Игры... И теория

— Здесь досье, — пояснила капитан, полностью выйдя из сумрака. — На задержанного, поступившего к нам две недели назад. Мормонский экстремист, чьи действия повлекли гибель мужчин, женщин, детей... И двух граждан, — мрачно закончила разведчица.

Диззи молча взяла планшет, смахнула влево, не показывая своего отношения к сказанному. Экран горел ровным светом, высвечивая лицо мужчины примерно лет пятидесяти. Тот был гладко выбрит, лыс, а взгляд был очень тяжёлым, что чувствовалось даже через фотографию.

— Ваша задача: изучить все предоставленные сведения. А затем... — Загута наклонилась, и Диззи ощутила её тёплое, ровное дыхание. — Вы расскажете мне, что он скрывает. То, что не было вписано в протокол. То, что он не сказал на допросах.

— Мэм, но я... — растерялась Диззи. — Я не могу читать через планшет. Мне нужен человек... И я никогда не делала этого целенаправленно, мэм.

— Значит будете учиться на ходу, — отрезала та, распрямляясь. — Субъект в соседней камере. Вы пойдёте к нему. А затем — в его голову. Одна.

Диззи сжала планшет, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

"Вот тебе и натуральная пища... Узнаю теперь "родную" армию..." — промелькнула досадная мысль.

— Субъект истощён, его подавляют уже две недели. Он не опасен... -Диззи показалось, что на лице офицера промелькнула усмешка. — Если вы читаете мысли так, как указали... Для вас не составит труда узнать то, что не узнать иначе. Если же нет... Вы вернётесь с пустыми руками, а я вернусь к вопросу о недостоверности сведений.

Диззи посмотрела на экран. Мужчина на фото смотрел куда-то в сторону, но глаза были живыми, цепкими... Он словно знал, что его снимают и не боялся этого.

— У вас пять минут, — Загута направилась к выходу. — После этого вас проводят к камере.

— Мэм, — Диззи вскочила, чувствуя, как дрожат колени. — Если я сделаю это... Что потом? Мэм.

— Потом? — со смешком переспросила Загута, что окончательно выбило Диззи из колеи. — Докажите, для начала, что умеете работать. Это ценится выше, чем любой дар, — дверь открылась, и в комнату хлынул свет из коридора, на миг развеивая иллюзию безграничного пространства. — Пять минут, курсант Флорес.

Дверь закрылась.

Диззи осталась одна в тишине. Она тяжело опустилась на стул. Почему-то жутко хотелось покурить или выпить, но, к сожалению, такой роскоши она не имела...

"Великолепно! Просто заебатейший старт!.."

Планшет в руках был тяжёлым, холодным — не столько от пластика, сколько от того, что на нём лежал гриф "Для служебного пользования", а под ним — чья-то жизнь, расписанная в строчках протоколов и показаний. Диззи приступила к изучению.

Досье ?144730144728144634/2296-11-МE-QAZ

Фамилия, имя: Альтман, Элиша;

Дата рождения: 14.02.2241 (55 лет);

Место рождения: Сектор ?7, Северная Америка, Солт-Лейк;

Социальный статус: негражданин;

Особые отметки: лидер запрещённой мормонской общины "Исход", один из основателей нелегальной колонии на Геспере в карантинной зоне арахнидов.

Диззи пролистнула. Дальше шло сухое, почти канцелярское изложение событий, от которого у неё свело желудок.

Обстоятельства задержания: 10 ноября 2296 года объект был обнаружен поисково-спасательным отрядом при проведении планового патрулирования карантинной зоны арахнидов. Объект не имел опознавательных знаков, пребывал в состоянии глубокой дегидратации и психического истощения. Документов, оружия или каких-либо ценностей не обнаружено, за исключением нательного креста мормонского образца.

История колонии: В декабре 2294 года Э. Альтман возглавил группу религиозных диссидентов (~180 человек, включая женщин и детей), отказавшихся от подданства Федерации с целью основания независимого поселения в карантинной зоне арахнидов, официально запрещённой к посещению и колонизации любого типа. Выбор места был обусловлен отсутствием контроля со стороны властей и, как полагали колонисты, низкой вероятностью обнаружения. Колония получила неофициальное название "Тихая Гавань". Поселение просуществовало почти два года. Колонисты вели натуральное хозяйство, возвели жилые модули, систему водоснабжения и примитивные оборонительные сооружения. В колонии числилось пять винтовок TW-201-S Morita Mark I и ограниченный запас патронов.

Дата уничтожения: 3 ноября 2296 года, в 04:47 по местному времени колония подверглась атаке неустановленного числа арахнидов (по оценке — от пятидесяти до восьмидесяти особей). Сопротивление экстремистов было подавлено в течение получаса. Из всего населения выжил лишь Элиша Альтман.

Диззи остановилась, перечитала последнюю строчку дважды. Из 180 человек выжил один. Всего один... Она вспомнила Пи. Вспомнила, как жуки лезли по стенам аванпоста, как кричали сослуживцы, как она сама захлёбывалась кровью, понимая, что это конец... Тогда их были тысячи, и она убивала, не считая... Но шаттл всё же прибыл, пусть для неё уже всё и было решено... А здесь не было шаттлов. Не было подмоги. Был только хитин и жвала, которые перемололи почти две сотни жизней. Она почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота, и усилием воли подавила её.

"Не сейчас..." — судорожно подумала она, вчитываясь дальше. — "Просто делай свою работу..."

Действия ФСР: два человека были направлены в сентябре 2296 года на Геспер под легендой семьи беженцев. Задачей являлся сбор информации о контактах с внешним миром. Оба агента (граждане Федерации) погибли в ходе атаки арахнидов.

Диззи закрыла глаза. Картина складывалась мрачная и неоднозначная с точки зрения обычного человека. С одной стороны — экстремист, нарушивший закон, уведший людей в гиблое место, косвенно виновный в их смерти... С другой — человек, потерявший всех, кто был ему дорог, и теперь сидящий в камере... И двое погибших граждан, которые, возможно, могли бы предотвратить трагедию.

"А может, и не смогли бы. Может, твари пришли бы всё равно..."

Диззи открыла глаза и посмотрела на фотографию. Альтман не выглядел монстром. Обычное пухловатое лицо, глубокие морщины, тяжёлый, но не злой взгляд. Человек, который нёс крест и верил, что Земля Обетованная ждёт и лежит вне колыбели человечества...

"Ошибся."

Она перехватила планшет и встала. Колени не дрожали.

"Ты не судья, Диззи..." — напомнила она себе. — "Это просто работа, такая же как контроль вредителей. Твоё дело лишь выполнение задачи, ты на службе..."

Дверь раскрылась. На пороге стоял незнакомый офицер, примерно одного с Диззи роста.

— Курсант Флорес? — спросил он, на что Диззи утвердительно ответила. — Лейтенант Меркулов, куратор группы "А".

Молодой лейтенант совсем не по уставу протянул руку Диззи, немного удивив её. Она пожала чуть влажную ладонь, с крепким, но не давящим пожатием.

— Работать будем без формальностей, — сказал он, кивнув на дверь, что уже закрылась за его спиной. — Капитан Загута сейчас за стеклом. А я здесь, чтобы ты не думала, что тебя бросили одну.

Диззи не ответила. Она всё ещё чувствовала на себе давящую пустоту комнаты, хотя коридор с его ровным светом и обращение лейтенанта казались почти уютным после той бездны...

Меркулов, не дожидаясь реакции, пошёл вперёд. Диззи следовала за ним, машинально отмечая, что он не проверяет, идёт ли она следом. Как и капитан Загута.

— Досье изучила? — спросил он через плечо.

— Сэр, так точно, сэр.

— Просто лейтенант, без "сэров", — слегка недовольно сказал офицер, сворачивая в очередной коридор. — Что скажешь о субъекте?

— Он потерял всех, лейтенант... — начала Флорес через пару секунд, сделав усилие и перейдя на менее формальное общение. — Сто восемьдесят человек. Выжил лишь он сам. Двое граждан погибли вместе с остальными. Но это было его решение основать колонию на Геспере, — сухо выложила Флорес, поглубже пряча личное мнение. — Он сам виноват в этом, как и колонисты.

— По факту. Это хорошо, — Меркулов кивнул. — А теперь забудь о досье. Всё, что там написано — хрень. А там, в камере — жизнь, которую ты и увидишь.

Он остановился перед очередной неприметной серой дверью, такой же, как все здесь, и повернулся к Диззи лицом. Вблизи она разглядела, что он ненамного старше её, просто ранняя седина у висков и болезненная бледность накидывали тому лет пять, если не семь.

"Последствия использования?.."

— Технический момент, — сказал он, понизив голос. — Ты ведь никогда не читала мысли человека целенаправленно, так?

Диззи замерла.

— Откуда вы...

— В мою группу входит и твой друг, Карл. Знать такие вещи часть моей работы, — он усмехнулся краем губ. — Так вот. Пассивное "слышание", от которого ты так старательно отгораживалась — это уже чтение мыслей. Просто хаотичное. Целенаправленное — это когда сам выбираешь, чьи грязные мыслишки слушать. И для начала нужен контакт.

— Контакт? — переспросила Диззи. — Какого рода?

— Физический, — пояснил Меркулов, постучав пальцем по своему виску. — Рука на голове, например. Или на плече... Без разницы, так проще настроиться. Пусть я сам и не телепат, но с методикой по долгу службы знаком.

"Я никогда не пробовала... Никогда не хотела пробовать."

Мысли других людей всегда лезли сами, выворачивая наизнанку, а теперь ей предлагали не просто открыться, а коснуться чужой головы и влезть в чужую боль... Она понимала, что этот момент наступит, но не думала, что он придёт столь рано и при таких обстоятельствах.

— Я не умею, лейтенант, — сказала она. — Я никогда... Ни разу не делала это нарочно. Я даже не знаю, получится ли.

Меркулов пожал плечами почти беззаботно, а в глазах мелькнуло понимание.

— Если ты слышала чужие мысли против своей воли — дар работает, и он силён. Вопрос только в том, насколько он подконтролен. Физический контакт — это... — молодой офицер неопределённо провёл рукой по воздуху. — Назовём это костылём, который поможет сфокусироваться. Субъект обычный человек, не экстрасенс, мысли должны быть открытой книгой.

— А если я не смогу, лейтенант? — спросила Диззи, чувствуя, как голос чуть дрогнул. — Если я... Испугаюсь?

— Тогда ты выйдешь и скажешь, что не вышло, — спокойно ответил Меркулов, но взгляд его похолодел. — Однако в этом случае капитан вернётся к вопросу о недостоверности сведений в анкете. Выбора так и так нет, Флорес.

Он отвернулся и коснулся панели у двери. Та открылась с мягким, почти ласковым шипением — но за ней был не тёмный провал, который Диззи уже подспудно ожидала, а ровный, болезненно белый свет.

— Проходи, — тихо сказал Меркулов, отступая в сторону. — Я и капитан будем за стеклом. Слушай наши команды и не бойся. Удачи.

Диззи шагнула через порог. И мир стал белым. Совсем не тем мраком, где пустота давила из темноты... Здесь было светло, слишком светло. Стены, потолок, пол — всё было выбелено до стерильного скрежета, до ощущения, что сам воздух светится. Ни одной тени... Ни одной точки опоры для взгляда... Только бесконечная, давящая чистота, от которой почти сразу начинала кружиться голова.

В центре комнаты, на вмонтированном в пол основательном кресле, сидел человек. Он был развёрнут спиной к Диззи и лицом к противоположной стене, где было вмонтировано огромное зеркало.

"Загута с Меркуловым уже там..."

Но сейчас её внимание приковал сам субъект. Грузный мужчина сейчас лишь отчасти походил на фотографию... В стекле отражалась лицо с седой щетиной на щеках. Рот заклеен посередине узкой полосой серой ленты, из-под которой торчали потрескавшиеся губы. Одежда — бесформенная роба цвета глины, обычная для заключённых, репортажи о которых изредка транслировались по ФедНету.

Руки пристёгнуты пластиковыми стяжками к подлокотникам, ноги — к ножкам. Он не двигался, только плечи чуть поднимались и опускались в такт дыханию. Диззи подошла к креслу медленно, стараясь не производить лишнего шума, хотя её шаги всё равно гулко отдавались от выбеленных стен. Вблизи мужчина казался ещё более измождённым: кожа на шее обвисла, вены на руках вздулись.

Она остановилась за его спиной и смотрела на лысую макушку, на редкие седые волоски, на то, как напряжены мышцы плеч. Мужчина не оборачивался, просто не мог.

— Начинайте, курсант, — раздался из потолочного динамика голос Загуты.

Диззи выдохнула, поднесла ладонь к голове мужчины. Кожа под пальцами была горячей, влажной. Его бил озноб, хотя в комнате было не было ни холодно, ни жарко. Она коснулась макушки, и в тот же миг он дёрнулся, замычал сквозь ленту — надрывно, как зверь, угодивший мордой в капкан.

"Прости... На войне как на войне..."

— Тише, — прошептала она, начав придерживать его голову второй рукой. — Я не сделаю вам больно...

Он не успокоился. Глаза его, отражавшиеся в стекле напротив, бешено вращались, и он мычал что-то нечленораздельное — не слова, а сплошной, низкий, животный ужас.

— Первое, — голос Загуты из динамика стал намного жёстче. — Субъект. Специально ли вы допустили уничтожение колонии? Была ли атака арахнидов спровоцирована вашими действиями? Знаете ли вы о ней заранее?

Диззи закрыла глаза... И мир рухнул. Мысли хлынули не словами но образами, липкими и горячими, как раскалённая смола. Она не успевала фильтровать или хотя бы осознать, они били прямо в сознание, выворачивая наизнанку...

"Я не хотел. Не хотел. Жуки. Чёртовы жуки. Они пришли сами. Откуда? Мы просто жили и молились, растили детей без федералов..." — мысли мужчины были беспорядочны, метались от одного к другому.

— Мэм, он... — Диззи сглотнула, чувствуя, как пот начал проступать на её лбу и под глазами. — Он не знал, следов провокации не выявлено. Жуки пришли сами, мэм.

— Продолжайте, — приказала Загута. — Второе. Откуда у колонистов армейские винтовки Морита?

Диззи стиснула зубы и попыталась отгородиться от эмоций, оставив только факты. Но они тонули в хаосе чужих мыслей, ощущений и воспоминаний...

"Винтовки..." — перед глазами Диззи промелькнул расплывчатый, но хорошо знакомый ей образ типичного армейского склада. — "Мы нашли его в первый месяц. Подарок свыше... Чтобы защитить себя, не бояться..."

Она увидела железные стеллажи, пыльные ящики с наполовину стёртой временем маркировкой разведчасти пехоты от шестьдесят-какого-то года, пять старых винтовок, разложенных на деревянном столе...

"Держись-сука-держись-держись..."

— Мэм, они нашли склад, — выдавила через силу Диззи севшим голосом. — Старый военный склад времён первых экспедиций в КЗА. Не было каналов снабжения. Только... Удача... Мэм...

Пот капал с её лица на лысую голову мужчины, смешиваясь с его собственным. Она чувствовала, как под ладонью бьётся пульс, частый и панический.

— Третье, — голос Загуты стал ещё холоднее, напомнив о вечере прибытия на базу. — Знали ли вы о внедрённых агентах ФСР?

Диззи зажмурилась сильнее. Мысли мужчины дрогнули, рассыпались, собирались снова... Диззи пыталась вслушиваться и одновременно анализировать весь этот хаотичный поток мыслей, домыслов, образов и ассоциаций.

"Агенты... Джон и Сара Эшкрофт... Он знал... Знал, что они не с ними... Слишком много вопросов, слишком много взглядов... Боялся, что они приведут Федерацию... Что их найдут... Что отберут землю, детей..."