— Я пришла вернуть деньги, — сказала девушка, протягивая кошель Лею. — Истратила только три золотых и на сдачу дали серебро.
— Убери кошель, а то я рассержусь и отдам тебе везти всё наше золото, — пошутил он. — Садись, будем решать, что делать дальше. Мы быстро со всем управились, и завтра можно ехать в Деркин. По словам гномов, до него три дня пути. На дороге будут два трактира и какие-то деревни. Предлагаю не заезжать в деревни, а утром купить у нашего хозяина еду в дорогу, а на рынке — шатёр. До дождей должны успеть. И ещё одно... Ланель, у тебя на поясе один кинжал. Хочу спросить, каким оружием ты владеешь?
— Могу драться лёгким мечом, — ответила она. — Не мастер, но фехтую не хуже многих. Ещё неплохо управляюсь с охотничьим луком, хотя больше рассчитываю на магию. Я уже наполовину восстановилась.
— Значит, купим лук и меч, — решил Лей. — Я восстановлюсь к завтрашнему утру, а вот Серг уже полон сил. Хорошо быть хорком! Брат, покажи, что ты вчера срезал с шеи кнора.
— Смотри. — Сергей достал из своей сумки небольшую пластинку из серого металла. — В ней чувствуется сила и виден какой-то узор.
— Действительно... — растерялся принц. — Никогда такого не видел и не читал о мёртвых магических вещах. Что думаешь с ней делать? Может, выбросим?
— Выбросить недолго, — ответил Сергей, — как бы потом об этом не пожалеть. Пусть лежит в сумке. Лей, давай купим арбалет? Магией можно ударить, но не очень далеко, а с луком долго учиться, и стрелой трудно пробить доспехи. Как ты думаешь?
— Если будешь с ним возиться, тогда купим, — согласился брат. — Ну что, друзья, всё решили? Тогда предлагаю поговорить о жизни. Ты мало говорил о своей, а о Ланель вообще ничего не знаем. Время у нас есть, и его нужно чем-нибудь занять. Я тоже расскажу о своей семье. Друзья должны знать друг друга!
Глава 7
— Интересно, здесь есть разбойники? — спросил Сергей своих спутников.
После завтрака они покинули "Радость гнома", купили в Нарине всё, что было намечено, и час назад выехали из городских ворот на дорогу, ведущую в Деркин. Поначалу вдоль неё тянулся молодой лес, перемежавшийся вырубками, а сейчас он как-то сразу сменился старым, с таким густым подлеском, что через него было бы трудно идти без топора.
— Вряд ли, — отозвался Лей. — А для чего они тебе?
— Хороший лес для разбойников, — объяснил брат. — Ударили стрелами из засады, обобрали тела и ушли. В такой чаще их не найдёшь.
— Не слышал о разбойниках у гномов, — сказал принц. — К тому же мы слишком близко к городу и закончился сезон торговли. Нужно быть ненормальным, чтобы сторожить пустые дороги и мокнуть под дождём. Если где-то и есть душегубы, они сейчас греют пузо в тёплых домах. Вот у людей с разбойниками полный порядок: трудно сказать, где их нет.
— А ты откуда знаешь? — спросил Сергей. — По-моему, ты говорил, что не интересовался соседями.
— Не интересовался, но это не значит, что ничего о них не знаю. Года два назад в наш дворец приезжал граф Балер. Многие из нас неохотно пускаются в дальний путь, а этот только тем и занимался, что путешествовал. Он и у гномов бывал там, куда они не пускают чужаков, и объездил все человеческие королевства. Об Эльгерванде не говорю, и так должно быть понятно, что не найдётся ни одного интересного места, в котором не побывал граф. Он рассказывал моим сёстрам о своих путешествиях, ну и я немного послушал. Граф собирался набрать отряд таких же сумасшедших и пройти северные леса за королевством Логарм. Больше я о нём не слышал. Зачем ты сейчас использовал силу?
— Создал сторожевое заклинание, — объяснил Сергей. — Не хочется получить стрелу от каких-нибудь ненормальных разбойников. Нужно было поговорить о них с хозяином, а то поинтересовались одними трактирами. Ладно, давайте продолжим вчерашний разговор. Мы о себе рассказали, осталась ты.
— Всё интересное в моей жизни связано с Зоной, — сказала Ланель. — Я уже говорила о том, что ходоки сильно отличаются от других эльфов. Во-первых, они все маги. Те, кто занялся нашим делом больше ста лет назад, сами имели много сил и выбирали жён только с магическим даром. В школу нас не отдавали. Это дворян учат по-настоящему, остальные только зря теряют время. Меня всему учила мать, а с мальчиками занимались отец и дед. Второе отличие в том, что наши женщины много рожают. У других эльфов в семьях обычно двое детей, трое — уже редкость, а в нашей их было шестеро. Двое уже погибли в Зоне, а теперь и я сбежала. Третье отличие — это воспитание. В нашей жизни много секретов, оплаченных годами тяжёлого труда и кровью родных. В нас с детства вколачивали, что мы сами по себе, что дело семьи — это самое важное, что есть в жизни. За выдачу секретов чужим могли и убить.
— А зачем это сейчас? — не понял Сергей. — Наверное, когда-то в таком воспитании был смысл, но вы уже выжали из гномов столько денег! Сама сказала о миллионах. Твоего брата при этих словах даже перекосило. Зачем вам больше? Лей, у вас можно купить дворянство?
— Только благородство рода, — ответил брат. — Но это по закону. За крупные подношения любой герцог может дать титул барона, а с миллионами нетрудно создать баронство. Купить землю, посадить на неё крестьян и построить замок. Так иногда делают очень богатые купцы. Но выше барона такие дворяне не поднимутся. Не позволит клеймо купивших титул, которое останется на всех поколениях их потомков.
— Вы не поймёте моего отца, — покачала головой девушка, — я сама плохо его понимаю. Когда эльфы всю жизнь живут в обнимку со смертью, это не проходит бесследно для их рассудка. Они не сходят с ума, но становятся другими. Отец фанатик своего дела, которое для него дороже набитых золотом сундуков. И я стала бы такой лет через пятьдесят, если бы дожила.
— И это всё, что ты о себе расскажешь? — разочарованно спросил Сергей.
— А что тебя во мне интересует? — искоса посмотрев на него, спросила Ланель.
— Как ты жила, с кем дружила, что тебя интересовало. Неужели вся твоя жизнь состояла из учёбы и походов в Зону?
— Конечно нет. Подруг у меня не было, а братья занимались со мной только оружием и водили в Зону. Моим развлечением стали книги. Деньги в семье никто не считал, много их давали и мне. Вот я и покупала у торговцев книгами в Горлине всё, что они привозили. Многое потом отдавала соседским девчонкам, а себе оставляла самое лучшее. Мне почти не жаль брошенной семьи, но книги... Ты ведь читал их в своём мире?
— Очень много самых разных, — подтвердил Сергей. — В некоторых даже описывали что-то вроде вашей жизни. Я думаю, что об эльфах и гномах узнали от тех хорков, которым повезло вернуться. А почему ты спросила?
— Расскажи какую-нибудь книгу, — попросила Ланель. — Это интересней моих историй. Если нам трудно понять жизнь твоего мира, может, легче понять ваши выдумки?
— Да, расскажи что-нибудь интересное, — поддержал Лей. — Потом и мы расскажем.
Обострённая связью с принцем память позволяла без труда вспомнить любую из прочитанных книг, поэтому Сергей до обеда почти дословно рассказывал "Берсерка" Григорьевой. Друзей так увлёк рассказ, что они с трудом дождались, пока он торопливо съест свою порцию хлеба с ветчиной. Сами ели не спеша, но вряд ли чувствовали вкус пищи. Коней до вечера не кормили в расчёте на конюшню трактира. Когда он закончил рассказ, Ланель расплакалась навзрыд.
— Ничего ты не понимаешь! — всхлипывая, сказала она подъехавшему утешать юноше. — Это не выдумка, потому что такого нельзя придумать! Ты ещё знаешь такие истории?
— Очень много, — ответил не ожидавший такой реакции Сергей, — но сегодня ничего рассказывать не буду. Имейте совесть, у меня скоро отвалится язык. Хватит историй, лучше выучите заклинание маскировки, пока светло.
— А для чего? — не понял Лей. — Это ты скрываешь свою ненормально большую силу, а нам это не нужно. Магов уважают и боятся...
— Если захотят причинить вред, вряд ли злоумышленников остановит твоя магия, — перебил Сергей, — но они будут осторожными и ударят внезапно. Компания из трёх магов — это, конечно, сила, но если напасть неожиданно, то перебить их не очень трудно. А с двумя олухами и девицей, которые имеют глупость путешествовать без охраны, осторожничать не станут. Жаль, что я не могу полностью скрыть свою силу.
— Попробуй наше заклинание, — предложила Ланель. — За его разглашение отец оторвал бы мне голову, но если вы ни с кем не будете делиться...
— Откуда у ходоков свои заклинания? — удивился Лей. — Их могут составлять только маги Академии.
— У нас их немного, — сказала девушка. — Заклинание маскировки очень похоже на то, каким пользуется Серг, но оно лучше. В Зоне есть такие твари, от которых нужно скрывать силу, вот мы с его помощью и скрываем. Открывайте разум, я его передам.
— Ты умеешь передавать образы? — поразился принц.
— А чему ты удивляешься? Это не очень сложное заклинание, и нам приходится часто им пользоваться. Как я иначе передам семье ориентиры на тропе или вид какой-нибудь новой твари?
— А книги? Вам же их не продают.
— Ты рассуждаешь как мальчишка! — рассмеялась Ланель. — Если есть деньги, магистрат даст разрешение, а торговцы привезут любую книгу по магии. У нас их больше сотни.
— В твоём заклинании два лишних лепестка, — рассматривая полученный образ, сказал Сергей. — Сейчас я его попробую.
— Здорово! — удивлённо сказал Лей. — У тебя не больше сил, чем было у меня до нашей встречи. Для эльфов это не магия, да и гномы не признают магом. А у нас вообще ничего не видно.
— Немного проедем и будем устраиваться на ночлег, — посмотрев в потемневшее небо, сказал Сергей. — Плохо, я рассчитывал на трактир. Овёс у нас есть, а воды для лошадей нет.
— По словам гномов, до трактира должны добраться до темноты, — сказала Ланель. — Лучше всё-таки ночевать под крышей. Если не успеем, можно ехать с фонарём.
Нужное заведение увидели через десять минут после этого разговора, поэтому обошлись без фонаря и ночёвки в шатре. Оставили лошадей заспанному конюху и с сумками в руках вошли в трактир.
— У меня нет двухместных комнат, — сказал трактирщик Лею. — Они все не очень большие, поэтому не поставишь две кровати. И зачем это вам? Не бойтесь, у меня всё недорого.
Других постояльцев не было, поэтому заняли расположенные рядом комнаты и подождали, пока жена хозяина разогреет мясо с кашей. Всех утомила дорога, и после ужина разошлись по своим комнатам. Вонючие лампы не разжигали, разделись в темноте и легли в кровати. Прошло с полчаса, когда в комнату к Сергею постучали.
— Открой, это я, — услышал он тихий голос Ланели.
— Что тебе нужно? — спросил подошедший к двери юноша.
— Мне очень одиноко и хочется немного тепла, — ответила девушка. — Не бойся, если ничего не получится, я не обижусь. Хоть полежим вместе. Неужели ты меня боишься?
— Я себя боюсь, — ответил Сергей, — и очень не хочу спешить. Иди в свою комнату и спи.
— Дурак! — сказала она и ушла.
"Чёрт-те что! — подумал он, стараясь унять сердцебиение. — Девушка хочет моей любви, а я её отталкиваю. Своего опыта нет, но есть прочитанная "Камасутра" и десятки просмотренных порнофильмов, в которых этого опыта... Всё я смог бы, но почему-то уверен в том, что рано заниматься с ней любовью. А ведь не так давно об этом мечтал и выпрыгнул бы из штанов, если бы предложила такая красотка! Что же со мной сделали? Но долго я не продержусь. Если Ланель придёт ещё раз... Чёрт, надо же было ей припереться! Вот как я теперь засну! Может, сходить самому?"
Сергей с час ворочался в кровати, пока не уснул. Утром девушка не ответила на его приветствие и за завтраком демонстративно отворачивалась.
— Что между вами было? — спросил Лей, когда пошли забирать вещи. — Чем ты её обидел?
— Не пустил ночью в комнату, — буркнул он. — Слушай, отстань! И без тебя тошно!
— Дурак, — сказал брат и с сумками в руках пошёл к лестнице.
"Может, я действительно дурак? — подумал Сергей, спускаясь к выходу вслед за братом. — Надо не рассказывать им сказки, а попробовать в себе разобраться. Что во мне изменила связь с принцем? Внешность можно не считать: она не влияет на мозги. Единственное, что я заметил, — это улучшение памяти, а в остальном я тогда оставался тем же самым шалопаем. Выходит, что со мной что-то сделал герцог, или как-то повлияло получение его знаний. Он ведь передавал не только заклинания, но и фрагменты своей жизни, связанные с обучением фехтованию. Я получил мастерство, а их почему-то не помню. И в книгах об этом ничего нет. Наверное, нужно найти опытного мага и с ним побеседовать".
— Расскажешь ещё что-нибудь? — спросил брат, когда трактир скрылся за поворотом дороги.
— Не сейчас, — отказался Сергей. — Давайте не будем терять время. Книг у нас много, поэтому, когда будем ехать шагом, учите заклинания. В Деркине остановимся на целый месяц, там и буду развлекать вас рассказами.
Они торопились и ехали больше рысью, а заночевали в шатре, который установили возле небольшой речушки, о которой говорил трактирщик. Судя по оставленным дровам и многочисленным следам от костров, здесь многие останавливались на ночлег. Накормив лошадей овсом, разожгли костёр и сварили кашу. Мясо и хлеб взяли в трактире, поэтому ужин получился сытным. Ланель уже не сердилась и положила своё одеяло рядом с одеялом Сергея, напомнив ему эпизод из фильма "Золото Маккенны", когда то же самое делала Хешке.
"Любит она меня или просто хочет тепла? — думал он, слушая тихое дыхание девушки. — Я точно не люблю. Если уедет, пожалею, но вслед не поскачу. Но как же к ней тянет, когда она рядом! Наверное, это из-за красоты. Если бы здесь лежала другая красавица, меня точно так же тянуло бы к ней. Чёрт, я же так не усну! А она ещё притулилась головой".
— У тебя в твоём мире осталась любимая? — тихо спросила Ланель. — Лей уже спит и не проснётся от такого разговора.
— Нравилась одна девчонка, — признался Сергей, — но это не было любовью. В моём возрасте все ищут любовь, а когда её нет, то придумывают. Вот и я придумал, потому что здесь ни разу о ней не вспомнил. Ты можешь отодвинуться?
— Мучишься сам и мучишь меня, — ответила она и повернулась к нему спиной.
— Скажи, ты действительно меня любишь? — спросил он. — Мы с братом одинаковые...
— У вас одинаковые лица, — поменяв бок, сказала девушка. — Во всём остальном вы разные. Сначала я хотела притулиться к нему из-за титула, но потом почему-то потянуло к тебе. Не думай, что это из-за силы. Я смотрю в его глаза и ничего в них не вижу, а взгляну в твои — и сразу понятно, что ты чувствуешь! Лей ещё мальчишка, несмотря на его возраст, а в тебе чувствуется мужчина, причём умный, сильный и надёжный. Если оттолкнёшь, мне будет очень плохо. Это у людей женщины легко меняют мужчин, а у нас любимый чаще всего один на всю жизнь.
