Мутные воды Рубикона

— Да какая нам разница. Может, они их воскрешают и снова отправляют на строительство электростанции. Нас с тобой это не касается. Пойдем быстрее, нам надо успеть до конца дня.

Стараясь себя успокоить, Дельмар снова стал размышлять о деле.

Наверное, даже неплохо, что ему потребовалось уехать и отложить операцию на несколько дней. Надо было в сотый раз все обдумать. От начала и до конца. Дома это бы вряд ли получилось. Возможность приступить немедленно сбивала бы с толку. Можно поторопиться, наломать дров и потом ждать следующей возможности может пять лет, может десять, а может и всю оставшуюся жизнь.

Защитный костюм готов. Он немного великоват для крысы. Можно попробовать подшить штаны. Жилет пусть остается как есть. Ящик, и сам по себе тяжелый, станет неподъемным, когда там окажется стержень. Можно дать крысе тачку. Но как он с тачкой будет идти по шпалам? Катить по рельсам он ее не сможет. Нет, тачка отпадает.

— Ты ведь не собираешься сделать с ним ничего плохого?

Внезапный вопрос Игоря вернул Дельмара с небес на землю.

— О чем ты?

— О Денисе.

Он не сразу сообразил, что речь идет о крысе.

— Да нет. Ничего особенного.

— Я пообещал ему, что все будет в порядке.

— Не переживай. Так и будет.

Игорь кивнул и замолчал, а Дельмар вновь погрузился в планы.

Скоро у него будет корабль. От мысли, что в его распоряжении вдруг окажется такая махина, затрепетало в груди. Но запустить реактор — это только полдела. Как он собирается управлять кораблем? Как наберет команду? Где? Единственное известное ему место, где собирались свободные люди, был опять же притон Барри. Кто пойдет за полоумным отшельником? Где, в конце концов, гарантии, что у него элементарно не заберут корабль, как только он заговорит о нем. Может не стоит все же ссориться с Барри из-за какого-то тухлого мешка с кишками. Это же просто глупо. Ссора не принесет ему ничего кроме проблем. И более того, ставит под угрозу главное дело.

— С ним точно все будет в порядке?

Пришелец вновь оборвал его размышления.

Терпение лопнуло переполненным воздушным шариком. Дельмар остановился и повернулся лицом к Игорю. Его трясло от злости, и он едва сдерживал себя, чтобы не заорать на инопланетного недоумка.

— Послушай, мы с тобой договорились. Ты отдаешь мне крысу и труп, я веду тебя к Майро. За язык тебя никто не тянул. Ты сам пришел ко мне и предложил сделку. Поэтому хватит об этом. Крыса моя и я поступлю с ней так, как посчитаю нужным, и тебя это больше не касается.

Зеленое Солнце стояло прямо над горизонтом, когда ватные от усталости ноги вдруг сами понесли его вперед. Тачка стала невесомой, и еще секунду назад безобразно вязшее в песке колесо теперь легко крутилось, рассыпая веером песок по обе стороны от себя. Это означало одно: Вода снова позвала его к себе. За поворотом его ждало Море.

Спустя год, после того, как Майро установил тарелку на телевышке, весь город был под зонтиком транслятора. За кусок солонины, который впоследствии им редко удавалось доесть до конца, обезумевшие от голода жители города легко соглашались примерить шлем приемник. Многим из них было хорошо известно, что из себя представляет это устройство, но перспектива рабства их не останавливала.

Простая и надежная система требовала минимум вмешательства извне. Появилось время для размышлений, и Майро задался теми же вопросами, которые мучили Дельмара до конца его дней. Что происходит за пределами города? В каком состоянии находится отправочный терминал транспортной системы, расположенный близ Ацца? Как можно выбраться с мертвой планеты?

В отличии от Дельмара, у Майро была возможность удовлетворить свое любопытство.

Он решил двигаться вдоль берега. Именно на побережье располагались самые крупные в прошлом города. Ближайший из них, Ац, находился примерно в неделе пути.

Много ночей Майро провел без сна, перебирая в уме возможные сценарии предстоящего путешествия и составляя список вещей, которые он возьмет с собой в дорогу. Надо было прихватить с собой несколько емкостей, на случай если им попадутся запасы топлива, плюс холодильники (вдруг где-то сохранилась пища). Он возьмет с сбой несколько десятков шлемов-приемников, на случай, если подвернется возможность обновить команду. Путешествие могло преподнести любые сюрпризы.

На берегу прибытия торгового катера ожидали два охотника за головами и их товар: десяток зомби и полная тракторная телега мертвецов.

Когда-то Дельмар и сам всерьез задумывался над перспективой работы в этой сфере. Неплохой бизнес, если не вникать в этическую сторону вопроса. Но присмотревшись внимательнее, решительно отказался от этой затеи. С одной стороны, слишком часто компаньоны натягивали шлемы-приемники на головы друг другу. С другой, свободные жители Мобла недолюбливали охотников, и тех находили мертвыми намного чаще, чем представителей любой другой профессии.

Дельмар порылся в дорожной сумке и достал пакет с жирным, черным как сажа порошком.

— Держи. Натри себе голову этой штукой.

— Что это?

— Магнитная мука. Ты ведь хочешь встретиться с Майро, пребывая в здравом уме?

Игорь сунул руку в порошок и потер им голову.

— У тебя есть от трех до пяти суток, в зависимости от погоды, физической нагрузки, интенсивности радиосигнала и многих других факторов, включая положение звезд на небе.

Дельмар чуть приврал, завысив верхний порог. Так пришелец будет чувствовать себя уверенней. Он и так на взводе и лишнее беспокойство сейчас ни к чему. А что касается порошка, он все равно почувствует, когда ресурс защиты будет на исходе.

В конце концов, Дельмар и так поступил с ним более чем честно. Он мог бы не давать пришельцу защитного состава вовсе, без каких-либо неприятных последствий.

— Слушай, а он говорит на русском?

— Понятия не имею. Я не видел его ни разу в жизни, и, надеюсь, не увижу.

Дельмар оглядел Игоря с ног до головы и решил, что товар готов к продаже.

Когда на горизонте возникла белая точка, люди на берегу оживились. Охотники подняли пленников на ноги и те поволокли телегу поближе к причалу. Дельмар решил не торопиться и оставаться на своем месте до прибытия катера. От этих отморозков охотников можно было ожидать чего угодно.

История с пришельцами приближалась к концу. Он вытащил из нагрудного кармана кителя самокрутку и сунул ее в угол рта.

— Майро живет на другом берегу?

Пришелец, наконец, заметил приближение катера.

— На этой планете есть только один берег, и ты на нем сейчас стоишь. Майро живет в океане.

Лодка причалила, ткнувшись носом в лысые покрышки, прибитые к полусгнившему пирсу. С длинных весел, торчавших из бортов, стекала вода. В условиях жесточайшего дефицита топлива и хронического штиля, пароходы, катера и яхты превратились в галеры.

На черные доски причала упал трап, по которому спустились вниз два упитанных человека. Расстегнутые ремешки на их шлемах свободно болтались на ветру.

Большая часть людей из свиты Майро тоже была под контролем Системы. Однако, их сигнал предполагал определенную степень свободы, необходимую для выполнения сложных задач (в данном случае управления катером и скупки новых рабов).

— Кто первый? — крикнул один из спустившихся.

Охотник, который стоял ближе к трапу, поднял правую руку.

-Заводи.

Началась погрузка.

Наблюдая за тем, как зомби таскают из тракторной телеги трупы на катер, Дельмар думал о том, как в общем-то вполне заурядная вещица (а именно поводок-контоллер для скота), вдруг оказалась центральным элементом нового миропорядка.

Это устройство изобрели не так давно. Лет за пятнадцать до Второго Начала. Изначально, это был не шлем-приемник, а шлем-передатчик. Эта штука предполагала управление электронными системами силой мысли. В работе передатчика возникли какие-то технические сложности, и сигнал попробовали пустить в обратном направлении. Получилось. И устройство начали активно внедрять в животноводство.

— Следующий.

Дельмар хлопнул Игоря по плечу и показал на тачку.

— Бери мешок и поднимайся на палубу.

Игорь послушно взвалил Динка на плечо и направился к трапу. Человек с катера вдруг схватил его за ворот и резко развернул к себе.

— Почему без шлема?

Сердце в груди Дельмара громко стукнуло в последний раз и остановилось. Это была очень крупная сделка. Слишком крупная, чтобы провалить ее из-за такого пустяка.

— Он и так послушный.

Покупатель громко рассмеялся.

— Ладно, пусть проходит. Тарифы знаешь?

— Тридцать шесть за живого и восемнадцать за того, что в мешке.

— А ты эрудит.

Человек высыпал из пакета на песок несколько десятков тюбиков, и они вместе начали считать.

Течение прежде несущее судно вдоль берега вдруг повернуло вглубь океана. Берег превратился в тонкую, едва различимую, темную нитку на горизонте. Сильно похолодало. Железо покрылось тонкой коркой льда. Морозный воздух резал грудь, будто вдруг наступила зима.

Рабы рвали сухожилия, но течение уверенно брало верх. Трещали весла и привыкшие к тяжелой работе гребцы низко выли от напруги как высоковольтные провода. Фитч озверел от страха и потерял рассудок. Он яростно рубил плетью налево и направо, не замечая, что делает только хуже.

— Фитч, прекрати.

Но тот его не слышал. Плеть с громким резким щелчком ложилась на тощие выгнутые спины. Приводить в чувство Фитча, не было времени. Течение уносило корабль все дальше.

Ни Майро, ни Фитч не были моряками. У них были карты, но они бессмысленной макулатурой пылились под капитанской кроватью. У них не было компаса, и ни один из них не мог определить стороны света ни по солнцам, ни по звездам. Потерять берег из вида означало погибнуть.

— Шлюпки на воду.

Майро по привычке проорал "шлюпки", хотя у них осталась одна единственная лодка.

Шлюпка плюхнулась на воду. Кроме Майро и Фитча в нее сели два гребца и, не мешкая, принялись за работу. Остальные тридцать четыре человека остались на борту корабля.

С первого рывка весел Майро понял, что не ошибся пересев на лодку.

— Давайте ребята.

Лодка и корабль разошлись в разные стороны, и расстояние между ними стремительно росло.

Уходящий навсегда в открытое море корабль был лучшим судном его флота. Не самый большой, но самый крепкий (бывший патрульный катер ВМФ Японии). И теперь Майро проклинал себя за то, что отправился в путь именно на нем.

Оказавшись в шлюпке Фитч, казалось, пришел в себя.

— Что это за чертова ледяная река поперек океана? Никогда не слышал о ней.

— Возможно, раньше ее не было.

— И какого черта стало так холодно?

— Зима пришла, Фитч.

— На три месяца раньше обычного?

— Представления об обычном за последние годы сильно изменились.

Ледяные брызги летели в лицо, куртка промокла насквозь, но Майро этого не замечал. Медленно, но верно лодка двигалась к берегу. Передающий блок транслятор остался на корабле. Сигнал был слабым и Майро ежесекундно бросал взгляд на мерцающий зеленый маячок на шлемах гребцов. Цвет смениться на красный, когда сигнал исчезнет и тогда за весла придется взяться ему и Фитчу. Майро знал, что происходит в первые минуты после исчезновения сигнала и крепко сжимал снятый с предохранителя электрошокер.

Изо рта гребцов вырывались густые клубы пара. Майро обернулся в последний раз взглянуть на уходящий корабль. Весла по-прежнему ритмично поднимались и опускались вниз. И судно было похоже на гигантскую сороконожку, барахтающуюся в воде.

Сигнал пропал. Майро увидел это не по сменившему цвет светодиоду, а по вдруг поднявшему глаза гребцу. Морда зомби сжалась в хищном оскале. Весла упали в воду, и устремились вслед за кораблем. Другой раб продолжал напряженно грести. Со свистом разрезав воздух щелкнула плеть, и кожаная веревка трижды обернулась вокруг шеи взбунтовавшегося гребца. Майро выхватил из кармана шокер.

— Не надо. Ты убьешь нас всех.

Майро обернулся и увидел мокрое перекошенное от страха лицо Фитча, вцепившегося обеими руками в плеть. Майро, не вставая, ударил ногой гребца в голову. Фитч потянул за плеть, и вторым ударом ноги Майро отправил гребца за борт. Он тут же исчез в бурой ледяной воде. Фитч бросил рукоятку плети за ним следом.

Маячок на шлеме второго гребца угрожающе покраснел. Майро вырвал из его закоченевших пальцев оба весла и столкнул гребца в воду. Он не сопротивлялся.

— Давай, Фитч. Мы сможем. До берега не так далеко, как кажется.

Лодку снова отнесло в море. Они снова были на том месте, где расстались с кораблем. Не следовало брать с собой гребцов, подумал Майро, плюнул в мутную ледяную воду, и они налегли на весла.

На борту было многолюдно, но тихо. Команда из четырех упитанных матросов перегнувшись через заграждение что-то разглядывала в воде, в том месте куда уходила веревка от якоря. Пассажиры сбились в группу рядом с кучей мешков и поправляли новые шлемы.

По очертаниям наваленных пакетов можно было легко догадаться, что за груз лежит внутри. К тому же, хотя девяносто процентов бактерий, как говорил Дельмар, погибли во время Атаки, оставшиеся десять продолжали делать свое дело, и в воздухе витал терпкий тошнотворный запах тухлятины.

Бросив взгляд за борт, Игорь увидел как, человек с корабля и Дельмар склонились над россыпью тюбиков с белковым концентратом. Тюбиков на песке было явно больше шестнадцати.

Матросы отошли от борта и двое направились к Игорю. Один задрал ему подбородок, а другой отработанным движением надел шлем приемник. Зажужжал натяжитель ремешка.

На память пришли корчи Дениса на песке.

Когда первый сигнал, многократно ослабленный магнитным порошком, все же долетел до коры мозга, ему показалось, что он вдруг снова заболел. Звуки притихли, цвета поблекли, мысли словно отяжелели и устали и продолжительной беготни.

В голове зазвучал твердый чужой голос. Слова, вполне различимые, летели будто откуда-то издалека. Словно он нырнул, лег на дно и слышал происходящее снаружи сквозь многометровую толщу воды. Железный порошок принимал на себя основную часть сигнала, оставляя Игорю лишь понимание того, что от него хочет хозяин.

— Спускайся вниз.

Ноги сами направились к лестнице. Голос в голове вполне управлял его телом, если сам Игорь не вмешивался в процесс. Сопротивление требовало усилия воли. Проверяя себя Игорь остановился на четвертой ступеньке. В спину ему врезался шедший сзади. Шеренга стала.

Игорь прислушался, ожидая новых команд. Голос молчал. В голову поступали приказы, но обратной связи, как и связи с телом и органами чувств, у оператора, похоже, не было. Тот, кто отдавал распоряжения, не имел полного представления о том, как они выполняются.

Заметив направляющегося к нему охранника, Игорь продолжил путь.

По команде "сидеть" одиннадцать вновь прибывших рабов опустились на длинную железную лавку.

В трюме было темно и душно. Смрад грязных потных тел душил и резал глаза. Голос в голове затих, словно кто-то выключил микрофон. Игорь огляделся.