Опасаясь, как бы удивлённый купец не сказал чего-нибудь лишнего, мичман российского императорского флота, резко поклонившись, выпалил:
— Приветствую тебя, достопочтенный Куджичи! Ты принял меня на службу в Шибани! Божьей милостью я спасся в ураган! Я поскользнулся и упал за борт ещё до крушения "Бойкого селезня"! В воде я схватился за какую-то доску и лишился чувств. Меня достали из реки матросы с корабля "Речная чайка", на котором путешествовал благородный господин барон Хваро! Я выжил только благодаря его доброте и щедрости! Господин барон оплатил моё лечение! Прошу тебя, достопочтенный, вернуть ему эти деньги! Клянусь Вечным небом, я их отработаю!
Подобное вмешательство нижестоящего в разговор вышестоящих оказалось настолько противоестественно и неожиданно для окружающих, что те даже растерялись.
Опомнившись, старый воин рявкнул, наполовину вытащив из ножен меч:
— Как ты посмел меня прерывать?! Забыл своё место, простолюдин?!
— Простите, благородный господин Мукано, — низко поклонился Александр Павлович. — Я не должен был так поступать и готов понести любое наказание.
— Ты заставляешь меня стыдиться за тебя, Кохл! — хозяин дома картинно всплеснул руками и тут же склонился в церемонном поклоне. — Вина его безмерна, благородные господа. Торопясь вернуть долг, он позабыл о правилах приличия. Если вы не накажете его, я сам сделаю это. Но сначала хотелось бы узнать, во сколько обошлось лечение этого грубияна?
— Со своими слугами, достопочтенный, разбирайся сам, — проговорил аристократ с ироничной, всё понимающей усмешкой. — А о деньгах не беспокойся. Я рад оказать тебе столь незначительную услугу.
— О, господин барон! — голос судовладельца дрогнул, а глаза заблестели, словно от подступивших слёз. — Я счастлив познакомиться с добродетельным благородным человеком столь выдающихся моральных принципов! Если я хоть чем-то могу быть вам полезен, всецело располагайте мной!
— Не нужно, не нужно, — поморщился знатный гость. — Твоего доброго расположения будет достаточно.
— Я не достоин такого вашего отношения, господин барон, — в очередной раз поклонился судовладелец и поинтересовался: — Вы давно прибыли в Даяснору?
— Только что, — усмехнулся аристократ. — Мы к тебе прямо из порта.
— Уже где-то остановились?
— В "Серебряном журавле".
— Зачем же так?! — сокрушённо покачал головой богач. — В моей усадьбе есть прекрасный павильон. Светлый, просторный. Стоит отдельно в саду у пруда. Вас там никто не побеспокоит.
— Боюсь, это будет неуместно, достопочтенный Куджичи, — заметил землевладелец. — С нового года я начну служить в порту. А у тебя много кораблей. Могут пойти нежелательные разговоры.
— Преклоняюсь перед вашей мудростью и предусмотрительностью, господин барон, — отвесил новый поклон хозяин дома. — Тогда, пока вы ещё не приступили к своим служебным обязанностям, прошу сегодня же пожаловать ко мне на званый ужин.
— С удовольствием, достопочтенный, — улыбнулся знатный гость.
— Но это будет вечером, — продолжил собеседник. — Надо приготовиться, пригласить друзей. А сейчас я прошу вас выпить со мной чаю. Пожалуйста, не отказывайте, господин барон. Я не прощу себе, если вы сейчас вот так уйдёте. Я готов встать на колени...
— Ни в коем случае! — вскричал аристократ. — Ты только обидишь меня этим, достопочтенный!
— Тогда проходите, — сделал богач приглашающий жест. — А мне необходимо отдать кое-какие распоряжения.
Подозвав одного из слуг, он что-то горячо зашептал ему на ухо. Гости же проследовали на вымощенный каменными плитками передний двор.
По углам там росли четыре аккуратно подстриженных персиковых дерева, где среди листьев выделялись зелёные, ещё несозревшие плоды.
Круглый, каменный столик с пятью прикрытыми циновками сиденьями располагался возле длинной, усыпанной цветами клумбы. Дворяне хотели направиться туда, но купец запротестовал:
— Нет, нет, господа! Проходите в главный зал! Я не смею принимать вас под открытым небом.
— Хорошо, достопочтенный, — одобрительно кивнул аристократ.
Несмотря на то, что, как и положено в здешних усадьбах, центральное здание возвышалось над прочими постройками, оно всё равно выглядело приземистым из-за своей длины.
Выкрашенные в яркие цвета стены радовали глаз. На фасаде выделялись большие, затянутые белой бумагой окна.
Не успели хозяин дома и гости подойти к ведущей на верхнюю площадку перед дверями лестнице, как из-за угла выбежал полноватый молодой человек в чёрно-синем халате, но, остановившись в нескольких шагах, замер в глубоком, церемонном поклоне.
— Мой сын Сайтам, — представил его судовладелец. — Он тоже выжил в том кораблекрушении.
— Рад приветствовать вас, господин барон! — громко сказал купеческий отпрыск. — Я слышал, что спасся ещё кто-то из наших...
— Это почтенный Кохл, — прервал его папаша. — Ты должен помнить, я нанял его в Шибани.
— Конечно, отец! — согласно кивнул молодой человек, не скрывая довольной улыбки.
— Я пригласил господ выпить чаю, — уже гораздо спокойнее продолжил богач. — А ты отведи почтенного Кохла к управителю. Пусть он найдёт ему место.
— Слушаюсь, отец, — поклонился сын.
— Благодарю, достопочтенный, — с поклоном сказал Жданов. — И вам ещё раз большое спасибо, господа.
— Ступай, ступай, — махнул рукой Куджичи. — А вас, господа, я прошу пройти в главный зал.
Повернувшись к Сайтаму, мичман российского императорского флота глянул ему за спину, заметив замершую возле угла здания девушку.
"Ия Николаевна!" — одними губами охнул Александр Павлович, чувствуя, как из груди рвётся крик, и начинает кружиться голова.
— Что с вами, господин?! — резанул по ушам крик Мукано.
Резко обернувшись, Жданов увидел, как старый воин крепко держит за локоть опустившегося на одно колено бледного, как мел, молодого аристократа.
— Я просто оступился! — огрызнулся тот, устремив пылающий взгляд туда, куда секунду назад смотрел сам мичман российского императорского флота.
Но там уже никого не было.
"Он тоже её заметил! — догадался Александр Павлович. — Обоим нам привидеться не могло!! Ия Николаевна жива, и она здесь!"
— Простите, что напугал, господин Мукано, — голос землевладельца поначалу чуть дрожащий с каждой секундой звучал всё увереннее. — Загляделся на дверь. Очень красивый узор.
— Рисовал сам почтенный Венес, — с облегчением выдохнул хозяин дома. — У меня есть ещё несколько его картин. Я вам их сейчас покажу.
Его сын, мельком глянув на суетившегося возле знатного гостя отца, позвал:
— Пойдём, почтенный Кохл.
И тихо добавил:
— А мы вас уже не ждали. Правду говорят: если встреча предначертана судьбой, она случится обязательно.
435
