Гринландия

А были еще жуткие холода с 1600 по 1610 и с 1690 по 1700 подумал Шон. Книга написана раньше, но вымирали Шотландия, Финляндия, Швеция, Исландия. На юг Европы уходить было бессмысленно, там не жировали. В неведомой России, где и так неурожаи, шла война. Мощный поток северян отправился в Гринландию. Не случайно на стройке канала была масса скандинавов, да и в королевствах их немало.

Уже давно дорога в 'Зеленую землю', где каждый мог получить изрядный кусок земли почти бесплатно, стала хорошо известной и население все росло. И хотя йотуны приходили нелднократно, теперь им до побережья дойти не удавалось, а хирды ходили нередко в степь, ответно вырезая кочевья. Успехи были переменные. Иногда и вовсе не возвращались, но гибель северным королевствам уже не грозила. Да и наличие огнестрельного оружия изменило картину. Брать больше города с серьезными укреплениями и пушками йотуны не могли. Разве положить почти всех ради минутного успеха. Война потихоньку уходила в степи от озер и лесов.

— Молодой человек!

Шон оторвал голову от текста, озадаченно посмотрев на учителя.

— Помогите.

Та самая огромная книга чуть не в рост человека, с невразумительным названием 'Атлас', оказался сборником изумительно выполненных в цвете карт. Толком рассмотреть не получалось, учитель целенаправленно искал нечто ему требующееся, уверенно перелистывая изображения Старого Света. Средиземноморье, знакомый сапог Италии, какие-то страны или острова. Карт он прежде не видел, если не считать рисованную Ифой дорогу. Но там изгибы реки и не говорящие чужому взгляду обозначения. Посторонний человек увидел бы никчемные каракули, но он имел возможность сопоставить с местностью. Поселки, городки квадратик и вид штриховки означал количество жителей. Каждый заметный ориентир зарисовывался.

Надо было знать на что смотреть и что означает бессмысленная загогулина. Поэтому ничуть не удивило предупреждение о необходимости помалкивать. Военным всегда интересны дороги и вообще местность. А они приезжие, недолго записать в шпионы и вздернуть.

— Вот! — сказал учитель довольно, добравшись до нужного. — Три северных королевства.

Шон присел, вглядываясь. Береговую линию он не знал, но названия не проблема прочесть, пусть они и на латыни. Буквы те же самые. Эри на озере Эри, Ульстер на Верхнем и Локронан на восточном побережье. Самые большие владения оказались у последнего, но линия границы проходила по Аплачам, а он прекрасно знал, как велика там власть короля. Если честно, имя его не помнил, а уж чтоб налоги приехали собирать и вовсе не слышал.

Земли королевства лежали гораздо дальше на восток и север, очень отличаясь от заселенной людьми территории. Возможно нечто подобное имеет место и у Великих озер. Вряд ли мытари способны найти всех в тамошних лесах. Иные, наверняка, не подозревают, подданными какого государства числятся. Занятно, за Аплачами сплошное белое пятно, Ничейные земли лишь местами по рекам.

— И что мы видим?

Вопрос библиотекаря явно относился к детям. Лично Шон искал родные места. Естественно, никакие фермы здесь не обозначены, зато нашелся значок с надписью Бантри. Городок сей в их округе все знали. Самая большая торговая ярмарка и перевалочный путь к побережью. Там уже была почта и даже возможность пообщаться с королевским бейлифом. Какие-то сто миль до дома. При желании можно проследить как поедет Энн, если решится удрать.

— Здесь, — на невразумительное мычание слушателей, показал линию пальцем, — проходит теперь канал шириной в 40 футов через 363 мили девственной глуши! Построено 83 шлюза, ведь на некоторых участках уклон и вода вверх не потечет. Самое важное: если дно канала станет пропускать воду ничего хорошего не выйдет. Для недопущения сей неприятности необходимо герметизировать дно.

— И тогда папа с друзьями стали очень богатыми, — сказал с ухмылкой Фред.

— Ну хоть об этом не нужно напоминать. Древний рецепт бетона использовался еще античными римлянами, о которых я вам поведал недавно...

— Мы помним, — сказала поспешно Анна.

Видимо не одному Шону казалось, что учитель способен бесконечно говорить.

— ... но немногие знали технологию. И ее удалось улучшить. А требовалось пол миллиона бушелей цемента. Это очень много. Сколько нулей в цифре?

— Пять! — крикнул Фред.

— Правильно. На следующем уроке вернемся к сложным процентам.

Оба ученика демонстративно застонали.

— Насчет канала, — напомнил Шон.

Он не жалел несчастных, самому стало любопытно. Как минимум, узнал очень интересную вещь. Видать неплохо сбывала здешняя гильдия товар. Пол миллиона — это жуть. Цифры он знал, мог и площадь участка посчитать, и стоимость товаров, однако сроду больше тысячи не требовалось.

Даже если на нескольких компаньонов поделить и прибыль в одну крону, очуметь. К тому же можно не сомневаться что-то своровали, испортили или утонуло при перевозке. Попутно построили форт, вроде Лаудона, прикрывающий бухту Локронана и не один. Фактически цифра должна быть гораздо больше. Да, можно и содержать сотню человек только в одном особняке, а твое имя слышали и у Танаси с Охайо, охотно возьмут вексель-обязательство. Это он вахлак, не сообразивший куда попал.

— На самом деле, — будто и не отвлекался, продолжил Винченцо, — опыт строительства каналов имелся и прежде. Даже нижнее озеро было недоступно прежде для морских судов, поднимающихся по Реке Святого Лаврентия из-за множества порогов. Первый канал начали строить в незапамятные времена, когда только-только состоялось первое нашествие. Строительство затянулось из-за этого, но через четыре года все ж доделали. Он был не очень глубок, но хватало для перевозки пятитонных барж. Сегодня существует пять каналов с шлюзами, позволяющие проходить морским судам в Великие озера. Вопрос, в чем смысл нового?

Лица у детей изрядно поскучнели. Вряд ли им особо интересны эти материи. А вот Шон на этот счет за время перехода по рекам изрядно просветился. Еще Гунар о многом поведал, а затем кое-какие мысли добавились в разговорах.

— Цена, — сказал он. — Стоимость перевозки товара по земле от восточного побережья до Аплачей выше, чем расходы от Старого Света до порта в Гринландии. Если везти на баржах, пусть и с лошадьми, но они потянут не одну телегу, а сразу десяток и быстрее. Значит товар дешевое обойдется покупателю.

— При условии...

— Да, первоначально продавец может задирать стоимость, но если их будет с десяток в неделю, а не один в месяц, выгоднее отдать по меньшей цене и пару раз обернуться. Все равно прибыль выше.

— Вот! — довольно заявил учитель. — У него в роду не было купцов... Не было же?

— Не-а. Фермеры.

Мать не в счет. Все равно торговлей никто не занимался. Почти все делали сами, а про сахар он узнал случайно и не дома. Кое-что меняли в городке, вроде плодов хлебного дерева и не больше. Невыгодно продавать было. Слишком низкая цена.

— Но думает абсолютно правильно. Более того. Вот эта территория, — он снова показал на карте немалый район возле нового канала, — станет выгодной для освоения и заселения. А значит пойдут новые налоги и появятся даже в глуши представители закона.

Ага, повышение доходов всегда грозит нашествием фискалов и ярлов, желающих подгрести под себя разбогатевших жителей.

— По свидетельству Бэрка Маккелара после строительства первого канала на реке Святого Лаврентия очень быстро вырос в разы Фойнс, а в его округе насчитывалось до десяти тысяч зажиточных бондов с доходом в 500 крон, имевших по 5-8 молочных коров, 5-6 лошадей и нередко собственные корабли. Откуда деньги, как не с продажи дальше. На вранье его не ловили, зато хорошо известно немалое ополчение, выставляемое городом. Да! — раздраженно крикнул Винченцо на робкий стук. — Кого еще принесло?

В открывшуюся дверь сунулся веснушчатый парнишка.

— Простите, — сказал, ничуть не смущаясь недовольным тоном библиотекаря, — молодая госпожа кличет Шона.

— Моя сеньорита? — с честным видом спрашивает Шон.

— Честная служба превыше всего, — величественно кивает, — мой паладин.

Она вроде бы серьезно, но притом прекрасно знает границы. Не капризничает и все соображает. Шон спрашивает не ради разрешения, а чисто из вежливости. Как сказала, вовсе не играя, наедине: 'Когда подрасту, попрошу Ифу об одолжении, мне тоже драбанты понадобятся, а кому, как не тебе их возглавлять'. Шон не очень понимал, как к этому относится, но пока потихоньку показывал не так давно усвоенные ухватки. Как вывернуться из захвата, куда ударить стилетом напавшего и тому подобное. От брата Анна их занятия не скрывала и тот тоже присоединился к их урокам, а когда сумел одним из приемов опрокинуть Шона, сознательно чуток подыгравшего, проникся и перестал ухмыляться.

Благородные редко пускали в ход кулаки, а уж ноги и вовсе неприлично. В Аплачах каждый изучал высокое искусство драки. Правда в голову и между ног лупить запрещалось, но по праздникам молодые парни обязательно бились, выясняя кто сильнее. И отнюдь не обязательно все заканчивалось синяками. Могли серьезно искалечить. Даже падать правильно нужно учиться.

А для женщины полезно не изображать тигрицу при встрече с бандитом, а горько плакать и заламывать руки, потихоньку извлекая клинок из широкого рукава. Когда примется хватать за разные интересные места воткнуть ему острие в глаз, например. Даже с небольшим лезвием можно отправить в ад здоровенного мужика, если знать правильные точки. А он мог продемонстрировать и без тренировок Белтара.

Не понадобится? И хвала Есусу. А быть готовым необходимо. И это не дикая блажь. Как-то заглянули к дальним соседям в отсутствие мужа двое сомнительных типов. Баба их обоих уложила, не смотря на то, что застали врасплох. Именно так: изображая перепуганную клушу. Будь ты три раза из рода дона, а постоять за себя уметь необходимо. Между прочим, ни Ифа, ни мать Анны против подобной науки не возражали.

Мальчишка умчался по своим делам, а Шон прошел к комнате хозяйки. Их помещение находилось прямо напротив, для удобства как охраны, так и начальства. Она как раз стояла в дверях.

— Не строй из себя идиота, — говорила, обращаясь к Белтару.

Выздоравливал тот на удивление быстро, причем жрал постоянно и много. Все время приходилось таскать котелки с разнообразным мясом. Не удивило б, употребляй сырое, однако нет. Цивилизовано питался. Можно и не спрашивать куда все девается — на восстановление уходит. И все ж не настолько оправился, чтоб нормально ходить через неделю, не говоря уже о поездке. Правда доктор пожал плечами уже на третий день и сказал, что ему больше делать у постели раненого нечего. Начнет загибаться — зовите. А в целом незачем надоедать хозяевам посещениями.

— Ты нужен здоровый, — сказала Ифа сидящему на кровати йотуну. — В поместье Гарсия мне ничего не угрожает. Собирайся, — уже Шону, — через час выезжаем.

— А что случилось? — спросил парень Дорада.

— Жена Пабло Гарсия умерла. Он дону Фредерико компаньон по многим делам, очень уважаемый человек. Нужно засвидетельствовать уважение.

Хозяйка иногда странными делами занималась. Вот недавно ходила в суд. И ладно бы кто-то из семейных 'клиентов'. Совершено посторонняя баба, в пользу которой дала показания. Добрый год назад жена сапожника в церкви поссорилась с женой шорника. Очень важная тема, кто стоит впереди на молитве. Вздорная и сквалыжная баба. И шорникова орала нечто вроде: 'Я тебе еще покажу'. Прошло полгода и даже свыше, внезапно заболела жена сапожника чахоткой. Никто бы и не вспомнил про давний случай, да буквально на днях опять поругалась шорникова с соседкой и при свидетелях говорит: 'станет с тобой как с той'. Соседка, не будь дурой, бегом в магистрат и орет про колдунство. Говорливую под стражу, побежали выяснять, а тут как раз у донесшей о безобразии курица внезапно сдохла. Явно ж сглазили. Все. На костер готовы волочь. Хотели уж пытать, добиваясь показаний, но к счастью в суде не все остолопы. Выслушали Ифу, напомнившую про полное отсутствие хоть малейших доказательств колдовства помимо ругани. Дом тщательно обыскали и никаких признаком черного ритуала не нашли. Возможно к ее речи прислушались не из-за правильности, а известной фамилии, но ведь важнее результат.

Обеих выпороли за сплетни и поклеп, а жене шорника язык урезали, чтоб глупости не болтала. Все лучше, чем закончить на эшафоте. Какая б она дура не была, жалко не ее, а мужа с детишками. Такие симпатичные и ухоженные. Видать все ж дома не кидается на всех подряд. Наверняка урок, который она получила по причине собственного скверного характера, запомнится надолго. И не для нее одной.

Белтар лег на кровать с громким вздохом и на оркском наречии буркнул:

— Обязательно сыну.

Шон слова понял, но не смысл. Оглянулся на Дорада. Тот прикрыл дверь и понизив голос объяснил.

— Она с Хосе года три назад, — и энергично показал очень понятный жест. — А жениться нельзя, оба отца категорически против.

— Почему?

— Он со всей семьей конверсо . Дважды. Ренегат.

— Э...

— Можно сколько угодно биться рядом или совместно крутить денежки, но если родители разной веры, кем станут дети? Причиной для конфликта. Хотя и такое бывает в Содружестве. Сразу договариваются и пописывают в брачном контракте: мальчик воспитывается как в семье матери, а девочка в отцовской. Или наоборот. Обычно ничего хорошего от такого не бывает. А перейти в чужую веру ни один не захотел. Страсть одно, пойти против рода совсем другое. Не для того предки сохранили веру даже под арабами, чтоб менять. Короче, не наше дело. Увидишь чего, держи рот закрытым, даже если дон Фредерико спросит. Мы ей служим и не наше дело решать с кем хозяйке постель делить, а за кого замуж выходить.