Прозрение богов

В ту же секунду ослепительная вспышка лазера ударила точно в то место, где секунду назад стоял ребенок. Камень и грунт испарились, оставив после себя дымящуюся воронку.

Арн лежал, прикрывая телом мальчика, чувствуя жгучую боль в спине от осколков камней и теплового удара. Воздух пах озоном и горелой плотью — его собственной.

Истребитель, не обнаружив больше явных целей, плавно развернулся и скрылся в ночи так же внезапно, как и появился.

Риф и Тайра подбежали к нему, их лица были бледными.

— Арн! Ты жив?

Он с трудом поднялся, отряхиваясь. Спина горела, но раны были неглубокими. Мальчик, испуганный, но целый, уже бежал к матери.

— Жив, — хрипло ответил он. — Уходим отсюда. Быстро.

Они отступили, унося трофеи и оставляя за собой дымящуюся воронку как напоминание о цене ошибки.

.............................................................................................

В лагере, когда Арн, стиснув зубы, терпел, пока Тайра обрабатывала ему ожоги на спине, к нему подошел Лео.

— Глупо, — сказал Лео без предисловий. — Рисковать собой за одного ребенка. Ты мог стать пеплом из-за этого.

Арн посмотрел на него. Боль и адреналин сделали его взгляд острым.

— Если мы будем позволять файа убивать детей, даже ради наших целей, то чем мы лучше их? Мы тогда просто новая версия Твердыни, только с другим флагом.

Лео молчал несколько секунд, затем кивнул.

— Может, Габриэль и был не совсем прав, делая ставку только на скрытность. Иногда нужно показывать людям, что мы не монстры. — Он повернулся к уходил, но на пороге пещеры обернулся. — И, Арн... Спасибо. За того пацана.

Арн остался один, чувствуя жгучую боль в спине и странное тепло внутри. Он не был святым. Он был солдатом, который только что нарушил все правила выживания, поддавшись человеческому порыву. И этот поступок, эта "глупость" купила ему больше доверия, чем все его предыдущие недели тренировок. Он показал, что его переход — не тактика, а искренний выбор. Выбор в пользу жизни, даже самой хрупкой, против бездушной логики машины.

............................................................................................

Прошло несколько дней. Ожоги на спине Арна затягивались, оставляя розовые полосы, боль стала тупой, привычной. Теперь, когда он проходил по лагерю, ему кивали. Не из вежливости, а с признанием. История о спасенном ребенке из Лариша облетела лагерь, обрастая деталями. Для них он стал не просто перебежчиком — он стал тем, кто доказал, что человечность сильнее бездушной логики Твердыни.

Лео, сидя у карты, разложенной на ящике из-под консервов, жестом подозвал Арна.

— Твоя выходка в Ларише, как ни странно, принесла плоды. К нам пришли люди. Из той деревни. Трое. Говорят, хотят бороться. И принесли кое-что охрененное.

Одним из новичков оказался молодой парень, бывший техник станции связи. Его звали Элиан. Он был напуган, но его глаза горели решимостью.

— Они убили моего отца, — коротко объяснил он Арну. — Он был инженером на "Прометее-7". Он видел графики энергопотребления, которые однозначно указывали — внешняя система безопасности станции была деактивирована за несколько минут до атаки мятежников. И активирована вновь уже после их проникновения. Он нашел того, кто это сделал. И спросил, почему он помогает террористам. Тот испугался и ответил, что получил приказ от начальства. Через час в серверной произошла "авария" и все логи оказались стерты. На другой день отца... забили до смерти. Староста заявил, что это сделали "пособники мятежников". Его назвали "жертвой врагов порядка". Но семья Калленов видела этих "пособников" и узнала их. Это были переодетые ублюдки из "Щита". Они уже приезжали к нам, чтобы наводить тут "порядок". Но отец успел всё рассказать мне. И ещё...

Парень замолчал, сглотнув ком в горле. Он достал из рюкзака небольшой, но функциональный планшет.

— Им не всё удалось уничтожить. Отец скопировал лог-файлы станции сюда. Тут... тут есть что-то о "Прометее-7". О том, что случилось там на самом деле. О том, что новейшие системы безопасности в реакторном зале были установлены всего за несколько дней до атаки. О том, что охране приказали "не вмешиваться" ради "сохранения жизней".

Арн видел официальные документы об атаке. Это были не просто истеричные вопли о "безумцах мятежниках", оглашавшие голопропаганду. Это был подробный отчет об отражении атаки на реактор, написанный холодным, канцелярским языком. Отчет, который начисто отрицал любую версию о диверсии со стороны Твердыни. Всё было подано как "блестяще проведенная операция по ликвидации опасных террористов". Но в технических приложениях были странные купюры, скрывавшие причину сбоя в системе безопасности. Причину, по которой не сработали внешние датчики.

Арн взял планшет. Его пальцы привычно пробежали по интерфейсу. Он быстро нашел зашифрованные файлы. Взломать их было нелегко, но его старые знания о системах защиты и помощь Элиана сделали своё дело.

То, что они обнаружили, заставило кровь стынуть в жилах. Твердыня не только отбила атаку. Она её подготовила. И использовала как предлог для создания "лжемятежников".

— Они... они устроили эту бойню сами? — прошептал Элиан, смотря на экран с широко раскрытыми глазами. — Но... зачем?

— Чтобы доказать, что мы — безумцы, которые готовы убить миллионы людей ради идеи, — мрачно ответил Арн. — Чтобы оправдать свою жестокость. Чтобы даже такие люди, как я, были уверены, что спасают мир от шайки сумасшедших маньяков.

Он отложил планшет. Теперь у них было нечто большее, чем просто их слово. У них были доказательства преступления системы. Пусть косвенные, но неоспоримые для любого, кто умел сложить два и два.

Лео, изучив данные, долго молчал.

— Это меняет всё, — наконец сказал он. — Мы не можем просто спрятать... это. Эту информацию нужно обнародовать. Но как?.. Наши радиостанции теперь уничтожают с воздуха, как только мы их включаем.

— Нужно ударить по файа там, где они не ждут, — сказал Арн. — Не по их силе. По их репутации. Мы должны доставить эти данные туда, где их увидят те, кто ещё верит в "справедливость" Твердыни.

У него родился план. Безумный, почти самоубийственный. Использовать их же оружие — пропаганду. Проникнуть на один из узловых ретрансляторов телевещания в регионе. Но не чтобы уничтожить его, а чтобы на несколько минут взять под контроль и передать в эфир не аниме, а правду. Передать эти файлы, эти графики, на все головизоры в округе.

— Они выстроили целую вселенную лжи, — сказал Арн, глядя на мерцающий экран планшета. — Но любая ложь имеет уязвимые точки. Мы найдем её и впрыснем туда яд правды. Пусть хоть на секунду их идеальный мир увидит настоящее лицо своих "благодетелей".

Лео смотрел на него с новым, почти неузнаваемым выражением — не просто доверием, а уважением равного.

— Ты понимаешь, что это верная смерть? Даже если нам удастся, файа сотрут нас с лица планеты. Сожгут с орбиты гиперлазером. Просто ради мести.

— Мы и так живем в тени их истребителей, — пожал плечами Арн, и ожоги на спине отозвались тупой болью. — Разница лишь в том, что теперь мы будем драться не просто за выживание. Мы будем драться, чтобы оставить след. Чтобы кто-то, увидев эту правду, усомнился. А сомнение — это вирус, против которого у Твердыни нет лекарства.

Он был бывшим капитаном Друзей Сарьера. А теперь стал архитектором атаки на самое сердце системы, которую когда-то защищал. И в этой мысли не было ни сожаления, ни страха. Была лишь холодная, отточенная решимость. Он нашел свою войну. И своего врага.

............................................................................................

Логово Хищников на базе "Кентавр-7" было погружено в ритуальную тишину. Юло Йювати стояла босиком на голом полимерном полу, её тело было неподвижно, как изваяние. Двигались только её руки. Перед ней на столе лежали её выдвижные когти, разобранные для чистки. Механический процесс успокаивал разум, позволяя ему сортировать и анализировать недавние события.

Операция в горах. Ликвидация группы Габриэля. Тактически всё было задумано безупречно. Её Хищники должны были выполнить все поставленные задачи с минимальными усилиями. Но получился... хаос. Двое контуженных пулями. Внезапная и страшная смерть Тэо Лвуми, её заместителя. Конечно, это не сорвало операцию. Цель обезврежена другим Хищником. Время задержки — 4,7 секунды. Внезапный сбой был учтен и компенсирован.

Но в памяти всплывало не это. Всплывало лицо Габриэля в последний миг перед падением в пропасть. В его глазах не было страха. Была ярость. И... чистота. Та самая, к которой стремились Чистые, но которой не было в выхолощенной, одобренной Твердыней версии их философии.

Анализ противника: Габриэль. Не солдат. Не фанатик. Стратег. Его сопротивление было выверенным, как удар клинка в руке мастера. Эффективность его действий росла. Он учился. Адаптировался. До конца.

Её собственная эффективность оставалась на максимальном уровне. Но она начала ощущать нечто новое — не вызов, а... диалог. Охотясь на Габриэля, она вела безмолвную беседу с равным. Его смерть стала не победой, а обрывом этой беседы. Ощущение было неприятным, чуждым, как помеха в отлаженном механизме. И его тело... так и не было найдено. Это оставляло скверный привкус во рту. Неудача.

Дверь в логово бесшумно отъехала. В проеме стояла Аютия Хеннат. На ней была не походная одежда, а легкий серый комбинезон, в котором она появлялась в Твердыне. Её лицо было задумчивым.

— Майор Йювати, — её голос был ровным, но Юло уловила в нем легчайшую напряженность. — "Призрак" нигде не объявился. Он признан мертвым. Его досье закрыто. Сверхправитель доволен.

Юло медленно повернулась, её движения были плавными, как у большой кошки.

— Задача выполнена, — её ответ был стандартным. — Но "Призрак" был лишь тактическим гением. Сейчас рождается... нечто иное.

Аютия кивнула, подходя ближе.

— Ты права. Данные прослушки и агентурные отчеты подтверждают: после гибели Габриэля движение не развалилось. Им теперь руководит его протеже, Лео. И... — она сделала микроскопическую паузу, — с ними капитан Арн. Из фальшивого изменника он превратился в настоящего.

Имя прозвучало в тишине логова, как щелчок взведенного курка. Юло не изменилась в лице, но её золотистые зрачки сузились. Предатель. И не просто предатель, а профессиональный военный, офицер, знающий систему изнутри. И его предательство было... спровоцировано. Той женщиной, что стояла сейчас рядом с ней.

— Он обучает их, — продолжила Аютия. — И учится сам. Их последняя вылазка в Лариш была проведена с применением военной хитрости, несвойственной мятежникам. Они эволюционируют. И Арн — катализатор этого процесса.

— Он моя новая цель? — спросила Юло, её голос был низким и безэмоциональным. Она помнила его.

— Новая цель, — подтвердила Аютия. — Но задача изменилась. Раньше мы просто уничтожали угрозу. Теперь мы должны её изучить. Арн нарушил наш договор. Он не просто изменил из страха. Он действует с искренней, опасной убежденностью. И он привлекает последователей. Нам нужно понять, какую новую тактику он внедряет. Взять его живым было бы идеально. Или... — её взгляд стал тяжелым, — получить исчерпывающие данные о их новой структуре обороны.

Юло молчала. Ей предлагали не просто охоту. Ей предлагали исследование. Понять нового хищника, который появился в её лесу. Это было интереснее, чем простое убийство.

— Я подготовлю клан, — сказала она наконец. — Мы найдем их новое логово. И мы увидим, чему он их научил.

Аютия кивнула и повернулась к выходу. На пороге она остановилась.

— Юло... Будь осторожна. Один раз ты уже едва не погибла. Капитан Арн знает, как мы думаем. И он знает о Хищниках, знает вашу тактику. Он будет готов к вам. Это будет не засада. Это будет дуэль.

Дверь закрылась. Юло осталась одна. Она подошла к стене, где висела тактическая карта региона. Её палец с идеально подстриженным ногтем медленно провел по горным хребтам. Где-то там был её новый противник. Не фанатик, не бандит. Солдат. Как она.

Впервые за долгое время на ее лице, в уголках губ, появилось нечто, отдаленно напоминающее улыбку. Холодную, безрадостную, но улыбку. Охота только что стала намного интереснее. Она снова вела диалог. И на этот раз её оппонент говорил на её же языке — языке воина. И она была намерена доказать, что говорит на нем лучше.

............................................................................................

Логово Хищников погрузилось в состояние, напоминающее подготовку к священнодействию. Юло Йювати, стоя перед своим кланом, не произносила пламенных речей. Ее голос был ровным и холодным, как сталь клинка.

— Наша цель изменилась, — начала она, и двадцать пар вертикальных зрачков уставились на неё безраздельно. — Мы больше не охотимся на диких зверей. Мы идем на дуэль с дрессировщиком, который учит их нашим приемам.

Она провела рукой над голографической картой, выделяя ущелье, где, по данным воздушной разведки, находился новый лагерь мятежников.

— Капитан Арн знает командные протоколы Друзей Сарьера. Знает базовые тактики Хищников. Он будет ожидать скрытного проникновения с флангов, ночных атак, использования рельефа... — Её губы тронула та же холодная усмешка. — Поэтому мы не будем этого делать.

Она развернула детализированную схему.

— Мы используем их против них самих. Клан "Теней" создаст серию ложных проникновений на периметре, имитируя стандартную тактику Хищников. Мы заставим их напрячь все силы на ожидаемых направлениях.

— А сами? — спросил один из молодых Хищников, его пальцы нервно подрагивали.

— А сами мы ударим там, где они ждут нас меньше всего. С фронта. — В воздухе возникла схема лагеря. — Они укрепляют ущелье и скалы. Но их тылом является вход в пещеру. Они будут считать его самой защищенной точкой. Мы используем это.

План был дерзким до безумия. Пока "Тени" изматывали бы лагерь ложными атаками, основная группа под руководством самой Юло должна была скрытно подобраться к самому входу в пещеру, используя ослепляющие акустические и тепловые помехи, которые подавят их примитивные датчики. Не для штурма, а для внедрения. Их задача — установить прослушивающие устройства и файские сканеры жизнеформ, способные проникать даже через скальную породу. Получить полную картину их обороны, распорядка, и главное — зафиксировать методики тренировок Арна.

— Наша цель — не убийство. Наша цель — информация, — заключила Юло. — Мы должны понять эволюцию угрозы. Каждый их новый прием, каждая уловка — это бесценные данные. Мы станем тенью, которая учится. Мы позволим им думать, что они в безопасности, пока мы будем слушать их шепот.

Она обвела взглядом своих бойцов.

— Помните. Они больше не дикари. Они — ученики. И мы должны увидеть, чему их научили. Если представится возможность обезвредить капитана Арна без риска для миссии — действуйте. Но приоритет — данные.

...........................................................................................