Так я утешала себя, стараясь не думать, что совершенно не представляю где я, что стало с моим спутником, и куда мне идти, потому как, единственная живая душа спешно сделала ноги, едва заслышав про темных эльфов. Ещё я надеялась, что Элвис подольше будет занят своими государственными делами, и не узнает, куда удрала его гостья. А ещё была Нинка, тоже бродившая где-то в одиночестве, или в плену у злобных племён, а то и орков. От такой мысли меня передёрнуло. В конце концов, адреналин спал, стресс и усталость взяли своё, кинув всю охапку веток, собранную Тиглаем, в костёр, прижавшись к тёплому боку Шумки, провалилась в сон.

* * *

Мягкий белый песок, прохладная вода, накатывающая на берег ленивой волной, смывала мои следы. Едва шумели листья пальм, от лёгкого утреннего бриза, а над горизонтом, вставало большое солнце нового дня. Мне было легко, тепло и хорошо идти вот так по пляжу, встречать рассвет, не думать ни о чем, просто наслаждаться.

Не чувствуя усталости, я все шла и шла по берегу, пока солнце не поднялось на ладонь от горизонта, и вот за очередным поворотом берега увидела шезлонг, пляжный зонтик, пластмассовый столик с прохладными напитками, украшенными фруктами, ветерок донёс лёгкую музыку.

Под тенью зонта расположился мужчина преклонных лет, в расписных гавайских шортах, с темными очками на носу, намазанном толстым слоем крема. Весьма объёмный живот подставлен солнцу, поля соломенной шляпы надвинуты почти на очки, а из того места, где должен быть рот, скрытый за густой белой бородой, раздавался музыкальный храп. Столь банальная картинка 'Турист на пляже' меня рассмешила, а вот старичка мой смех разбудил, внезапно. Замахав зачем-то руками и ногами, он свалился с шезлонга, и ещё минуты две 'плыл' по песку, одной рукой, второй придерживая шляпу. Мне стало стыдно, ненадолго правда, но не смеяться не могла. Пытаясь заглушить рвущиеся на волю хи-хи, подбежала к старику.

— С вами все в порядке? — участливо спросила я, широко улыбаясь, когда тот, наконец, перестал барахтаться, и начал озираться.

— О! Да, да. Со мной полный порядок. Я.. эмм... тут упражняюсь! Да! Вот...

Старичок попытался подняться, но у него никак не получалось, побарахтавшись ещё немного, он лёг на бок, так, чтобы видеть меня, подпёр рукой голову, и вежливым жестом ... предложил мне располагаться рядом. Я как девочка воспитанная не стала привередничать, и присела на тёплый песок.

— Что привело столь юную деву в бухту старого моряка? — спросил дедуля, больше напоминающий Санта Клауса, чем моряка на пенсии.

— Попутный ветер, привёл, — подыграла я и осмотрелась. Кроме нас, песка, моря, солнца и пальм, не было ни души. — А почему тут никого нет?

— А кого бы ты хотела видеть? — вопросом на вопрос ответил Санта. — Предпочитаю уединение, знаете ли.

— Или скрываетесь?

— От кого?

— От закона, например? Или... — Я почесала кончик носа. — Вас ищут старые друзья, у которых вы украли карту старого пирата, на которой отмечен крестиком, где зарыт клад!

Санта расхохотался, и его смех был действительно как у Санты в американских фильмах: 'Хо-хо-хо', до того натурально, что у меня закралось подозрение, что-то тут не так. А ещё его живот трясся и булькал, словно в нем уместился живой аквариум.

— Я не пират, и карты с сокровищами у меня нет. — Улыбался дедушка, в бороду.

— Но и не моряк. — Я улыбалась в ответ.

— Отчего же?

— У моряков кожа обветренная и грубая, обязательно должна быть татуировка как память, где служил и куда плавал. Да и вообще они не выглядят как Санта Клаус, не пьют безалкогольное и даже будучи на пенсии, я не поверю, чтоб у моряка живущего рядом с водой не было бы лодки!

Чудак опят расхохотался, и вдруг совершенно свободно сел, словно его пузо ему и вовсе не мешало до этого встать.

— Так вон же лодка, — с весёлой усмешкой он махнул рукой в сторону моря, и когда я обернулась, действительно увидела недалеко от берега небольшую лодку, выкрашенную в белый цвет с красной полосой, которой ещё минуту назад не было. Теперь я убедилась, что место, где я оказалась, не реально, и если вспомнить, что я делала до того, как очутилась на пляже.... Сон. Я нахожусь во сне, и неудивительно, что никого не встречала, пока брела.

— Нет, это все фокусы, — махнула я рукой. — Вы не моряк, не пират и даже не Санта Клаус.

— Кто же я тогда? — ласково спросили меня.

— Не знаю. — Пожала плечами. — Нинка, моя подруга, сказала бы, что вы — это моё подсознание, этакое моё внутреннее Я. А учитывая, что все это сон, а сон, как известно полезен, иногда сны, даже позволяют нам разложить по полочкам трудные ситуации и найти выход, если разум его не видит.

— Значит, я твоё подсознание? — переспросил Санта, и я кивнула. — Ты уверена?

— Других вариантов у меня нет. Разве что, вы какой-нибудь могущественный маг, — буркнула я, устраиваясь удобнее, вытянув начинающие затекать ноги.

— Ну-с, ладно. Давай, что там у тебя за проблема, раз пришла, попробую помочь. — Встрепенулся он и начал поглаживать свою бороду, словно Старик Хотабыч — Только покороче, излагай факты.

— А почему не всю историю? Может, я пропущу самую важную мелочь, которая мне поможет!

— Потому что, если я твоё подсознание, существующее только во сне, — как неразумному ребёнку начал объяснять мне чудак, — то времени у нас мало, до того как ты начнёшь просыпаться. Поэтому ограничимся самым, самым.

— Хорошо. — Я напряглась и начала вспоминать только самое-самое, загибая при этом пальцы правой руки, не забывая вставлять свои комментарии. — ...Ночью на нас напало чудовище, мой пахйвес понёс меня куда-то, а Урваль остался с монстром. Мой случайный знакомый Тиглай Красноречивый, узнав, куда я еду, собрал манатки и бросил меня одну в лесу. Все.

Санта задумался, поглаживая бороду. Я подождала, чуть-чуть, самую малость.

— Ну что?

— Что?

— Делать мне что, ты же моё подсознание, я все рассказала, как просил. Дальше?

— Что тут думать. Надо ехать. — Я вылупилась на него как бык на тореадора. Он издевается?! Спокойно, Лика. Только спокойствие.

— Я не знаю, в какую сторону ехать, дедуля, — как можно спокойней произнесла я, чувствуя, как сон начинает медленно ускользать.

— Ах это. Пахйвес, это дивное животное, ведь осталось с тобой? — Я кивнула, а этот пухлый амур на пенсии, рассмеялся и махнул рукой, словно проблемы не было. — Ну, тогда ты никогда не заблудишься. Просто дай ему направление, и он сам тебя довезёт.

— Какое направление? Как? — Моё тело и сознание просыпались, сон ускользал все быстрее и быстрее.

— По-эльфийски, конечно! — припечатал напоследок и помахал мне пухлой ладошкой.

Я проснулась, и не в лучшем настроении, не говоря уже о затёкших и замёрзших конечностях, едва тлеющих углях и ни крошки еды. Об остальном умолчу, тем более. Ещё я злилась на Санту. Да, свой сон, разговор с подсознанием, я помнила чётко. Интересно, что про меня сказала Нинка, если бы я ей описала, как выглядит оно самое подсознание? У психологов должны же быть такие тесты, на выявление психологических портретов. По типу стандартного: нарисуйте любое существующее животное, потом несуществующее, потом все, что захочется, и по этим картинкам все о тебе расскажут, что было, что есть, что будет. Тьфу, прям гадалки какие-то. Ладно, что там этот дед говорил?

Я посмотрела на Шумку, проснувшегося и жующего зелёную сочную травку, стараясь не думать о хлебе насущном, сосредоточилась дальше. Итак. Пахйвес никогда не заблудится, примем это утверждение как данность. Второе. Надо задать направление. О, это как ворота Мордора открыть, не проблемно. Третье. И самое главное. Задать это направление надо по-эльфийски! Эльфийски!! ЭЛЬФИЙСКИ!!! От бессильной злости аж в глазах потемнело, так хотелось свернуть кому-нибудь шею, особенно этому бородачу, гению, так сказать. Я же не знаю эльфийского! Не-на-вижу эльфов! Не-на-ви-жу эль-фов!!! Ай!! Больно!

В припадке плохо контролируемой ярости, не заметила, как желая сломать хоть что-нибудь, сгребла в кулак ещё не совсем остывшие головёшки. Вот эта боль привела меня в чувства. Осмотрелась, по сторонам, и не увидела Шумки. Уже рассвело, меня окружал лес и никого рядом.

Я поняла, что мой гнев напугал зверя, и он сбежал подальше. Разом сдавшись, баюкая свою руку, я разревелась как маленькая. Одинокая, чумазая, голодная, в порванной одежде, с обожжённой рукой, заблудившаяся в чужом мире, в лесу, где бродят дикие звери, напугавшая единственное своё спасение. Мне было себя жалко. Примерно минут сорок, пока я не почувствовала чьё — то тёплое дыхание на затылке. Испугавшись, я прекратила реветь, и медленно развернулась. На меня, с сочувствием, смотрели светло-карие глаза моего Шумки. Мне стало легко на душе, обняв пахйвес за шею, я извинилась за своё поведение, на что ответом мне было тихое фырканье. Все, Морна, хватит предаваться жалости, сидеть сложа руки, кстати, о руках.

Слезы помогли, сбросив все напряжение за последние дни, я смахнула с ресниц рукавом остатки, затоптала уже потухшие угли, так на всякий случай. Поискав в траве что— то похожее на подорожник, приложила к ране, а порывшись по карманам, нашла платок и перевязала ладонь. Воды поблизости не было, и я кое — как умылась, собирая с травы ещё не испарившуюся росу. Во всяком случае, попыталась, о том, что там было на моем лице на самом деле, даже думать не хотелось. Чувство голода проснулось снова и, как хищник, которого не кормили очень долго, набросилось на меня со страшной силой. Я боролась. Честно! Не помогало ничего, пока я не отыскала молодой орешник, и не начала живать листья. Сладкие, с привкусом ореха, разжёвывались и выплёвывались, но эта обманка сработала, притупив на время моего зверя. Напихав в карманы листиков, я приблизилась к пахйвес.

Думай, Малика, думай. Ответ наверняка где-то рядом. Я сосредоточилась, но в голове вертелись последние слова Санты. Ничего не происходило. Может быть, я слишком сильно концентрируюсь на словах? Немного расслабиться и дать мыслям свободно течь в моей черепушке. Шумка потянулся, обнюхивая меня, потянулся к моему карману, я пошарила в нем, но там было пусто, только пару крошек от сухарей. И тут меня осенило! Когда мы только познакомились, Урваль говорил команды на эльфийском. Ну-ка, как же там было?

— Asto imra. — Произнесла я, запинаясь и не так певуче, как это получилось у Урваля, но Шумка подогнув ноги опустился на землю, как в тот раз. Сердце захлестнула волна радости и надежды. Осторожно сев на него, и крепко уцепившись коленями за бока, руками за рога, наклонив вперёд корпус, скомандовала вторую фразу. — Arr imsa pahve's. Imsta!

Несмотря на явные ошибки в произношении, растягивании и спотыкании, пахйвес все же выполнил мою команду, встав на ноги, он чуть развернулся и побежал, заставляя меня вцепиться в него и молиться, чтобы направление было правильным, а застава не далеко.

Глава 11

Довольно быстро у меня затекли ноги и руки, про то, что ниже спины я уж промолчу. Наездник из меня никакой, да ещё и стрессы сплошные, деревья с низкими ветками и Шумка, выбравший почему-то самую непроходимую дорогу. Мне оставалось стиснуть зубы и пригибаться, чтобы не хлестало ветками хотя бы по лицу, что не мешало этим самым веткам охаживать по остальным частям тела. Ярым мазохистам это бы понравилось, мне же оставалось тихо поскуливать от каждого резкого удара.

Только беды на этом мои не закончились, едва миновали труднодоступное место, и я подняла голову, чтобы посмотреть что впереди, как моё лицо оказалось в паутине вместе с его ошарашенным хозяином. Закричать я не успела, резкий поворот, и разлапистая ветка хвойного дерева, впечатала паука в моё лицо, размазав его красивыми разводами. Бррр... хотелось стереть с себя эти останки и умыться, рвотный позыв я подавила с трудом. Не то, чтобы я боялась насекомых, но согласитесь, что размазанный по вашему лицу паук с паутиной к косметологии никакого отношения не имеет, чтобы терпеть это удовольствие. Впрочем, я погорячилась, имеет, — паутина стянула кожу как хорошая маска. Пришлось, стиснув зубы терпеть эти, как я надеялась, временные неудобства, вместе с начинающимися слуховыми галлюцинациями, так похожими на отголоски речи, которые иногда до меня доносил ветер.

Застава выросла перед нами неожиданно, солнце почти стояло в зените. Точнее, я свалилась на выходящий патруль темных эльфов, возникший из ниоткуда (как выяснилось позже, эльфы выходили из ворот Заставы), прямо посреди леса. Пахйвес выполнил свою миссию, доставив меня до места назначения, резко затормозив только одному ему ведомом месте, и, чтобы я не передумала, ещё и наподдал задом.

Как итог, я не удержалась, и полетела вперёд, сбивая по пути возникшие препятствия. Теперь я знаю, что чувствует шарик из боулинга, сбивая все кегли на дорожке. Перестав катиться, я распласталась на земле, глядя в голубое небо, вздохнула и.... Словила смешинку-истерику, совершенно не обращая внимания, что на меня нацелилось куча оружия, я смеялась и плакала как идиотка. Правда, не долго, ледяная вода лучшее лекарство, чтобы прекратить истерику девушки.

— Ещё порцию? — ласково осведомился знакомый голос Урваля.

— Не, не. Спасибо, все отлично. — Я улыбнулась, глядя на живого и здорового эльфа, стоявшего рядом со мной. Других поблизости уже не было, с трудом приняв положение сидя из стойки лёжа, принялась стирать с лица воду, вместе с остатками паука и паутины. — Холодный душ, это конечно прекрасно, но как насчёт горячей ванны и пожрать?

— За что мне это наказание? — стараясь не смеяться, произнёс Урваль, подавая мне руку и помогая встать. — В таком виде показываться на глаза главнокомандующему, молодой девушке действительно не стоит. Где вас носило всю ночь?

Знаете, закон подлости он всегда срабатывает, когда его не ждёшь. Вот и в этот раз, не успели мы сделать и пары шагов, а я толком оглядеться, как Сатхэльес появился перед нами собственной персоной, словно из воздуха, оторопело уставившись на меня своими красными глазами, впрочем, как и я на него. Эльф был одет в одну набедренную повязку, на голом теле красовалась полосы зелёной и голубой краски, белые волосы были грязными и висели сосульками, напоминая дреды, а за спиной стояли одетые куда как приличнее и по всей форме двое темных, с невозмутимым выражением на лицах.

Как я выглядела, представляйте сами после всего, что со мной было. Ступор был не долгим, привет истерика-подружка. Тёмный, оскалившись, откровенно ржал — недолго, в отличие от меня, которую второй раз окатили холодной водой. Несколько резких отрывистых команд, и меня быстро уводят подальше. Больше нам никто не встретился по пути. В себя, наконец, пришла, когда меня впихнули в комнатку напоминающую баню-ванную, подхихикивающую, но уже вполне адекватно реагирующую на окружение.

— Это было жестоко, — растирая сведённые смехом скулы, сидя в небольшом каменном бассейне по уши в горячей воде, сама себе жаловалась на жизнь. — Эльфийский Маугли! Ха-аха.. Все. Все. Хватит, не могу больше. Тсссс... хрр..и-и-и-и-и, фу-у-у. Тебе ещё с ним видеться. Ха-ах... Ггггы-ы-ы-ы. Стоп! Боже! Дай мне силы не заржать при нашей следующей встрече!