Очередная глава "Иного"

— Живыми или мёртвыми? — в целом, план нормальный. Не считая того, что пойти не так может что угодно, начиная с какой сигналки на верхушке небоскрёба. Но застать врасплох с расчётом, что атаки там никто не ждёт? Пойдёт.

— Как покатит, — ему и вправду похер? Впрочем, если судить по лицу и обычному тону Виктора, тому было похер вообще на всё — а Сэм хорошо помнит ту смесь эмоций, как заговорил о мести! — Мы в приоритете. Мертвецы не мстят.

— Мне нравится твой подход.

Порасспрашивал по деталям. В целом-то картина ясная, а в процессе, как говаривал один приятель, «ситуации бывают». «Ситуации» Сэм не любил, а как с Хранящею, да и просто с алистами связался — так сплошь всё «ситуатсится»!

Слетали до зомби-сна. Поглазел на город, зомби оценил, парочку прикончил сосулькой в глаз. Ничего особенного — зато собственная скорость реакции... В восемнадцать он таким квёлым был, да? Когда палочкой управляешь — всё ОК, когда собственным телом — неповоротлив, как торговый караван! И никаких тренировок на реакцию он не помнит — сама развилась. Надо учитывать и в бою вести себя не слишком смело, чтобы пулю не словить.

По дороге обратно звякнула Кира, мол, забирай. Вик отчалил к себе, а Кира ждала за дверью, весьма довольная, если не сказать самодовольная. В новенькой алхимформе — такой же, как у Ирен рядом.

— Ну что, с приёмом на работу? — улыбнулся дамам.

— Нахрен да! — ответила Кира с энтузиазмом, но чувствовалась и усталость.

— Впервые видела охуевшего Рене, — меланхолично «поприветствовала» Ирен. — Твоя подруга — просто нечто. Помнишь, говорила о терпении и дисциплине? Выставила себя дурой.

— Эм, подруга, ты чего, ты ж не в теме, что я скорость туда-сюда кручу? Это ж чит, я просто читерша, а ты по чесноку играешь!

— ... — Ирен бросила на Киру настолько многозначительный взгляд, что та мотнула головой.

— Эй, эй, ну лан, я ж в теории отстой, вы тут все процессы-превращения шарите, а я нубаска!

— Мастер Рене, — продолжила Ирен, — сказал, что маэстро Инью ищет необычные таланты. Близится десятая попытка Великого Делания, и я была уверена, что пойду от нашего цеха. Теперь я ни в чём не уверена.

— Блин, чувиха, эм, Ирен, я же не спецом, прост работу ищу! — видеть искренне расстроенную из-за беды другого человека Киру было... непривычно. Нет, Сэм не считал, что у той нет эмпатии — просто Кира настолько зацикливалась на себе самой, что на других внимание обращала постольку-поскольку.

— Знаю, — отмахнулась Ирен. — Иди уже, чудо в перьях. Завтра Рене ждёт тебя к десяти, не забудь.

— ОК, угу, покедова?

— Пока, — и удалилась, задымив сигаретой.

После энергичного полёта, едва ли не пробежки до номера и затыкания рта Кире — нечего говорить на улице или пытаться перекричать ветер! — ей наконец-то удалось высказаться. Правда, сначала были понятны только междометия. Но после кружки чая Кира подуспокоилась и рассказала, как впечатляла «такого префранцузского, как Верин папочка» мастера Рене, какие прикольные приборы у того в кабинете и какой большой цех третичной переработки. И хвасталась, что теперь она настоящий алхимик, даже не младший, пусть не старший, у неё своя «крутомантия» («а ты мне дал, короч, поделку, Рене её спалил, шоб не позорилась!»), завтра будет свой кабинет, а может, и не будет, если возьмёт Главный алхимик.

— Инью, типа, по сусекам скребёт? — объясняла Кира. — Прикинь, у них это Деланье, оно, ну, то ли Мэй делается, то ли для Мэй, то ли связано как с ней, короч, девять попыток слили нахрен! Инью всем и говорит, что они дебилы и тупицы, но ничё поделать не поделает, оно там сложное-пресложное. Инью, ну, даже себя при мастерах ругает, что подводит Мэй, а что за Деланье, и сам Рене не в теме — тайна! В прошлый раз из его цеха никого не взяли, в позапрошлый Рене ещё на Фабрике-то не было.

— Ты подберёшься к цели ближе меня, — констатировал Сэм. — Давай-ка посмотри внимательно на этого Инью. Выйдешь через него на Мэй — отлично, нет — запоминай, как там всё устроено и как к ней подобраться. Двух шансов нам не дадут.

— Бу сде, тов нач! — широко улыбнулась Кира. Продолжила, уткнувшись в кружку. — Слушай, чувак, я и хэ-зэ раньше, а прикольно, когда тя хвалят за чё-т реальное, прикинь? Типа, ты такой сбацал штуку или поправил хрень где, а тебе такие, молодчина, крутецкая дивчина, понял, да? Типа, тепло так, ну, внутри, бля, наверн, меня изи заманипулировать, дай говори, что хороша...

— Ты сама видела результат, — улыбнулся и Сэм. — И Морфоза видела. Это не лесть, а заслуженная похвала. Знаешь, тоже такое вспоминаю, — вздохнул, глотнул так много чаю, что едва не подавился. — Как я впервые машинку отремонтировал. Наш мастер тоже хвалил, мол, наконец-то малец с руками не из жопы, вырастет автомеханик... А вырос наёмник с любовью к крутым тачкам, — ухмыльнулся не то себе, не то Кире, не то миру.

— Меня до этого так Морфоза хвалила, — призналась Кира. — Типа, эм, ну что я схватываю на лету. Бля, когда я лажала, Морфоза меня не заругивала до посиневших ушей! Я даж подумала... ну, типа, фантастика... а прикинь, Морфоза была бы моей мамой?

— Часто ссорилась с мамой? — предположил он.

— Не, блин, чувак, у меня не было мамы. Меня папочка удочерил, а он строгая высокомерная зараза! Не, типа, он меня любил, все дела, но нянек выбирал точняк через жопу, вот инфа соточка, ему демонец из «Дума» напрямик подсказывал, какую выбрать! Не, я нетупая, вкуриваю, отец занятой такой, директор, но прикинь, у меня была бы мама, как Морфоза? Бля, я б росла счастливой девкой, а не ебанутой геймершей!

— Но тогда это была бы и не ты, — хмыкнул он. — Я бы тоже хотел себе отца... Я у мамы один, знаешь. Она, конечно, хорошая, но я видел, как ей хреново одной, и как назло, все нормальные мужики вокруг разобраны, вот и приходилось мужиком быть — мне. И похуй, стал мужиком, вот и ты не сопливой мамочкиной девочкой выросла, а игроком — не только на компьютере.

— Типа да, но типа... не знаю, прост зависть жрёт, у других мама-мама, а у меня «Кирочка, я занят, ты сделала уроки?» Тьфу! А, лан, бро, ты прав, нахрен-нехрен сюси-пуси, пора зубрить алхимический матан, подкатить к этому челу, Инью, завтра. А ты чего планируешь?

— Спать. Ночью — в рейд. Добуду деньги и расплачусь за услугу.

— Лады, — повернулась к окну, к виду на улицу причудливой Сумерии и погладила свою палочку. — Покажем им всем, а, Морфоза?

Сэму, в свою очередь, не надо было обращаться, чтобы почувствовать молчаливую, но вескую поддержку от Снегурочки. Два человека и две палочки — команда мечты, не так ли?

___________________________

*Название «Сумерия» здесь и в дальнейшем имеет два варианта ударения: на второй слог и на третий. Поскольку разные люди и нелюди используют ударения на разные слоги, иногда вперемешку, то я не буду выделять какой-то один вариант как правильный. Например, Остин делает ударение на третий слог, а Кира предпочитает на второй. Затрудняюсь предположить, с чем связано это явление, но спускаться на Дно ради решения настолько частного филологического вопроса — это слишком даже для меня.