Повороты судьбы

— Я не смог его спасти, — тихо ответил Кайл.

— Ты был с ним. Это и есть спасение. — Раненый закрыл глаза. — Спасибо.

Кайл вернулся к бинтам, чувствуя странное тепло в груди.

А вечером, когда работы стало чуть меньше и его отправили передохнуть, он спустился в подвал. Достал пистолет — тот самый, что дал ему Дерек. Аккуратно разрядив оружие, он встал в углу, где его никто не мог видеть, и начал тренироваться. Вскинуть, прицелиться, плавно нажать на спуск. Сухие щелчки бойка казались оглушительными в тишине.

Он не заметил, как в дверях появилась Элисон. Она смотрела на него долго, а потом тихо спросила:

— Ты научишь меня?

Кайл обернулся.

— Ты маленькая ещё.

— Ты тоже был маленький, когда учился, — возразила она.

Кайл промолчал задумчиво глядя на девочку, потом серьезно кивнул.

— Когда-нибудь точно научу. А пока — никому не говори, что видела.

Элисон улыбнулась и исчезла так же тихо, как появилась.

Часть 3.

Сержант-майор сидел в радиоузле перед старой армейской рацией. Напротив него, привалившись к стене, стоял один из бойцов — тот, что когда-то служил связистом и знал частоты военных.

— Есть контакт, сэр, — сказал он. — Военные в аэропорту отвечают.

— Давай сюда.

Динамик зашипел, потом послышался спокойный, чуть надменный голос:

— Говорит диспетчерская базы 'Форт Лос-Анджелес'. Назовите себя.

— Сержант-майор Гиббонс, база выживших в районе Пасадены. Мы подверглись нападению банды 'Свобода'. Просим помощи.

Пауза. Потом голос ответил:

— Мы не вмешиваемся в конфликты гражданских группировок. Вам это известно.

— Они не просто банда, — жёстко сказал сержант-майор. — Они охотятся за людьми. Берут пленных. У нас уже двенадцать убитых и двое похищенных. Если их не остановить, они перережут всех в округе.

Снова пауза. Слышно было, как на той стороне совещаются.

— У вас есть доказательства?

— Есть жетоны с их символикой. И показания выживших. И пролом в стене от их гранатомётов. Этого достаточно?

— Мы подумаем. Ждите.

Связь прервалась.

— Сволочи, — выдохнул связист. — Они будут думать, пока нас всех не перебьют.

— Будут, — согласился сержант-майор. — Но и мы не пальцем деланы. Запомни эту частоту для сигнала бедствия. Если они нападут снова, передадим 'Mayday' на этой волне.

— Думаете, прилетят?

— Если не дураки — прилетят. 'Свобода' слишком обнаглела. Военным не нужен хаос у них под носом.

Он посмотрел на карту, разложенную на столе. Пролом, завалы, позиции... Нужно было готовиться к худшему.

Часть 4.

Лес встретил их тишиной и холодом. Второй день они уходили от погони, петляя, заметая следы, стараясь держаться подальше от открытых мест. Ноги вязли в снегу, силы таяли с каждым часом.

Адриана чувствовала, как горит щека. Царапина, полученная при бегстве, распухла и теперь дергала тупой болью. Она старалась не показывать вида, но Эмилия всё замечала.

— Дай посмотрю, — сказала она, останавливая группу. — Плохо. Начинается воспаление.

— Дойду, — отмахнулась Адриана.

— Дойдёшь, если не сдохнешь от заражения. У кого есть антибиотики?

Девушки переглянулись. Лина молча протянула упаковку — последние три таблетки.

— Запей снегом, — велела Эмилия. — И не вздумай геройствовать. Если свалишься, придется тащить на себе, тогда точно догонят.

Адриана проглотила таблетку, закинула в рот горсть снега, и когда он растаял, проглотила лекарство. Действие таблетки началось не сразу, но девушке стало чуть легче.

Они двинулись дальше. Где-то вдалеке послышался нарастающий гул. Группа замерла, определяя направление, потом быстро рассредоточилась и вжалась в темную землю под стволами деревьев. Над верхушками, низко-низко, прошёл вертолёт. Тот же, что они видели у завода. На его борту едва угадывался стёршийся знак — перечёркнутый меч.

— Ищут, — прошептала Таня.

— Молчи. Лежи.

Вертолёт сделал еще один круг и ушёл ближе к горам. Девушки ещё долго не двигались, боясь пошевелиться.

Когда гул стих, Эмилия достала рацию.

— Пробуем связаться с базой.

Она крутила ручку настройки, но слышны были только помехи и обрывки чужих переговоров. Наконец сквозь шипение пробился голос — свой, с базы:

— ...повторяю, у нас были... потери... готовимся... если слышите нас...

— База! — закричала Эмилия. — Мы слышим! Это Эмилия, мы у завода, нас обнаружили, уходим! У них вертолёт, они ищут! Предупредите...

Связь оборвалась. Рация захрипела и замолчала.

— Чёрт! — Эмилия стукнула кулаком по снегу. — Не услышали.

— Или услышали, но не до конца, — сказала Лина. — Что делать?

— Идти. Большим крюком, не напрямую. Если мы приведём 'хвост' к базе... — девушка не договорила, но всем и так было понятно, что произойдет в этом случае.

Они поднялись и снова побрели через лес, оставляя за спиной завод, вертолёт и невидимых преследователей, наступающих им на пятки.

К вечеру следующего дня они вышли на развилку. У них все-таки получилось уйти от погони пройдя почти десять километров вверх по шустрой горной речке, которая несущимся вниз потоком скрывала их следы.

Впереди, за полосой редких деревьев, открывалась долина где находился город Пасадена. И там, в мелькнувшем на секунду, луче заходящего солнца, далеко-далеко, поднимался дым. Чёрный, густой, похожий на тот, что они видели у завода. Но в этот раз он шёл со стороны базы и сопровождался щелчками выстрелов.

— Нет, — прошептала Адриана. — Только не это.

Эмилия молчала. Она смотрела на дым и считала километры. До базы было ещё далеко. Слишком далеко, чтобы успеть.

— Надо идти, — сказала она наконец. — Если даже опоздаем, мы должны знать, что там происходит.

Часть 5.

Солнце на мгновение, показавшееся из-за плотной облачности садилось за горы, окрашивая небо в багровые тона. Люди уже успели заложить пролом мешками с песком, и укрепить металлической арматурой.

На базе готовились к ночи, выставляли посты, проверяли оружие. Трофейный гранатомёт установили на крыше, рядом с ним остался дежурить самый опытный стрелок.

Кайл и Элисон сидели в углу подвала. Девочка прижимала к себе медведя и смотрела на Кайла.

— Они придут сегодня? — спросила она.

— Не знаю, — честно ответил Кайл. — Но, если придут, мы готовы.

— Ты будешь стрелять?

— Если придётся.

Она помолчала, потом протянула ему медведя.

— Подержи. Он приносит удачу.

Кайл улыбнулся и взял игрушку.

— Спасибо. Но она нужна тебе.

— Нет, — Элисон покачала головой. — Сейчас тебе нужнее.

Он не нашёлся, что ответить. Просто обнял её одной рукой, и они сидели так, слушая, как за стеной готовятся к бою.

А за периметром, в сгущающихся сумерках, замелькали тени. Они двигались бесшумно, перебегая от укрытия к укрытию, окружая школу со всех сторон. Бандиты возвращались. Их было больше, чем в прошлый раз. И они были готовы.

С крыши донёсся крик часового:

— Тревога! Они здесь!

И сумеречная тишина взорвалась выстрелами.

Глава 16: 'Дорога к пророку'

Четвертый день пути давал о себе знать. Ныли мышцы, саднили потёртости на ногах, а рюкзаки, которые в начале пути казались такими лёгкими, теперь висели на плечах тяжёлыми камнями. Отряд двигался медленно, но упрямо — по замёрзшим ручьям, через заснеженные перевалы, мимо островков мёртвого леса, где деревья стояли голые, обугленные, словно призраки и даже снег не хотел скрывать их мрачное уродство.

Дерек шёл первым, прокладывая тропу. За ним, тяжело дыша, тащился Мигель, то и дело сверяясь с картой и компасом. Майк и Денни замыкали цепочку, изредка перебрасываясь короткими фразами, чтобы не уснуть на ходу.

— Дерек, — позвал Мигель, — Надо передохнуть. Ещё километров пять, и будет спуск. Там, по карте, старая дорога. По ней хоть и дальше, но все же быстрее получится.

— Хорошо. Привал пать минут.

Все попадали в снег, кто как стоял. Майк достал флягу, сделал глоток и передал Денни. Мигель растирал задубевшие пальцы.

— Сколько ещё до Коннора? — спросил Денни, жуя чёрствый сухарь.

— Если по дороге, то дня два. Может, три, — ответил Мигель. — Если повезёт и не наткнёмся на неприятности.

— А если наткнёмся?

— Тогда дольше.

Дерек молчал. Он смотрел на заснеженные вершины, за которыми где-то далеко осталась база. База, где остались Кайл, Элисон, Адриана... Мысли о них не отпускали ни на минуту. Он знал, что там может быть опасно, но гнал от себя тревогу — сейчас важнее было дойти.

— Пошли, — сказал он, поднимаясь. — Отдых окончен.

Ночь застала их в распадке между двумя скалами. Майк и Денни быстро соорудили укрытие из тента и веток, Мигель развёл костёр. Пламя весело затрещало, отбрасывая тени на черных камнях. Тепло согревало и расслабляло, поэтому Дерек отсел чуть подальше, глядя на огонь. Майк подсел рядом.

— Не спится? — спросил он.

— Думаю, — коротко ответил Дерек.

— Об Адриане?

Дерек покосился на него, но ничего не сказал.

— Ладно, не отвечай, — Майк усмехнулся. — Я тоже, когда уходил в первый раз, думал о девушке. Только у меня её не было.

— А сейчас?

— Сейчас тоже нет, — Майк пожал плечами. — Как-то наша жизнь не располагает.

Они помолчали. Мигель возился с рацией, пытаясь поймать хоть какой-то сигнал, но слышны были только помехи.

— Знаешь, — вдруг сказал Дерек, — лейтенант перед смертью сказал, что Коннор знает нашу фамилию. Мою и Кайла.

— Риз? — удивился Майк. — Откуда?

— Не знаю. Но он сказал, что Коннор велел нас найти. Что мы сыграем какую-то роль.

— Странно. — Майк задумался. — Может, он что-то знает о ваших родителях?

— Родители погибли в первый год, — глухо ответил Дерек. — Я никого не знаю из тех, кто мог бы быть связан с Коннором.

— Тогда остаётся только спросить у него самого.

— Спрошу, — кивнул Дерек.

Мигель вдруг оживился.

— Кажется, что-то есть!

Все замерли. Из динамика сквозь шипение пробивался обрывок голоса:

— ...повторяю, говорит Джон Коннор... если вы меня слышите... мы здесь...

— Глушит, — выругался Мигель. — Горные массивы не дают сигналу пробиться. Но мы близко. Очень близко.

Дерек посмотрел в ту сторону, откуда, по расчётам, шёл сигнал. Где-то там, за перевалом, был человек, который знал ответы.

— Завтра идём дальше, — сказал он. — Отдыхайте.

Утро встретило их морозом и пронизывающим ветром. Снег, выпавший за ночь, скрыл все следы, а стрелка компаса металась в разные стороны не хотя указывать север и Мигелю пришлось долго сверяться с картой, чтобы не сбиться с пути.

— Дорога должна быть где-то здесь, — бормотал он, водя пальцем по пожелтевшей бумаге. — Если мы её не прошли.

— Не прошли, — успокоил его Майк. — Я запоминал ориентиры.

Они двинулись дальше. Через час пути показалась старая дорога, занесённая снегом, но всё же различимая среди деревьев.

— Идем по ней, — решил Дерек.

Дорога петляла между холмами, идти по ней было легче, чем по целине. Но и опасность была гораздо выше.

Они вышли к замёрзшей реке. Деревянный мост, когда-то перекинутый через неё, давно сгнил и рухнул, оставив лишь ржавые сваи. Переходить пришлось по льду.

— Лёд вроде крепкий, — сказал Денни, ступая на замёрзшую поверхность и делая пару прыжков на месте. — Меня держит. Толщина приличная.

— Осторожнее, — предупредил Дерек. — Идти по одному, не кучкуемся.

Денни пошёл первым. Лёд выдержал, и даже не затрещал. За ним двинулся Майк, потом Мигель. Дерек замыкал.

И вдруг раздался треск. Мигель, шедший почти посередине, провалился в ледяную воду.

— Держись! — крикнул Дерек, бросаясь к нему.

Лёд вокруг Мигеля крошился, вода заливалась в сапоги, холод перехватывал дыхание. Денни и Майк уже бежали обратно.

— Руку давай! — Дерек лёг на лёд, раскинув руки, чтобы распределить вес. — Хватайся!

Мигель ухватился за протянутую винтовку. Денни и Майк схватили Дерека за ноги, и общими усилиями вытащили связиста обратно на лёд.

— Быстро к берегу!

Они перебежали реку и упали на снег, тяжело дыша. Мигель трясся от холода, зубы выбивали дробь.

— Снимай мокрое! — скомандовал Дерек, стаскивая с себя сухую куртку. — Майк, разводи костёр. Быстро!

Через полчаса Мигель, завёрнутый в сухую одежду, сидел у огня и грелся. Его вещи сушились тут же развешанные на палках. Лицо парня было бледным, но он держался.

— Жить буду, — прохрипел он. — Спасибо.

— Не за что, — ответил Дерек. — Отдыхаем. Дальше пойдём, когда согреешься и обсохнешь.

Этот случай задержал их на несколько часов. Но все понимали, что им сегодня очень повезло, а могло быть гораздо хуже.

К вечеру того же дня, когда они нашли укрытие в заброшенной лесной избушке, попавшейся на пути, Дерек сидел у окна и смотрел на темнеющее небо. Мысли снова вернулись к тем, кто остался.

Он вспомнил Адриану. Её волосы, её глаза. Ночь перед уходом... он чувствовал тепло её тела, слышал ее дыхание. Это было единственное тёплое воспоминание за последние годы.

— Дерек, — тихо позвал Мигель. Он уже оправился и сидел у печки. — Ты как?

— Нормально.

— Думаешь о ней?

Дерек не ответил, но Мигель и так знал.

— Она сильная.

— Знаю. — Дерек помолчал. — Но легче от этого не становится.

— Это хорошо. Значит, ты живой.

Дерек усмехнулся.

— Философ.

— Жизнь заставляет, — улыбнулся Мигель.

Они замолчали. Где-то вдалеке завыл ветер, но в избушке было тепло и тихо. Завтра — снова в путь.

Утром шестого дня группе удалось добраться до цели. Вызвать на нужной частоте Коннора не получилось, рация не работала. Мигель хоть и высушил ее после купания в реке, но по какой-то причине включить ее не получалось. Выбор у Дерека был простой — идти обратно, не выполнив задачу, либо попытаться дойти до базы Коннора, которую уже было видно впереди. Решение было очевидным, и группа двинулась вперед, всем своим видом показывая, что они не враги.

База Джона Коннора располагалась в старом военном форпосте — бетонные укрепления, колючая проволока, смотровые вышки. Вокруг расчищенная полоса, за которой начинались позиции патрулей. Над входом развевался потрёпанный флаг — когда-то американский, а теперь просто символ того, что здесь есть люди.

— Ничего себе, — выдохнул Майк. — Крепость.

— Не расслабляйтесь, — предупредил Дерек. — Они нас уже заметили.

Действительно, из-за укреплений вышли несколько человек с оружием. Один из них поднял руку.

— Стоять! Кто такие?

— Дерек Риз, отряд с базы выживших в Пасадене. У нас карта от лейтенанта Картера. Мы к Коннору. Рация не работает.

Переговорщик исчез, потом появился снова.

— Оружие сдаем на входе. Потом получите обратно. Только медленно. И после этого проходите.

Они подчинились. Через несколько минут их уже вели внутрь.

Внутри база оказалась такой же, как и снаружи — суровой, военной, но чувствовалось, что здесь живут люди. Горели костры, кто-то чистил оружие, кто-то перевязывал раненого. Взгляды, устремлённые на пришельцев, были настороженными, но не враждебными.