Из сказанного гостем, старик, прежде всего, понял, что для пришельца путешествие в параллельные миры является совершенно обыденным делом. От осознания того, что он разговаривает не с человеком с Земли, почувствовал себя ещё хуже, чем раньше. Заметив несколько любопытных, бесцеремонно разглядывающих из окон графа Вавилова, Фёдор Павлович предложил отойти в сторону.

— Отойдём немного, — сухо сказал он, — мне бы не хотелось, чтобы наш разговор раньше времени начали обсуждать все, кому не лень.

— О, конечно, — Антон сделал несколько шагов подальше от накренившегося автобуса, за ним последовали капитан и Фёдор Павлович. Отойдя на достаточное расстояние, Антон остановился. — Осмотрел ваших противников.

— И что?

— Статья триста сорок шестая Инструкции. Меня, как кажется, занесло тоже куда-то не туда. Судя по строению тела и черепа, перед нами не ваш и не мой предок. Похожими осколками генной инженерии забиты многие Линии, но все они находятся довольно далеко от центральных. Однако должен заметить что, не смотря на кажущуюся примитивность, осмотренные мной создания можно со спокойной совестью причислить к сонму разумных существ. Они владеют искусственно обработанными предметами, своим языком, с помощью которого координировали действия во время стычки.

— Я тоже заметил, что имею дело не просто с обезьянами, — заметил Фёдор Павлович.

— А я думаю, — безмятежно произнёс гость, — они способны на намного большее, чем смогли продемонстрировать.

— Давайте-ка лучше вернёмся к вам, — осторожно перевёл тему пожилой руководитель колонии и невольно посмотрел в ту сторону, куда ушёл верный и надёжный Митрич. Здоровенная фигура шофёра и его малорослого спутника быстро приближалась, наполовину закрытая высокой травой. За водоносами виднелась ещё одна группа из пяти человек. Двух из них мастер узнал сразу. Трое других были ему незнакомы.

— Охотно, — кивнул головой граф, показывая всем своим видом, что ничего ни от кого не собирается скрывать.

— Значит, вы...

— Губернатор лун Мандорры, — представил от себя гостя капитан и достал из грудного кармашка паспорт, — у него и документ соответствующий имеется. Похоже, конечно, на розыгрыш, но никакая, на мой взгляд, не липа.

— Самый настоящий, — уверенно заверил Антон.

Фёдор Павлович осторожно взял обтянутый в кожу паспорт. На поверхности выпукло и красиво смотрелся герб двуглавого орла, с коронами над головами, в окружении многочисленных планет. Под гербом светилась надпись: 'Российская галактическая империя'. Русские буквы, складываясь в слова, пугали своим смыслом.

— Что за шутка такая? — растерянно спросил Фёдор Павлович. — Что ещё за Российская империя? Да при том ещё и галактическая?

— Вполне понимаю вас. Всегда сталкиваюсь с отличиями, притом вполне порой существенными. У нас вот доминирующая сила — Галактическая Российская империя, объединившая множество самых разнообразных рас, как похожих на нас, так и таких, которых к гуманоидам нельзя отнести ни при каких условиях.

— К гуманоидам? — с непонятной хрипотцой в голосе переспросил капитан, а Фёдор Павлович подозрительно от себя добавил:

— Всё равно похоже на тщательно подготовленный розыгрыш. Если предположить, что вы пришли извне, из другого не нашего мира, то объясните, почему вы говорите по-русски так, как будто это ваш родной язык? К тому же пользуетесь понятными терминологиями, которые формируются при определённых условиях, а, значит, являются уникальными.

— О, вы затронули давно нам известный феномен, — принялся спокойно пояснять Антон, оценивающе осматривая выросшую за спиной старика огромную фигуру водителя. — Центральные линии практически зеркально повторяют друг друга, за исключением несоответствия в небольших деталях. По мере погружения вглубь материнского пространства, несоответствий становится всё больше. Так называемый эффект зеркала, которое по мере удаления от наблюдателя становится всё более кривым. Думаю, у нас с вами должны существовать значительные отличия в привычных реальностях. У вас они есть?

— Конечно, — Сергеев мотнул головой, не совсем понимая, о чём идёт речь. — Хватает. Фёдор Павлович, а вы всё же полюбопытствуйте, откройте документ. Ваши сомнения сами и отпадут. Вот только сдаётся мне, что перед нами не совсем путешественник.

Пожилой мастер, убелённый сединами, с такими же седыми густыми бровями, открыл паспорт и, не выдержав, ахнул, едва не выронив из рук. Перед лицом возникло объёмное изображение стоящего напротив человека, с соответствующими поясняющими надписями, зависшими в воздухе.

— Я бы посоветовал поосторожней обращаться с документом, — довольно встревоженным голосом сказал Антон. — Как я заметил, вы не знакомы с подобной формой передачи информации. К тому же паспорт служит не только для преодоления пропускных пунктов, он и есть тот предмет, при активации которого я имею возможность путешествовать. А если на определённой странице заломить лист, то можно случайно вызвать специальную группу профессиональных ликвидаторов, присутствие которых до поры до времени кажется мне крайне нежелательным. Очень крутые ребята.

Капитан не нашёлся что сказать, Митрич пробурчал что-то неопределённое, а вот Фёдор Павлович быстро справился с собой. Он закрыл опасный документ и положил в кармашек теперь уже своей рубашки.

— Вот всё равно не верится, что вас занесло к нам случайно. Хотелось бы знать о цели вашего визита. Кстати, думаю, пришло время и мне представиться. Фёдор Павлович, — мастер протянул ладонь для рукопожатия. Растерянно и настороженно гость с подозрением некоторое время рассматривал протянутую ладонь, а затем очень осторожно коснулся её кончиками пальцев:

— Странный обычай, — тихо сказал он. — Непосредственный контакт, наиболее лёгкая форма для распространения микроорганизмов.

— Так зачем пожаловали? — с улыбкой Фёдор Павлович опустил руку.

— Соответственно приказу, — неохотно пробормотал пришелец, явно не собиравшийся до конца открывать свои тайны.

— Приказу?

— Да, приказу. Сейчас я являюсь одним из полевых агентов, направленных для поиска аномалии.

— А как же запись в паспорте? — насторожился капитан. — Титул? Что вы губернатор какой-то территории чёрт знает, какой звёздной империи?

— А разве одно другому мешает? Ну, а если говорить до конца откровенно, то губернаторство я получил тогда, когда луны Мандорры превратились в пустыню. На моё место временно заступил дежурный офицер, я же срочно получил иное задание.

— Поиск аномалии?

— Да, что-то вторглось в привычный порядок вещей и изменения сильно отразились на нас.

— У вас произошло что-то на самом деле серьёзное? — казённым голосом продолжал допрос капитан. Фёдор Павлович мысленно поставил полицейскому большой плюс.

— Куда уж серьёзней, — тяжело вздохнул губернатор пустынных лун, — сначала массовые беспорядки. А вскоре последовали многочисленные разрушительные катаклизмы. У меня все защитные купола, где велась добыча полезных ископаемых, смели дожди крупных метеоритов. Непонятно откуда они взялись. Наша дальняя и ближняя разведка космоса не смогла зафиксировать их появления до последнего момента критичной точки, а техники соответственно не успели прореагировать. Они словно возникли их ниоткуда, обладая при этом уже огромной скоростью.

— Наверное, это Оеха, — тихо, словно боясь, что покрытый татуировками воин появится, произнёс подошедший Митрич.

— Кто такой Оеха? — сразу насторожился пришелец. — Он отличается от вас? Мне можно поговорить с ним?

— К сожалению, нет, — вновь натянуто улыбнулся мастер, — он покинул нас несколько дней назад. Может погиб во время взрыва, который мы видели, я не знаю. В общем, ушёл, пропал, прихватив с собой одного из наших. А вы... вы бы отдохнули. И вот что ещё. У нас, тех, кто здесь оказался, всё построено на доверии. Возьмите, — он протянул паспорт хозяину, — надеюсь, и вы будете доверять нам, а в случае необходимости окажете необходимую помощь.

Фёдор Павлович кивнул головой, давая понять, что разговор окончен и отошёл в сторону. Губернатор взял в руки паспорт, и растерянно подержав на весу, засунул внутрь костюма.

— Зачем вы отдали ему документ?

— Зачем? Нам нужен каждый человек, важно доверие к нам. Тем более доверие такого, кто в состояние защитить других.

— Не поспоришь, — согласился водитель.

Тем временем титулованная особа Российской империи, по-видимому, повидавшая на своём веку немало планет и параллельных миров, направилась к автобусу.

— Посмотрите за ним, — попросил руководитель колонии и отдал ещё один, очень важный, приказ Митричу. — Пригляди за раздачей воды, а потом попытайся подготовить транспорт к дальнейшему движению. Я же пока поговорю с пополнением.

Он повернулся к семейной паре Мироновых и улыбнулся ребёнку:

— Фёдор Павлович, меня ещё зовут все 'Дед', негласный глава переселенцев.

Невысокий полноватый мужчина, красивая молодая женщина в серой блузке и синих джинсах и маленький мальчик выглядели растерянно и немного потерянно. Мужчина испуганно озирался, в то время как Артём и Нина проявляли гораздо больше выдержки и мужества.

— Артём, — назвал себя мальчик и совсем по-взрослому протянул руку вперёд. 'Дед' снова усмехнулся, присел и пожал руку юному Миронову. — А со мной мама Нина и папа Саша.

— Нам рассказывали по дороге двое юношей, — приятным голосом произнесла женщина, явно доминирующая в небольшой группе, — о том, что с вами случилось. Вся услышанная по пути история выглядит настолько фантастично, что в неё просто нельзя было бы поверить, если бы...

— Если бы с вами не произошло нечто похожее, — выпрямился седой мастер.

— Да, мы же теперь здесь, мам. Ты же видела всех этих животных? — просто и бесхитростно заявил мальчик.

— Хотелось бы знать... Где... здесь? — голос старшего Миронова заметно дрогнул на последнем слове.

— Я предполагаю, что мы попали либо в далёкое прошлое, этак за миллион лет до нашей эры или...

— Что, может быть ещё хуже вариант? — мужчина казался Фёдору Павловичу всё более нервным, а, следовательно, мало предсказуемым.

— Другой возможный вариант заключается в том, что нас могло забросить на параллельную линию развития.

— Параллельный мир?! — супруги произнесли одну и ту же фразу одновременно.

— К тому же и со сдвигом в пространстве. Судя по некоторым признакам, наш новый дом находится где-то в районе современной Африки.

— Бог ты мой, — только и смогла произнести женщина.

Мастер невольно отвёл глаза и посмотрел на небольшую поляну, образовавшуюся перед автобусом. Две женщины хлопотали у костра, занятые приготовлением пищи. Десятка два человек в порядком потрёпанной одежде, совершенно разного возраста и пола сосредоточенно убирали трупы гоминидов. Переселенцам пришлось выдержать жаркую схватку. Более пятнадцати трупов человекообразных существ застыло в самых различных позах на земле там, где их застала смерть. Более половины из них истребил губернатор Мандорры.

Метрах в пятидесяти от замершего транспорта, возле развесистого куста один из колонистов под палящими лучами солнца, изнывая от пота, копал сапёрной лопатой, позаимствованной из арсенала водителя автобуса, большую яму для погребения нападавших. Остальные, с трудом поднимая под мышки и за ноги тела, стаскивали их к могиле.

У переднего колеса, практически целиком зарывшегося в землю, лежали на спине, с закрытыми тряпочками лицами мужчина и женщина.

— Нас стало на двух меньше, но сразу же четверо прибыло. Интересная арифметика, — в нескольких метрах от Фёдора Павловича заметил Митрич и поставил на землю канистру с водой, а затем открыл капот. — Правильно говорит Палыч, что нужно остановиться прямо здесь, возле ручья, возвести стены и начать капитально обживаться. Никто нам не поможет, кроме нас самих.

Граф Вавилов, к которому и были обращены произнесённые слова, казалось, вовсе не услышал их. Он растерянно смотрел на автобус, а точнее, на открывшийся взгляду двигатель внутреннего сгорания.

— Четыре колеса... Примитивный двигатель... — Едва слышно произнёс он. — У вас вовсе не машина для перемещения между Линиями. И вы отнюдь не туристы и путешественники. Вы... из одного дикого ответвления Закрытых Линий.

— Ну, ну, ты полегче, мистер, — негромко предупредил водитель, на время оторвавшись от осмотра. — Мы люди простые и хамить себе никому, даже графятам, не позволим.

— Нет, нет, я вовсе не имел намерений вас обидеть, — Антон явно расстроился от того, что его поняли неверно. А может, его задело пренебрежительное отношение к честно заслуженному титулу. — Я только сказал, что вы прибыли сюда вовсе не на экскурсию. Мне непонятно только одно. Каким образом вам удалось перебраться в иную Линию группой и на обычном транспортном средстве?

— Понятия не имею. Видел какое-то существо перед перемещением. Ещё знаю, что после того как мы покинули наш мир, с ним что-то произошло. Что-то очень нехорошее.

— Подождите, вы хотите сказать, что знаете, что произошло в будущем в вашей Линии? Значит, кто-то из вас побывал в... будущем? Но это же невозможно!

— Он был там и говорит, что нашего мира больше не существует. Ещё он запросто путешествует между мирами. Сам, — заметил водитель.

— Кто он?

— Мы называем его Олег, хотя сам он себя зовёт Оеха.

— Я уже слышал о нём? Он — человек?

— Как мне кажется, не совсем.

— Однозначно — аномалия. Которая, возможно, всё и сдвинула. Нарушила устойчивость мироздания. Выбила тот камень, на котором держалась вся постройка. Я должен увидеть его.

— Обещал вернуться, — пожал плечами Митрич. — Похоже, что своё слово он держит всегда. Так что тебе нужно лишь подождать.

— Я дождусь. А пока как могу, постараюсь помочь, — решительно произнёс лунный граф и, задев рукавом дорогой ткани за пыльный угол автобуса, отчего на нём появилось серое пятно, быстро впитанное и растворённое чудесной фактурой, направился к открытой передней двери транспорта. Из салона доносились приглушённые стоны.

Некоторое время Вавилов нерешительно постоял перед входом, с дорожным кейсом в руке, а потом схватился за поручни и шагнул внутрь салона.

Несмотря на то, что тропическое солнце продолжало немилосердно накалять крышу автобуса, разбитые окна, открытые двери и освежающий ветерок способствовали созданию внутри помещения собственной микро атмосферы. Впрочем, через некоторое время и в этом укромном месте духота дала о себе знать. Губернатор почувствовал, как его лоб и шею покрыла неприятная испарина.

Совершенно непроизвольно он посмотрел на ближайшее окно-глазницу. Из разбитых окон открывалась необычайная, захватывающая дух панорама. Автобус, застряв на склоне, так и не успел спуститься в долину и застыл на довольно обширной ровной площадке, за которой снова начинался скат. Как на специально устроенной смотровой площадке можно было бесконечно долго любоваться многочисленными островками деревьев и большими стадами самых разнообразных крупных животных, бродящих внизу, по саванне.