Песня Лхэйо

Орда за его спиной наткнулась на забор. Злобный вой заменили придушенные вопли придавленных, но задние ряды продолжали напирать. Раздался треск — слишком гадкий, чтобы быть только треском дерева — а потом забор рухнул и орда хлынула в пролом.

6.

Ругнувшись, Лхэйо вновь перешёл на Легкий Шаг, очень остро чувствуя, что вес брони мешает ему. Но без неё он стал бы слишком уязвим, так что выбора не оставалось.

К счастью, бежать было не так, чтобы далеко. Едва Лхэйо заскочил за поворот, перед ним выросла мрачная громадина Лампоголового. Он помчался к нему, чувствуя, как волной подступает противная, душная слабость.

Опомнившись, он нырнул во двор, миновал Лампоголового за длинным домом, и вновь выбежал на улицу, удаляясь от чудовища. К счастью, светить Лампоголовые могли лишь в одну сторону, так что тут ему ничто не угрожало.

Остановившись, наконец, Лхэйо замер, переводя дух и одновременно глядя на улицу сверху, глазами Лампы. Белесь, как он и надеялся, волною ломила вперед, прямо на Лампоголового. Устойчивой к его взгляду она вовсе не была: бег её замедлился, потом передние ряды замерли, слепо таращась на источник гибельного света. Задние замедляли ход и тоже замирали, так что на улице вскоре возникла огромная толпа, конца которой даже видно не было.

Лампоголовый двинулся вперед — беззвучно, плавно. Ног у него не было, он скользил по улице, словно по льду. Закругленный край его основания наехал на первые ряды белеси. Раздался неописуемо отвратительный влажный хруст — но больше ни звука. Лхэйо знал, что Лампоголовые питаются, высасывая Дух из своих жертв — и сейчас бедные твари превратились просто в пустые оболочки. Свет Лампоголового заметно прибавил в интенсивности — столь обильная еда явно пошла ему на пользу.

Но и простой, земной пищи он тоже не был чужд. До Лхэйо долетел невыразимо гадкий всасывающий звук: Лампоголовый поглощал кровавую жижу, в которую превратились раздавленные им твари. Лхэйо передёрнуло. Звание мастера боя не располагало к чувствительности — но и ожидаемого наслаждения от сцены он не получил. Из какой бы преисподней не взялась белесь, Лампоголовые были ещё хуже.

7.

Между тем, Лампа засекла какое-то движение. В темноте было плохо видно, но Лхэйо быстро понял, что это тоже белесь. Её оказалось так много, что она начала обходить толпу на улице через дворы, как сделал недавно он сам. Лхэйо вновь ругнулся и бросился прочь... но тут же замер. Навстречу ему плыла тройка существ в белых плащах — ни дать, ни взять, светлейшие маги. Вот только голов у них не было. Над плечами висели — их не касаясь — разноцветно мерцающие шары. Каждый Лампатик был больше, чем магом, но меньше, чем человек. Верное копьё Лхэйо тут не помогло бы. Даже огненная стрела помогла бы не особенно.

"Только подобравшись к Лампатику достаточно близко, ты сможешь поразить его Духовным Мечом, — всплыло в голове наставление Мастера. — Однако, если они нападут из-за угла, ты не сможешь защититься с помощью Меча, так как он поражает цель лишь на расстоянии более двух локтей. Также Духовным Мечом нельзя пользоваться при недостаточном уровне Духа. К счастью, маги обладают мозгом более чем в два раза мощнее, чем у простеца, поэтому они могут использовать Духовный Меч, чтобы убивать противников, намного более мощных и имеющих большой резерв маны".

Будь Лампатик один, Лхэйо так и поступил бы. Но их было трое! На троих его резерва Духа не хватило бы. Хотя...

Одним из самых удивительных открытий Мастера Таало стал артефакт, способный удерживать и концентрировать Дух — в количества достаточном для зарядки Духовного Меча. Увы, по целому ряду причин его нельзя было носить на теле и Лхэйо пришлось бы лезть за ним в сумку, а времени на это не осталось. С одной стороны приближались Лампатики, с другой белесь. С двух других возвышались дома. Нет, ситуация ещё не была безнадежной: Лхэйо мог применить Крылья Гнева и просто улететь. Но их действие быстро закончилось бы, а вторых Крыльев у него не было.

Объемное зрение нашло выход: люк посреди улицы. Лхэйо посмотрел вниз. Там, во мраке катакомб, поджидал своих жертв Арасхар — демон с черным каскадом щупалец на голове. Он мог внезапно выйти из пола или слиться со стеной или потолком, обладал высоким уровнем защиты от физического и духовного оружия, великолепным здоровьем и невероятной выносливостью, — а также мог производить почти неограниченное количество кровавой слизи, в которой с наслаждением топил своих жертв. Вряд ли Лампатики полезут туда... но если уж полезут...

Он криво усмехнулся — и легко спрыгнул вниз.

7.

Высота была всего локтей семь, а Легкий Шаг смягчил приземление. Лхэйо оказался в коридоре. Темном — хотя для объемного зрения это ничего не значило.

Здесь пахло чем-то едким. Лхэйо закашлялся, потом торопливо сплел заклинание ребризера. Его голову тотчас окутала сфера маны, фильтрующая воздух. Он с облегчением вдохнул его и невольно улыбнулся: очень полезное, и, главное, не очень затратное заклинание, которое можно наложить один раз, а потом попросту забыть о нем до тех пор, пока в нём не пропадет нужда. Или не кончится мана... но об этом он мог не беспокоиться. Резерв его был пока в относительно приличном состоянии.

Лампатики наверху остановились, синхронно подняв руки. Из них вырвался залп багровых сфер, врезавшихся в стену белеси. Загрохотали взрывы, в воздух полетели тела и части тел. Но твари словно бы не заметили этого! Они мчались вперед, перепрыгивая через мертвых и умирающих. В них ударил второй залп, потом третий...

До люка им уже оставалось немного. Лхэйо пошёл вперёд, используя объемное зрение, чтобы не потерять ориентацию. Туннель был тёмным и сырым, но вдалеке он увидел слабый свет. Он ускорил шаг.

Когда он подошёл ближе, то увидел, что свет исходит из небольшой комнаты. Внутри неё стоял стол, на котором лежала старая книга и несколько невесть кем зажженных свечей. Лхэйо осторожно вошёл внутрь, подошёл к столу и начал листать книгу. Она была написана на языке, который он не мог понять, но на одной из страниц он увидел рисунок, похожий на амулет. Что это за место?..

Внезапно он услышал шум позади себя. Далеко — объемное зрение не доставало туда. Лхэйо резко обернулся, но никого не увидел. Однако ясно было, что белесь последовала за ним и в туннель. Запах не напугал и не остановил её, как он наивно надеялся. Его сердце начало биться быстрее. Эта комната вовсе не была убежищем, и он не мог оставаться здесь. Он взял книгу, положил её в сумку и вышел из комнаты.

Туннель продолжался, и Лхэйо пошёл дальше. Он знал, что его главные неприятности ещё не начались, но он был мастером боя и магом. И он был готов к тому, что ждало его впереди. Наверное.

8.

Лхэйо пробирался по краю узкого карниза, проницая объемным зрением темноту. Его левая ладонь бездумно скользила по неровной, влажной стене. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом плесени и чего-то древнего, почти истлевшего. Туннель, в которой он спустился, давно закончился, а карниз уходил вниз вдоль какого-то подобия подземного ущелья. Пол был скользким от влаги, и Лхэйо пришлось идти боком, прижимаясь к стене и цепляясь броней за выступы. Каждый шаг отдавался глухим эхом где-то внизу, будто подземелье дышало. Даже объемное зрение не доставало там до дна. Это напрягало.

Чем глубже он опускался, тем сильнее менялся воздух — теперь в нём чувствовался металлический привкус, словно где-то внизу текла подземная река с водой, насыщенной железом. Стены постепенно становились ровнее, будто вырубленными руками. В некоторых местах попадались странные углубления, похожие на ниши, а в них — обломки какой-то додревней керамики, покрытые паутиной.

Ущелье внезапно расширилось, открывая просторный зал с высоким потолком. Лхэйо замер, увидев круглые колонны, покрытые резьбой — сплетения змей, листьев и символов, которые он не мог прочесть. В центре зала стоял каменный алтарь, испещрённый тёмными пятнами.

Он осторожно подошёл ближе. На алтаре лежал скелет в истлевшей одежде. Пальцы костлявой руки сжимали медный медальон, покрытый зеленоватой патиной. Он потянулся к нему, но в тот же миг услышал шепот — едва различимый, будто ветер проносился сквозь щели.

"Не трогай..."

Он резко отдернул руку. Шепот стих, но в воздухе осталось ощущение чьего-то присутствия. Лхэйо зажег Свет — тени колонн казались слишком густыми, почти живыми.

За залом путь разветвлялся. Левый туннель уходил вниз, в кромешную тьму, правый — поднимался, но был завален рухнувшим сводом. Прямо перед ним зиял узкий проход, ведущий в лабиринт низких коридоров.

Лхэйо взял амулет из руки мертвеца. Металл был горячим, и символы на нём слабо светились. Он повертел его в руках, и заметил, что свечение усиливается, когда он направляет амулет в левый туннель.

"Ладно... — подумал он. — Значит, туда".

Спуск стал ещё круче. Вскоре Лхэйо снова оказался перед пропастью — узкий уступ, не шире ступни, тянулся над чёрной бездной. Где-то далеко внизу слышалось журчание воды. Он глубоко вдохнул, прижался к стене и начал медленно перебираться. Уступ осыпался под его ногами. На середине камень вообще обрушился, и Лхэйо едва не улетел вниз, спасшись лишь огромным прыжком Легкого Шага. Сердце забилось так сильно, что звенело в ушах.

— С-скобейда... — выругался он, переползая оставшуюся часть уступа.

За пропастью туннель расширился в огромную пещеру. Своды её терялись в темноте, но на стенах мерцали странные грибы — бледно-голубые, излучающие тусклый свет. Воздух здесь был тёплым и влажным, как в оранжерее Мастера.

Пещера вывела его к берегу подземного озера. Вода была абсолютно чёрной и неподвижной, будто маслянистой. На противоположном берегу виднелась арка, за которой тускло светился зеленоватый болотный огонёк.

Лхэйо замер, проверив глубину объемным зрением — дна не было. Плыть? Но вода выглядела... неправильной. Похоже, это была совсем даже не вода...

Внезапно амулет в его кармане вспыхнул. Он выхватил его — символы пылали теперь ярко-красным.

И тогда он услышал плеск. Что-то огромное и скользкое шевельнулось в глубине. Лхэйо медленно отступил. Может, есть другой путь...

Но обернувшись, он увидел, что туннель, через который он пришёл, теперь исчез. Стена была гладкой, будто проема никогда и не было. А слизь позади него заволновалась...

Лхэйо замер. Холодный пот стекал по его спине, а пальцы судорожно сжимали амулет, который теперь пылал, как уголёк. Слизь у берега начала медленно вздуваться, образуя рябь, расходящуюся кольцами. Из чёрной глади показалось нечто — сначала лишь тень, огромная и бесформенная, но с каждой секундой она становилась четче. Длинные, черные щупальца, обтекая слизью, выползли на камни, цепляясь за них присосками. Слизь закипела и на поверхность всплыли пузыри, лопаясь с гадким хлюпающим звуком. Арасхар!

Лхэйо отпрянул, наткнувшись на стену. Его взгляд метнулся к арке на другом берегу — там всё ещё мерцал зелёный огонёк. Туда?.. Но как?..

Чудовищная голова демона медленно поднималась из слизи. Теперь Лхэйо разглядел его глаза — вернее, их подобие: десятки мутных, белесых точек, разбросанных по студенистому лицу размером с фасад домика.

— Охренеть... — прошептал он.

Драться с чудовищной тварью расхотелось. Лхэйо перенес своё внимание вправо, к узкой расщелине в стене, которую он раньше не заметил.

Щупальца хлестнули по камням, метнулись к нему. Лхэйо отмахнулся копьём — и один из отростков, отрубленный, с шумом шлёпнулся наземь в локте от него. Лхэйо рванул в сторону, протискиваясь в щель. Камень скрежетал о броню, но он пролез, чувствуя, как за спиной воздух наполнился мерзким влажным чавканьем.

Расщелина вывела его в систему узких коридоров. Стены здесь были испещрены царапинами — будто кто-то в доспехах тут уже то ли бежал, то ли был протащен силой. Амулет слабо светился, словно указывая путь.

Лхэйо бежал, прыгая по камням, сердце колотилось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Внезапно коридор раздвоился. Налево туннель сужался, уходя в кромешную тьму. Из неё доносился бодрый скрежет, будто что-то точило когти о камень. Направо воздух был чуть светлее, и где-то вдалеке мерцал тусклый красноватый отблеск.

— Ладно... — Лхэйо перевёл дух и шагнул вправо.

Туннель вывел его в круглую залу с высоким куполом. В центре горел огонь, но пламя было странным — кроваво-красным, почти без тепла. Вокруг огня лежали кости. Не скелеты, а именно кости — словно кто-то обглодал их и выбросил. На другой стороне залы была массивная дверь, покрытая рунами, приоткрытая, — из щели лился холодный, синеватый свет.

Лхэйо осторожно подошёл к огню. Вдруг пламя дёрнулось, и в нём проявилось лицо — искажённое, с пустыми глазницами.

— Ты опоздал... — прошипел огонь.

Лхэйо отпрянул.

— Кто... что ты?

— Он уже здесь. Он уже идет.

В этот момент где-то позади, в глубине туннелей, раздался рёв Арасхара — низкий, протяжный, от которого задрожали стены. Лхэйо рванул к двери. Руны на ней засветились при его приближении, и створки со скрипом разошлись чуть шире. За ней открылся длинный коридор, освещённый голубыми кристаллами, вросшими в потолок. Он шагнул внутрь, направил — и дверь захлопнулась за ним с глухим стуком.

Тишина. Только его дыхание и слабый звон в ушах.

Лхэйо обернулся. На стене рядом с дверью висело зеркало — но вместо его отражения в нём был лишь тёмный силуэт, который медленно повернул голову и улыбнулся.

— Добро пожаловать в Глубины.

Лхэйо резко отшатнулся от зеркала, но его отражение не исчезло. Оно продолжало смотреть — чёрные, бездонные глаза, слишком широкий рот, растянутый в неестественной улыбке...

— Ты думал, что спрячешься? — прошептал силуэт. Его голос звучал так, будто доносился из глубин колодца.

Лхэйо сжал амулет в кулаке. Металл жёг ладонь, но боль помогала сосредоточиться.

— Сгинь, — прошипел он, снова направляя ману.

Зеркало треснуло и со звоном осыпалось на пол.

9.

Голубые кристаллы в потолке мерцали, отбрасывая холодные блики на стены. Воздух здесь был густым, наполненным влагой. Лхэйо двинулся вперёд, но с каждым шагом ему казалось, что коридор растягивается.

Внезапно один из кристаллов упал ему на голову, разбившись о подставленный клинок копья. Осколки поднялись в воздух и зависли, образуя странные геометрические фигуры.

— Что за...

Осколки дёрнулись — и рванулись к лицу с невероятной скоростью. Лхэйо едва успел поднять Щит — осколки отлетели, чиркнули по стенам, оставляя на камне белесые борозды. Не будь он магом, он умер бы на месте.

Ощутив, как вокруг нарастает поток маны, Лхэйо побежал. Наверху раздался шелест — кристаллы осыпались с потолка, превращаясь в дождь лезвий. Его за секунду раскромсало бы в клочья, если бы не Щит. Он рванул вперёд, ныряя под низкую арку, и очутился в круглой комнате. Пол здесь был покрыт пеплом. В центре стоял каменный стол, а на нём — чаша, наполненная чёрной жидкостью.