Идеальная подстава

— Запомните его хорошенько, Мария Николаевна. И ни за что не приближайтесь ни к нему, ни к любому из его собеседников, если встретите. Впрочем, лица запоминайте. Помните, что вы здесь для того, чтобы обеспечивать мне прикрытие. Делайте свою работу так же хорошо, как всегда, и не отвлекайте меня ненужной инициативой. — Барт слегка поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее. — И если усну, разбудите.

Я выслушала строгую отповедь начальника, попутно разглядывая человека, который собирался купить у русалки-людоеда украденное достояние империи. Эх, Барти, Барти. Да вон же твоя русалка, по коридору на коляске катается, на меня пялится. А ты говоришь — не отвлекайте.

Хорошо, не буду.

Ну и скучное занятие — эти конференции! Выступающие что-то бубнили монотонными голосами и показывали на экране циферки и графики, в которых я ничего не понимала. Каюсь, пару раз даже сама начала носом клевать, а уж сколько раз Барта в бок локтем толкала — не счесть! Подумать только, впереди еще несколько дней такой пытки!

За обедом мы сидели отдельно от Лэндана и Кэт, и хоть Ловцы обменивались многозначительными взглядами, их внимание явно было больше направлено на гостей конференции, чем друг на друга. Яковлев, тот самый заказчик, устроился в окружении иностранцев и непринужденно общался, не забывая прихлебывать суп. Барт весь подобрался, наблюдая за ними. Я даже всерьез забеспокоилась.

— Вы про уколы не забываете?

— Пока нет, — процедил он сквозь зубы.

— Но вам, похоже, уже пора.

— Да, у меня с собой. Спасибо за беспокойство, Мария Николаевна. Ешьте свои тефтели.

Ну вот. Заткнул меня без тени сомнения. Благо, я уже приобрела навыки общения с любой ипостасью 'редчайшего'.

— А почему откладываете укол?

Барт повернулся и сверкнул глазами.

— Вы слышите отсюда, о чем идет речь за столом Яковлева? Нет? А я вот слышу. Так что не отвлекайте.

— И о чем идет речь? — не удержалась я от любопытства.

Начальник только мучительно простонал сквозь сжатые зубы.

— Вы бы хоть с Лэнданом договорились по очереди дежурить, — попеняла я, не в силах смотреть на капли пота на висках начальника. — Вы делаете укол, отдыхаете — он подслушивает. Потом наоборот.

Барт раздраженно выдохнул и сказал свое любимое слово. Хорошо, что очень тихо, никто, кроме меня, и не расслышал. А то неловко бы получилось: такой представительный мужчина и так выражается за обеденным столом.

— Лэндан не колется, — бросил он вполголоса, — ему это не надо.

— Его мозги выдерживают нагрузку?

— Его мозги прекрасно себя чувствуют без всякой нагрузки, Мария Николаевна. У него немного другие способности.

— То есть, он не может, как вы, читать мысли и ходить в зеркала?!

Барт медленно покачал головой, не сводя взгляда с объекта наблюдения. Я так разволновалась, что закинула в рот тефтелю и некоторое время сосредоточенно жевала. Выходит, мой начальник, и правда, 'редчайший'! Я-то думала, такие способности есть у каждого Ловца! Ну, дела...

— Они поэтому, как сказала Кэт, вас 'арендовали', да? Из-за редких способностей?

— Быстро соображаете.

— А какие способности тогда у Лэндана?

— На нем все заживает, как на собаке. Например, выдерживает до пятидесяти укусов вампиров одновременно.

— Ух ты... — я невольно посмотрела в сторону второго Ловца и поймала на себе его ответный взгляд. Очень жаркий взгляд, от которого по телу мурашки побежали.

— Мария Николаевна... — простонал Барт, — ну вы нашли время... восторгаться...

Я испуганно встрепенулась, сообразив, что сейчас мой начальник как локатор считывает мысли не только господина Яковлева, но и всех остальных в этом зале.

В том числе, мои.

О Лэндане.

И не только.

Божечки! Не думать о прошлой ночи! Не думать о прошлой ночи!

Вторая половина дня прошла еще сонливее первой. Барт все-таки сделал укол после обеда и продремал на моем плече до самого окончания заседаний. Ну, мне не привыкать. Интересно, Стейси бы могла просидеть, не шелохнувшись, три часа подряд? Сомневаюсь...

Проводив меня обратно в номер, начальник строго приказал никуда одной не выходить и к ужину их с Лэнданом и Кэт не ждать. И, вообще, ужинать в номере. Я, в свою очередь, попросила его не забывать про уколы. На этой дружеской ноте распрощались.

Захлопнув дверь, только фыркнула. Неужели Барт верит, что сможет держать тут меня как пленницу, когда все самое интересное проходит мимо? Сбросила туфли, стащила юбку, быстро облачилась в джинсы и свитер. Подумав, сняла свитер и надела легкую кофту с глубоким вырезом. Вкупе с высокими каблуками она вполне могла сойти за нарядную одежду.

План был прост как яичница и в то же время сложен, как если бы я поставила себе цель выйти замуж в течение ближайших трех дней. Прост, потому что найти русалку в длинных коридорах 'Амакса' будет не так уж трудно, раз он сам крутится возле меня. Сложность заключалась в том, чтобы не оказаться им съеденной раньше времени.

Накинув куртку, я сбегала в ближайшую аптеку и купила ампулу димедрола. Учитывая, что после феерической прошлой ночи круги под глазами никуда не делись, а вид был изможденный, милая женщина-аптекарь с легкостью и сочувствием вошла в мое положение 'сами мы не местные, чемодан в дороге потеряли'. Будем надеяться, что организм у русалок не сильно отличается от человеческого (если не считать способностей к регенерации), и доза свалит моего нюхача с ног как миленького. Большее количество я, при всем желании, приобрести бы не смогла — требовался рецепт.

Следующие полчаса я, сделав лицо 'кирпичом', непринужденно прогуливалась по разным этажам гостиницы в надежде, что моя судьба меня найдет.

Так и случилось.

— Добрейшего вечерочка! — послышалось за спиной, и я, приказав себе не паниковать, медленно обернулась.

— И снова здравствуйте.

— Вы опять без мужа? — сверкнул стеклами очков 'чубастый' и слегка зарумянился при виде выреза моей кофты.

Я выпятила грудь, ну, то есть, все, чем меня там наградила природа, и заставила себя улыбнуться.

— Да, он ушел... гулять с друзьями. А сидеть в номере скучно.

— А хотите в бар сходим? Там сегодня футбол на большом экране.

— Не надо футбола, — отшатнулась я, даже не применяя актерских задатков: орущие мужики с пивом никогда не входили в категорию моих предпочтений.

Парень взволнованно пригладил кудрявый чубчик и поправил темно-зеленое одеяло, из-под которого виднелись носы белых лоферов.

— Может, тогда ко мне заглянете? Я кино новое у пиратов скачал. Еще в кинотеатрах не показывают. Посмотрим?

Я спрятала ухмылку. Кино посмотрим, ага, как же. На такой развод даже четырнадцатилетние школьницы уже не ведутся!

В общем, мы пошли.

В лифте 'чубастый' снова взял меня за руку. Только на этот раз не нюхал, а начал вертеть перед глазами, рассматривая пальцы.

— Вы мне сразу понравились, — проговорил он с придыханием, а я с трудом заставляла себя стоять смирно. — Знаете, что в женщинах самое красивое?

Барт наверняка ответил бы, что ровный загар и большая грудь, Лэндан, судя по его жарким взглядам, предпочитал женские попы, а я всегда верила — чувство собственного достоинства, но ответила, как и полагалось:

— Руки?

— Да! — с восторгом подхватил 'чубастый'. — Такая тонкая кожа! Такие розовые пальчики! Гладкие ноготки... м-м-м...

Он жадно приложился носом. Я вздрогнула. Эх, Бартоломей, чтоб тебя, Иваныч! Не поверил мне, жизнью вот рисковать вынудил, а ты, может, единственный, кому бы я руку без отвращения понюхать дала! А не этому... ох...

На мое счастье, лифт сделал остановку и впустил группу китайцев. Оттесненные друг от друга, мы с любителем женских рук добрались до предпоследнего этажа в молчании, слушая веселую болтовню попутчиков.

По мягкому ковру коридора до номера 'чубастого' я шла, как на эшафот. Китайцы-то устремились в противоположную сторону, и вскоре их голоса затихли, затерялись в громадной утробе 'Амакса'. Подъехав к нужной двери, парень открыл ее и пропустил меня вперед. Набрав в грудь побольше воздуха и напомнив себе, что и не с таким справлялась, я шагнула навстречу своей судьбе.

Не с таким справлялась, ага, но тогда все равно рядом был Барт. Большой, сильный, всезнающий и надежный. А теперь — это мое первое самостоятельное дело. Надеюсь, что не последнее...

Номер оказался похожим на мой: однокомнатный и скромный. Кровать в углу, стол, холодильник, тумбочка. На придвинутом к кровати стуле я заметила ноутбук. 'Чубастый' засуетился, наводя в помещении порядок.

— Только что понял, что даже не знаю, как вас зовут, — заговорил он.

Интересно, напускная робость и стыдливый румянец — тоже его конспирация? Пока что казалось, что из нас двоих в этой комнате очкарик стесняется больше. Странно, учитывая, что за руки в лифте меня хватать он не стеснялся.

Я назвала свое имя и присела на край кровати. А что? Мы же типа кино пришли смотреть.

— А меня Мишей зовут, — парень подкатился, включил ноутбук и снова вцепился в мои пальцы. — А вы мне сразу понравились. У вас руки такие... нежные.

Мама дорогая! Ну, конечно, нежные. Я же офисный работник! А умственный труд, он, знаете ли, даже потяжелее физического. Так что не в руках дело.

Миша, тем временем, перешел в атаку. Он взял мою руку и... лизнул. В глазах моих потемнело. Ну все, понюхал, на вкус попробовал, сейчас ка-а-ак вцепится! Неужели живьем есть будет?!

— Мария, твой муж тебя не ценит, — язык очкарика обвел мое запястье.

— О да, — жалобно пролепетала я, подумав, что если бы Барт мне сразу поверил, всего этого бы не случилось.

— Ты такая... такая... прямо съел бы тебя! — мой герой-любовник-русалка-людоед распалялся все больше.

А ведь точно съест! Вот прямо сейчас и начнет! Вон слюна на меня как капает...

— Выпить бы! — из последних сил взмолилась я.

Миша движением головы откинул чубчик. В его глазах сверкало торжество.

— Выпить? Сейчас.

Краем глаза я заметила, что скайп, загрузившийся на ноутбуке сразу при включении, замигал оранжевой подсветкой. Новое сообщение. Весь страх из головы как ветром сдуло. Теперь я понимала, что заставляет Кэт столько лет быть с Лэнданом. Непереносимый азарт и адреналин, который бушует внутри, когда чувствуешь себя в шаге от разгадки.

У очкарика оказалась в наличии только водка и сок. Сделав по моей просьбе коктейль 'Отвертка', он принес стакан.

— А себе? — обворожительно улыбнулась я, ощущая во всем теле пустоту, легкость и готовность к прыжку.

Миша послушно налил и себе. Я поднесла стакан к губам и испуганно встрепенулась.

— По-моему, стучат.

— Кто? — 'чубастый' завертел головой. — Ничего не слышу.

— В дверь постучали, — я аккуратно отобрала у него руку и приложила к груди. — А вдруг это мой муж? А вдруг он нас выследил? Ой, что буде-е-ет...

— Вряд ли это он, — с подозрением прищурился Миша, глядя на меня поверх очков.

Я замерла. Забыла как дышать. Неужели догадался? Неужели раскусил весь мой замысел, и все теперь пропало?! Ну, дела...

— Я тут просто жду кое-кого, — продолжил, тем временем, он, — не знал же, что тебя встречу. Ладно. Посиди, я посмотрю.

Он вручил мне свой стакан и укатился в прихожую. Сердце набатом ухало в груди, пока я доставала из заднего кармана джинсов ампулу и выливала снотворное в его напиток. Когда Миша вернулся, я уже сидела в непринужденной позе.

— Никого там нет, — пожал он плечами.

— А, ну может, это горничная была. Обслуживание в номерах. За нас? — я приподняла бокал. — Только до дна.

Миша улыбнулся широкой плотоядной улыбкой и залпом выпил содержимое стакана.

Через пятнадцать минут продолжившегося тисканья и нюханья моей руки все было кончено.

Ну, то есть, уснул он конкретно, беззвучно и быстро. Первым делом я сорвала одеяло и даже ощупала его конечности через джинсы. Что ж, ноги как ноги. Ладно. Бросилась к ноутбуку. В контактах значился некто Бразишвили. Фотографии не было.

'Хозюк сказал, готов посмотреть твои цацки'.

Я быстро пролистала историю беседы. Пощелкала по ссылкам в сообщениях. Речь шла о продаже того самого янтаря! По ссылкам открылись статьи на разных сайтах, где имелись фотографии экспонатов, и вкратце рассказывалось, при каких обстоятельствах они пропали!

Я перевела взгляд на 'чубастого'. Получается, Яковлев не единственный покупатель. Предложение было сделано нескольким, возможно, в расчете на завышение цены и проведение своеобразного аукциона. Ну, по крайней мере, эта версия показалась мне разумной. Я решительно захлопнула ноутбук. Возьму его с собой в качестве доказательства для Барта.

И в этот момент в дверь постучали. Я вскочила на ноги, вспомнив, что очкарик упоминал, что кого-то ждет. Метнулась к одной стене, к другой. В окно не вылезти — высоко. Лучше всего притвориться, что тут никого нет. Постучат да уйдут. Мало ли, где хозяин номера бродит?

Знайте: если на ум вам пришло решение проблемы, и оно кажется легковыполнимым и логичным — тут явно какая-то подстава. Так случилось и со мной. Визитер, вместо того, чтобы постучать и уйти, толкнул дверь, которая оказалась не заперта, и вошел.

— Мишаня...

Мы растерянно посмотрели друг на друга. Передо мной стоял Яковлев. Его взгляд тут же остановился за ноутбуке у меня подмышкой, и глаза вспыхнули.

— Это что еще такое?!

По его команде из коридора ворвались два дуболома в пиджаках. Наверняка, личная охрана. Меня схватили. Я забрыкалась, выронила ноутбук. Попробовала вопить — заткнули рот. Яковлев склонился над очкариком, пощупал пульс.

— А ну, ко мне ее, разберемся! Петр, Мишке 'скорую' вызови, скажи, человеку плохо.

Под белы рученьки меня выволокли в коридор. Я с надеждой поискала на горизонте хоть одну случайную фигуру. Горничную. Или веселого китайца. Но, как уже говорила, в хороших гостиницах коридоры всегда пусты и безлюдны.

Ба-а-арт!

Яковлев проживал на самом верхнем этаже в роскошных апартаментах. В гостиной, где мы оказались, хватило бы места на два таких номера, как у меня. Посередине комнаты я увидела столик с вазой, наполненной свежими цветами. Вокруг — стулья. В углу диван, а перед ним — широкий плазменный телевизор. Под ногами мягкий ковер. В окнах открывалась прекрасная панорама вечернего города.

Меня бросили на стул. Связывать не стали, да это и не требовалось: от страха я сама была ни жива, ни мертва. Что теперь со мной будет? Ну не убьют же они меня прямо в гостинице, это, в конце концов, публичное место. Да, не убьют, а вдруг вывезут куда-нибудь на окраину города и убьют там? Ясно же, что привели сюда, чтобы понять для начала, кто я такая и что успела узнать...

Ох, редчайший, и где тебя сейчас носит? Когда ты мне так нужен!

Яковлев заложил руки за спину, прошелся взад-вперед, поглядывая на меня поверх очков.

— И что с вами будем делать, гражданка?

— Может, отпустите? — с надеждой протянула я.

— Очень смешно, — фыркнул он, а потом резко наклонился ко мне. — Отвечай, на кого работаешь!