Попавшие 3

  — Не беспокойтесь,— так и не взглянув на Покровского ответил Загот.— Вам ничто не угрожает. Ни вам, ни вашей дочери. А шум... Он отвлечет немного охрану, пока мы будем заниматься своим делом.

  И в этом он не ошибся, так как в коридоре, ведущем к столовой, уже появились люди в военной форме, но пока без оружия.

  Закончив приготовления, Шепот вернулся к машинам, на ходу взглянув на Загота. Тот кивнул. Шепот достал какое-то электронное устройство, как будто собранное на коленке, и нажал кнопку.

  Раздался оглушительный взрыв. Ворота дрогнули, но устояли, хотя их и знатно перекосило. Стратег с неудовлетворением посмотрел на химика и покачал головой, Шепот виновато пожал плечами, мол, так уж вышло. Взрывчатку он мог изготовить даже из пищевых отходов, но в этот раз что-то не рассчитал.

  Одновременно с этим из машин вышли все, кто там находился. В первую очередь профессора должно было насторожить и даже напугать оружие в руках незнакомых мужчин, но он смотрел на Оксану, рядом с которой стоял какой-то юноша. Покровский хотел было снова подойти к дочери, но его остановил Загот:

  — Не приближайтесь к ней, пока не закончим дело. Вы сделаете только хуже. Теперь-то вы понимаете, на что мы способны? Поверьте, это не предел.

  Оксана была невредима и спокойна. Подозрительно спокойна. А еще ее взгляд... Он очень не понравился Покровскому — пустой, равнодушный, холодный. За все время, пока девочка сидела в машине, она ни разу не взглянула в сторону отца. Вот и сейчас она смотрела куда-то вдаль, за перекореженные ворота, за которыми бегали и суетились фигуры в армейской форме внутренних войск. Точно такой же взгляд был и у стоявшего рядом с ней парня.

  Загот слегка подтолкнул Покровского в спину, и они пошли.

  Вперед выдвинулся Мрак, приблизившись к покосившимся воротам, он махнул рукой, и их как будто сдуло сильным порывом ветра. Жалобно скрипнув, они отлетели вглубь территории, сметя собой попавшихся на пути военных. Мрак, не останавливаясь, шагнул на землю АЭС и, не сбавляя темпа, принялся добивать короткими очередями раненых вэвэшников, мимо которых он проходил. Следом за ним шел Гварх. У него тоже был АКМ, но он им не пользовался, а внимательно посматривал по сторонам. Покровский шел в обществе Загота, позади них шагали Зих, Оксана и Санек. Замыкал процессию Шепот с автоматом в руках и рюкзаком за плечами.

  Длинное строение, соединявшее все четыре реактора километровым коридором, Мрак решил обогнуть слева. Здесь, параллельно зданию, тянулась еще одна железнодорожная ветка, на которой как раз стоял состав, прикрывавший группу с южной стороны. Не лишняя мера предосторожности, так как по всей территории АЭС уже ревела сирена тревоги, поднимая караул в ружье и знаменуя чрезвычайное положение.

  Лаборатория БР 4 находилась в непосредственной близости от четвертого энергоблока, в одном из смежных помещений, выделенных руководством электростанции после длительных согласований с вышестоящими органами. То есть, в самом конце протяженного строения. Добраться до нее удобнее всего было с другой стороны здания или по упомянутому коридору, но Мрак выбрал иной путь.

  Первые неприятности появились, когда группа преодолела не более четверти пути. Как черт из табакерки откуда-то справа выскочил боец с автоматом Калашникова в руках, направил его на Мрака и закричал:

  — Стой! Стрелять буду!

  Мрак выстрелил первым и поразил цель первой же пулей. Неуклюже взмахнув руками, боец отлетел назад. Он был мертв.

  Больше предупреждений не было. Вылезшие из-за вагонов солдаты открыли шквальный огонь по противнику. Похоже, после смерти товарища их не интересовала судьба ни профессора Покровского, ни его дочери, ни, тем более, вооруженных людей, их сопровождавших. Василий Григорьевич сжался в комок и зажмурился, когда совсем рядом застучали пули. Естественная реакция для человека, впервые оказавшегося в подобной ситуации. Как будто это как-то могло спасти от несущих смерть снарядов. И со стороны могло показаться, будто эта нехитрая уловка действовала! Пули пролетали мимо, стучали по выступающим частям вагонов, по стенам пристроек справа, но ни одна из них не попала не только в Покровского, но и ни в кого другого. Как будто сам Бог охранял группу Загота.

  На самом деле, все было куда прозаичнее, хотя и не менее фантастично. Если бы Василий Григорьевич повернул голову, то увидел бы, как замер Зих, раскинув руки в стороны и закрыв глаза. Это именно он, используя свои сверхъестественные способности, прикрывал группу непроницаемым щитом. Пули бессильно стучали по нему и, рикошетя, разлетались в разные стороны.

  А потом в дело вступил Гварх. Он сконцентрировал взгляд на одном из стрелявших в него солдат. Тот сначала прекратил огонь, а потом вдруг развернул оружие и начал бить короткими очередями по своим товарищам. Трудно сказать, сколько их полегло прежде, чем чья-то пуля не оборвала его жизнь. Но к этому моменту Гварх нашел новую "жертву", и стрельба по своим возобновилась.

  Через несколько секунд все стихло, группа продолжила свой путь.

  После этого случился лишь незначительный инцидент, который по сравнению со всем предыдущим можно было считать сущим недоразумением. Дверь, мимо которой проходил Мрак, неожиданно распахнулась, и наружу вывалился воин с погонами прапорщика. Он оказался позади Мрака и уже собирался выстрелить ему в спину, но Мрак непостижимым образом исчез и через мгновение появился уже сбоку от прапора. Мощным ударом приклада в голову он сбил военного на землю, а потом ногой отбросил подальше выпавший из его рук автомат.

  — Прошу!— он шире распахнул дверь, приглашая сопровождаемых пройти внутрь здания.

  До лаборатории БР 4 оставалось пройти около сотни метров.

  Глава 6

  Не догнав машину, Макс понятия не имел, что теперь делать дальше. Храмовники похитили девушку, это однозначно. Ясно и то, зачем они это сделали. Вряд ли их интересовала девушка сама по себе. Она не могла знать никаких тайн, которыми могли бы заинтересоваться люди из параллельного будущего. Через Оксану Храмовники собирались воздействовать на профессора Покровского. А уж у него-то этих секретов было, как у дурака фантиков. Впрочем, ни сам Покровский, ни его тайны не интересовали Макса в принципе. Его заботила судьба Оксаны. Но он понятия не имел о том, как ей помочь. Куда ее увезли Храмовники? Что они собирались с ней делать? Ситуация выглядела хуже некуда. Макс не мог обратиться в поли... в милицию, так как, во-первых, у представителей власти могут возникнуть вопросы к нему самому, а во-вторых, он очень сомневался в том, что они могут справиться с людьми, наделенными экстраординарными способностями. Да и девушка могла пострадать при освобождении. Действовать самому? Но как? Он понятия не имел о том, где искать убежище Храмовников, то место, куда они повезли Оксану. Выйти на них через Покровского? Вопрос в том, где искать самого профессора. Разве что Док мог об этом знать.

  Взглянув на ситуацию с разных сторон, Макс пришел к выводу, что нужно возвращаться "домой" и дожидаться возвращения Назарова.

  Ждать... Что может быть хуже?

  Пока Клинцов ковырял ключом замочную скважину, дверь открылась сама, вернее, ее открыл Кузя и с порога заявил:

  — Звонил Серега, сказал, что Храмовники на Янове.

  — Откуда...— насторожился Макс.

  — Я так понял, он их выследил и сейчас наблюдает за ними, ждет тебя.

  — Молодец Серега!— обрадовался Клинцов. Кажется, проблема решилась сама собой. Он не стал заходить в квартиру, спросил лишь:— Дока не было?

  — Не, не приходил еще...— провожая макса взглядом, Кузя крикнул: — Я с тобой. Можно?

  — Нет,— отрезал Макс. Помощи от "татарина" никакой, зато проблем — хоть отбавляй.— Сиди на телефоне, вдруг Санек снова позвонит.

  Он не стал дожидаться лифта, спустился по лестнице, перепрыгивая через три-четыре ступеньки и, выбегая из подъезда, едва не столкнулся с Назаровым.

  — Док! Саня нашел Храмовников, они на Янове.

  И в этот момент откуда-то издалека до его слуха донесся протяжный вой сирены.

  Док обернулся на звук, прищурился, глядя вдаль, нахмурил брови:

  — Это на станции. Мы опоздали...

* * *

  Загот по-хозяйски распахнул дверь, ведущую в лабораторию. Ему навстречу выскочил какой-то старикашка в белом халате.

  — Вам сюда нельзя! Немедленно покиньте лабораторию! Кто вы такой? Василий Григорьевич,— обратился он к вошедшему следом Покровскому и покосился на следовавших за ним Оксану, Саню, Мрака и остальных,— кто эти люди? Что все это значит? Я буду жа...

  Загот выстрелил ему в спину из пистолета Макарова, впервые за все это время применив оружие.

  В лаборатории начался переполох, и в дело пришлось вмешаться Мраку. Он выдал длинную очередь из автомата над головами забегавших лаборантов и рявкнул:

  — Все на пол, рожами в пол! Живо, я сказал!

  Это подействовало. Героев среди персонала научно-исследовательского учреждения не нашлось.

  — Вот и отлично,— хлопнул в ладоши Загот.— Мрак, если кто-то из них попробует покинуть свое место, разрешаю его пристрелить.

  И сразу же раздался одиночный выстрел — это кто-то из молодых близко к сердцу воспринял его слова и попытался выскочить в приоткрытую дверь, но Мрак был начеку.

  — Есть еще желающие?— спросил Загот. Его глаза пробежались по затылкам людей, лежащих на полу.— Молодой человек... да, да, вы... Подойдите ко мне, не бойтесь!

  С пола встал аспирант Хижняк и робко приблизился к Храмовнику. Загот смотрел на себя молодого с интересом и скепсисом. За прошедшие годы он сильно изменился, как внешне, так и внутренне. Аспирант же поглядывал на него украдкой, не зная, чего ожидать от этого странного вооруженного человека. Он не узнавал себя в старости, хотя бы потому, что даже в мыслях не допускал, что такое в принципе возможно.

  — Присядьте на этот стул и внимательно наблюдайте за происходящим,— предложил Загот.— Ничего не бойтесь, но и не делайте глупостей.

  Ох, уж эта сентиментальность!

  После этого Загот прошелся по лаборатории, разглядывая аппаратуру.

  — Давненько я здесь не был...

  Встряхнув головой, он вернулся к делам насущным.

  — Зих, Шепот, Гварх... Думаю, здесь мы с Мраком справимся вдвоем. Вы же займитесь охраной внешнего периметра. Дайте нам... четверть часа, думаю этого хватит, ведь так, профессор?

  Покровский, не сводивший глаз с дочери, вздрогнул:

  — Что вы хотите?

  Трое Храмовников вышли из лаборатории, Загот же подошел к Покровскому, доставая из кармана вырванный из блокнота листок.

  — Запустите вашу замечательную установку вот с этими параметрами.

  Профессор взял записку, пробежался глазами по цифрам...

  — Но ведь это полная бессмыслица!— категорично заявил он.

  — Вы ошибаетесь, уважаемый,— улыбнулся Загот.— И очень скоро вы в этом убедитесь. А сейчас — за работу! Если вам нужны помощники, можете сами сделать свой выбор.

  — Вы обещали освободить мою дочь.

  — Обещал, значит, освобожу. Как только вы запустите установку.

  Это должно было мотивировать Покровского лучше любых угроз.

  Покровский огляделся, сказал:

  — Гена, Костя, займите ваши рабочие места!

  Позняков и Решетов неуклюже посмотрели с пола на Загота, тот согласно кивнул, подмигнув Константину Евгеньевичу. В иной реальности он стал тем, кого знали под именем Масхарта — Посредником, главой Братства. Теперь же этому вряд ли суждено сбыться. Нет, возможно, Братство будет возрождено, вот только Посредником станет другой человек.

  Загот довольно улыбнулся.

  Трое друзей собрались у пульта управления.

  — Вася, что происходит?— тихо спросил Позняков.

  Покровский уже давно для себя решил — неукоснительно выполнять приказы постаревшего Хижняка. Потому что тот был опасен. Потому что он угрожал Оксане. Он каким-то непостижимым образом контролировал ее. Девочка находилась в состоянии, похожем на транс, и в то же время делала то, что от нее требовал Хижняк. Даже если тот не произносил ни слова. Поэтому на вопрос Геннадия Юрьевича он не ответил.

  — Взгляните на эти параметры!

  — Сколько?!— удивился Решетов, ткнув пальцем в цифру, обозначавшую мощность силовой установки.— Ты уверен?

  — Я ни в чем не уверен, но...— пробормотал Покровский, потом встрепенулся и рявкнул:— Хватит вопросов, работайте!

* * *

  Нападение на РОВД само по себе было событием экстраординарным. А с учетом того, что произошло это в закрытом, по сути, городе, расположенном неподалеку от атомной электростанции, так и вовсе ЧП союзного масштаба. Поэтому командировку в Припять замкомандира группы "А" майор Инин воспринял с пониманием. Хотя... К тому моменту как он и четверо его подчиненных прибыли в город, злоумышленники благополучно исчезли, и все выходные их искали лучшие сыскари Москвы и Киева.

  Припять понравилась Инину. Чистый современный город, в котором даже коренной житель столицы чувствовал себя вольготно. Не нравилось ему бездействие. Ни он, ни его ребята ничем не могли помочь ни милиции, ни смежникам из "конторы". Розыскная работа — не их конек. А еще Инину хотелось вырваться хотя бы на денек в Киев, где жил его старый приятель, с которым они в последний раз пересекались три года назад "за речкой". Сейчас тот вышел на пенсию по ранению, давно уже звал в гости, но все никак. А тут такой случай.

  В понедельник он совсем уж собрался смотаться в Киев втихую, когда начался настоящий бедлам.

  Инин до сих пор не мог понять, как преступникам в принципе удалось проникнуть на территорию АЭС — один из самых охраняемых объектов в Союзе. Особенно после ужесточения мер безопасности, введенных после нападения на РОВД. Подозрения, что дело нечисто, лишь усилились после того, как стало известно, что террористы беспрепятственно добрались до проходной электростанции на машинах, миновав два дополнительных КПП, на которых досматривали как транспорт, так и его пассажиров, из-за чего рабочие опоздали сегодня на смену. Дело в том, что охранники на КПП — все, до единого! — утверждали, что посторонних машин не было. Как же не было, если вот они стоят! Не по воздуху же они прилетели?! Охрану арестовали, и сейчас их допрашивали комитетчики. Инин не был следаком, но сомневался в том, что оба наряда были заодно с преступниками. Иначе это очень походило бы на заговор.

  Впрочем, странности на этом не заканчивались. На самой территории АЭС творилось черт знает что такое. Люди как будто с ума посходили: гонялись друг за другом, вели себя неадекватно, кусались, царапались. Глянув в глаза одному такому, пойманному охранниками, Инин пришел к выводу, что без психотропных веществ здесь явно не обошлось. И ладно бы единственный случай, но "под кайфом" находились десятки людей, пришедших на обед в столовую. А вот это уже выглядело как диверсия.