Карма

Возницын кивнул головой.

— Я верю в тебя.

— Когда же вы уйдете в отпуск? — спросил Балабин.

— Уже совсем скоро. Ты должен быть готовым в любой день возглавить компанию.

26.

Возницын сидел в своем кабинете, когда позвонил Прахов и попросил аудиенции. Частный детектив прибыл через полчаса.

По его виду Возницын понял, что тот выполнил его задание. Частный детектив сел напротив него, затем извлек из кармана флешку.

— Альберт Яковлевич, тут все, что вы просили. Пришлось проделать грандиозную работу. Когда я ее начинал, то не предполагал, какой сложной и насколько объемной она окажется.

— Намекаешь, что надо увеличить твой гонорар? — прямо спросил Возницын.

— Знаете, что мне всегда в вас нравилось, Альберт Яковлевич?

— Не знаю, но не против узнать. Вдруг пригодится.

— Вы всегда, если есть возможность, идите прямой дорогой. Я имел дела с разными бизнесменами. Хотите знать, отчего я больше всего устаю?

-Думаю, сейчас узнаю.

— С ними сложно иметь дело, потому что по любому вопросу они начинают лавировать, брать свои слова назад. А вот вы никогда так не поступаете.

— Ладно, убедил, Вячеслав Васильевич. Гонорар увеличу, правда, не в той мере, в какой хочешь. Значит, ты нашел все адреса?

— Адреса нашел все, а вот одного человека — нет.

— Почему?

— Он недавно умер. Во флешке я это написал, правда, вместо адреса — место его могилы. Вдруг захотите ее навестить.

— Молодец, ты поступил предусмотрительно, — похвалил частного детектива Возницын. — А теперь я займусь твоими материалами. Деньги к вечеру тебе переведут.

Прахов исчез, Возницын вставил флешку в ноутбук. Внимательно стал изучать то, что высветилось на мониторе. Память сама собой снова стала воскресать то, что, как ему казалось, еще недавно было прочно утоплено в реке забвения. Но теперь он понимает, что забвения нет, воспоминания не исчезают, а только откладываются в какие-то заповедные места и ждут своего часа, чтобы всплыть на поверхность в нужный момент.

Он снова посмотрел на список. Ему предстоит немало попутешествовать по разным городам. Но ничего другого не остается, он сам так решил. А свои решения привык выполнять, даже если они требуют больших и усилий и денег. А это означает, что завтра он оформляет отпуск и уедет по первому адресу.

Часть вторая

1.

Возницын вернулся в родной город после долгого отсутствия. Никакой ностальгии по нему он не испытывал, даже редко вспоминал о нем, несмотря на то, что тут покоились родители. Чего в Возницыне почти не присутствовало, так это сентиментальность. А потому желание посещать могилы предков никогда не испытывал.

Возницын вообще редко воспоминал о родителях, порой возникало странное чувство, словно их никогда и не было, столь сильно они отдалились от него. И ничего удивительного в этом нет, их роль в его жизни была не столь велика; они мало уделяли ему времени и внимания, а всего, чего он достиг, добился собственными усилиями.

От родителей он почти ничего не получил, если не считать убогой квартирки, в которой обитала их семья. Она располагалась в двухэтажном доме, не слишком отличающая от барака на окраине города. И когда настал час ее продавать, то получил так мало, что можно было пренебречь такими деньгами.

Но то было раньше. Сейчас же он ехал на такси из аэропорта и смотрел на проплывающие мимо него городские пейзажи. И изумлялся тому, как разительно изменилось все вокруг. То был совсем иной город, мало похожий на тот, в котором он родился и жил. Когда он с радостью отсюда уехал, это место выглядело как запущенное провинциальное, неухоженное поселение, сейчас же он проезжал мимо кварталов, застроенных современными многоэтажными домами. Для Возницына это зрелище оказалось неожиданным.

Невольно ему подумалось, что если бы он тут остался, то мог бы принять участие в застройке города, в обретение им нового облика. В это дело он мог внести немалый и достойный вклад. Но так получилось, что здесь обошлись без него. И то, что он видит, свидетельствует о том, что совсем неплохо справились.

От этой мысли Возницыну стало то ли грустно, то ли досадно. Не упустил ли он свой настоящий шанс? Если бы он тут остался, его жизнь, наверное, сложились бы совсем иначе.

Впрочем, тогда он не мог оставаться, для него во всех отношениях было лучше, уехать отсюда и не приезжать никогда. Так он и поступал много лет. Но сейчас добровольно нарушил данное когда-то себе обещание. Хотя, вряд ли можно говорить, что он сделал это по доброй воле, его пригнали сюда неумолимые обстоятельства. Теперь остается только ждать, как все тут сложится.

Возницын вселился в заранее заказанный номер гостинице и стал прикидывать, какими должны быто его дальнейшие шаги. Первым делом надо поехать на кладбище и отыскать могилы родителей. Точнее, могилу, ведь насколько он помнит, они захоронены в одной ограде. Так он и поступит.

Такси привезло его на кладбище. Возницын знал, что оно самое старое в городе, и что тут давно не хоронят по причине нехватки места. Он вошел на его территорию, мучительно припоминая путь к родительской могиле.

Кладбище было небольшим, но понадобился целый час, чтобы он нашел то, что искал. И пока это делал, то поразился тому, как тут все заброшено. Было видно по состоянию могил, что большинство их не посещают. Многие ограды поржавели, памятники покосились, а некоторые упали. Деревья росли без всякого контроля, там, где хотели, часто их стволы вылезали прямо из захоронений, разрушая их своей корневой системой.

Возницыну стало немного не себе; такого запустения он даже не мог представить. В его понимании кладбище было тем местом, за которым ухаживали и следили. Здесь же пока он бродил среди могил, не встретил ни одного живого человека. На него смотрели лишь фотографии на памятниках, точнее, на тех, где они еще сохранились.

Через час блужданий Возницын нашел захоронение родителей. И уже не удивился, увидев, в каком оно печальном состоянии. Памятник, слава богу, выстоял, но вот надпись на нем почти полностью стерлось. Ограда тоже стояла, но была вся ржавой. Внутри росло дерево, к счастью, не из самой могилы, а немного в стороне от нее.

Возницыну вдруг стало то ли стыдно, то ли противно от самого себя. Можно еще понять, если человек бедный и не может содержать захоронение самых близких ему людей в надлежащем виде. Но он-то богатый; в городе, где сейчас проживает, возможно, богаче его никого нет. И при этом довел могилу родителей до ужасного состояния. Не удивительно, что подобное отношение сказалось на его карме, никак не способствовало ее улучшению.

Его не может оправдать даже то, что с родителями у него так и не возникло по-настоящему близких отношений; по большому счету они всегда были друг другу чужими. Но что это меняет? Все равно это его мать и отец, которые дали ему жизнь, заботились о нем, как могли, помогли его становлению. Если же быть честным, то с какого-то момента он просто напрочь забыл про них. И ему было абсолютно все равно, в каком состоянии место их вечного успокоения.

Возницын положил на могильную плиту купленные в городе цветы. Надо что-то делать, оставлять это место в таком виде нельзя. А если Кристина будет относиться к месту его последнего успокоению точно так же, как и он?

Ему стало не по себе. Возможно, мертвым все равно, где и как лежать, но живым — нет. Надо срочно тут все привести в порядок.

На то, чтобы отыскать местонахождение администрации кладбища, понадобилось еще немало времени. Не у кого было спросить, где оно находится, — по-прежнему тут никого не было. Как и хоть каких-то указателей. Наконец, Возницын вышел к небольшому, обшарпанному строению. В одной из двух комнат сидел мужчина, который и оказался директором погоста.

Выяснилось, что он принимает заказы на уход за могилами и установку новых памятников и оград. Директор явно обрадовался клиенту. Они быстро договорились, и Возницын тут же перевел ему деньги. Он понимал, что рискует, совершая перевод достаточно крупной суммы совершенно незнакомому человеку. Раньше бы он ни за что так не поступил. Но сейчас не было иного выхода; он не знает, когда снова вернется в этом город, если вернется вообще. Правда, директор клятвенно обещал прислать фотографию обновленной могилы, но Возницын понимал, что это не надежная гарантия.

Возницын вернулся в гостиницу под вечер. Он чувствовал себя таким изнуренным, что заниматься чем-либо еще не было сил. Значит, главное дело, которое привело его сюда, он перенесет на завтра.

2.

Такси привезло Возницына в поселок на окраине города, застроенный старыми облезлыми двухэтажными строениями. Именно в таком доме когда-то жила его семья, только на другом конце города. Поэтому он хорошо представлял, какие тут квартиры: без горячей воды, со скрипучими половицами и большими щелями в оконных проемах. Зимой через них врывались такие обильные потоки холодного воздуха, что приходилось ходить в комнате в пальто. И никакие затычки не позволяли закрыть доступ в жилище этой ужасной стужи.

Да, неважно живет Витя, явно не процветает, мысленно отметил Возницын. Интересно, он пьет? Когда он проживал ребенком в точно таком же доме, все его обитатели, в том числе женщины, не просыхали. Это был бесконечный общий запой; когда кончалась водка в одной квартире, переходили туда, где она еще была. К счастью, родители пили меньше остальных, а потому соседи посещали их реже других. Иначе его жизнь превратилась бы в сущий ад. Хотя, если подумать, временами она такой и была.

Возницын вошел в подъезд. В нос ударила комбинация из специфических запахов. А он отвык от них, привык, что вокруг все дышит ароматом чисто вымытых помещений, хороших шампуней и духов. Его жена в этом отношении была утонченная гурманка, всегда окружала себя тонким благоуханьем. И его приучила к ним.

По скрипучей лестницы Возницын поднялся на второй этаж и застыл возле дверей квартиры Долгополова. Он даже отдаленно не представлял, как тот его встретит. Возможны любые варианты. Да, с тех самых событий прошло уйма лет, но если он, Возницын, не забыл о них, то еще меньше шансов, что они выветрились из памяти Вити. Так он его тогда называл.

Он совершил перед этим человеком тяжкий грех. Причем, сделал это довольно легко, без больших мучений совести. Скорее наоборот, гордился собой, что так удачно провел дело.

Они были однокурсниками. Подружились на первом курсе; в значительной степени их сближение обусловило два вытекающих друг из друга обстоятельств — они происходили из одной социальной среды и одинаково сильно хотели из нее вырваться.

О том, как это сделать, они всерьез задумались на третьем курсе. Денег не хватало столь катастрофически, что не редко были дни, когда они ложились спать без ужина. Однажды к ним пришла мысль — в свободное от учебы время заниматься ремонтом квартир.

Удивительно, но дело пошло, у них оказались умелые руки, и они стали неплохо зарабатывать ремонтом. И когда закончили строительный институт, уже скопили пусть не большой, но капитал. Основали на равных паях фирму по строительству дач и небольших домов.

Два года они работали слаженно, но затем что-то стало между ними происходить. Каждый хотел стать первым лицом, что мешало равное распределение долей. Возницын все сильней ощущал возникший дискомфорт, его просто распирало от желания единолично руководить их бизнесом. Он вообще думал, что хотя Долгополов и друг, но он мог бы успешней справляться с делами и без него. У них все чаще возникали разногласия, вызванные различием взглядов на дальнейшее будущее фирмы.

В какой-то момент Возницын понял, что надо что-то менять, так дальше продолжаться не может. Он решил поговорить с компаньоном, предложить выкупить его долю. Но Виктор решительно отказался ее продавать. И вообще, не желал никаких изменений.

Эта несговорчивость буквально бесила Возницына, но он не знал, как ее преодолеть. Помог случай. Они работали в одном дачном поселке. Был вечер, они слегка выпили, а затем в очередной раз, повздорив, разошлись. Возницын сидел у небольшого пруда, размышляя, как ему поступить. Внезапно до него донеслись какие-то громкие голоса. Люди явно ссорились. Он встал и пошел на звуки.

Он увидел четырех человек, одним из них являлся Долгополов. Парни же явно были местными; Возницын их раньше видел в поселке. Они задирали его компаньона, оскорбляли, требовали, чтобы он немедленно уехал, так как отбивал у них работу.

Вместо того, чтобы вмешаться в ситуацию, Возницын затаился за деревом и стал наблюдать. Парни будучи навеселе явно входили в раж, Долгополов же старался их успокоить. Но это только подливало масло в огонь — алкоголь затмевал им мозги, от чего они становились еще агрессивней.

Один из парней вдруг извлек из кармана нож и бросился на Долгополова. Если бы Виктор не отскочил, тот бы полоснул его лезвием. Но нападавший не успокоился, снова полез на него. Еще мгновение — и клинок бы поранил компаньона Возницына.

Долгополов успел нагнуться, поднял камень и ударил парня в висок. Тот рухнул там, где стоял.

Удар оказался смертельным. Долгополова задержали уже на следующее утро. Началось следствие, затем суд. Друзья погибшего единодушно обвинили Виктора в том, что он напал на них, хотя никто ему не угрожал.

В качестве свидетеля суд привлек и Возницына. От его показаний многое зависело, так как слова дружков вызывали недоверие.

Сначала Возницын не сомневался в том, что будет свидетельствовать в пользу друга. То была чистая самооборона, ему угрожала реальная опасность, и он защищался. Но в какой-то момент вдруг понял, что для него это нежданный и большой шанс. Если он подтвердит, что первым нанес удар Виктор, того осудят. А он, Возницын, окажется единоличным владельцем компании.

На суде он подтвердил показания друзей убитого. В ушах долго стоял возмущенный крик Долгополова. Но получилось так, как Возницын предполагал — Виктор получил десять лет заключения в колонии строгого режима. Возницын же через некоторое время снял деньги с их общего счета, продал фирму — и с солидным капиталом отправился в другой город, где начал новый бизнес.

Чтобы немного успокоить нервы, Возницын втянул в себя побольше воздуха и нажал на звонок. Он и не помнил, когда в последний раз так сильно волновался.

Но никто не открыл. Неужели Виктора нет дома? Возницын снова нажал на звонок и только теперь понял, что он не работает — никого звука не раздалось. Он стал стучать в дверь.

Она резко отворилась, и на пороге появился бородатый мужчина в футболке с разводами и в мятых брюках. Он уставился на гостя.

— Ты кто? — спросил Долгополов.

Возницыну в нос ударил неприятный запах из-за рта хозяина квартиры. Но он стоически его выдержал, даже не поморщился.

— Постой. Это ты? — На лице Долгополова отразилось безбрежное изумление.

— Да, это я, Альберт, — подтвердил Возницын.

Дальше случилось непредвиденное или наоборот, то, что и должно было случиться, кулак Долгополова полетел в его лицо. Возницыну удалось увернуться, и удар задел по касательной, оставив на скуле красную полосу.