Волчица и пергамент. Том 13

Поднять смуту и её утихомирить — две стороны одной монеты.

— Но несколько удивительно вот что, — заговорила Миюри. — Сестрица Ив заботится о Церкви — как-то странно. Возможно, она замышляет что-то и пытается использовать для этого моего брата.

Не может быть, — мелькнуло в голове Коула, однако исключать такую возможность было нельзя.

Не пыталась ли она обеспечить на конклаве преимущество одной из групп кардиналов, продвигая Коула, не это ли она замыслила?

— Нет, я не скажу, что это невозможно, — произнёс Коул. — Но уверен, она всё серьёзно просчитывает. Святой престол, в конце концов, размещается внутри города Рувора. А это ещё и важный город для мировой торговли. Если разгорится серьёзная война, она повлияет на торговлю во всём мире.

Хайленд и Клевенд, как члены правящего королевского рода внимательно следившие за событиями в мире, затаили дыхание.

— Вот как, а цены на многое и без того уже выросли, — заметила Хайленд.

— А если разразится война, и цены на всё вырастут так, что никто даже хлеба не сможет купить? — с чувством спросила Рутея.

Хайленд непроизвольно прижала ладонь ко рту, потом хмуро ответила:

— Тогда им, похоже, останется лишь пойти и отобрать силой...

И таким образом война стремительно и неумолимо выплеснется за пределы южных земель.

— Вот о каком кошмаре ныла та глава торговцев, которых, помимо прибыли, ничего не волнует, — добавил Клевенд.

Ив, несомненно, беспокоилась о своих торговых интересах, но именно поэтому её предвидение можно было считать точным. В конце концов, по части торговли она обладала поистине демоническими способностями.

— И вот то, что она поручила передать, — продолжила Рутея. — Прежде всего, ни в коем случае не появляться в Руворе, пока не поднимется шум.

Было ещё что-то? Коул переглянулся с Миюри и понял, что и она не имела представления, что это могло быть. А Рутея произнесла:

— Она хочет, чтобы ты отправился к императору и занял большую сумму денег.

— Э? — вырвалось не из одного рта.

Ошеломлены были все.

Ив передала, чтобы Коул занял денег у императора.

Это было продолжением, связи которого с предыдущей темой видно не было, однако Миюри в ответ предположила:

— Случаем, не на войско?

— Речь о больших деньгах. Она знала, что Миюри заговорит про войско, и сказала не отвлекаться на это, и она оказалась права, — ошеломлённо произнесла Рутея.

Миюри, надувшись, ответила:

— Но сестрица Ив говорила же привести моего брата, чтобы успокоить этот переполох, так же?

Именно, отметил Коул. И тогда не было ничего странного в том, чтобы заговорить о войске.

Поди пойми, что там у Ив на уме.

— Ну, в общем, вполне подходяще для позиции этой бессовестной торговки, — сказала Рутея. — Я и сама упустила кое-что из виду.

— Это ты о чём?

— Как я слышала, император не оказался тираном, он собирался быть заодно с Предрассветным кардиналом, да?

— Мм. Если мой брат скажет, что собирается утихомирить смуту, я уверена, что ему окажут поддержку. Есть же у него семь избирателей, — ответила Миюри.

— Но их земли далеко. Непросто отправить большое войско в такую даль.

— Это его величество император, так? Прикажет — прибегут немедленно, верно?

В сказке напишешь строчку — войско птицей прилетит на поле боя. Но сказка и действительность не одно и то же.

— Затраты и усилия, надо думать, — вставил Коул.

Рутея даже не кивнула.

— Они подчинятся приказу, но полученный приказ, вероятно, наполнит их недовольством, — ответила на вопрос Миюри Рутея, она, живя в самом центре суматохи, борьбы и насилия города школяров, знала, о чём вряд ли расскажут в сказках. — Поход войска стоит огромных денег. Участие в нём может быть опасным даже для жизни. Всегда будет беспокойство, соразмерно ли этому вознаграждение. И войско, окружающее гордо шествующего Предрассветного кардинала, однажды может уяснить для себя кое-что.

Миюри, вероятно, охваченная дурным предчувствием, опустила голову и посмотрела на Рутею исподлобья.

— Они тогда задумаются, кто главный виновник всего этого? — Рутея сердито посмотрела на Коула. — Это же вот он, верно?

Коул вспомнил, как его обступила толпа на площади, не позволяя ему пошевелиться.

Миюри недовольно поджала губы.

— Чем больше светит прибыль, тем выше вероятность предательства. А цена за голову Предрассветного кардинала была бы нешуточной.

Даже в святом престоле вместо того, чтобы оплакивать смерть папы, затеяли зловещую борьбу за власть, и вполне естественно, что Ив решила, что выборщики императора также не смогут поладить.

Вспоминая, как вёл себя в Убане Барриндо, как действовали его люди, Коул понимал, насколько опасно проявить полное доверие.

— Ладно, так что насчёт предложения Ив занять у императора денег?

Первым ответ почему-то произнёс Коул:

— Наёмники?

Покинутые Господом, они принимают плату и идут сражаться.

Но их вера — это деньги и честь, которой они присягают своему флагу. И, может быть, они гораздо надёжней аристократов и землевладельцев, чьё расположение изменчиво в зависимости от собственных интересов.

— Дядя Рувард!? — восторженно распахнула глаза Миюри.

Но тут вмешался Ваден:

— Что за разговоры о каких-то страшных наёмниках, когда у нас есть тот, кто нам нужен.

И он указал на Клевенда.

— Мм, я? — удивился тот.

— Ты же умеешь обращаться с мечом и сидеть в седле, жаждешь отличиться, окружён парнями, на которых можешь положиться. Ведь, кажется, ты их сам собрал вокруг себя.

Ваден занимался контрабандой, в частности, поставлял кости одному очень своеобразному аристократу из королевства Уинфилд. И, кажется, ему было известно, что принц Клевенд собирал вокруг себя вторых-третьих отпрысков знатных родов и устраивал с ними смуту в королевстве.

— А-а... Вот как, то есть на деньги императора их вооружить как следует и привести сюда, — сказала Миюри, дёрнув Хайленд за рукав, при этом она краем глаза заметила, что Клевенд, неловко улыбаясь, потёр ладонью щеку.

— Мой отец несколько склонен держать шнурок кошеля туго затянутым, — заметила Хайленд.

Миюри в знак понимания кивнула, но почему-то посмотрела на Коула. Может, из-за его упрёков за ту еду, которую она выпрашивала у него, проходя мимо лавок. Однако доставить кучу людей сюда из королевства было бы весьма героическим деянием. Кроме того, королевство Уинфилд уже и так выделило деньги на прокладку дороги из Убана на юг, а одной Ив было явно не потянуть в одиночку столь большие расходы.

Надо было позаботиться о кораблях, закупить необходимое снаряжение, продовольствие и лошадей. И, конечно, не забыть о должном вознаграждении. Это не то что несколько человек охраны, нужно было набрать настоящую боевую силу.

Если кто и мог позволить себе такие траты, так это, наверное, только император.

— Вы же с императором неплохо поладили на недавнем обеде, разве нет? — продолжал давить Ваден.

— Это... хотелось бы так думать, — ответил Коул.

Однако тогда в часовне император иронизировал не над своей властью, а над бессилием. Хоть он и сидел на троне, но его окружало множество вассалов, не оставляя ему свободы.

И да, точно. Связываться с войском императора было опасно, но если вместо него взять в долг денег, это могло бы обернуться дополнительными сложностями.

— Если император даст в долг большие деньги, это же привлечёт к себе внимание, разве нет? — спросил Коул.

Прибыл к императору Предрассветный кардинал и запросил в долг огромные деньги. 'Для чего?' — наверняка подумали бы все. Уже это привлекло бы внимание склонных к подозрению людей.

Но Рутея лишь пожала плечами.

— Полагаю, нам придётся пойти на это. Если будем дожидаться худшего, прежде чем начнём, цена вопроса может стать заоблачной. Поэтому, пусть мы привлечём внимание, вызовем подозрения, но нам надлежит сейчас же приготовить достаточно много денег и собрать как можно больше военной силы.

Это было образом мышления торговца — рассудительным, взвешивающим, и, вероятно, поэтому Коул вдруг понял.

Они сейчас находилось в лодке, которую река несла к водопаду. Сейчас это, конечно, могло выглядеть неспешной прогулкой по реке, но после определённой точки всё положение начнёт резко ухудшаться.

Коул помнил, как Клевенд говорил ему принять решение до открытия Собора. Это не было чем-то вроде перестраховки. Судьба может меняться быстрее погоды в море.

— Я не могу предложить ничего лучшего и знаю, насколько это безрассудно, — заговорил Ваден. — Но у нас нет выбора, кроме как сделать это. А когда сделаем, нам останется только действовать.

Он сказал это, как подобает моряку, основной вид деятельности которого — контрабанда. И, кажется, эти слова заставили Миюри изменить к лучшему мнение о нём, что было для неё большой редкостью, а на лицах Хайленд и Клевенда, напротив, было написано недовольство.

— У вас есть какие-то опасения?.. — спросил Коул, заставив этих двух членов королевской семьи растеряться и переглянуться.

Заговорил принц, второй в очереди на престол:

— У меня возражений против этого нет. Предложение имеет смысл. Но я не уверен в возможности его осуществить.

— Имеешь в виду, что император может отказаться помогать нам?

— Нет, на этот счёт я не беспокоюсь. Всё гораздо проще.

Рутея, Миюри и Ваден обменялись взглядами.

— Проще? — переспросили Миюри и Ваден в один голос.

— Большинство королевских дворов погрязли в долгах. И я думаю, у императора окажется то же самое.

— А... — вырвалось у Коула.

Ив упоминала о чём-то в этом роде в разговоре с Миюри. Разорение крупных торговцев нередко происходило из-за займов, которые она давали монаршей семье и высшей знати, так что у дворов повелителей было особое родство с долгами. Клевенд, второй принц в очереди на престол, хорошо знал внутренние дела королевской семьи и, возможно, потому мог лучше, чем Ив, представлять положение с деньгами у императора.

Император не мог дать то, чего у него не было. Как бы он не хотел оказать содействие, золотые монеты не появлялись по волшебству.

Что же тогда делать?

— Коул, — позвала Хайленд. — Я вернусь с братом в королевство, а потом отправлюсь на север.

— На север, вот как? — переспросил Коул, вглядываясь в голубые глаза принцессы и пытаясь понять смысл её слов.

И вдруг картинка в его глазах скакнуло в сторону. Это Миюри подскочила сбоку и врезалась в него.

— Пойдёшь к дяде Хильде?

Хильде возглавлял торговую компанию Дива, крупнейшую на всём севере, именно эта торговая компания поддерживала Коула и Хайленд в их борьбе с самого начала.

— Да, — ответила Хайленд. — если нам срочно понадобятся большие деньги, единственное, что приходит мне на ум, — торговая компания Дива. И если даже с императором это не получается, мне нельзя просто сдаться. Я постараюсь использовать любые свои связи.

Коулу стало неловко после слов Хайленд. Её сила заключалась именно в её стремлении никогда не сдаваться и шаг за шагом продвигаться вперёд.

— Однако они уже пошли нам навстречу в расходах на прокладку дороги из Убана и на доставку рыбы с северных островов, им пришлось немало потратиться на наши пожелания. Если бы мы выпросили у них ещё, это не слишком улучшит положение...

Ни Коул, ни Миюри не занимались денежными вопросами во время своего путешествия. Их взяла на себя Хайленд, и переоценить этот вклад было невозможно.

— Ничего, я тоже постараюсь — обстучу по очереди двери торговых домов, кое-чем мне обязанных. И обращусь к семьям моих товарищей, может быть, оны хотя бы снаряжение какое-то предоставят, — сказал Клевенд, и Хайленд слабо улыбнулась:

— Похоже, нам остаётся просто идти дальше шаг за шагом. Ведь именно таким образом мы уже столько и прошли.

Выражение лица Хайленд показалось Коулу немного жалким и оттого особенно трогательным, возможно, именно потому, что она улыбалась.

— А, да, вот ещё, — вмешалась Миюри. — Дядя Хильде, наверное, мог бы с этим что-то сделать.

— Э? — не понял Коул.

Пожав плечами, Миюри продолжила:

— Так ведь можно просто попросить их наделать побольше солнечных золотых монет и прислать нам. Их же делает дядя Хильде со своими людьми, так ведь?

В северных землях, разделённых суровыми горами и реками, долгое время не существовало единой власти. И потому там ходили десятки, если не сотни, разных монет, даже менялы не могли упомнить их все. И торговая компания Дива, которая вела дела на севере, положила конец этому беспорядку, выпустив свои монеты. Родители Миюри сыграли тогда ключевую роль в тогдашних событиях на севере.

Эти монеты назывались солнечными золотыми или солнечными серебряными, так как на одной стороне у них было изображение солнца, которому на севере все радуются и которое ценят даже больше Бога.

— Это... это верно, компания Дива имеет право выпускать монеты, но сделать их без золотых слитков просто невозможно, — возразил Коул.

— У дяди Хильде и его людей есть же шахты.

Для Миюри это было так же просто, как накопать глины, отформовать из неё кирпичи и высушить их на солнце. С чего бы начать объяснение? — Коул обнаружил, что его рука прижата к наморщенному лбу.

— Но ведь?.. Но ведь тогда император может и сам отчеканить себе денег? — по-детски наивно продолжила Миюри, прежде чем он успел начать объяснять.

Мысль девушки уже мчалась вперёд без оглядки, но Хайленд её осадила:

— Империя тоже чеканит деньги. Но, как было сказано, империя давно испытывает сложности с деньгами, и она продала право на выпуск монет. Не думаю, что император может просто взять и самостоятельно начеканить монет.

Объяснение Хайленд ошеломило Миюри.

— Э... Вот как? В своей собственной империи?

— В наше время, наверное, очень немногие королевские дворы в полной мере сохранили право на выпуск денег. Если и имеют, то на выпуск дешёвых денег, которыми, кроме собственных подданных, никто не воспользуется, либо это те, кто может выпускать невероятно сильные, известные во всём мире монеты. Таких монет во всём мире очень немного.

— У-у... — кивнула Миюри, выслушав Хайленд, но не очень уверенно, будто это объяснение не вполне её убедило.

Однако Коул вдруг подумал, что мысль выпуска новых денег может быть не столь необоснованной, коль скоро монеты обычно стоят дороже металла, из которого они сделаны.

И если даже император не имел права штамповать монеты сам, может, он смог бы использовать свою власть, чтобы поставить слитки торговой компании Дива и тем самым обойти ограничение в выпуске денег, что дало бы ему возможность покрыть военные расходы?

Размышления Коула прервал голос Миюри:

— А, точно. Рутея.

— Что?

— Как там с Ханааном? Он ещё в Руворе?

Только сейчас Коул осознал это. Ханаана здесь не было. Коулу сообщали, что, покидая святой престол, Рутея должна была забрать Ханаана с собой.

— Ещё в Руворе. Он помогает в денежных вопросах главе торгового дома Болан. Судя по виду, ему бы хотелось увидеть своего любимого Предрассветного кардинала, можешь не сомневаться, — ответила Рутея, ехидно ухмыльнувшись под конец.