Pg958.pdf]). В ней, в частности, говорилось, что государства-члены ОАГ готовы принять все меры, в том числе,с использова-нием вооруженных сил, которые они сочтут необходимыми, чтобы «…правительство Кубы не продолжало получать от китай-ско-советских держав военный материал и другие поставки, ко-торые могут угрожать миру и безопасности Континента и предотвратить размещение ракет на Кубе с наступательным по-тенциалом». Обратим внимание читателя на слова «китайско-со-ветских держав», оставляя их без подробных комментариев на собственное восприятие каждым. В Прокламации перечислялась запрещённая к поставке техника: ракеты класса «земля-земля»; бомбардировщики; бомбы класса «воздух-поверхность»; ракеты и управляемые ракеты; боеголовки для любого из вышеуказан-ных видов оружия; механическое или электронное оборудование для этих систем оружия. Границы «запрещённых или ограничен-ных зон и предписанных маршрутов», а также конкретные ин-струкции для кораблей и судов должен был разработать министр обороны США. Объявлялось, что при исполнении Прокламации силане применяется, за исключением случаев: «когда имеется факт несоблюдения или отказа от соблюдения указаний или пра-вил, установленных министром обороны; после того, как были предприняты разумные усилия, чтобы сообщить их судну; в случае самообороны корабля» (естественно, американского ко-рабля). Как эти указания реально были реализованы в отношении советских подводных лодок увидим ниже.

Отметим, что в документе нет ни одного слова «блокада» и ни одного слова «карантин», есть только ключевое слово «воспрепятствование». Обратим внимание также на тот факт, что в перечень запрещённых поставок не входили ни подводные лодки, ни боевые надводные корабли, которые не имели насту-пательного потенциала. То есть первоначально поставлять на Кубу подводные лодки и надводные корабли не запрещалось. Позже высокопоставленные представители попытаются испра-вить такое положение. В частности, 24 октября 1962г. помощник министра обороны АртурСильвестр заявил, что американские военные поднимутся на борт подводных лодок, которые будут принуждены всплыть в надводное положение. Он также говорил, что будутприняты меры в отношении подводных лодок, которые не всплывают на поверхность после подачи сигнала. Такие заяв-ления никак нельзя было назвать, кроме как неслыханноенаглое попрание всех международных норм поведения в мирное время в международных водах. Новейшая история, скорее всего, не имела прецедентов досмотра военного корабля, тем более, под-водной лодки в международных водах. Вот такими «белыми и пушистыми» становятся американцы, когда затрагиваются их ко-ренные интересы и когда они имеют неоспоримое преимущество. Однако до досмотра дело не дошло, а попытки принуждения к всплытию предпринимались.

Формирование оперативных соединений и групп сил ВМС США, их построение на линии «карантина» осуществлялось до конца суток 24 октября (по местному времени). Сорок лет оно не было известно широкой общественности, а в России оно, по нашему мнению, неизвестно до сих пор. Во второй половине 90-х годов генералом армии А.И. Грибковым — одним из разработ-чиков плана операции «Анадырь», была опубликована схема «морского карантина» Кубы силами ВМС США, которая пред-ставлена на рисунке [Грибков Анатолий. Опыт и уроки планиро-вания операции «Анадырь» Книга Стратегическая операция Ана-дырь: факты и Сайт Советский человек на Кубе

http://cubanos.ru/texts/kk05]. На линии «карантина», как считали в Москве, находилось 11 эсминцев (в действительности на линии карантина было 18 кораблей, см. табл. выше), авианосные поис-ковые ударные группы перемещались в зависимости от ситуа-ции, которую определяли обнаруженные контакты с подводными лодками. Ударное авианосное соединение и амфибийное авиа-носное соединение находились юго-западнее острова Куба (на рисунке они не показаны). Однако, как выясняется, эта схема да-лека от реальности. На ней показаны далеко не все силы ВМС США, участвующие в Карибском кризисе, отсутствует динамика их применения, не показаны и советские подводные лодки,про-тив которых они действовали.

В [Сайт Архив Национальной Безопасности] представлены со-ответствующие рассекреченные карты обстановки, которые ве-лись в штабах начальника военно-морских операций (CNO) и противолодочной войны (ASW) ВМС США. Все они имеют по-рядковые номера. Некоторые из этих карт будут представлены ниже. Сравнение того, что было в реальности с тем, как это виде-лось в СССР, представляет самостоятельный интерес и позволяет оценить огромную неопределённость, в которой действовали обе стороны в те далёкие дни 1962г.

Неопределённость возникала по различным причинам. Одна из них — секретность принимаемых решений и действий. Напри-мер, даже посол СССР в США А.Ф. Добрынин до самой острой фазы кризиса не знал ничего об операции «Анадырь». Неопреде-лённость возникала и по причине задержки информации в раз-личных инстанциях при стремительном изменении реальной во-енно-политической обстановки. Из воспоминаний министра мор-ского флота СССР В.Г. Бакаева в 90-е годы стало известно, что только 27 октября 1962г. Министерство иностранных дел СССР было официально поставлено в известность посольством США в Москве о процедуре «карантина на перевозку вооружений», то-гда как решение об этом объявлено президентом США 22 ок-тября, афактически «карантин» введён 24 октября.

Схема «морского карантина» Кубы силами ВМС СШ, (Грибков)

В извещении указывалось, что зона «карантина» начинается в 500 милях от островаКуба. 28 октября в 5:25 курьером было до-ставлено в Министерство морского флота письмо из МИД СССР. В письме от имени администрации США, адресованном исполняющему обязанности Генерального секретаря ООН У Тану, уточнялись рубежи объявленного карантина. Кроме того, было изложено следующее: «Вы, возможно, пожелаете передать вышеизложенную информацию Председателю Хрущеву с тем, чтобы он мог действовать в соответствии со своим письмом от 26 октября на Ваше имя, в котором он заявил, что дал указание капитанам советских судов, направляющихся на Кубу, но ещё не вошедших в зону перехвата, держаться вне этой зоны» [Бакаев. Стратегическая операция «Анадырь», факты. Есин]. Очевидно, этим шагом хотели получить косвенное одобрение «карантина» со стороны ООН. В какой неопределённости находились коман-диры советских подводных лодок и к каким последствиям она могла привести мы покажем ниже.

Сейчас же, в очередной раз подчеркнём, что объективно, США вместе со своими союзниками из ОАГ предприняли акт грубей-шего нарушения общепризнанных ипровозглашённых норм сво-бодного судоходства в открытом море. Они пыталисьраспростра-нить силой свой суверенитет на огромное пространство между-народных вод Атлантического океана и зоны Карибского бас-сейна. Только за период Карибского кризиса в 1962г. самолеты ВМС США и других стран НАТО совершили 1600 провокацион-ных облетов советских транспортных судов. В ряде случаев при этом открывали огонь из пушек и пулеметов по акватории вблизи судов. Их военные корабли, маневрируя в непосредственной бли-зости от судов, провоцировали столкновения и 75 раз делали по-пытки остановить советские суда для их досмотра в открытом море. Но ни одно советское судно, следовавшее на Кубу, благо-даря стойкости, выдержке и мужеству экипажей, всё-таки, не было остановлено для досмотра.

Ситуация вокруг Острова Свободы с каждым днем станови-лась всё более драматичной и взрывоопасной. К берегам Кубы подошло свыше 180 кораблей ВМС США и их союзников. В «морском карантине» острова, кроме американских ВМС, на сто-роне США участвовали: от Великобритании — 7 кораблей, от Ка-нады — 5, от Норвегии — 3, от Нидерландов — около 10. Были ко-рабли и от некоторых других стран. О готовности участвовать в блокаде заявили Аргентина, Колумбия, Доминиканская Респуб-лика,Гватемала и Гондурас. Коста-Рика, не располагавшая доста-точными силами для осуществления блокады, дала согласие на использование своей территории Соединенными Штатами Аме-рики в качестве базы для осуществления блокадных действий. Организация Американских Государств практически едино-гласно приняла резолюцию, поддержавшую блокаду Кубы. Та-ким образом, в Карибском кризисеСоветскому Союзу противо-стояли не только США. Данный факт нельзя игнорировать и за-бывать.

Помимо «морского карантина» США начали подготовку и воздушной блокады, достигнув с президентами Гвинеи Секу Туре и Сенегала Л. Сенгором договоренности о запрете посадки советских самолетов на территории этих стран [Лавренов].

В небе над Кубой день и ночь «висели» разведывательные са-молеты, причем не только стратегические высотные U-2, но и тактические самолеты-разведчики F-8 и RF-

101. Американской разведке необходима была подробная и постоянная информация о наращивании советского военного присутствия на Кубе. Кроме того, самолёты осуществляли пси-хологическое давление на советских и кубинских военнослужа-щих, систематически проносясь на предельно низкой высоте над их позициями.

С началом «карантина»-блокады по информации, полученной на центральном командном пункте ВМС, на 10:25 было отмечено снижение скорости и изменение направления движения совет-ских судов, следовавших курсом на Карибское море. Однако, по мнению американских специалистов, советские суда на тот мо-мент ещё не отказались от своих намерений. Они лишь поджи-дали подхода подводных лодок, двигавшихся вслед за ними. Ещё раз подчеркнём, что на самом деле две подводные лодки (Б-36 и Б-4) уже находились в зоне «карантина», а две другие (Б-59 и Б-130) — на внешней границе этой зоны.

В течение недели с 21 по 27 октября 1962г. между СССР и США состоялась целая серия контактов и обменов мнениями, в которых приняли участие как официальные лица двух сторон, так и «независимые» посредники. С американской стороны это были брат президента Роберт Кеннеди, госсекретарь Дин Раск, бизнес-мен Уильям Нокс, журналист Джон Скали. Советскими партне-рами были посол СССР в Вашингтоне А.Ф. Добрынин, сотруд-ник посольства Александр Фомин (ЦРУ США знало, что это был руководитель резидентуры советской разведки в Вашингтоне А.С. Феклисов), советник по вопросам печати при посольстве СССР в Вашингтоне Г.Н. Большаков. Активное участие в поиске и достижении компромисса сыграл исполняющий обязанности Генерального секретаря ООН У Тан, посылавший личные посла-ния в Москву и Вашингтон. Но многое из того, что предприни-малось на политическом фронте, не знали подводники, продол-жавшие выполнять задачу «советского правительства».

7. Бригада подводных лодок получает новую

боевую задачу

Резкое изменение ситуации, начало кризиса и быстрый пере-ход его в самую оструюфазу не могли не отразиться на первона-чальном плане применения подводных лодок. Уже

20 октября, командиры подводных лодок 69-й бригады полу-чили приказание отцентрального командного пункта ВМФ при-остановить переход на Кубу и занять назначенные районы для ведения разведки. Оно явилось следствием заседания Президи-ума ЦК КПСС 22 октября, на котором было решено «Подлодки держать на подступах» [«Архивы Кремля, Протокол №60, п.3]. Как писал в 1997г. вице-адмирал В.А. Архипов: «Районы были нарезаны в нескольких десятках миль по маршруту их движения. В этой же радиограмме давалось предупреждение о возможных провокационныхдействиях США против Кубы и наших транс-портов. Приказывалось быть в полной боевойготовности и со-блюдать скрытность плавания.

Однако для соблюдения скрытности, нарезанные районы рас-полагались крайне неудачно, видимо по причине быстро меняю-щейся военной и политической обстановки вокруг Кубы. Они располагались напротив Багамских судоходных проливов в рас-стоянии от них в 300-350 миль. В этих районах были установ-лены экспериментальные глубоководные системы дальнего об-наружения ПлПл (отметим, что в те дни о них в советском ВМФ информация была весьма скудная и только значительно позже стало известно, где находились в те дни гидрофоны — авт.). 24 октября подводные лодки заняли назначенные районы заняли» [Архипов].

Полученное приказание, по существу, изменяло подводным лодкам первоначально поставленную задачу. Переход к новому месту базирования заменялся ведением разведкив назначенных районах. Обратим внимание также на то, что практически все, кто оценивает действия подводников в том конфликте упускают из виду этот важный факт. Многие авторы пишут, что подводные лодки не выполнили задачу «прорыва на Кубу». О каком «про-рыве» они говорят? На самом же деле с указанного момента за-дача скрытного перехода в новый пункт базирования была заме-нена новой задачей — ведением разведки вназначенных районах в трехстах милях от Багамских островов с соблюдением скрыт-ности и нахождением в состоянии полной боевой готовности. Выполнение или невыполнение этой новой задачи и следует оце-нивать с данного момента. Правда, нам не удалось найти сведе-ния о том, что должны были разведывать подводные лодки, кому и как доносить о результатах разведки. Скорее всего, истинная цель лодки «держать на подступах» была иной. Не в разведке было дело, а в том, чтобы держать в этом морском районе боего-товый «кулак» на всякий случай, контролируя, как будет разви-ваться ситуация.

Как известно, цель действий предполагает определение задач для ее достижения, для выполнения которых выбираются целе-сообразные способы действий с учетом противодействия против-ника, военно-географических условий и других факторов. Назна-чение подводным лодкам для ведения разведки районов радиу-сом 30 миль, когда в воздухе постоянно висят противолодочные самолеты, а над водой сосредоточено большое количество бое-вых кораблей противника никак не соответствовало требова-нию сохранения скрытности, лишало командиров возможности маневрировать и уклонятся от противолодочных сил. По суще-ству, каждую подводную лодку заперли «в клетку». Ограничен-ный район действий, необходимость сохранять скрытность, обя-зательное всплытие на сеансы связи для поддержания установ-ленной готовности к применению оружия, массированные и ак-тивные действия противника представляли собой клубок трудно разрешимых противоречий. Оставалось надеяться на удачу и на благоприятные гидрометеорологические условия. К этим послед-ним двум факторам мы еще вернемся прианализе действий каж-дой подводной лодки.

Можно ли было принять другое решение об использовании подводных лодок на данном этапе? Думаем, что можно. Однако для этого надо было точно знать и понимать истинную цель дей-ствий, требуемую готовность к началу боевых действий, состав сил и действия в этом районе противника, гидрометеорологиче-скую обстановку и прогнозируемые действия. Имел ли эту ин-формацию Главный штаб? Об этом мы можем судить только кос-венно.