Песня Лхэйо

Лхэйо осторожно подошёл. Жидкость в чаше заколебалась, и в ней отразилось небо — но не то, что он знал. Это было небо Глубин: багровое, с чёрными звёздами.

— Пей, — прошептал кто-то у него за спиной.

Лхэйо обернулся.

В дверном проёме стояла фигура в темном плаще. Её лицо было скрыто капюшоном, но он чувствовал взгляд.

— Кто ты?

— Страж. Или путник. Или ты сам. Всё зависит от того, что ты увидишь в чаше.

Лхэйо посмотрел на жидкость снова. Теперь в ней отражался он — но не испуганный, не убегающий. Он стоял в доспехах, с копьем в руках, а вокруг него горел город. Его родной Роготуль. По улицам текли реки ревущей белеси.

— Это... будущее?

— Один из вариантов.

За дверью снова раздался рёв Архасара. Ближе. Страж шагнул в сторону.

— Решай. Пить или бежать. Но если выберешь бегство, чаша разольётся. И тогда твои Глубины выйдут на поверхность. Это будет... неприятно.

Лхэйо сглотнул. Пить невесть что ему не хотелось, бежать тоже. Он замер перед чашей, чувствуя, как чернильная жидкость внутри неё пульсирует, будто живая. Отражение в ней менялось — то он видел себя с копьём, то столицу в руинах, то бесконечную тьму, поглощающую всё.

— Что будет, если я выпью? — спросил он, не отрывая взгляда от мрачного зеркала чаши. Яда в ней не было, как он ни проверял. Просто что-то... странное.

— Ты увидишь правду, — ответил Страж. Его голос звучал так, будто доносился из глубины камня. — Но правда может сжечь разум. Ты готов?

За дверью раздался грохот — что-то огромное двигалось по коридору. Стены дрожали, с потолка сыпалась пыль.

Лхэйо сжал кулаки. Бежать? Но куда? Он уже знал, что эти туннели — ловушка. Остаться? Значит, встретиться лицом к лицу с тем, что идёт за ним. С Арасхаром.

— Ладно...

Он схватил чашу. Жидкость была ледяной, даже сквозь стенки. Лхэйо ощутил в ней ману, очень сложно сплетенную.

И залпом выпил содержимое.

10.

Видение.

Мир взорвался в белом свете.

Он падал.

Не вниз — вовнутрь, сквозь слои реальности, сквозь время, сквозь саму ткань бытия.

Перед ним промелькнули образы. Проклятый Город, каким он был раньше — с блистающими зданиями, смеющимися детьми, зелёными парками... Первые демоны — не монстры, а люди. Люди, которые нашли что-то в глубине пещер. Монолит — огромный багровый кристалл в сердце подземелья. Он взывал, искал тех, кто осмелится прикоснуться. Но первые смельчаки, коснувшиеся Монолита, начали меняться. Их кожа твердела, глаза мутнели, души... исчезали.

И наконец пробудилось Оно.

Сущность.

Тьма, которая всегда была здесь. Она не пришла извне — она спала под землёй, пока люди не разбудили её.

Лхэйо закричал, но звука не было.

11.

Очнулся он на каменном полу. Чаша лежала разбитой рядом.

— Ты жив, — сказал Страж. Его плащ теперь был белым, а лицо... лица не было. Над плечами парил мерцающий шар.

Лхэйо вскочил, призвав Духовный Меч. Но Лампатик не пытался нападать.

— Что... что это было? — наконец спросил он.

— Правда. Демоны не враги. Они просто... другие. Монолит в подземельях тоже не ловушка. Это дверь.

— Дверь?..

— Да. И ты теперь знаешь, куда она ведет. Ты тоже сможешь... войти. Стать... другим. Намного более сильным.

Лампатик указал на амулет в руке Лхэйо. Символы на нём теперь светились золотым.

— Но сначала тебе нужно выбраться.

Дверь за спиной существа рухнула. В проёме стоял Архасар. Тень с сотнями глаз.

Лхэйо вонзил в него Меч.

12.

Ни с чем ни сравнимое ощущение — когда чистый клинок твоего Духа пронзает душу врага, отправляя её в Небытие. Но...

Душа демона была слишком древней. Слишком большой. Духовный Меч пронзил её, как нож кусок масла... и с тем же результатом. Масло никуда не делось.

Лхэйо даже не думал — он рванул в противоположный проход. За спиной раздался рёв, от которого кровь застыла в жилах. Стены коридора шевелились, пытаясь схватить его.

Но он бежал. Бежал, потому что теперь знал.

Монолит. Дверь. Тьма. Единственный способ спасти его мир от нового Зла, не настолько глубокого, но отвратительно эффективного в своей примитивности. Но он не бежал от. Он бежал к. Знание, обрушившееся на него в видении, пылало в сознании раскаленным шрамом. Монолит. Не кристалл, не источник порчи, а шлюз. Дверь в иное измерение бытия, где не действовали привычные законы. Демоны были не пришельцами, а... перерожденными. Теми, кто осмелился шагнуть за порог и заплатил за это своей сущностью, обретя взамен иную, чудовищную силу.

Мысль сама была чудовищной, но она приносила странное успокоение. Врага можно было понять. А поняв — предсказать. Или... использовать.

Рёв Арасхара за спиной был уже не угрозой. В нём слышалось нечто новое — ярость существа, чью тайну украли. Щупальца, черные и блестящие, как мокрая смола, хлестали по стенам коридора, вырывая куски камня. Лхэйо не оглядывался. Его объемное зрение, обостренное до предела, видело каждый изгиб туннеля, каждую трещину. Подземелье помогало чудовищу. Или... вело его самого к цели. Амулет в его руке пылал теперь холодным золотом, и его свет пронзал тьму, как луч маяка туман. Символы на металле ожили, кружась и переплетаясь, указывая направление не в пространстве, а в самой ткани реальности. Он чувствовал тягу, словно невидимую нить, натянутую между амулетом и Монолитом.

Коридор сузился, превратившись в низкую щель, больше похожую на трещину в скале. Лхэйо втиснулся в неё, слыша, как броня скрежещет по камню. Сзади раздался оглушительный удар — Архасар пытался проломить проход, но не смог. Его ярость вылилась в пронзительный визг, от которого в ушах Лхэйо запеклась кровь.

Щель вывела его туда, куда вело видение. Огромный зал, не естественный, а вырезанный с инженерной точностью. Стены, пол и высокий сводчатый потолок были отполированы до зеркального блеска и сделаны из того же багрового кристалла, что он видел в чаше. В воздухе висело низкое, едва слышное гудение, исходившее от самого камня. Оно проникало внутрь, в кости, в душу.

И в центре зала стоял ОН.

Монолит.

Он был меньше, чем в видении — всего в три раза выше человека, но его присутствие заполняло всё. Это был не кристалл. Это была рана в реальности. Внутри его глубины пульсировал черный свет, и сквозь него проступали очертания чего-то невыразимо древнего и чужого. Вокруг основания Монолита лежали десятки скелетов в истлевшей одежде и доспехах — те, кто дошёл, но не смог сделать последний шаг.

Лхэйо медленно подошёл, чувствуя, как густеет мана. Воздух трещал от напряжения. Амулет в его руке звенел, вибрируя в унисон с пульсацией Монолита.

"Шагни, — прошептал тот же голос, что звучал у алтаря. Теперь он исходил из самого кристалла. — Стань сильнее. Спаси их своим падением".

Он вспомнил отражение в чаше. Горящий Роготуль. Реки белеси. Он мог предотвратить это. Но ценой чего?..

За спиной послышался скрежет. Он обернулся. Из щели, через которую он пролез, сочилась чёрная слизь. Архасар не пролез, но он растворял камень, медленно, неумолимо просачиваясь внутрь. Времени не было.

Лхэйо поднял амулет. Золотые символы спроецировались в воздух, превратившись в вращающийся круг рун. Он понял. Это был ключ.

— Я не стану одним из вас, — тихо сказал он, обращаясь к пульсирующей тьме внутри кристалла. — Но я использую вашу силу.

Он швырнул амулет в основание Монолита.

Раздался звук, которого не должно было быть — словно звон разбитого стекла, смешанный с предсмертным хрипом. Золотой свет амулета погас, поглощённый багровым сиянием. Монолит вздрогнул. Пульсация прекратилась, и на мгновение воцарилась полная, оглушительная тишина.

А потом тьма внутри кристалла ринулась наружу. Она не была чем-то. Она была Ничем — отсутствием всего: света, звука, жизни. Она обрушилась на Арасхара, который наконец вполз в зал. Чудовище, бывшее воплощением ужаса для любого смертного, замерло, а затем испустило тонкий, полный невыразимого ужаса визг. Тьма коснулась его, и демон начал растворяться, не оставляя пепла, не оставляя ничего. Его форма расплывалась, втягивалась в небытие, будто капля чернил в бездонном океане.

Лхэйо стоял, охваченный леденящим ветром, дующим из ниоткуда. Он чувствовал, как это Ничто тянется и к нему, жаждет поглотить и его душу. Он призвал Духовный Меч, но понял, что он бесполезен. Нельзя сражаться с Ничто.

И тогда он вспомнил последний обрывок знания из видения. Дверь можно не только открыть. Её можно захлопнуть.

Он бросился вперёд, к основанию Монолита, туда, где лежал потухший амулет. Тьма уже лизала его сапоги, и он чувствовал, как немеет плоть. Он сплел ману в Лезвие и, с силой, рождённой отчаянием, вонзил его в трещину в кристалле, в то самое место, куда он бросил амулет. Он вложил в это действие всю свою волю, всю свою ненависть к этой тьме, всю любовь к своему дому, который хотел спасти. Он не пытался управлять ею — он приказал.

— Закройся!

Мир снова взорвался. На этот раз — не светом, а звуком. Глухим, всепоглощающим ударом, как если бы захлопнулась дверь размером с вселенную.

Лхэйо отбросило назад. Он ударился о полированный пол и потерял сознание.

13.

Очнулся он от тишины. Гул прекратился. Багровый свет Монолита погас. Теперь это был просто огромный кусок тёмного, почти чёрного камня. В воздухе не пахло ни слизью, ни древностью. Ничем. Архасар исчез. Не осталось даже намёка на его присутствие.

Лхэйо с трудом поднялся. Всё тело ломило, разум был пуст и устал. Он посмотрел на свои руки. Кожа была бледной, почти прозрачной, а по краям ногтей легла тонкая кайма чёрного цвета, будто его пальцы немного обуглились. Плата за прикосновение к Ничто.

Он повернулся и увидел, что на стене зала, где раньше была лишь гладкая поверхность, теперь зиял проход. За ним виднелся пологий подъём и слабый, тусклый свет — голубой свет кристаллов, пробивающийся сквозь щель в поверхности. Путь наверх.

Лхэйо пошатываясь пошёл к выходу. Он не чувствовал победы. Он чувствовал лишь тяжесть сделанного выбора и ледяную пустоту внутри, которую оставила после себя захлопнутая дверь. Он спас свой мир от одной угрозы, прикоснувшись к другой, куда более страшной.

И он знал, что чёрная кайма на его ногтях — это только начало. Глубины, с которыми он столкнулся, теперь были внутри него. И однажды ему придётся открыть эту дверь снова. Уже по своей воле.

Глава 10

1.

Эта дорога тоже оказалась долгой. Наконец, впереди послышался постепенно нарастающий гул, похожий на гул водопада. Ощутив на коже брызги воды, Лхэйо понял, что это и есть водопад. Впереди мерцал странный голубой свет, пробивавшийся сквозь стену падающей воды. Он видел, что идет по узкой полке над бездонной черной пропастью и в груди у него ёкнуло. Потом на него обрушилась вода, и он невольно обрадовался, что его броня весит так много...

2.

Войдя в зал за водопадом, Лхэйо удивлённо замер. Его освещали какие-то странные голубые лианы, свисающие с потолка. Под ними собрались Слопы, целая толпа. В центре же был глубокий, похожий на чашу бассейн с грязной жижей на дне. А в ней... нечто, напоминающее чудовищную черепаху, рожденную в кошмаре. Тело гиганта, достигавшее четырех локтей в обхвате, было заковано в горбовидный панцирь, усеянный ромбовидными чешуями. Двигали эту неподъемную тушу четыре мощных ласта, а спереди из тела росли расплющенные щупальца с присосками. Под козырьком панциря пряталась полукруглая голова, с неё на Лхэйо смотрели мутные, словно покрытые пылью, глаза, полные безжизненной пустоты.

Собственно, в твари не было ничего особенно страшного, скорее, она удивляла своей нелепостью. Лхэйо бы лишь посмеялся над ней, будь она просто тварью. Но это был демон — сильный и древний.

3.

Проскользив на брюхе по гладкому склону, демон тут же бросился на него, — гораздо быстрее, чем можно было ожидать от нелепой туши. Лхэйо едва успел отпрыгнуть в сторону и отмахнулся копьём. Увы — оно отскочило от Незримого Щита демона. Тот снова повернулся к нему. И тогда Лхэйо, не тратя времени, призвал Крылья Гнева и взлетел.

4.

Он взмыл к потолку раньше, чем успел осознать это. Выходов из зала не было — если не считать водопада.

Изо всех сил Лхэйо рванулся вперёд. По инерции он пробил водяную стену и завис, стараясь сориентироваться. Благодаря объемному зрению он мог видеть в полной тьме, хотя всё казалось ему сейчас серым, плоским, едва различимым. И он помчался по туннелям, стараясь отыскать выход из этой страшной подземной преисподней.

5.

Здесь всё было полно жизни. Хотя Лхэйо летел совершенно беззвучно, кишащие внизу твари его как-то замечали. Они, правда, ничего не могли ему сделать, но внезапно из бокового проема показался рой бесформенных тёмных облачков. Они построились сетью, настолько густой, что он не смог бы проскочить между ними, и перекрывающей весь проход. Лхэйо рванулся вперёд. Черные тучки следовали за ним, не так быстро, как он, но неотступно. Что это такое, он не знал, но они ему крайне не нравились.

Вдруг он вылетел в громадную пещеру. Дно её было залито густой жижей и воздух здесь был настолько пропитан ядовитой гнилью, что Лхэйо удвоил скорость. Через несколько секунд он заметил ворота в другом конце пещеры. Однако за ними стояли люди — или что-то в форме людей — с некими предметами в руках, подозрительно похожими на арбалеты. Увы — Крылья Гнева исключали применение Незримого Щита, а полагаться на броню в такой ситуации не стоило — арбалетный болт в черепе точно не добавил бы ему здоровья. Что же делать? Попытать счастья в одном из боковых проёмов?.. А если он влетит в тупик и те зловещие черные "тучки" настигнут его там?..

В это мгновение Лхэйо почувствовал рядом огромное скопление маны, Силы. Вон та арка... ёё закрывала своей тушей огромная, покрытая щупальцами тварь, но он лишь прибавил скорость. Развернувшись, Лхэйо ударил её ногами. Ощущение было такое, словно он спрыгнул со второго этажа, но инерция движущейся массы помогла — тварь отшатнулась. Она не упала, однако Лхэйо пролетел над ней, ворвался в круглый зал, не очень большой, с глубоким каменным водоёмом в центре. Над ним сходились массивные арки, поддерживая обращённый вниз конус. Внутри него...

В груди у него ёкнуло, когда он увидел странную серую воронку. Он ощутил здесь средоточие немыслимой Силы, способной пробивать само пространство. Щели между арок вели в просторное помещение над конусом, в котором вихрилась Сила, вытекая из узких проёмов в стенах. Там, в скале, чувствовались какие-то громадные монолиты, похожие на амулеты магов, но намного больше...

Лхэйо не стал долго размышлять над сущностью того, что он увидел — "тучки" оказались совсем рядом. Он рванулся вверх — и влетел в воронку.

6.

Чуть запоздало он подумал, что его порыв был, пожалуй, слишком смелым. Он мог оказаться где угодно — но оказался в пустом каменном кубе с той же самой воронкой и единственной запертой стальной дверью. Замок был массивным и сложным. Чтобы открыть его, нужен был вычурный ключ, но Лхэйо, как-никак, был всё же магом. Тонкие манипуляции не были его сильной стороной, так что ему пришлось просто плавить металл., — и всего через пару минут замок сдался. Открыв дверь, он оказался в очередном туннеле, неосвещенном и пустом. Слева туннель был длиннее, но упирался в стальные ворота, явно запертые. К тому же, за ними он не видел выхода наверх, только клетки с какими-то совсем уже жуткими тварями.