Птице нужно небо. Часть I

Я вздохнула, приняла картонку и вышла в коридор. Дверь напротив сразу мне не понравилась. Опасности там никакой не было, но не покидало ощущение, что там, за дверью, меня ждет что-то, с чем я не хочу сталкиваться. Вернее, о чем я не хочу... не готова думать. Но вечно прятаться не будешь — и я со вздохом толкнула тяжелую дверь.

В маленькой комнатке было светло — почему-то это оказалось для меня неожиданностью, — а за столом восседал молодой длинноносый блондин в бежевом камзоле с шитьем. Абсолютный разрыв шаблона.

— Здравствуйте, магистр Самарэн.

— Приветствую вас, абитуриентка. Подходите, присаживайтесь.

Я напряженно пристроилась на самом краешке стула.

— Да что вы все сюда как на казнь приходите! Сядьте нормально, расслабьтесь. И руку мне дайте

Расслабиться было непросто, но я честно попыталась. Даже на стуле уселась как полагается. И протянула блондину руку.

Тот подержался за конечность, глядя при этом прямо мне в глаза. Я заерзала: читает он меня, что ли?

Магистр моргнул, отвел глаза, потом снова уставился на меня.

— Невероятно!

— Что?! — вскинулась я нервно.

— У вас потрясающий дар к магии смерти, вам непременно надо осваивать некромантию.

— Магистр, я иду учиться на целителя!

— Ну и что? Будет вторая специальность!

— Не хочу!

— Но ведь нельзя пренебрегать таким даром! Я даже представить себе не мог, что такая глубина может открыться у девушки ваших лет. Обычно эти способности вызревают позже, в этом возрасте — только задатки, наметки. Скажите, с вами не происходило... каких-нибудь странных событий? Может быть, в детстве?

— Происходило!

— Что именно?

— Я однажды умерла. И мне, представьте, это не понравилось! — я уже почти кричала. — Теперь вы понимаете, магистр, почему я не хочу изучать вашу науку?!

Самарэн вздрогнул от моего вопля, но тотчас же расплылся в примирительной улыбке:

— Не надо нервничать, не стоит. Никто вас ни к чему не принуждает.

— Вот и хорошо, — тихо и угрюмо отозвалась я.

— Но вы все-таки подумайте — если решитесь, я позабочусь о том, чтобы вас приняли вне конкурса. Очень редкий дар.

— Буду поступать на общих основаниях, — отрезала я и вышла из аудитории.

Мерриш дожидался во дворе.

— Ну как?

— Пятый уровень. И некромантия.

— Ничего себе! — присвистнул Мерриш. — я так и знал, что ты загадочная особа. И что, Самарэн склонил тебя к этому извращению?

— Сулил золотые горы, то есть поступление вне конкруса.

— И ты?

— И я отказалась, как морально устойчивая особа. В обучении целительскому делу и без того достаточно трупов фигурирует.

— Ну ты даешь!

Глава 15

— Ну что, Лари?! — это уже Дэйриш. Он стремительно ворвался в дом почти следом за мной — я только-только успела разуться.

— Пятый. Некромантия, — отчиталась я.

— Чудненько! Будешь работать на наш отдел, — реакция следователя предсказуема до отвращения. Включая хохоток и подмигивание.

— Не буду. Во-первых, меня на правопорядок учиться не примут — уровень слабоват, во-вторых, я от некромантии наотрез отказалась, — ответила с занудной серьезностью.

— Зря. Некромантия и ментальная магия в сочетании — на вес золота. В тайную службу — прямая дорога. Даже если останешься при своем уровне, на этапе специализации можно добиться нужного распределения.

— Дэ-э-эйниш, — простонала я, — тайная служба — это политика. Это заговоры и интриги. Я всю жизнь старалась избегать подобного и намерена поступать так же и впредь.

— Детка, как потенциального мага смерти тебя уже вычислили. — Дэйниш уже не шутил. — Скрывать свои способности к ментальной магии все время, пока ты учишься, нереально. Как только ты всплывешь, информация уйдет куда надо, и на тебя станут давить. Будь у тебя титул, деньги, связи, ты могла бы отвертеться, но в твоем положении тебе рассчитывать не на что.

— О своем положении я подумаю, когда этот вопрос встанет по-настоящему остро. Что касается маскировки способностей... ты ведь мне поможешь в этом, Дэйниш? — вкрадчиво, просительно...

Да, господина следователя интонациями не проведешь, на то он и следователь, но... мне на руку то, что он видит во мне не девушку, а ребенка, не воспринимает серьез. И потому соглашается:

— Помогу, конечно... Пока спокойно готовься к экзаменам, а потом я подберу нужную литературу. Ну и упражнения буду контролировать.

Большего мне и не нужно. Собственно, основы защиты от ментального вмешательства и поверхностного сканирования я освоила еще в замке. Тоже вопрос выживания. Проблемой остается вопрос незаметного использования дара. В школе, где меня будут окружать исключительно маги, очень легко проколоться.

Я сама не заметила, в какой момент у меня исчезли сомнения, что я выбрала правильный путь... вернее, мне его подсказали. И что я непременно поступлю.

Конечно, я продолжала готовиться. Учебник по истории государства оказался куда интереснее прежнего, оставленного в Алейе. Не скажу, что я узнала много нового, разве что о правлении последних двух королей, но зато читала с удовольствием. История мира подавалась, как это и у нас принято, с точки зрения интересов все того же государства, только охват вопросов был шире. А вообще, кому и когда вредили систематические знания?

Экзаменами начинался последний месяц лета. Доктор Вестрам предложил мне взять на это время свободные дни, но я отказалась. Работа мне не мешала. Да и деньги лишними не были.

Первым было испытание по истории. Экзамен был письменный, но с индивидуальными вопросами — каждый испытуемый, заходя в аудиторию, получал от старшекурсников-ассистентов конверт с заданием и листами для записи. Конверт разрешалось вскрыть только когда все абитуриенты рассядутся в аудитории, и экзаменатор объявит о начале испытания. Народу была тьма тьмущая и подготовительная фаза грозила растянуться до бесконечности: кто-то переговаривался, кто-то спорил, отстаивая свое право на уже занятое кем-то место, кто-то уже переходил в стадию истерики. Я вздохнула обреченно, приготовившись к долгому ожиданию, и откинулась на спинку скамьи.

Внезапно наступившая тишина плетью ударила по нервам, я вскинулась, напряглась, пытаясь вычислить источник опасности — тщетно. Это не было проявлением моего дара.. просто лопнуло терпение у экзаменатора. Голос его, раздавшийся в накрывшем зал безмолвии, прорезал онемевшее пространство и достиг слуха каждого из присутствующих:

— Я считаю до трех. Те, кто за это время не найдет свое место или посмеет после счета "три" произнести хоть звук, будет считаться не прошедшим испытание и сразу покинет аудиторию, — с этими словами магистр махнул рукой, вспарывая ткань искусственной тишины.

Абитуриенты продолжали испуганно молчать и начали спешно занимать ближайшие свободные места.

— Раз!

Кто-то вздрогнул и съежился. Я, вновь откинувшись на спинку, пробормотала себе под нос:

— Давно бы так...

На фоне испуганной тишины мои слова прозвучали неожиданно громко. Магистр скользнул по мне гневным взглядом:

— Два!

На счет три в аудитории воцарился идеальный порядок.

Всего экзамен включал в себя два вопроса — один по истории государства, второй — по всемирной. Мне достался эдикт о признании за двуипостасными, проживающими на территории Ниревии, равных с людьми прав. Интересная ситуация, некоторые моменты перекликаются с земной историей. Вторым вопросом был период изоляции Лиотании — эльфийского материка. Первая ассоциация — Япония, но тут иные причины... и иные последствия.

Последнюю точку я поставила в тот момент, когда был подан сигнал к окончанию испытания. Некоторые уже успели "сдаться" заранее, но меня несло так, что я едва успела вовремя закруглиться. Я выпрямилась и потянулась, вызвав тем самым презрительное замечание дивицы за моей спиной, судя по всему, аристократки:

— Набирают плебеев учиться. Давно пора запретить.

Я оглянулась, чтобы посмотреть на недовольную — исключительно ради интереса. Ну и лицо запомнила. На всякий случай. После чего неспешно понялась со своего места, сдала конверт с работой и покинула аудиторию, не обращая внимания на шипение за спиной. Теперь — все. Результаты вывесят через два дня, накануне следующего экзамена — по географии.

Работы у меня в тот день не было, так что прямо с экзамена я отправилась на полигон — размяться как следует, да выбрать себе что-нибудь из оружия. Собственно, я давно к клинкам в оружейной присматривалась, но все, что я там видела, не особенно мне подходило. Все та же проблема — слишком длинное, слишком тяжелое. Но сегодня меня встретил на пороге оружейник Тарим:

— Кажется, у меня есть то, что тебе нужно, птичка, — о, и здесь я уже пернатая.

Тарим провел меня в комнатку, отделенную занавеской от основного помещения.

— Вот, смотри, — оружейник махнул рукой.

Я подошла поближе, извлекла клинок из ножен — узкий прямой обоюдоострый меч. И как раз такой длины, чтобы я при своем росте могла его использовать. То, что я уже не надеялась найти. И — я вздохнула и подняла на оружейника восторженный и одновременно встревоженный взгляд — то, что никак не могло мне принадлежать. Тарим усмехнулся:

— Он твой. Этот клинок не числится за арсеналом стражи и тайной службы, я принес его специально для тебя.

— Тарим, у меня нет таких денег, чтобы расплатиться с тобой.

— Малыш... — оружейник вздохнул. — Я воин. Я вижу бойца, независимо от того, кем и каким он кажется. И знаю, что бойцу нужно оружие, подходящее к его руке. Палочки твои хороши, но они — не всегда то, что нужно. Так что возьми. Расплатишься, когда будешь в состоянии. Или, может, мне когда-нибудь потребуется от тебя услуга.

Я с сомнением глянула на Тарима:

— Услуга...

— Не бойся, птичка, я никогда не потребую от тебя того, что пойдет вразрез с твоими представлениями о чести. Бери меч, не раздумывай.

И я взяла. Несколько часов я летала по площадке — стойки, выпады, связки ударов. Тело вспоминало... вернее, перенимало знания другого тела. Но... лучше не думать об этом. Я — это я. Так должно быть.

По истории я получила девяносто два балла из ста возможных. Результат меня устраивал... хотя бы уже тем, что давал допуск к следующему экзамену. К слову, к моменту испытания по географии ряды абитуриентов сильно поредели. Вопросы мне достались замечательные: особенности животного мира Лиотании и... основы экономического развития герцогства Алейя. По первому вопросу человечеству было известно прискорбно мало, и мне пришлось буквально наизнанку выворачивать свою память, чтобы выудить из нее все прочитанное и услышанное за месяцы жизни в этом мире. Второй вопрос вызвал у меня закономерное напряжение. Про Алейю я знала немало — в библиотеке замка имелось несколько книг, посвященных герцогству, что неудивительно. Но сама тема беспокоила и вызывала нервную дрожь, словно меня настигает то, от чего я бежала... и бегу.

Мне все-таки удалось взять себя в руки и сносно изложить свой ответ. Восемьдесят три балла. Ничего так. Конечно, в другой раз психовать меньше надо, но результат меня больше успокоил, чем расстроил — я ожидала худшего.

Дежурство в больнице накануне последнего испытания выпало хлопотным. Именно в этот день доставляли пациентов с тяжелыми ранениями, запущенными болезнями и... крикливыми родственниками. К вечеру лекари и помощники падали с ног, а кое-кто и в обморок — это я о молодой стажерке, не выдержавшей напряжения. Когда она с посеревшим лицом сползла по стеночке, я вздохнула: шанс отоспаться перед экзаменом помахал мне ручкой. Потому что уважаемый Рьен Вестрам, подхватив и уложив на кушетку свою обморочную помощницу, обернулся ко мне с мольбой в глазах.

— Да останусь я, останусь. Хорошо бы только к господину Рэнро кого-нибудь за сменной одеждой для меня отправить.

— Это запросто, тут как раз мальчишка-посыльный вертится — от родственников кого-то из пациентов. Ему и поручи.

Словом, на экзамен по истории и теории магии я явилась не в лучшей форме. Впрочем, сколько-то я поспала, телу было достаточно, так что недостаток сна сказался не столько на физическом состоянии и мыслительных способностях, сколько на настроении, и я мрачно оглядывая аудиторию, выискивая... А что я, собственно, искала? Проблемы на свою голову? Так я их и нашла — взгляд мой поймала давешняя аристократка, окатила в ответ презрением, поджала губки... и мне подумалось, что одной врагиней на время учебы я себя обеспечила. Если, конечно, не попытаюсь найти пути к примирению.

По истории магии писала о временах преследования людей с даром. Охота на ведьм, угу. Объединеными усилиями трех человеческих государств. Длился этот период около полутора столетий, многим одаренным удалось избежать смерти, но пришлось при этом лишиться родины. Приют они нашли частью в Лиотании, частью у гномов, а магический потенциал этих трех стран был надолго подорван, что крайне негативно сказалось на их развитии. Печально, но так знакомо... По теории вопрос был примитивнейший — о разновидностях магии.

Два дня спустя я стояла у информационного стенда. Последний экзамен — девяносто шесть баллов. Зачислена на отделение целительства. Всем принятым предписано явиться за три дня до начала учебного года для получения места в общежитии — учебный год для первокурсников начинался в третий осенний день. И список необходимых принадлежностей — полтора десятка тетрадей трех видов, всякая канцелярщина, одежда для занятий по физической подготовке... К счастью, форма для учащихся в школе предусмотрена не была. Имеющееся оружие полагалось при заселении в общежитие предъявить коменданту с целью снятия магического слепка и регистрации. Все серьезно, в общем.

Глава 16

До начала учебного года оставались еще две полные декады, и их я полностью посвятила работе и учебе. Мы обсудили с Вестрамом и магистром Ставиром мои дальнейшие перспективы и договорились, что в бижайшие две декады я тружусь по сорок часов и получаю, соответственно, не полтора, а два арса, а после начала учебного года беру на себя одно суточное дежурство в декаду, в выходные. Студенческая декада состояла из семи дней учебы и трех выходных. Правда, предполагалось, что в это время полным ходом идет выполнение объемных домашних заданий, но... Студенты — они и есть студенты. В общем, я нисколько не сомневалась, что учебе мой заработок не помешает. Зарплату мне положили в один арс и один левс за дежурство, и это меня более чем устраивало. Я получала бесплатное жилье и питание, мне должны были начислить скромную стипендию... Богатой в ближайшей перспективе я себя не видела, но и бедственным мое положение никак нельзя было назвать...

...В этот раз мое дареное чутье на опасность самую малость запоздало с предупреждением. Или я просто слишком быстро шла, возвращаясь с вечернего дежурства. Я не успела никак среагировать на нападение — и в считанные секунды была скручена, спеленута как младенец и с мешком на голове тряслась в какой-то повозке, пытаясь справиться с подступившей паникой.

Меня привезли, вытащили, судя по ощущениям грубо взвалили на плечо и внесли в какое-то помещение, после чего небрежно бросили на пол — к счастью, с небольшой высоты, но приложилась я все равно основательно — дыхание перехватило от боли в спине. Я пискнула и замерла — пусть думают, что я вырубилась или просто перепугалась до потери пульса. Вопрос только — кто. Кого я намерена ввести в заблуждение. Имеют ли эти люди отношение к герцогу Алейскому или... А кого еще я могу заинтересовать?.. И я обратилась в слух.