Глаз Василиска (Beta)

— Да, сестра, королева уже прислала мне письмо. Она спрашивает, чем может помочь нашему горю, — Венденберг едва не расплакался от счастья.

— Боже! — на выдохе произнесла Гербера и подняла голову к потолку. Её глаза также блестели от слез счастья. — Королева! Анна! Ты наша спасительница! Храни тебя бог!

В этот же вечер Арчер поселился на чердаке. Прислуге он говорил, что таким образом хочет приучить себя к грядущим лишениям на Острове, когда же он оставался один, лежал на подстилке из соломы отвернувшись к стене и скрипел зубами от злости. Так продолжалось несколько дней. Он ждал, когда кто-то из прислуги принесет ему билет на пароход и прикажет спускаться вниз. К его удивлению это была не прислуга. Дядя лично поднялся к Томасу однажды вечером, доставив к самоосуждённому молодому человеку, как иронично Томас называл сам себя не поднос с вечерним чаем, а чернильницу, перо и чистый лист бумаги.

— Твой последний шанс, Том.

Дядя был строг и лаконичен. Арчер устало посмотрел на канцелярские принадлежности, потом на дядю. Он не проронил ни слова, отвернулся к стене и накрылся тонким пледом с головой.

— Послушай, Томми, я знаю, что ты чувствуешь... Можно чувствовать иначе, можно думать иначе, но нельзя нарушать ритуал... Не глупи, Томас! Подумай о своей матери. Просто напиши письмо. Её величество поймет, простит двадцать лет тишины. Спаси себя!

Венденберг процедил последние слова сквозь зубы. Томас был глух к мольбам старого полковника. И плевать что это родная кровь. Его тайно презирал и отец Арчера. Теперь Томас понимал почему. Он был не благосклонен сегодня, не удостоил старого полковника ни единым словом. Лишь тяжело вздыхал, когда Венденберг чертыхался и топал ногой.

— Чертов мальчишка! Твоя мать столько вложила в тебя! Столько сил и жизни!

Полковник в сердцах пнул солому, удержался от того чтобы ударить племянника. Всё-таки Гербера любила его и не простит брату такого поступка.

— Скоро зайдет солнце, у тебя ещё есть время!

Он развернулся и тяжело дыша уходил прочь. Томас смотрел в стену. Он не любил глупые и пустые разговоры, тем более угрозы. Мысленно подгонял к своим берегам тот корабль, что должен отвезти его на Остров. А что до Хеймишей и Элеоноры, по которой так убивалась мать, то Арчер видел её всего пару раз, и в общении она показалась ему глупой и малообразованной особой. Тут не о чем жалеть. Томас лениво взял лист бумаги. Они так хотят, чтобы он излил душу? Арчер улыбнулся. Заученными движениями из детства быстро сложил самолётик и запустил его в чердачное окно. Пусть королева ловит его привет...