Настоящий Извращенец

А Ванюша тем временем буравил взглядом самого Минцева. Он его прекрасно знал: очкарик из аудитории, вольный кустарь-самоучка, который вечно у себя в каморке какие-то пилюли варганит да лаборатории взрывает. Тихий, незаметный, сила — смех один, едва-едва на начальный уровень Кристалла наскреб. Ванюша на таких обычно даже внимания не обращал. Но шеф добавил его в закрытый чат. Что это значит? Только одно: очкарик тоже в деле.

Ванюша прищурился. Жека Минцев? Серьезно? Да что этот недоучка вообще может сделать полезного для шефа? В душе закипела легкая досада. Он-то рассчитывал, что будет у Лисицына единственным и незаменимым, а тут вылезает какой-то баласт с начальным уровнем.

Он снова глянул в телефон. В чате уже висело новое сообщение от Минцева.

Жека Минцев: "Шеф! Тут какой-то дятел уже час воду в ступе толчет, гоняет три фразы по кругу! Пустая трата времени, правильно сделал, что не пришел!"

Ванюша тут же вставил свои пять копеек:

Ванюша: "Да, гундосит и гундосит. Еще полчаса минимум просидим".

Лисицын ответил коротким: "Угу".

После этого в чате воцарилась тишина. Жека и Ванюша снова одновременно подняли головы и обменялись взглядами. На этот раз подоплека была куда сложнее.

Жека думал: "Этот тип на пике Кристалла, в грязных делах шефа он явно соображает получше меня. Надо срочно брать быка за рога и выслуживаться, а то шеф решит, что от меня толку как от козла молока".

Ванюша размышлял в ответ: "Сопляк на начальном уровне, ни украсть, ни караулить. Чем он вообще шефа зацепил? Может, хитрый какой талантец имеется?"

Они померились взглядами пару секунд и снова синхронно отвернулись.

Жека уткнулся в экран. Ванюша уставился в свой. Но в голове у обоих вертелась одна и та же мысль: "А чат-то с двойным дном получается. Интересный расклад!"

Толстяк у трибуны и не думал закругляться:

— ...И потому, дорогие мои, мы должны сплотиться в единый кулак и вписать свои имена в историю нашего Великого Государства!

Он эмоционально размахивал руками, повышая голос до фальцета:

— Вы — элита! Вы — главный ресурс страны! Перед вами открыты все двери!

Внизу кто-то откровенно зевнул на весь зал. Кто-то тайком листал ленту новостей. Светлана Власова всё так же сидела с закрытыми глазами — поди угадай, дрыхнет он или просто ушла в себя. Только Жека и Ванюша сидели, не поднимая голов и замерев над светящимися экранами.

В чат прилетело новое указание от Лисицына.

Лисицын: "Короче, дослушивайте свою белиберду и дуйте ко мне".

И следом скинул геометку. Его домашний адрес. Реакция последовала незамедлительно.

Жека Минцев: "Принял, шеф! Уже лечу!"

Ванюша: "Есть, шеф, сделаем!"

После этого они опять переглянулись. Только теперь в их глазах появилось кое-что новое. Жека чуть заметно улыбнулся Ванюше. Ванюша едва уловимо ухмыльнулся в ответ. В этих ухмылках была и разведка боем, и скрытая настороженность, и сдержанное уважение: как-никак, оба работают на одного босса. С этой минуты они в одной лодке. Оба отвели взгляды и опустили головы, делая вид, что внимательно слушают оратора.

— ...Именно поэтому, товарищи, мы просто обязаны... — доносился с трибуны усыпляющий бубнеж.

Но мысли Жеки и Ванюши были уже очень далеко от этой переговорки. Они витали где-то возле дома Лисицына. Оба горели неодолимым желанием проявить себя и вырасти в глазах шефа.

Глава 8

Собрание с грехом пополам закруглилось к половине одиннадцатого.

Пузатый оратор наконец иссяк, выдав напоследок:

— ...И потому, дорогие мои, свято помните о надеждах родины, не разбазаривайте юность и будьте достойны нашей великой эпохи!

В ответ раздались жидкие, откровенно сиротские хлопки. Лада Вех поднялась, отчеканила сухие дежурные фразы и объявила, что заседание закрыто. Народ потянулся к выходу. Жека Минцев и Ванюша растворились в толпе. Оба делали вид, будто знать друг друга не знают, и демонстративно двинулись в разные стороны: Жека почесал к восточному крылу, а Ванюша выскочил через западные двери.

Выйдя из здания, Жека юркнул в узкий проход между гаражами и прибавил ходу. Ванюша сделал крюк через соседний переулок и вынырнул на параллельную улицу. Минут через десять оба нос к носу столкнулись на перекрестке. Взгляды скрестились.

Жека: "..."

Ванюша: "..."

— Ты чего тут шляешься? — первыми отмер Жека.

— Да вот, совпало, — буркнул Ванюша.

— Очень, блин, удачное совпадение.

Они смерили друг друга подозрительными взглядами и, не сговариваясь, перешли на спортивный шаг.

— Ты чего за мной пристроился?

Жека косо на него посмотрел:

— С чего ты взял, что я за тобой? Всегда тут хожу.

— А чего тогда той дорогой не пошел?

— Где хочу, там и хожу.

— Тут тротуар вообще-то, чего дорогу загораживаешь?

— Тебе-то какое дело?

Они продолжали пререкаться на ходу, всё сильнее наращивая темп, пока окончательно не сорвались на резвую трусцу. Еще десять минут активного кросса — и оба стояли на площадке шестого этажа перед дверью Лисицына. Жека решительно надавил на кнопку звонка. За дверью было тихо. Он позвонил еще раз. Снова глухо.

Ванюша стоял рядом и злорадно ухмылялся:

— Что, шефа дома нет?

Жека смерил его презрительным взглядом и снова впечатал палец в кнопку.

Дверь неожиданно распахнулась. На пороге стоял Лисицын. В одной руке он сжимал смартфон и буравил экран бешеным взглядом.

— Приперлись? Заходите, — рыкнул он и, не разуваясь, пошагал в комнату, на ходу вслух покрывая мобильник последними словами: — Да ты играть вообще умеешь, олень?! Какой же ты криворукий!

Из динамика донесся раздраженный треск:

— Я криворукий?! А кто сам три раза подряд раком встал и слился?!

— Я слился?! — взвился Лисицын. — Я игру вытаскиваю! Ты хоть соображаешь в тактике, баран?!

— Ты зачем линию пушил, пока нас на миде раскатывали?! Врагов раскормил, а теперь на команду валишь?!

— Да я вам базу практически разнес! А вы вчетвером троих принять не смогли?! Дно беспонтовое!

Лисицын плюхнулся на диван, лицо его налилось багровым румянцем.

— Слышь ты, дятел! Нам этот слив из-за тебя засчитали! Хочешь, я к тебе в реале приеду и раму поправлю?!

Из телефона раздался ехидный смешок:

— Ну давай, приезжай, жду с нетерпением.

Раздался короткий гудок. Вызов сбросили. Лисицын с полсекунды ошарашенно смотрел на потемневший экран, а потом со всей дури грохнул телефон о диванную подушку.

— Сука!

Он сочно выругался, откинулся на спинку, зажмурился и тяжело, прерывисто задышал. Жека с Ванюшей так и застыли у порога, вытаращив глаза. Это... это наш шеф? Тот самый жесткий тип, который людей мочит, не моргнув глазом? Безжалостный душегуб... то есть, вернее, правильный пацан?! Тот самый монстр, перед которым они на брюхе ползали и дышать боялись? Владыка тысяч софистов, который, по слухам, прошел огнем и мечом все восемнадцать уровней? И вот этот авторитет сейчас сидит на диване и кроет всех матом из-за слитого катка в мобилке?! Они переглянулись. Сработал единый импульс.

Жека первым метнулся вперед:

— Шеф! Шеф, остынь! Скажи, где этот гад живет, я прямо сейчас поеду и голову ему оторву!

Ванюша чуть припоздал, но моментально включился в гонку:

— Шеф, доверишь мне! Я сделаю так, что он до конца дней к кнопкам прикоснуться побоится!

Жека резко развернулся и зыркнул на него:

— Ты чего мои слова тыришь?! Я первый сказал!

Ванюша не остался в долгу:

— Кто тырит?! Я сам так подумал!

— Я первый озвучил!

— А я первый шаг сделал!

Они начали пихать друг друга локтями, готовые сцепиться прямо посреди гостиной. Лисицын открыл глаза и хмуро посмотрел на этих двух клоунов. Взгляд его оставался холодным, но уголок рта чуть заметно дернулся.

— Кхм.

Он сухо кашлянул.

Жека и Ванюша мгновенно побросали друг друга и вытянулись по струнке, точно два провинившихся первоклашки перед директором. Лисицын молча разглядывал их пару секунд. Затем поднял смартфон, ткнул пальцем в экран и убрал его в карман.

— Ладно, отставить. Не стоят оно того.

Он снова вальяжно откинулся на диван, возвращая себе привычное выражение лица — спокойное, безразличное и не выражающее ровным счетом ничего.

Шестерки переглянулись и замерли.

Лисицын с минуту молчал, а потом перевел взгляд:

— Кстати, Жека.

Минцев тут же выпрямил спину:

— Я, шеф!

— Твоя эта штуковина для откачки силы... — Лисицын посмотрел на него со щуром. — Много вытянуть удалось? И какой уровень у тебя тогда был?

Жека на секунду растерялся, но быстро сообразил, к чему клонит босс.

— Шеф, вы про наш "Болтун"?

Он вытащил из кармана электронный приборчик и покрутил его на ладони.

— За весь день со всех сорока двух человек из аудитории удалось капнуть совсем по чуть-чуть. С гулькин нос, если честно.

Лисицын приподнял бровь:

— И сколько это в пересчете на твою начальную Основу?

Жека мысленно прикинул:

— Ну... где-то одна десятитысячная доля?

— И всё? Так мало?

— Да я бы и рад больше, шеф! — Жека скорчил состряпанную мину. — Они же прочухают, если много тянуть. Приходится дозировать, чтобы думали, будто энергия сама естественным образом стравливается при тренировках. К тому же при передаче потерь куча. Так что то, что доходит — это еще отличный результат!

Он сделал паузу и торопливо добавил:

— Я эту выкачанную силу даже израсходовать еще не успел. Хотел подсобирать побольше, а тут как раз вы подвернулись...

Лисицын молча кивнул. Ванюша, стоявший рядом, слушал этот диалог с всё большим офигиванием.

— Постойте-постойте...

Он не выдержал и влез в разговор:

— Шеф, вы о чем вообще? Я ничего не пойму. Какая откачка силы? Какие способности?

Лисицын мельком глянул на него:

— Дай сюда свой прибор.

Ванюша помялся, но вытащил из кармана "Болтун" и протянул боссу.

Лисицын взял устройство и слегка провел подушечкой пальца по корпусу. На пластике едва заметно вспыхнул и тут же угас бледный огонек. После этого он швырнул мобильник обратно Ванюше.

— Забирай. Всё.

— Теперь эта хрень из тебя ничего сосать не будет.

Ванюша цапнул "Болтун" на лету и замер истуканом. В смысле — не будет сосать силу? Это он про что?! Он уставился на прибор в своей руке, потом перевел взгляд на точь-в-точь такой же аппарат у Жеки. И тут в его голове наконец замкнуло утренние слова Минцева.

"Откачка силы... сорок два человека в аудитории..."

Зрачки Ванюши сузились в точки. Он резко развернулся к Жеке, и глаза его налились гневом:

— Ах ты гнида очкастая! Это что же ты, сука, придумал?! За спиной у всех крысил?!

Жека от такого наезда аж отшатнулся на шаг, но тут же петухом выпятил грудь:

— Чего орешь?! На себя посмотри! Это вообще идея шефа была! Я просто исполнитель, мое дело было приборы раздать!

Ванюша поперхнулся воздухом. Он медленно повернул голову к Лисицыну. Тот всё так же спокойно восседал на диване с абсолютно равнодушным видом, будто его всё это вообще не касалось. Вся праведная ярость на его лице испарилась в ту же секунду. Лицо мгновенно преобразилось, расплывшись в сладкой, почти елейной улыбке:

— Шеф... Ну вы даете! Это ж надо было до такой гениальной схемы додуматься! Ай да шеф, ай да красава! Просто высший пилотаж!

Жека аж рот открыл от такой наглости. Вот ведь перевертыш! Как переобулся-то на лету!

Лисицын глянул на Ванюшу, и на его губах заиграла едва заметная усмешка. А парень-то гибок. Быстро соображает, куда ветер дует. Он не стал отвечать на этот дешевый подхалимаж, а просто удобнее устроился на подушках.

Жека с Ванюшкой переглянулись, но подать голос больше не решались. На самом деле Лисицын думал совсем о другом. Эту фишку с незаметным отсосом чужой энергии он выдумал еще тогда, когда сидел на самом пике уровня Сократа. Он торчал на том рубеже так долго, что сам уже сбился со счета, сколько столетий прошло.

Пик уровня Сократа — абсолютный предел человеческих возможностей. Еще один шаг — и ты пробиваешь небесный купол, сбрасываешь смертную чешую и уходишь в бессмертие. Вот только сделать этот шаг Лисицын не мог. Как он только ни исхищрялся, каких только редчайших снадобий и запретных методик ни пробовал — всё без толку. Уперся в невидимый глухой тупик.

И тогда его освятила безумная идея: а что, если сосать энергию по капле со всех практикующих в мире? Собрать, так сказать, с миру по нитке — и этой сокрушительной объединенной мощью нахрапом вышибить заклинившую дверь в небеса? Под эту задумку он и велел состряпать "Болтуны". Да только испробовать прибор в деле он так и не успел — судьба совершила кульбит, и его швырнуло назад во времени.

Лисицын сбросил оцепенение и поглядел в окно. Текущий уровень здешних юнцов для него — пыль под ногами. На пике Сократа ты не пробьешь потолок, даже если выпиваешь досуха сотню-другую пацанов на Кристалле.

Но один вопрос продолжал свербить в мозгу. Сколько еще он проторчит в этом мертвом затыке? Или... может, стоит подсадить на тренировки вообще всё население планеты? Вырастить миллионы адептов, а потом качнуть энергию со всех разом?

Он тут же криво ухмыльнулся собственной мысли. Чушь. На Земле концентрация духовных сил смехотворная. Обычный человек тут даже первый энергетический канал пробить не сможет. У него, конечно, заныкан солидный запас первоклассных кристаллов, но на всю страну этого добра точно не хватит. Лисицын мотнул головой, отгоняя пустые мысли.

Жека с Ванюшей стояли неподалеку, с опаской наблюдая, как шеф то хмурится, то качает головой, то сам себе ухмыляется. У обоих от страха поджимали жилки. О чем там размышляет этот монстр?

Лисицын резко вернулся в реальность:

— На сегодня у меня для вас есть дело.

Шестерки мгновенно вытянулись в струнку:

— Слушаем, шеф!

— Хоть в ад, хоть на плаху!

Лисицын окинул их снисходительным взглядом. Ну и парочка. Актеры погорелого театра, один другого картиннее.

— Вернетесь к своим... побольше тритесь среди одногрупников. Присматривайтесь. Ищите тех, кто ведет себя не так, как вы запомнили.

Жека опешил:

— Шеф, дык... пятьсот лет прошло! У народа характеры по десять раз переломались, это же естественное дело?

Ванюша торопливо поддакнул:

— Вот-вот, шеф! Задача вроде простая, а на деле с подвохом. Пять веков! Да кто вообще прежним останется?

Лисицын смерил их прохладным взглядом:

— Доверьтесь чуйке. Кто высмотрит больше всех мутных типов — получит первоклассный кристалл.

В гостиной на секунду повисла звенящая тишина. А потом глаза у обоих вспыхнули дурным азартом.

— Первоклассный кристалл?!

— Мать моя! Тот самый легендарный?! — в один голос рявкнули они.

Жека аж очки на носу перекосил от возбуждения:

— Шеф, без дураков?! Реально первоклассный?! Это же... это же чистое золото!

Ванюша держался чуток солиднее, но голос у него всё равно дал петуха:

— Шеф, да о них же только легенды ходят! Во всем мире таких штук по пальцам пересчитать можно!