходил разобраться с какой-нибудь крупной проблемой лично. Залётный призрачный дракон, охотящийся за душами. Парочка агрессивных живых снов, собирающихся сожрать весь город. Могущественный маг, решивший отобрать себе Фабрику по праву сильного. Чудовище, чьё тело заслоняло горизонт. Всё это Главный охотник уничтожил или отогнал — второй по силе после Мэй. Ксан, значит. Как друг к другу приноровятся — они со Снегурочкой будут ему вровень по Гаррикову мненью. Есть к чему стремиться, а? Вынесет Снегурочку из «игры» — в реале кое-кого ждут неприятные сюрпризы!

Тридцать отрядов охотников — так называемые «внешние», «свободные» и всё такое, тогда как та девятка — «патрульные» и «внутренние». Внутренние — на зарплате, внешним, и двадцать третьему в том числе, — денюжки за результат. Результат — добыча, топливо для Фабрики. Самое дешёвое — тени внутри «игры», и достать их, в общем, нелегко — трогать заключивших договор с Компанией нельзя, не заключили — мелкие обычно сошки, с которых и проку, как с песка в пустыне. Тени за пределами «игры» — добыча пожирней, но и достать её, даже с летательными поясами и сном-небом, раскинувшимся далеко-далеко во все стороны, — непросто. И опасно, поди предскажи, какие способности, какие несформулированные правила у чужого сна? Это — основной хлеб внешних охотников.

Есть и самая дорогая, самая редкая добыча — люди и нелюди, которые не тени. Игроки, выскочившие за пределы «игры» — Компании наплевать, что там с ними будет, пакуй и тащи себе на Фабрику. Если сумеешь — обычно они не одиночки, а слаженные отряды, причём самых опытных и сильных игроков, которым в рамках «игры» уж тесно стало. Ещё — чужаки, которые спустились на Дно сами. Тени, самостоятельно вернувшие себе волю или вовсе её не терявшие. Отверженные, которых выбросила сама «игра», а они уцелели и стали только круче.

Роман, всё это объясняя, внимательно так поглядывал, а потом и явно спросил, как тебе, типа, норм ловить разумных в топку Фабрики? Тронуло ли всё это Сэма? Да немного. Бету тронуло бы больше — за сарказмом и шипами внутри она была... доброй, что ли? В общем, Бета бы точно в охотники пошла только затем, чтобы всех здесь порешать. Или прошла бы мимо людоедства, лезть опасно — так не запачкается хоть. Сэм? Тухловатая работка, но у них там в сеансе жопа, и Бету надо хотя бы вытащить туда. Поиграет по правилам, будь они трижды людоедскими. Нет, ему нравилось делать людям хорошо, но не ценой риска всем и вся. А делать плохо? Ха, помнится, и на алистов заказы брал, и ничего, Хранящая же не припомнила в итоге?

Трижды перечитал контракт и подписал. Благо расторгнуть его было не так уж сложно, уведомил босса, отработал — свалил через три дня. Да и в целом выглядело так, что Мэй охотников держала не за рабов каких, а за элиту, и в эту элиту попасть не так-то просто! Ему с Романом просто повезло. Нет, он рассчитывал «половить рыбку в мутной водице» или как там современники Джу говаривают со своими морями-океанами, да скорее позарившегося на палочку идиота, но никак не предложенье на работу.

— Каждый отряд работает по-своему, — объяснял Роман. — Мы — двойками-тройками, и Виктор недавно остался один. Напарника подкараулили вне рейда. Виктор всем хорош, опытный, чертяга, да силы у него так себе. Ты тут будешь к месту: он с тобой опытом поделится, а ты будешь мускулами в вашей двойке. Приходи завтра в это же время — всё это здание за нашим отрядом, как-никак, мы не какой-нибудь сороковой, а двадцать третий.

— Есть какой-то рейтинг? — полюбопытствовал Сэм.

— Так, среди своих, — и ухмыльнулся. — Меньше номер — лучше отряд. Так считается. Тридцать пятый поспорит, но среди внешних это почти закон. В сороковой принимают любое ничтожество, и текучка там... Каждую неделю кто-то подыхает. А вот патрульные — с этими поди разберись, в первом отряде сплошь все монстры, во втором лично знаю парочку слабаков, которым самое место — куда-нибудь в тридцатый. Понаберут по знакомству и думают, что десяток артефактов сделает тебя ровнёй хоть Ксану, тьфу! Но ты не особо слушай мои бредни. Охотники друг с другом не враждуют, друг друга не задирают, понял?

— Не самоубийца — я читал контракт.

— То-то же, — проворчал, махнув своей ручищей. — Была у нас парочка... неграмотных. Потом очень удивлялись, чего их ноги сами на Фабрику ведут да напрямую в цех сортировки материала. Кричали ещё, что не хотят, что они не виноваты, их спровоцировали... идиоты. Жаль, конечно, да кто им доктор? Вот, держи, — бросил ему последовательно кожаный пояс, золотые на вид часы и жетон на цепочке. — С полётом тебе Виктор завтра объяснит. Часы на руку — в них вколдована карта, связь, твоя охотничья лицензия, и вообще — нас по часикам этим узнают, держи их на виду. Жетон на шею. Часы пролюбишь — новые найдём, жетон — твоё всё, пока надет, ты перед правилами — охотник, и правила ничего тебе не сделают. Запретное время, разрешённое время — с жетоном обо всём забудь. Убивать и грабить по-прежнему нельзя, к людям Компании относись с уважением, не то тебя Ксан лично прикопает, а остальные... Мы главные в этом городе, — он протянул руку, и Сэм её пожал. — Добро пожаловать в охотники. Мы — руки и глаза Мэй, и если кому-то что-то не понравится...

Сэм понимающе улыбнулся. Ну что, быть стражем — не такая уж плохая идея? В местечках типа Сумерии, хех. Франциско оценил бы. Хотя о чём это он — ну какой страж из «внешнего» охотника? Пожалуй, и сравнить-то не с чем, в прошлой жизни на пустошах Земли рабовладения не существовало. Не то чтобы не было желающих — людей не хватало для этой хренотени! А охотник на рабов — самое близкое, что он мог придумать. Люди никогда не использовали людей как... материал. Но здесь, на Дне, нравы другие, да и сколько тех людей? Много лишь среди охотников, а так выйдешь на улицу — в каждом встречном хоть чёрточка, да нечеловеческая!

Он возвращался в «Кровь и кости» к концу двенадцатого часа, и все вокруг спешили. Сколько же разного народу провожал он глазами в окно такси! Зверолюди? Любых видов и гибридов. Всяческие «фейские» и «эльфийские» существа? От мелких летающих, как с Гвен, до красавиц-эльфиек, на которых не засмотришься разве что из-за скорости авто. Звери с толикой человечности? Ну вон буквально змея с буквально руками, буква «A» на ножках, гибрид зелёной кляксы и летучей мыши, гусеница размером с автобус с грузом на спине, зеленющий гоблин... Кляксомышь, между прочим, на крыле носила золотые часы точь-в-точь как у него. Охотница! Или охотник? Хрен их, этих химер, пойми!

Администраторша вздрогнула, когда он вошёл, звякнув колокольчиком.

— Вы едва не опоздали до запрета, господин... охотник? — разве что глаза не выпучила!

— Сегодня хороший денёк, не находите? — широко улыбнулся он.

— Безусловно хороший, господин охотник, — закивала она. — Не желаете отдельный номер? Без доплаты!

— Пока что меня всё устраивает, — качнул головой. Ну у неё и заискивающий тон! Похоже, он недооценивал статус охотников в Сумерии. — Не забудьте подать обед.

— Я распоряжусь, чтобы вам принесли самое лучшее! Есть какие-нибудь предпочтения?

— Мясное, — хмыкнул он. Вспомнил вкусы Беты — наверняка у Киры они похожие. — И что-нибудь сладкое для моей спутницы.

— Всё будет в лучшем виде, не сомневайтесь! Для господина охотника — лучший сервис! — Она бы ещё несколько раз «лучший» повторила, чего уж.

Кира обнаружилась на месте. Сидела на кровати, прислонившись к стене, поглаживала палочку и бормотала наполовину про себя.

— Эй, всё в порядке? — ещё не хватало, чтоб у неё от палочки в голове всё развинтилось! Кира и так немного... неординарная, и этого «немного» как бы дохрена!

— А? Чё? — резко раскрыла глаза и едва не навернулась с кровати. — Бля! Погодь секу, чувак, я отсаммонюсь в реал... — что бы это ни значило! — Ага, бро, прив, тип, круто-Кира туточки, чё-как, часики новенькие клёвенькие?

— Я теперь охотник, — и рассказал ей об удачной встрече. Удачной, хм... Нет, Сэм, отставить паранойю!

— Крутотенюшка! — широко заулыбалась Кира. — Знач, завтра го к этому Виктору учиться лётать-перелётать? Хах, тоже б не отказалась, но знаешь, бро... — перевела взгляд на палочку. — Моя Морфозочка, ну, я её Морфоза назвала, тип, Метаморфозы — Морфоза, догоняешь? Короч, моя Морфозочка — она охрененная чувиха! Не, Гаррик не соврал, Морфозоньке время нужно на просыпаньки, но она тако-о-о-ое делает... Уй, время замедляет и ускоряет, ну типа, и по площади, и лично для меня. Пока не супер, но может! А ещё чует типа все превращения, я писец чуть не поехала крышей, как Морфозочка такая: смотри, Кирусик, чего-сь в те есть, ну я и посмотрела, дура! Бля, а там химия! Заебало химию учить, но выучила папочке назло, и чё думаешь — я терь что-то шарю! Думаешь, всё? Ан не-а, Морфоза мя как просветила, чё глубже химии, а там жопенция физическая вон такенная! А потом она мне духовные штуки показала, тут я совсем офигела, это Элиза у нас шаманция, а вон оно поди как! А потом правила! Ну не правила, а типа сны с правилами, короч, правила вроде как, ну, новые... как их там... степени свободы для снов. Во, прикинь, и сны типа текут-превращаются по своим сюжетам, это тоже алхимия, выходит? Короч, я терь просветлённая-пересветлённая такая! А щас Морфозушка меня учила, как толкать-двигать потоки превращений, клёво, знаешь, мож, и не права была? Ну, типа, магия-фэнтази — это хрень, помнишь? Но это если магия, потому что дунул-плюнул-файербол! А если как Морфозочка показывает — это же наука! Ну, не, не наука, Морфозовые силы — они типа занаучные, но мир-то научный... бля, даже сны научные, типа, всё устроено как порядки превращений, а я суперимбамаг их туда-сюда толкаю, меняю, добавляю, убираю? А не это Гвеново махнуть рукой и чебуртых или Эру какому помолиться, шоб с неба молния бабахнула на бесодемонского гада!