Песня Лхэйо

— Ладно, обувайтесь, — буркнул Лхэйо, сам натягивая башмаки. Он и думать забыл, как холодно может быть босиком, и ругал себя за глупые советы.

— Что дальше? — немедленно спросил маг.

— Дальше — смотрим.

Достав из сумки сосуд с Лампой, Лхэйо выпустил её на волю, вновь ругая себя за то, что не сделал это раньше. Маленькое существо повисло в воздухе, беззвучно трепеща крылышками. Лампа чувствовала себя здесь не слишком-то уютно, но связь всё же действовала. Приоткрыв внутреннюю дверь, Лхэйо выпустил её наружу, потом запер дверь на засов — и тоже сел, погрузившись в созерцание.

Увиденное не слишком-то его порадовало: белесь валила за ними и было её много, очень много. Местные твари, конечно, не оставили её визит без внимания: Лхэйо увидел ещё одну стаю Слопов-охотников, размахивающих своими ужасными руками, и даже нового Гепарда, который крутился во все стороны, разбрасывая изувеченные тела.

Но белеси было просто слишком много, а страха она видимо не ощущала. Беззвучно воющие твари бросались вперед, прыгали на своих собачьих лапах, вонзая свои грубые, обожженные на огне копья в такую же белую плоть Слопов. Всего за минуту те превратились в подобие дикобразов — и один за другим рухнули, исчезнув под массой копошащихся тел. Взлетали и опускались каменные топоры, брызгала черная кровь. Гепард несколькими огромными прыжками вырвался из молотящей массы, потом запрыгнул на какую-то крышу и исчез.

Лхэйо поморщился. Он не ожидал быстрого успеха, да и твари эти были вовсе не из самых сильных. Но всё же тупой напор голой массы оказался неожиданно эффективным. Десятки и сотни одновременно бьющих топоров и копий могли быстро уложить даже самого сильного противника, благо, никаких доспехов у Слопов не было...

Между тем, первые твари уже добрались до двери и Лэйми поёжился. Доносившееся из-за неё злобное бормотание не имело ничего общего с человеческой речью.

Не желая даже слышать этих звуков, они вышли в коридор, очень высокий, с лепными украшениями карнизов и серым каменным полом. В крашеных стенах белели высоченные филенчатые двери. Кроме равномерного жужжания длинных ламп не было слышно ни звука.

Справа и слева коридор уходил далеко в полумрак, и там, в торцах, темнели окна. Свет горел только впереди, у Т-образной развилки. Не сговариваясь, они двинулись в ту сторону.

На развилке они замерли, осматриваясь. Впереди было темно. Отходивший вправо светлый коридор упирался вдалеке в массивные деревянные двери, покрытые черным лаком.

Вновь пожав плечами, Лхэйо направился к ним. Здесь пахло зверинцем и пометом. В стенах темнели сводчатые боковые проходы. Оттуда доносились странные шорохи — дом был полон затаившихся Шреддеров. Запахло падалью. Лхэйо это место нравилось с каждой секундой всё меньше, но он шел вперед, готовый ко всему.

Готовность пригодилась почти сразу — навстречу ему выскочила белая тварь. Лхэйо бездумно ткнул копьём. Сверкнула сталь, тварь отбросило к двери, из которой брызнули щепки — клинок пробил тощее тело насквозь. Тварь дико завизжала — звук в тесном коридоре показался оглушительно громким. Лхэйо торопливо выдернул копьё и ударил снова.

Визг прервался гадким звуком разрубаемой плоти. Тварь развалило почти пополам, лиловая кровь забрызгала всю дверь за ней... а потом она рухнула. Запах падали, исходивший от тела, стал режуще-острым. Лхэйо поморщился. Он не был брезглив, но нюхать подобное было противно.

Дверь распахнулась, как оказалось, на улицу. В неё лезли ещё — отпихивая и мешая друг другу. Все, как один — с прекрасными кукольными лицами, но вот мерзкая гнилостная вонь ещё усилилась. Лхэйо взмахнул копьём, словно косой. Сразу трех тварей отбросило назад, снова раздался этот режущий уши визг, но остальные продолжали напирать.

Верные выхватили свои короткие, тяжелые мечи и бросились вперед, нещадно кромсая лезущую в проем белесь. Раздался дикий вой... визг... хруст... шарахнувшись назад, окровавленные твари посыпались с крыльца. Покончив с ними, Верные заперли дверь.

— Я представлял себе это всё несколько иначе, — сказал маг.

— Я тоже.

Продолжить спор им не удалось. До Лхэйо долетел скрип парадной двери, неразборчивое бормотание и топот. Похоже, что в здание валила целая толпа. Сердце у него вновь ёкнуло. Кто-то из тварей открыл дверь изнутри — а такие маневры говорили о наличии разума.

— Туда! — приказал он, делая резкий жест рукой.

Они быстро пошли назад, к первой развилке коридоров. Добравшись до неё, Лхэйо замер. Наружные двери действительно были распахнуты, и в них валила масса белеси. Верные вскинули арбалеты. Три болта с шипением пронзили воздух и врезались в толпу. Кто-то там упал, но остальные бросились вперёд с диким рёвом.

Верные сами бросились навстречу атакующим и пустили в ход мечи, беспощадно разрубая тварям головы. Особенно отличился Лейв, рубя направо и налево. За минуту всё было кончено. Быстро оттесненные наружу, твари наконец дрогнули и побежали, падая и падая под жестокими ударами.

Пинками выбросив вон окровавленные тела, Верные захлопнули и посадили на тяжелые засовы массивную внутреннюю дверь, потом двинулись обратно, добивая по дороге подранков. Лхэйо, в свою очередь, смотрел на только что запертую ими боковую дверь. Эта преграда казалась надежной, однако снаружи доносился дикий стук — судя по шуму, там собралась целая толпа. Затем раздался звон стекла.

— Вряд ли они смогут залезть в окна — они высоко, — заметил Йювати.

— Сомневаюсь, — Лейв явно хотел сказать что-то ещё, но тут от только что запертых дверей донёсся треск дерева. — Думаю, нам пора убираться отсюда. Их можно отбить, но они возвращаются в большем количестве.

В соседней, выходившей на улицу комнате что-то завозилось, потом в её дверь стали бить изнутри чем-то тяжелым. Дверь была массивная и толстая, но всё равно, Лхэйо почувствовал себя неуютно.

— Уходим отсюда, — приказал он. — Быстро. Белесь уже в здании.

Они двинулись дальше, к дверям, покрытым чёрным лаком. Шагов через двадцать Лхэйо замер, стараясь с помощью объемного зрения понять планировку здания. Остальные нетерпеливо смотрели на него. Даже сюда доносились тяжелые звуки ударов. Лхэйо уже понимал, что его занесло куда-то не туда. Надо было отыскать место понадежнее, и он послал Лампу на другую сторону здания, осматривая округу. Увы — использовать объемное зрение через неё было нельзя, а внешний вид зданий мало что мог ему сказать.

— Эмо Лхэйо, вы не могли бы определиться побыстрее? — нервно спросил маг.

Лхэйо вздохнул. Дикий, злобный стук доносился уже от нескольких запертых дверей захваченных комнат. Каменные топоры — не бог весть какое оружие, но и под ними двери рухнут очень, очень скоро.

— Ладно. Сейчас идем туда, — он махнул рукой в конец коридора.

5.

За чёрной дверью оказался высокий зал, просторный и полутемный; его пол загромождали кресла и скамьи, впереди была пустая сцена. В задней, глухой стене виднелись две тяжелых двустворчатых двери, ведущих наружу. Свет сюда проникал лишь через низкие арочные окна, прорезанные в толстой стене на высоте метров пяти; вдоль неё шла узкая деревянная галерея. Лхэйо пересек зал и ступил на идущую наверх лестницу, крутую и скрипучую.

С этой стороны деревья парка расступались. За его высокой оградой несколько громадных черных зданий, каждое этажей по десять, почти примыкая друг к другу, окружали обширный двор. Когда-то там жило множество людей, но сейчас все окна были темными. Ни в парке, ни во дворе за оградой не было видно никакого движения. В призрачном свете единственного фонаря это, правда, нельзя было сказать с уверенностью: объемное зрение же здесь не доставало далеко, словно вязло в сумраке.

— Сомнительно, что там, во дворе, кто-то есть, — сказал Лхэйо, окончив обзор. — Но может быть. Здешних тварей интересует, прежде всего, еда, но они разумные в достаточной степени, чтобы устраивать засады. А ещё, вдобавок, здесь водятся ядовки — их укус парализует человека почти сразу. Может, вы и почувствуете, как вас начнут есть, но больно вам уже не будет.

— Это утешает, — натянуто заметил маг. — Я боюсь боли. Если меня искалечат... если я не смогу идти... постарайся, чтобы всё кончилось быстро, ладно?

Лхэйо рассеянно кивнул. Не то, чтобы он и впрямь боялся выходить, просто он устал — в конце концов, они неслись сюда два дня, почти без отдыха. Хотелось заснуть... и проснуться где-нибудь в другом месте... дома... в Цитадели...

Он сел на подоконник, привалился к стене, но задремать ему не удалось.

— Всего одну минуту вашего времени, драгоценный господин...

Рывком обернувшись, Лхэйо понял, что с ним говорит стильный призрак с зелёной, местами переплетающейся шерстью, похожий на карна. Судя по воспоминаниям Мастера, это был Демон-Пятница. Безвредный сам по себе, он давал советы, которые могли быть как очень полезны, так и губительны. Впрочем, чтобы убедительно врать, тоже нужно знать правду, подумал Лхэйо. Ладно...

— Минута у тебя есть, — сказал он.

Демон расплылся в улыбке.

— Боюсь, люди, вы оказались в безнадежном положении. Мои... коллеги сдерживают эту мерзость, но это не продлится долго. Я же могу провести вас прямо в рай.

— В рай?..

— Я покажу... если вы позволите.

Пожав плечами, Лхэйо приоткрыл своё восприятие — ровно настолько, чтобы в него просочилась картинка... но не чужая воля. И увидел.

Рай был сооружён на дне океана. Не очень глубокий, но и не мелкий, он простирался далеко на север, омывая берега двух материков и островов. Глубины в нём достигали почти восьми тысяч локтей, и этого было достаточно, чтобы никто в своём уме не рискнул бы туда заглядывать. Там не было ни ветра, ни волн, ни течения, но на дне лежали камни и крупные обломки, бывшие некогда рифами и островами. Очень много тяжёлых каменных глыб пролежало здесь больше миллиарда лет. Потом из них воздвигли город. И в этом городе жили. Лхэйо увидел жуткое черное подобие человека, плывущего кролем, но головы у него не было — только пучок каких-то хоботков или щупалец. Может, для демонов это и в самом деле был рай — но он видел тут мало привлекательного.

— Хорошо, с этим понятно, — сказал он. — А другие миры?

Демон усмехнулся.

— Есть мир, в котором вам придётся искать ответы на кое-какие вопросы. Вас туда не пустят, но я могу вам подсказать. В итоге вы найдете ответ, который даст вам всё.

Лхэйо вздохнул.

— Я бы хотел знать вопрос к этому ответу.

— Вы бы хотели попасть в другой мир?

— О, смотря в какой.

Вид у демона стал решительно обречённый. С одной стороны, он, видимо, по-прежнему видел в Лхэйо попутчика в рай, но с другой — его шансы прогуляться туда, даже в обществе мага, были не слишком велики. Лхэйо пожал плечами.

— Расскажи о мирах, — велел он.

В ответ демон воздел руку к потолку и медленно покачал головой. Лхэйо демонстративно отвернулся.

— Пойдёмте, — сказал демон ему в затылок. — Я проверил, нас должны пропустить. Вместе. Не упускайте свой шанс. Вряд ли вы получите второй. Я бы сказал, что это крайне маловероятно. И у вас, напомню, мало времени.

— О, боюсь, что всё ваше время — в моём распоряжении, — Лхэйо мгновенно сплел сеть и накинул её на призрака. Демон рванулся — но его силы оказались ничтожны. — Вы пришли поговорить — и я не имею ничего против. Мне нужно знать, где находится ближайшее безопасное место. И другие, если вы о них знаете.

Демон гневно взъерошился.

— Никакого разговора, пока я в плену.

— На воле, дорогой, вы тут же исчезнете — а мне крайне нужен ваш совет. Настоящий совет, а не тот, что вы хотели мне дать, чтобы погубить мою душу.

Демон вновь рванулся — но Лхэйо легко удержал его.

— Итак, вы хотели погубить меня. Я не оставляю такие вещи безнаказанными. Компенсация должна быть убедительной.

— Никакой "компенсации", смертное отродье.

Лхэйо вздохнул. Он знал, что Мастер не любит причинять кому-то боль... но может создать Комнату-Тень, которая позволит ему погрузить жертву в иллюзию. В любую иллюзию, в том числе и в иллюзию пыточной камеры с мастерами своего дела. Увлекаться этим не стоило, так как боль была настоящей, и человек мог умереть от неё. Или сойти с ума. Но иллюзия не могла причинить физического вреда, — что, несомненно, было её огромным преимуществом. Уже просто потому, что допрос можно было повторять много раз, в реальности же жертвы палача часто испускали дух ещё до того, как им удавалось развязать язык.

Лхэйо не раз присутствовал на пытках, и знал, что это грязное и мерзкое дело, сопровождавшееся утомительными звуками. Сам он к мучительству никакой страсти не испытывал, но изучать технику полевого допроса ему пришлось. В основном для того, чтобы добиваться ответов быстро и без лишней грязи. Но допрашивать демона ему до сих пор не приходилось. Тем более призрака. У него просто не было плоти, которая могла бы страдать. С другой стороны...

Ментальной магией Лхэйо тоже не слишком-то владел — если не считать Духовного Меча — но, слава Мастеру, менталист под рукой у него был.

— Йювати, — мягко сказал он, — ты можешь прочесть память нашего гостя?

Верный подошел и в упор уставился на демона. Тот дернулся и зашипел, но поделать ничего не смог. Особо сильным менталистом Йювати не был, но силы тут и не потребовалось. Лхэйо сразу почувствовал, что их гость не слишком-то силен.... и не слишком умен. Демон-неудачник, если так можно сказать. Он смешно пискнул и застыл, когда Йювати вошел в его сознание. На минуту всё замерло. Лхэйо держал сеть, одновременно озирая всё вокруг объемным зрением. Здесь, в Городе, оно сбоило, но он уже немного приспособился. За запертой дверью зала в самом деле бушевало сражение — белесь сцепилась со Шреддерами, поток которых хлынул из подвала. Внешне Шреддеры были даже забавны — толстые, пухлые куклы в локоть ростом. Рыло их состояло из круглых глазок-монеток, растущих почти что на месте ушей — и толстых губ между ними. За губами скрывался тройной ряд жутких зубов, давших тварям их название. Шреддеры могли разгрызть, наверно, даже камень, а уж плоть состригали с костей почти мгновенно — перед тем, как разгрызть сами кости. Атака их была зрелищем неприглядным — коридор был залит лиловой кровью и полон дергающихся полуобглоданных тел. Уцелевшие твари гвоздили Шреддеров дубинками и копьями — но смешные толстые куклы уворачивались с дивным проворством. Лхэйо оставалось лишь радоваться, что они прошли мимо них тихо...

6.

— Уф, — наконец выдохнул Йювати. — Вроде всё.

Лхэйо тут же отпустил сеть, позволив демону исчезнуть. Потом пошире открыл восприятие, чтобы принять то, что Йювати извлек из его памяти. Извлек тот не так уж и много, но для их целей — более, чем достаточно.

— Нам повезло, — сообщил он, показав на темные окна дома напротив. — Вон там мы будем более-менее в безопасности на какое-то время. Если будем действовать быстро.

Поняв намёк, Лейв подошел к внутренней двери и отпер её. Эти двери были из толстого, гладкого дерева, покрытого белой эмалью. Внешние — из листовой серой стали, снабженные громадными замками. Отперев их, Лейв навалился на створку. Едва она отошла, в открывшийся проем тут же сунулась очередная белесая тварь, похожая на вставшего на задние лапы пса. За ней нетерпеливо толкались другие, но Йювати действовал вновь безупречно — он вскинул арбалет и тяжелый болт проделал дыру во лбу твари. Он торопливо вставил рычаг, перезаряжая оружие.