Но высокая скорость перехода и неблагоприятная погода, ко-торые позволяли уклоняться от противолодочных сил, имели для лодок и негативные последствия. На Б— 130 от беспрерывных уда-ров волн сорвало почти все леерные стойки, и они бились о борт, создавая помехи собственной гидроакустической станции. На Б-36 волны оторвали носовой аварийный буй и повредили одну из двух крышек устройства ВИПС (пусковая установка для поста-новки сигнальных средств и приборов радиоэлектронной борьбы— гидроакустического противодействия). После этого стало опасно погружаться на глубину более 70 метров, что сыг-рает свою роковую роль в Саргассовом море при уклонении от противолодочных сил противника. Эти же волны во время оче-редного шторма 7 октября придавили к ограждению рубки, не увернувшегося от них, вахтенного офицера командира минно-торпедной боевой части (БЧ-3) капитан-лейтенанта А.А.Мухта-рова, в результате чего произошёл перелом двух рёбер. Вахтен-ный офицер был «освобождён» от несения вахты почти на две недели. Как написал в отчёте в политорганы замполит корабля кап. 3 ранга В.Г. Сапаров, травмированного офицера А.А.Мухта-рова заменил на вахте коммунист В.Г.Сапаров. Между прочим, и А.А.Мухтаров был коммунистом [Наумов]. На Б-59 вышла из строя наружная захлопка дизеля. С дизелями мучились все эки-пажи без исключения. Чрезмерная нагрузка на них из-за ускорен-ного графика движения привела к тому, что два дизеля целыми сутками работали на полный ход, а на третьем в это время шёл непрерывный ремонт аппаратуры, которая то и дело ломалась от большой вибрации на волне.

Тем временем, ситуация вокруг Кубы обострялась. В субботу 13 октября американцы констатировали повышенную активность советских подводных лодок в Атлантике и начали готовить свои силы противолодочной войны на этом направлении [Сайт Архив Национальной Безопасности Хронология]. От каких источников информацииполучены сведения о повышении активности до сих пор точно неизвестно. Однако к тому времени, как отмечается в [Эдвард Марек], разведывательные органы США (Управление Национальной Безопасности, Центральное Разведывательное Управление, силы и средства разведки ВМС, ВВС и др.) уже имели по всему миру технические средства для перехвата радио-сообщений между командными пунктами и подводными лод-ками. В частности, на снимке показано, в каких точках на побе-режье Атлантического океана располагались станции радиораз-ведки (радиоперехвата) FRD-10, принадлежащие ВМС. Станции эти перехватывали самые короткие сообщения от подводных ло-док, но не могли их расшифровать. Лодки же действительно пе-редавали такие сообщения по мере прохода контрольных точек на маршруте развёртывания. В этом месте следует отметить, что некоторые командиры советских подводных лодок уже после возвращения из походавысказывали предположение, что об их походе американцы намного раньше могли получить информа-цию от своей агентуры на Северном флоте или в Москве. В кото-рый раз подчеркнём, что пока подтверждений и этому предполо-жению нет.

До поры до времени разведывательная информация в США была доступна только узкому кругу лиц, но теперь, как видим, американцы зашевелились. 18 октября на одной из подводных лодок (Б-59 Савицкого) собственными средствами радиораз-ведки была перехвачена радиограмма с французской радиостан-ции, оповещающая каких-токорреспондентов о том, что совет-ские подводные лодки вышли в Атлантику и следуют к берегам Америки.

В тот именно день (18 октября) в Западной Атлантике амери-канскими лётчиками, вылетевшими с Азорских островов, был об-наружен танкер Северного флота «Терек», который шёл для обеспечения действий подводных лодок. Естественно, он не мог осуществлять переход скрытно. Как раз к этому времени совет-ским командованием было принято решение увеличить срок пре-бывания в Саргассовом море подводной лодки Б-75 кап. 2 ранга Н.И.Натнёнкова. Однако для этого требовалось восполнить на ней израсходованные запасы материальных средств. Встреча подводной лодки с танкеромпроизошла в 450 милях севернее Азорских островов. Приведём воспоминания об этом эпизоде бывшего тогда заместителем командира Б-75 по политической части кап. 1 рангав отставке П. Коптяева [Морской сборник]: «В третьей декаде октября получили радиограмму о том, что для встречи с нами выслан танкер «Терек», от которого мы должны получить всё необходимое для продолжения автономного плава-ния. Конечно, такое известие никого не обрадовало. Люди уже порядком устали, жара в отсеках ипостоянное напряжение всех измотали, возвращения ждали с нетерпением, но приказ не об-суждается. Командир ПЛ поставил перед офицерами задачу убе-дить своих подчиненных, что продления нашего пребывания в Атлантике требует обстановка, чтонам оказано высокое доверие — выполнить задачу государственной важности. И такая работа с матросами и старшинами была проведена, в результате — ни од-ной жалобы, ни малейшего проявления недовольства.

В ночь на 22 октября, находясь в подводном положении, обна-руживаем шум винтов корабля, шедшего курсом, которым дол-жен был идти танкер «Терек». Убедившисьв этом, мы всплыли и сблизились с ним, но швартоваться из-за сильного волнения не пришлось: топливо принимали по шлангу, продукты, почту и всё прочее — по канатам.

Перед рассветом вахтенный радиометрист доложил о работе самолетной РЛС. Вскоре над нами оказался самолет США «P-2V Нептун», в кабине которого хорошо был виден летчик, одетый в красный комбинезон. Он кружился над нами на предельно низ-кой высоте и, скорее всего, вызывал по радио корабли, указывая при этом наши координаты. Мы торопились, а когда закончили прием всего положенного, поблагодарили экипаж «Терека», по-грузились на рабочую глубину и пошли сначала курсом 180 гра-дусов, потом курсом 90 градусов.

Станции радиоразведки FRD-10 в Атлантике [ЭдвардМарек]

Всплыли в темное время, в начале ночи. Офицеры группы связи, входящие в наш экипаж, доложили командиру, что коман-дование флота США требует от своих кораблей во что бы то ни стало найти советскую подводную лодку. Однако выпол-нить приказ своего командования американцы так и не смогли, хотя мы продолжали наблюдать за обстановкой и были всё в той же боевой готовности. Личный состав находился в приподнятом настроении, так как все без исключения получили письма от род-ных идрузей, читали почти свежие газеты, делились друг с дру-гом радостями и новостями. На следующий день мы получили радиограмму, в которой нам было приказано следовать в базу (23 октября — авт.). Как и в начале похода, нам опять пришлось укло-няться от встречных судов и боевых кораблей НАТО, от самоле-тов радиолокационного дозора.Опять было много погружений, опять шли под РДП, иногда объявляли боевые тревоги. Наконец, зашли в свои воды, а 10 ноября 1962 г. в 16.00 Б-75 вошла в Коль-ский залив и через час-полтора ошвартовалась к пирсу в Екате-рининской гавани г. Полярного». В базе лодку торжественно встретило командование бригады и эскадры. После разбора по-хода для личного состава лодки был организован праздничный обед. Всем вручили значки «За дальний поход», матросы и стар-шины на 20 суток отправились в дом отдыха. Совсем не так будут встречать тех, кто как раз в эти дни продолжал бороться с противолодочными силами ВМС США в Саргассовом море.

ПЛ Б-75 пополняет запасы от танкера «Терек», снято с

американского противолодочного самолёта

Обратим внимание на дату 23 октября. Она стала ключевой во всём процессе применения подводных лодок в этом кризисе. По существу в этот день будут изменены боевые задачи всех подвод-ных лодок — об этом мы будем писать ниже.

Надо подчеркнуть, что информация об участии танкера «Те-рек» в Карибском кризисе, как и некоторых других частей и под-разделений ВМФ, до сих пор полностью не опубликована. О по-ходе корабля к Кубе можно судить по словам В.П.Петрова, слу-жившего в те годы на танкере старшим мотористом. Он вспо-минает, что рядом с

«Тереком» постоянно шли американские сторожевые корабли типа «Клод Джонс», а каждые два часа облет судна совершали патрульные самолеты P-2V «Нептун». На запросыамериканцев о цели и конечной точке рейса с танкера отвечали, что на борту находятся 200 курсантов, проходящих практику. На самом деле, это были моряки-подводники, которым следовало подменять экипажи советских подводных лодок, действовавших в районе Кубы. Сведения о подводниках на танкере требуют документаль-ногоподтверждения.

После отрыва Б-75 от слежения танкер продолжал находиться юго-западнее Азорских островов, и в этом районе американские аналитики ожидали появления новых советских ПЛ. Однако вскоре на судне вышел из строя один дизель и его направили в базу.

Сейчас стало известно, что танкер «Терек» был обнаружен противолодочным самолетом P-2Е «Нептун», вылетевшим на патрулирование с базы авиации ВМС США Лагенс (Lajes, Азор-ские острова, о. Терсейра, Португалия). Американский самолет обнаружил и сфотографировал советскую дизельную ПЛ пр.611 (типа «Zulu»), которая находилась в надводном положении и про-изводила дозаправку топливом от «Терека». Этобыла Б-75, о чем, конечно, летчики знать не могли. Не могли знать они и того, что будет делать она в ближайшее время.

Как писал участник Карибского кризиса, в то время офицер американского эсминца

«Блэнди» Питер Хаутхаузен: «Процедура отслеживания кон-тактов, зарегистрированных на море надводными кораблям и са-молетами, установленная штабом Командования противолодоч-ных операций, была простой, однако временами путаной. Так как задачей противолодочного соединения является установление и поддержание контакта с подводной лодкой, причем для этого ис-пользуется любой способ обнаружения — гидролокационный, ра-диолокационный, визуальный, при помощи гидролокационных буевили же детектора магнитной аномалии (магнитометров), — то и докладов о контактах с подводной лодкой представлялось го-раздо больше, чем было реальных лодок. Непреодолимое стрем-ление засечь перископ или услышать четкий ответный сигнал гидролокатора зачастую управляло органами чувств, и матросы видели или слышали именно то, что они хотели увидеть или услышать.

Командование противолодочных операций Атлантического флота в Норфолке присваивало временные номера всем контак-там с ПЛ, о которых докладывалось по системе оповещения Ко-мандования. Если предполагалось, что это ПЛ, обнаруженная РЛС(радиолокационной станцией — авт.) в надводном положении или же гидролокатором в подводном положении, то контакту присваивался номер, которому предшествовала буква «С».

При визуальном обнаружении объекта на поверхности моря и идентификации его, как подводная лодка, контакту присваивался номер с префиксом «В». Подводная лодка класса «Зулу», заме-ченная у советского танкера «Терек», была четким визуальным контактом, который 21 октября (по вашингтонскому времени — авт.) был сфотографирован и учтен. Многие другие гидролокаци-онные и радиолокационные контакты, о которых докладыва-лось в период Кубинского кризиса, были учтены, как «пред-положительно, подводная лодка» и получили номера от «С-1» до «С-29». Эти временные номера назначались для обеспечения не-прерывности слежения за контактом, обнаруженным надводным кораблем или самолетом. Решение о том, что считать одним и тем же контактом, принималось аналитиками, работавшими в благо-словенных кабинетах штаба противолодочных сил в Норфолке. Обычно это были опытные летчики, подводникиили же офицеры эсминцев, имевшие многолетнюю практику охоты за подвод-ными лодками. В кутерьме октябрьских недель 1962г. номеров с буквой «С», т.е. «предположительно, подводная лодка», было назначено гораздо больше, чем имелось советских ПЛ в данном районе» [Хаутхаузен]. Отсюда необходимо сделать следующий важный вывод. Всего лишь четыре подводные лодки создавали такое напряжение противолодочным силам ВМС США, как будто действовали почти три десятка ПЛ. Чтобыотследить все «предположительно, подводные лодки» требовался значитель-ный наряд противолодочных сил. А теперь представим себе, что вместе с 69-й бригадой развертывалось бы и семь ракетных под-водных лодок 18-й дивизии, как было предусмотрено первона-чальным планом. Требуемый наряд противолодочных сил увели-чился бы многократно, а политическая обстановка стала бы ещё острее. К данному вопросу мы ещё вернёмся.

В середине октября 1962г. помимо танкера «Терек», ещё одно судно, находящееся в Атлантике, привлекло пристальное внима-ние американских разведывательных служб. Этим судном был траулер «Шквал» (Shkval), который по американским данным яв-лялся разведывательным судном, осуществляющим системати-ческую радио— и радиотехническую разведку.

Кроме того, теперь американцы считали, что он осуществляет разведку в интересах подводных лодок, идущих на Кубу. В дей-ствительности это был малый разведывательный корабль типа «Океан» Северного флота «Минога», переименованный на время данного похода в «Шторм» [Сайт Russian-Ships.info

http://russianships.info/razvedka/okean.htm]. Тогда для разведыва-тельных кораблей такая практика переименования была обыч-ной. Маскируясь под средний рефрижераторный рыболовецкий траулер, корабль во время кризиса в одиночку находился южнее Бермудских отровов. Оценить ценность разведанной им инфор-мации пока не представляется возможным, хотя, как показывают факты, подводникам эта информация недоводилась и не помо-гала уклоняться от сил противолодочной войны ВМС США. Тем не менее, нельзя не отметить мужество экипажа судёнышка во-доизмещением 720 т, в одиночку действовавшего на бескрайних просторах океана под пристальным наблюдением самолётов и надводных кораблей вероятного противника. С началом военных действий судно подлежало уничтожению в первую очередь и за-щититься оно ничем не могло.

Малый разведывательный корабль типа «Океан»

Тем временем, в эти же дни политическое руководство США осознавало в какое положение его поставили своими действиями Советский Союз, Куба и некоторые другие страны социалисти-ческого содружества. В результате осознания в срочном порядке пришлось отказываться от первоначальных планов вторжения на Кубу и идти на беспрецедентное обострение отношений с Моск-вой.

6. Обострение кризиса и развёртывание сил

ВМС США в Карибском регионе

Как теперь известно, непосредственную подготовку к воен-ным действиям против Кубы Соединённые Штаты начали 3 ок-тября 1962г. — задолго до обнаружения на ее территории совет-ских ракет. Таким образом советское политическое и военное ру-ководство еще весной этого года правильно и достаточно точно оценивало военно— политическую и стратегическую обстановку в этом регионе, своевременно спланировав и приступив к превен-тивным действиям. Сколько бы не говорили об авантюризме Н.С. Хрущева, но в оценке факта подготовки и даже примерного вре-мени начала агрессии США против Кубы он и его помощники не ошиблись.