Книга перемен

  — Смею надеяться, моих познаний хватит, чтобы это выяснить, — вздохнула Эмили. — А если нет — у меня есть знакомые геологи и геоманты, разберёмся.

  Эмили Крофт лежала на спине и созерцала потолок, время от времени командуя Тому посветить на тот или иной участок. Том и сам был не прочь заняться тем же самым — но увы, "Люмос" давал не столько света, чтобы палочку не требовалось подносить в упор. Извернуться же так, чтобы рассмотреть потолок Том не мог... А судя по комментариям археолога, там было на что посмотреть.

  — Ещё немного левее... Вот так! Капитан, а чем вы освещали эту пещеру?

  — Исключительно магией. Вообще-то, у нас есть несколько карбидных ламп, но ни у кого не возникло желания за ними идти... Ну ещё у Хагрида "Летучая мышь", но она под его руку сделана и в изначальный пролом просто не влезала. Это плохо?

  — Напротив, капитан, это очень хорошо — ведь тогда эта копоть осталась здесь с тех времён, когда эту пещеру посещали люди. Вы когда-нибудь слышали о радиоуглеродной датировке?

  — Впервые.

  — Ну, смею надеяться, вы в курсе, что такое радиоактивность и изотопы... — Том кивнул. — Так вот, в природе существует некоторое количество радиоактивного углерода, который живые организмы поглощают наравне с обычным, а после смерти, естественно, его количество более не восполняется. И вот несколько лет назад один американский физик предложил использовать этот факт для датировки органики. Точность, конечно, так себе, но нам и разброса в пару сотен лет хватит...

  Том неопределённо хмыкнул. Он, конечно, старался следить за новостями магловской науки, но охватить всё и сразу было решительно невозможно... Но даже точность в пределах века-другого будет полезна, тем более, что во многих случаях можно будет уточнить и другими способами.

  — Нет, вы только посмотрите! — перебила его мысли Эмили. — Вот это точно что-то новенькое!

  Присев, Том запрокинул голову — и присвистнул. Действительно, о таком он не слышал никогда... И, похоже, никто другой.

  На потолке, аккурат над тем местом, где стоял сосуд, было нарисовано углём лицо. Нарисовано довольно грубо и схематично — пожалуй даже, нарочито грубо — но с тщательно прорисованными глазами, получившимися пугающе реалистично.

  — Вот это действительно тянет на открытие, — Эмили вздохнула и села. — Насколько мне известно, ничего подобного до сих пор не находили. Впрочем, это надо будет уточнить, а пока что пойдёмте дальше — здесь больше ничего нет.

  Выбравшись из пещеры, Эмили первым делом взобралась на вершину скалы и принялась осматриваться. Том про себя чертыхнулся — можно же было взять метлу или каноэ, подняться хотя бы на тысячу футов да осмотреться, а он не сообразил... А ведь с воздуха зачастую видно то, что с земли разглядеть не получается — он сам не раз видел с самолёта засыпанные окопы той, прошлой войны — уже не Великой, а Первой мировой... Со скалы, в которой от силы футов тридцать, конечно, много не разглядишь, тем более — в лесу, но всяко больше, чем с земли — если, конечно, есть что разглядывать.

  Эмили Крофт изучала окрестности около получаса, спустилась, не слишком довольная, и сообщила:

  — Есть два подозрительных места, но, боюсь, там всё-таки ничего нет. Проверить, конечно, необходимо... Пойдёмте, покажу.

  Оба подозрительных места были недалеко от дома Хагрида, на краю травянистого языка, глубоко врезавшегося в Запретный лес. Эмили прошлась по ним, выводя замысловатые пассы волшебной палочкой, и сообщила:

  — Здесь что-то есть, несомненно — но я не геомант и не могу точно сказать, что именно. В любом случае, раскопки здесь нужны, примерная площадь... — Она подобрала какую-то ветку, разломала её на четыре части и трансфигурировала обломки в шесты. — Вот здесь.

  Она воткнула шесты по углам нервного четырёхугольника, ещё раз взмахнула палочкой и покачала головой.

  — Нет, всё, магия тут уже не поможет, — вздохнула она. — Завтра с утра начнём, послезавтра вечером мне надо возвращаться... У вас ведь найдутся люди, капитан?

  — Легко и непринуждённо, — ну да, весь Рэйвенкло сбежится — этим только дай что-нибудь поизучать... Да и Хаффлпаф в стороне не останется, правда, за этими придётся следить — могут ведь и позаимствовать что-нибудь. Ну а там и Гриффиндор подтянется, львы, как любит говорить ребе Ариэль, за любой кипеш, кроме голодовки, а раскопки — это нечто, для Хогвартса новое... И позволяющее засветиться на международном уровне, так что и слизеринцы подтянутся.

  — Вот только понадобится кто-то, кто сможет в ваше отсутствие правильно организовать работу, — продолжил Том. — К сожалению, у всех возможных помощников энтузиазма гораздо больше, чем знаний, и даже я не исключение, хотя кое-что и представляю.

  — Вы же служили в SAS, верно? Я наслышана о тамошних порядках, поэтому просто представьте, что вам предстоит найти и обезвредить особо хитрую мину, — пожала плечами Эмили.

  Том оказался прав — уже к вечеру в Хогвартс явились почти все старшекурсники Рэйвенкло, жаждущие поработать на благо науки. И более того — готовые приступить к работе хоть прямо сейчас... Пришлось притормаживать пылающих энтузиазмом воронов и объяснять, что от них потребуется — а главное, чего делать нельзя. И, будучи слишком занят, Том пропустил появление рыси... Впрочем, и остальные заметили рысь только тогда, когда она с басовитым урчанием принялась тереться о ноги Тома.

  — О, рысь! — глубокомысленно сообщил кто-то.

  — Да ты прямо мистер Очевидность, — ехидно ответил кто-то ещё.

  — А откуда тут вообще рысь, они же давно вымерли на островах? — заметила девушка — Том не разглядел, кто именно.

  Рысь, тем временем, села, поводила ушами — и стремительно вытянулась, превратившись в чуть полноватую милую девушку.

  — Сэмпа-ай... — протянула она тоном жены, заставшей мужа с любовницей в самый пикантный момент. — А что это вы тут делаете... И без меня?

  — А где Минерва? — осведомился Том — в Англии подруги обычно держались вместе, и если одна чем-то занята — не факт, что это не требуется срочно прекращать...

  — Дома, папу успокаивает, — ответила Помона. — Вы не поверите, сэмпай, но там у них оборотень поселился...

  Том тяжело вздохнул. Отца Минервы он знал... А оборотней знал ещё лучше. Оборотни же — та их часть, которая вопросами веры вообще озадачивалась — по неведомой Тому причине придерживались арианства, почитая своим покровителем Вульфилу, которого самочинно объявили святым и считали оборотнем. Пастор Макгонагалл же был человеком строгим и глубоко верующим, а потому допустить такой ереси в своём приходе не мог... И чем всё это кончится — оставалось только гадать. Ладно, если ученице понадобится помощь, она даст знать, а пока...

  — Ну, если ты не прочь покопаться в земле в поисках костей и битой посуды...

  — О, так вы решили заняться чем-то, кроме Микен? Я в деле! Кстати, меня греки на следующий год приглашали на стажировку, я и на Крит могу заехать...

  — И это будет очень хорошо... Так что, ты участвуешь?

  — Конечно!

  Раскопки действительно напоминали работу сапёра — только действовать требовалось ещё осторожнее, поскольку мина угрожала только незадачливому сапёру, а вот повреждённый артефакт мог полностью сорвать всю работу. Ну и, разумеется, необходима была точная привязка раскопа, благо, с теодолитами кое-кто из воронов работать умел...

  Тем не менее, только верхний слой грунта снимали до обеда — и тщательно изучали. Хогвартс простоял на этом месте почти тысячу лет, Хогсмид — и того дольше, так что найти в земле можно было много всякого разного — Том не забыл про тот клад елизаветинских времён... И, надо заметить, кое-что попадалось — кнаты разных времён, несколько иголок, сломанное крыло от снитча, черепки... Под конец даже нашлась целая винная бутылка, которую опознал Дамблдор — это он её закопал, отпраздновав окончание пятого курса...

  Но всё это, разумеется, было совсем не то. Искомого пока не обнаружилось — несмотря на то, что никто не знал, что именно ищут, однако на глубине дюймов восьми почва неожиданно изменилась, и доктор Крофт распорядилась остановить работу.

  — Мы на древней поверхности, — сообщила она. — Судя по глубине — как раз бронзовый век, но это совершенно необязательно, так что не расслабляйтесь. Наша задача сейчас — вскрыть её на всей площади, при этом, разумеется, не забываем, что и в вышележащих слоях могут быть ценные находки... Мисс Спраут, у вас всё в порядке?

  — В полном, — безмятежно отозвалась Помона, которую отрядили составлять план раскопок. — Сами смотрите, если хотите...

  Разумеется, Эмили проверила — но придраться было не к чему, зачарованные карандаш и вешка позволяли отмечать положение находок с идеальной точностью, оставалось только подписывать глубину залегания и номер. Описывала находки Дорея Блэк, как обладательница самого разборчивого почерка а так же наиболее начитанная из всех учеников — но и она зачастую не могла понять, что попало ей в руки. Иногда этого и Том не понимал... Но настолько непонятные находки были немногочисленны — пока что всего две — и явно были когда-то чем-то железным. А следовательно, не имели отношения к цели раскопок...

  Работа шла медленно, до вечера удалось вскрыть около половины площадки, обнаружив при этом кое-что интересное.

  — Да, вот именно это я и искала, — сообщила Эмили, разглядывая дугу чуть более тёмных пятен, шедшую по краю пятна ещё немного темнее. — И это уже кое-что нам даёт...

  — А что это? — поинтересовался явившийся посмотреть Флитвик.

  — Остатки дома. Правда, такие дома здесь строились до самого римского завоевания, но начали как раз в интересующее нас время, так что нам, скорее всего, повезло. Ну что ж, завтра утром продолжим, но к вечеру мне, к сожалению, придётся возвращаться, и в следующий раз я смогу выбраться только через неделю-дней десять... Но раскопки без присмотра не останутся.

  — Боюсь, дело будет идти ещё медленнее, — заметил Том. — А с началом учебного года и вовсе почти остановится.

  — К сентябрю мы, скорее всего, закончим — площадь тут небольшая. Если, конечно, не вскроем ещё что-нибудь... Ну да ладно, это всё дело будущего.

  День выдался перегруженным впечатлениями, и дома Том собирался отдохнуть... Напрасно — дома было ещё хуже.

  Помона оккупировала кухню и, судя по ароматам, жарила рыбу — каким-то хитрым способом и с ещё более хитрыми приправами, так что получался настоящий шедевр. Глинда сидела на кухне, видимо, устав от бесплодных попыток прогнать ученицу с кухни, и Бдила — именно так. В кресле у окна устроилась, вытянув ноги, Минерва со стаканом чего-то кисломолочного, и задумчиво наблюдала за Амелией Боунс, бесцельно слоняющейся по комнате.

  — Не то чтобы я не был рад вас всех видеть, но по какому поводу собрание?

  — Всего понемногу, — Минерва отсалютовала стаканом, — а в основном — Амелия дозрела подписать ученический контракт.

  Том неопределённо хмыкнул. Девочка наконец-то дозрела и уломала родителей? Молодец, заслуживает внимания. Повторять старые ошибки Том не собирался... Что, конечно, не гарантирует отсутствие новых. Но тащить в свой ковен он никого не собирался, да и желающих брал с разбором — потому-то ковен и состоял до сих пор из двух учениц. Теперь будет из трёх — и шуток про гарем станет вдвое больше. Особенно будет на эту тему разобраться Помона — пожалуй, стоит заблаговременно поинтересоваться, как там у неё со штурманом "Звезды Полинезии"...

  — Да, профессор, я приняла решение, и мои родители его одобрили, — Амелия остановилась и протянула Тому конверт. — И они просили передать вам письмо.

  Том взял протянутый конверт, распечатал и быстро прочитал. Ничего неожиданного, просто подтверждение согласия... И приписка: "Пожалуйста, имейте в виду, что Амелия — очень увлекающаяся натура, и если понадобится, просто заставляйте её отдыхать".

  — Угу... Ну что же, пока посмотри ученический контракт, если что-то не устраивает — говори сразу, будем разбираться... А, нет, сначала пообедаем, а потом уже займёмся формальностями.

  Разговор за столом, разумеется, шёл о раскопках — в истории Хогвартса ничего подобного не бывало, да и вообще в магическом мире с археологией было плохо. Были, конечно, энтузиасты, были раскопки, но... Магов было слишком мало, магов, интересующихся прошлым — и того меньше, ведь и среди маглов такие люди отнюдь не составляли большинство. Но ведь это поправимо?..

  — Честно говоря, мне всегда было трудно понять, что в этом такого интересного, — призналась Амелия. — Может, конечно, это профессор Биннс виноват, но история, а тем более археология — что это всё даёт?

  — Ну... — протянул Том. — согласись, что личность человека формирует опыт — то есть воспоминания. Но это точно так же верно и для нации, и когда люди массово забывают историю и начинают придумывать себе прошлое... Мы все видели, что тогда бывает. Когда целый народ теряет память и начинает придумывать себе никогда не существовавшее величие вместо реальных и неоспоримых достижений... Знаешь, когда я в детстве читал Уэллса, идея его героя отправиться в будущее казалась мне странной — ну да, можно узнать, кто, скажем, выиграет какой-нибудь матч и поставить на него, но где гарантия, что всё пройдёт точно так же? А вот прошлое... Великие маги древности, которые взяли бы меня в ученики, потерянные сокровища, которые я мог бы забрать в нашем времени... Чепуха, конечно, но чего ждать от мальчишки, одержимого силой? Потом это сошло на нет, хотя артефактами я по-прежнему не пренебрегал... А потом — уже после войны — я столкнулся с одним случаем... И обнаружил, что корни его тянутся в прошлое на тысячи лет. Как раз тогда меня и заинтересовали минойцы, но главное — я понял: многое из того, что нас окружает, тянется из глубины веков, столь далёких, что от них почти не осталось свидетельств...

  — Хм, а ведь мистер Шафик в очень похожих выражениях советовал изучать историю права...

  — Кстати, он ведь тоже хотел видеть тебя своей ученицей — не расскажешь, почему пошла ко мне?

  Помимо того, разумеется, что Том подводил её к этой мысли предыдущие пять лет... Но ему было важно знать, что ученица сама думает по этому поводу.

  — Департамент Магического Правопорядка, — ответила Амелия. — Я хочу его возглавить, для чего придётся отслужить в Аврорате, и дожить до этого момента, что, с учётом нравов ДМП, весьма... интересная задача.

  — Достойная цель, — кивнул Том. — И я действительно могу на учить тебя многому из того, что потребуется для её достижения...

  — Тогда и говорить не о чем, — пожала плечами Амелия, раскатала свиток и подписалась.