Заглянула, но никого не было. Кроме старца со страшным взглядом. Он посмотрел на меня уничтожающим взглядом, и поэтому я поспешила удалиться тут же. Неужели Зайш не закончил с осмотром? Так. То, что у Шэлва есть собственная маленькая комнатка, я знаю. Теперь надо вспомнить, где она находится.
Нашла ее быстренько. Она была закрыта. Я тихонько открыла ее и заглянула вовнутрь, боясь столкнуться с хозяином этой комнаты. Но внутри никого не оказалось.
-Зайш. Можешь выходить, это я — не громко произнесла я. Но ответа не последовало. Я нерешительно зашла и огляделась. Комната была в два раза меньше кабинетов Грэйсона и Сэта, но здесь был просто идеальный порядок. Не думала, что Шэлвэн такой перфекционист. Да, и стены тут были таки же как ив лазарете — светло-серые, а штор на окнах не висело. В комнате был стол с идеально выложенными записями и чернилами с пером, шкаф, в котором книги стояли с книгами, поставленными по алфавиту, и два стола, стоявшие именно там, где им место. Больше здесь ничего не было. Я все быстро осмотрела и вышла, чтобы меня ненароком не застукал Шэлв.
Вышла в коридор и мне стало страшно. Куда пропал Зайш? Мы же условились встретиться в архивах. И в комнате красавчика его тоже нет. Что за ерунда?!
Я вся похолодела и принялась искать своего друга по всему зданию. Заглядывала в каждое помещение, но не было даже намека на его присутствие. И с каждой минутой мне становилось все хуже и хуже. Куда он пропал?
Забежала в казармы и застала Эвелину за интересным занятием. Она сидела на кровати и игралась с магией: в ее руке появлялись и исчезали молнии, которые принимали абсолютно разные очертания.
-Почему ты не спишь? — удивилась я, а она посмотрела на меня с нисхождением:
-По той же причине, что и ты. А на самом деле, у меня периодически бывают головные боли, мешающие мне спать. Магия управления органами не помогает.
-Понятно. Ты Зайша не видела?
-Нет. Разве он пошел не за тобой? Или он настолько туп, что по дороге заблудился?
Я не стала ничего отвечать, лишь выбежала и меня охватила паника. В голове стали появляться какие-то странные идеи. Может... он на улице? В любом случае, можно проверить.
Выбежала наверх, к башням, и обнаружила на небе неяркий огонек. Значит, уже скоро рассвет, как время-то быстро пролетело, черт бы его побрал! Но мне надо найти пропавшего друга. Так, если я его не найду, то пойду обратно в комнатку Шэлва.
Я быстро начала прохаживаться по башням, не обращая внимания на вопросы удивленных солдат. Затем перешла на стену и принялась высматривать друга там. Но ничего не нашла. Я остановилась, чтобы немного перевести дух, как раз возле ворот и посмотрела вниз. Черт возьми!
Хорошо, что у меня прекрасное зрение. В темноте я заметила две фигуры, крадущиеся в темноте. Они были в темных плащах. Один — высокий и худой, а второй — низенький и будет чуть полнее. Жители города? Но они же просто иллюзии? Солдаты? Я огляделась и заметила, что этот участок стены никто не охраняет. Что это за безобразие, в конце концов?! Я, конечно, понимаю, что на пустом месте стоим, но это не повод не нести свой долг! Или же... это было сделано специально. Я еще внимательнее присмотрелась к фигурам, и по телосложению они напоминали... Сэта и Грэйсона! Я, конечно, плохо знаю географию Эрвуа, но Шерту явно находится не под стенами Ареота!
Такое ни за что не надо пропустить. Я, конечно, могу ошибиться, но надо проверить.
Я тут же пулей спустилась вниз по неудобной лестнице, вскрыла маленькую дверцу в воротах, и оказалась за городом. Пока я это делала, фигуры оказались далеко впереди, поэтому мне пришлось поднажать, чтобы нагнать их. Пробежала по берегу небольшой, но прозрачной и быстрой реки Шорки до кривого моста и понеслась в Шейтанский лес за скрывшимися там фигурами. Нагнала подлецов у окраины, и пришлось дальше преследовать их осторожно, прячась за каждым деревом.
Они говорили тихо, их было с трудом расслышать, но я узнавала голоса. Это явно капитан и сержант...
Стоп... Они договорились же встретится в полдень! Какого черта?! А... если так называемый "полдень"— это и есть рассвет? Ну я дура. Кто же хочет спалиться днём у всех на виду? Может, поэтому они не избавлялись от записок? Черт их разберет, главное, что я напала на след этих лжецов. Уехали, ага...
Хорошо что у меня хорошее зрение: в лесу было очень темно,я увидела вдалеке спешно идущие фигур. Я, конечно, не была идеальным шпионом, но эти уроды в упор не слышали меня. А это значит, они чем-то встревожены, что не удосужились ни разу оглянуться. И шли так быстро, что я, постоянно хрустя ветками под ногами, еле бежала за ними. Черт, у меня уже в боку колотит. Куда они так торопятся?!
Хм..знакомая дорога, чёрт возьми! Где-то я её видела... Только где?
Ну, конечно! Я по этой дороге выбиралась из леса, когда первый очутилась в этом мире!
Наконец-то Сэт и Грэй остановились, а мне пришлось резко затормозить и спрятаться за густыми кустами. Я узнала это злосчастное место. Именно сюда меня выкинули те уроды из моей квартиры! Но почему здесь? И тут в голове стали появляться подозрения. Может, не зря меня переместили именно сюда?
Но на размышления не оставалось времени. Мне пришлось навострить слух.
Говорить начал Грэйсон. Он был явно испуган:
-Если явится этот, то нам попадет по всем пунктам...
-Надеюсь местоимением "этот" вы, капитан, не про меня.
Из темноты возникла фигура, сливающаяся с тенью, в черном балахоне с накинутым капюшоном, высокая и таинственная, буквально появившаяся из ниоткуда. Она появилась словно дымка, неожиданно и эффектно. Загадочности также добавила белоснежная маска. Она напоминала театральную маску, изображающую комедию. Прорези для глаз были прищурены насмешливо, а на всей площади была изображена широкая и длинная до самых ушей улыбка. Несмотря на то, что она была искренне-веселой, в целом образ выглядел пугающим и зловещим. Мне даже стало не по себе.
— Это что ещё за ерунда? — Сэт презрительно посмотрел на человека в маске. А тот начал говорить истерично-веселым голосом:
-Сейчас начнётся веселье,— "маска" раскинул руки,— да будет торжество, пир, бал и маскарад! Ах, да...— мужчина в балахоне обошёл Сета и Грэйсона,— не вам предаваться утехам. Испортили вы все, ребята, напортачили. Ах, как же я даже завидую вам,— он театрально вздохнул.— У вас жизнь ах как интереснее моей,— "маска" хихикнул и заговорил противно. — Как же выпутаться из неприятностей? Ах, все гадаю, и, ох, в раздумьях я. Почему моя жизнь не такая веселая? — мужчина загоготал, Грэй весь посинел, а Сэт посмотрел на "маску" с крайнем изумлением. Как и я. Голос у этого странного человека хоть и был высок, да, и маска его делала более приглушенным, но я никак не могла избавиться от ощущения, что где-то его уже слышала... Только... где? Но как я не старалась, не могла вспомнить. Ладно, послушаем дальше, может, вспомню.
— Что это за чучело? — фыркнул сержант, а этот непонятный тип рассмеялся:
-"Чучело"! Ах, как мне нравится, безумно нравится прозвище сие! Ах, как ты мне полюбился, удалец-сержант с поганым языком, извергающим правду.
Сэт от таких слов ошалел просто. А фигура в маске принялась кружить в каком-то ненормальном танце:
— Плывут, плывут птицы по синему ковру гор, окинуты звери истошным взором, стоит дикий, непрекращающийся ор, окружён, окружён город! Взошёл фонтан, реки крови текут, красив вражий стан, всех убьют, всех убьют! — он еще и запел. Я уставилась на него большими глазами. Как и Сэт, и его можно понять. Грэйсон лишь продолжал дрожать. Блин. Что это за ерунда? Чувствую, что попала в какой-то театр абсурда. Но на это все не закончилось.
-О-о-о-очень быстро. И придёт другое. Смерть, избавление. Наслаждение... Мучение. Слишком уж мягкое. Наказание для вас, а гореть суждено у нас. В огненных низинах и глубоких трясинах. Живите лучше, это сон, но всегда приходит он. Конец всему.
Я... даже не знаю, как это прокомментировать, кроме того, что манера выражения у этого человека очень и очень странна... Да, он больной псих! Стоп... я вся похолодела. У кого была такая манера объясняться? Не помню...
-Ах, поэзия авторов, отвергающих строгие формы и рамки. Капитан и сержант, уж запомнили вы все это великолепие? — "маска" опять сделал круг возле них, странно вышагивая. Точнее все, что он бы не сделал, было ужасно странно, черт возьми!
-Зачем, изволите спросить вы меня, скромное "чучело"? Ох, коли вы это промолвите да не сухо, а с чувством и страстью, кипящей в вашей вольной груди, то пощады будете вы достойны. Ох, но вы же недостойны! Забудьте все это! Ненужно оно. Эх! Мне бы вашу жизнь, полную тревог и опасностей, когда лезвие сверкает в паре...
-А вообще не понимаю, что говорит этот балясник. Грэй, скажи, почему мы вообще слушаем его? — Сэт перебил "маску" и с презрением, граничащим с ненавистью, посмотрел на него.
Ненормальный в балахоне не стал ничего отвечать, он лишь театрально достал острую спицу и, изящно выгнувшись, метнул ее в Сэта. Спица просвистела рядом с ухом сержанта и впилась в дерево.
— Промахнулся,— усмехнулся Сет, а "маска" в ответ лишь рассмеялся:
-Думаешь, что ты достоин такой великой чести, чтобы быть мною пораженным? Эх, плоскодумие и простота, приправленные щепоткой глупости. Во имя Комедии жалко мне, ах, как тратить мой ценнейший запас опаснейшего яда, которого боятся все короли. Веришь ли, что достоин той же участи, что и это обречённое дерево, павшее под натиском твоего всеобъемлющего эго?
Я уставилась на дерево, и мне тут стало не по себе...
С ним происходило что-то странное: бедный клён потускнел и стал высыхать. Осыпались все листья, всё дерево почернело и высохло. Под натиском огромной кроны, ствол начал рассыпаться, а вместе с ним и ветки. Через несколько минут остались только одни щепки.
Тут мне стало так страшно, как не было никогда в жизни. Все поджилки начало лихорадить, вскрикнуть у меня не получилось, потому что все занемело от страха. По мне пробежались очень крупные мурашки...размером с крупную мышь. Чёрт возьми, плохая идея, зачем я во все это ввязалась?!
-Ох, Трагедия будь свидетелем, сия отрава, гнусная и смертельная, ужасная и разрушающая, убивает человека так медленно, как течет песок в песочных часах. Иссыхаешь, подобно кленовому листу, падающему на землю. Ох, муки невыносимые приносит лишь она и страдания такие, какие вы в низинах в самой глубине не испытаете. И так долго, долго, что слезами можно будет наполнить океаны и устроить великий потоп, смоющий в соленой воде целые цивилизации! Отрава, ох, не видит, хороший аль плохой человек, не важно какой! Не выживет он, потому что всё внутри рассыпется, растечется и расплывется, разорвется и исчезнет! Как щепки. Как листья. Как страданья, преследующие всю жизнь.
Сэт весь побелел. А этот чертовски опасный псих только хищно ответил:
— Дрогни моя греховная ладонь, и не стало бы сержанта, такого забавного и веселого, да неспокойно бы стало сразу на израненном сердце, утомленным от тоски. Ах, жестокая река жизни где-то да и обрывается, ох, и сказка кончается, название которой "жизнь". Но ведь сержант не хочет, чтобы моя скромная персона, промахнулась и лишила его самой лживой сказки, из всех, которые существуют на этом свете? — Сэт проглотил гигантский комок и ничего не ответил. "Маска" подошел к нему, взял за руку, потряс, а затем отошел, скрестил театрально руки, оперся на одну ногу, приподнял подбородок и продолжил свою безумную речь.
— Не время чествовать Трагедию, так обратимся мы, братья по судьбе, к веселой ее сестре и предадимся празднествам великим. Но вам нельзя. Вы не достойны такой величайшей чести. Ах, какая печаль! Но ты, сержант, больше не тревожься, словно лань под натянутой тетивой охотника. Ах, дружба чувствуется между нами будет нерушимая, выкованная в горнах доверия и поддержки. Не вечен гнев! Нет, он не навсегда. Как и глупая насмешка над "чучелом". Ох, нет мстительнее его существа, ведь если чучело поджечь, оно может и обжечь, а огонь будет плясать как сумасшедший и крутиться как ошалелый! — он приподнял указательный палец. — Время тупого и скучного ожидания, как смена цикла дня и ночи, отсрочил я своими, ах, какими помпезными речами. Так, не будем грустными думами терзать души, пусть займутся ее те, кто живет среди грязи и на суше. Ведь скоро начнётся феерия!
Я посмотрела в сторону небольшого света. Солнце начало свой неспешный подъем, сонно ощупывая своими лучами землю, усыпанную мокрой пожухлой травой.
"Маска" поднял руки вверх:
— Да будет то, что должно быть! Ах, светило соизволит сделать нам дар, что краше всего существующего — неистово прекрасную каплю света, и да начнется наше представление во имя двух сестер!
Спящий лес тут же стал наполнятся нежными теплыми оттенками розового и оранжевого. Силуэт ненормального мужчины с поднятыми руками стал отчетливо виден в лучах восходящего солнца, создавая некий светящийся ореол. "Маска" вскрикнул что-то нечленораздельное, только потом опустил руки.
На земле, рядом с троицей, что-то засветилось беловатым цветом сквозь мокрые опавшие листья. Это что-то стало подниматься вверх, и листья тут же посыпались вниз...Это был вход, уходивший в землю. Он состоял из тёмно-синих плит, очень плотно приложенных к друг другу. На них сияли беловатым светом странные символы... Аэйровийские кажется...
Вот чертовщина! У меня просто не было слов...
Символы поменяли свой цвет на бирюзовый. Такой же, какой и был на той колонне! Вот черт!
-Ну, что же вы те, кто проворачивает темные делишки в тайне от толпы, находящейся в счастливом неведении, застыли аки овцы? Проходите же в свою собственную "цитадель зла", созданную сколько гнусным и извращенным умом, — "маска" усмехнулся и пригласил войти внутрь. Сэт и Грэйсон повиновались, и вскоре вся эта троица исчезла там.
Я только начала думать, что предпринять дальше, как вход тут же начал уходить вниз. Тут и думать не надо! Мне пришлось чуть ли не на реактивной скорости влететь внутрь. Успела! Сзади меня послышался звук закрываемой плиты, и меня осыпало с ног до головы мокрыми склизкими листьями. Кроме того я неудачно приземлилась, поэтому неловко упала. Встала, отряхнулась и оглянулась с опаской.
Я оказалась в темном земляном туннеле. Источником освещения служили факелы. Но они не были обычными. Черная металлическая ручка, украшенная светящимися сине-зеленым символы, которые и давали свет. И крепились они также неизвестно как. Туннель уводил резко вниз и под углом, и я нерешительно и не спеша начала спускаться вниз.
Меня всю трясло и лихорадило, а дыхание участилось в разы. Мне было дико страшно, я даже остановилась, глубоко вздохнула, а затем продолжила тихо красться.
Мне пока что очень сильно везло, что меня никто не заметил еще. Но везение все же может и кончится? Спокойно. Лучше не думать об этом. Что там Зайш всегда говорит? Все отлично, все хорошо.
Ага, если бы.
Туннель через несколько минут вывел меня к развилке Одна дорога вела направо, другая налево, третья прямо и...четвёртая вела наверх. Да, над тоннелем располагался еще один, более мелкий. И туда была поставлена заботливо лестница. Я заглянула прямо. Там проход был закреплен досками и каменными плитами, поэтому-то над располагался еще один туннель. Я приостановилась.
