Василиска 1

Да, да, прикинул он в уме несколько пунктиков, чтобы проверить.

Ураган снаружи так и не стих, казалось, бушевал с большей силой. Оборотни же разбежались по своим делам. Кто на охоту, кто ветвей натаскать. Скотину надо же было кормить. Не у всех нужный запас мясистой листвы и корма с собой оказался. Мало кто предвидел задержку на целые сутки.

К пещерам подтянулись ещё повозки, но тех ящеров даже отцеплять не стали, оставили до рассвета на дороге, вбив фиксирующие колья, чтобы не стащило их в ущелье. А новоприбывшие, прошли в пещеру, к костру. Отдыхать!

Утро, а небо никак не хотело светлеть, лучи солнца просто никак не могли проникнуть через чёрные тучи.

Лиска проснулась на своём спальном месте одна одинешенька. И вокруг, можно сказать, никого, если ящеров не считать, переминающихся с ноги на ногу, порыкивающих друг на друга, пытающихся бодаться.

— А где остальные? — спросила она у Глеба, подбрасывающего веточки в костёр.

— На охоту ушли, и Шамиль тоже...

— Понятно! — легла она обратно, потянулась, накрывшись шкурой с головой. И, почему-то, испугалась. Спрятавшись в своём укрытии. Она одна, в пещере с малознакомым мужчиной. Дошло до неё, что так нельзя.

Глеб хмыкнул, отвернувшись от притаившейся белянки к костру, наблюдая за язычками пламени. Почувствовал он, что она испугалась, и кого? ЕГО! Того, кто с ней и еду делил, и кров. И... кого она признала своим самцом. И даже отпечатком своих зубов подтвердила. Но...

— Что вчера было? — высунула Лиска нос. — Я, кажется, плохо помню, как здесь оказалась. А ты лангету снял?

Вот они... женщины! Хоть маленькие, хоть зрелые, хоть старые. Ничего не знаю, ничего не помню, и вообще, ничего не было. А ведь для стаи, первый оборот щенка, праздник. И подарки дарят. А ему нечего ей подарить...

Нет-нет! Ничего он не хотел от белянки, для него она сумасбродной девчонкой виделась, и ни к чему его мужское эго не стремилось, ни к каким отношениям. Даже кратковременным, даже дружественным. Матёрый оборотень и девчонка-магичка? Просто, так получилось. Поиграли! Хватит! Как теперь перед любимой женщиной оправдываться? Перед матерью своего ребёнка.

Кратко объяснил вожак, что случилось с ней ночью. Да, прорыв. Бывает! Не рассказал только, как он штаны с Ярца снимал, чтобы проверить свою догадку. Обычно, два альфы, если они не родственники, под одной крышей не уживаются. Это как с несколькими хозяйками на одной кухне. Конфликты будут. А тут... притерпелись два зверя друг к другу, пока один не совсем в форме был. Глеб даже обернулся ради такого случая, и Ярца заставил, чтобы проверить, не изменилось ли отношение их хищников друг к другу? Нет! Не стали они грызться. Уже хорошо! И даже за самку, запах которой сохранился на них обоих, не вызвал совместную ярость.

Лежи — не лежи, но, сколько можно? Камни под шкурой, что под неё подстелена была, неприятно в спину врезались. Села она, для начала. Осмотрелась. Тишь да божья благодать! Встала, но тут же смутилась и залилась краской, поняв, что голые ножки короткие шорты не скрывают. Странно?! А вчера это её не волновало.

— Сегодня, что? — постояв у входа в пещеру, подставляя руки бегущим сверху ручьям, поинтересовалась Лиска о планах.

— Сегодня, скорее всего, опять здесь переночуем, — сказал вожак. — Дороги размыты. И там дальше, говорят, тоже засыпало. Надо проверить. Я ребят послал.

— Хорошо, — обрадовалась Лиска, что знакомство с дедушкиным миром немного откладывается. — Значит, ещё немного побудем в обществе друг друга, не знаю, как вам рядом со мной, а мне рядом с вами комфортно. А там...

Рядом с вами, а не рядом с тобой, вздохнул вожак.

Кто его знает, что будет там?.. За перевалами?..

Глава 18

Довольные мужчины вернулись с добычей. И Шамиль... приполз, положил на камень маленькую тушку, даже меньше кошки. Он, наелся, а девушке этого пока хватит. И не просто хватит. Он специально искал магическую зверушку, круги по скользкому склону прилично намотал, устал, так как для ребёнка-мага требуется именно такая насыщенная пища.

Любопытство заставило Лиску осмотреть добычу. Нет, не птица. Крылатая ящерица. Она ей сказочного дракончика напомнила. А как крылья переливались... Эх! Жалко птичку!

'Птичка' встрепенулась и вцепилась острыми мелкими зубками ей в руку. Больно! Недовольное шипение сорвалось с девичьих губ. А рядом оборотни обернулись. Глеб в числе первых.

Защитный механизм у них сработал. Девушка своя, на неё напали, значит, надо защищать.

— Нормально всё, — пошипела Лиска, вставляя в пасть мелкой пакости веточку. — Сама разберусь!

Глеб обернулся обратно, приняв человеческий облик. А глаза...

— Ш-што, — оскалился наг, — неприятно по зову оборачиваться?

Не неприятно, а необычно было вожаку подчиняться. Первый раз, оно так... Хотя...

Глаза летучего дракончика переливались и светились. Как будто расплавленное красное золото заполняло их. Лиску они заворожили. И эта краснота в испуганных звериных глазах, казалось, роднила их. Сердце у девушки сжалось, успокаивая малыша, она тихонечко погладила шершавую тёмную шкурку.

— Тссс...

У нага от Лискиного шипения рябь по коже прошлась. И он настороженно, не лучше самого вожака, посмотрел на девушку, которая увлеклась своей детской игрой.

— Что? Неприятно на зов откликаться? — подколол нага оборотень.

И всё бы ничего. Только в скотнике люди похаживали, проверяя свою скотинку. И почистить за ними надо, и покормить. А тут... твари!

— Не трогайте их, — пробормотала девушка теням, скользнувшим за убегающими людьми. — И не вмешивайтесь, мы с Шамилем сами разберёмся. Шамиль! Кристалл законник, мне кажется, у него есть. Сам принесёт. Ярец, не вмешиваться, тебя особенно касается. Если первый раз, я сделала вид, что ты не услышал, второй раз... обижусь.

Лиска аккуратно разжала довольно широкую пасть маленькой зверушки, и чтобы больше она не кусалась так больно, намотав на свою руку какую-то тряпку, дала малышу её дальше терзать. Но показывая, что она-то его не обижает. Она его придерживает, жалеет и защищает от агрессивного окружения.

Минут через пятнадцать явились в их уголок гости. Сам лорд с группой поддержки. А ничего так, или храбр, или самоуверен, или глуп. Или группа поддержки в тридцать вооружённых наёмников повлияла на его мозг. Видимо, все желающие расправиться с оборотнями не вместились в пещеру, и остальная тридцатка зевак перегородила центральный вход, приготовив магические копья. Толпа дюжих мужиков с оружием попроще выглядывала в смежном проёме. Храбрецы! Одним ударом, наверное, семерых мечтали завалить, да оборотни не букашки. Хищники!

Вид возвышающегося нага их даже не затормозил. Уверенно прошли люди к единственному горящему костру. А там Лиска, одетая в свой военный костюм, обутая в берцы, и волосы спрятавшая под косынку. Пацан! И Глеб! Куда же без него!

Мирно поглаживая растянувшуюся на руке зверушку, девушка встретила гостей.

— Вы ко мне? — повернулась стоявшая спиной к толпе Лиска.

— Нет! — выплюнул лорд. — К этому! Где остальные твари? Они обернулись!

— Законник у тебя с собой? — поинтересовалась девушка. — Доставай, будем учить народ законам империи.

Возмущённый лорд, быстро порывшись в кармане, достал плоский предмет на цепочке. Часы старинные! Если бы! Вместо часов, открыв крышечку, раскрылся перед ним пустой лист. Голограмма.

— Вой! — произнесла Лиска кодовое слово. И тут же на листе проявилось требуемое. Закон! — Ну? Читай вслух.

— Нападение на вой, в любом обороте, является нападением на... — запнулся лорд. — Это враньё... — возмутился лорд. — Ты врёшь! Они не вой!

— Значит, моего слова тебе мало? — прошла девушка, достав аккуратно скрученный в трубочку документ, подписанный в суде, развернула его перед людьми. — А что по закону у нас... за оскорбление, клевету?

— За оскорбление лорд лорда может вызвать на поединок чести... — беззлобно заложил своего лорда наёмник. — Или лорды могут выставить вместо себя своего человека.

Из груди вожака раздалось довольное урчание. Ну, сколько можно сдерживаться, прогибаться?

— До смерти! — захрипел лорд.

— Ну, если только ты сам встанешь! А так... есть желающие сегодня умереть? — спросила Лиска у толпы. Толпа, естественно, промолчала. Умирать за какого-то там лорда никому не хотелось. — Ну, тогда до просьбы о пощаде.

Лиска сама бы поучаствовала в драке. Иначе то, что происходило, она бы не назвала. Лорд выставил одного из своих наёмников, закованного в тонкую броню, и вооружённого железной сетью против таких зверей, как оборотни, и копьём с магическим наконечником, да ещё ножом. Глеб встал в стойку только с одним ножом.

Сама бы она поучаствовала, да мужчинам надо было пар выпустить. И зрелище посмотреть. И вообще... Засиделись! Да и оборотни... не лучше. Напряжение, оно такое. Густым облаком в воздухе висело.

Дрались мужчины за пределами пещеры, под охлаждающим дождём, снижая накал страстей. И в грязи... У... как они наслаждались, возюкая друг друга мордой по грязным лужам...

Успех переходил от одного соперника к другому. (Это Лиска успела шепнуть Глебу, чтобы сыграл на публику, 'потанцевал'). Толпа ликовала...

Но сколько бы они, ни крутились, Глеб, можно сказать, вымотал соперника. Выносливость у него звериная. Уложил он того, прижал голову к воде, да так, что закричать о пощаде он уже не мог. Захлебнулся бы, открой рот. И уже, когда вожак почувствовал, что тот теряет сознание... вот-вот. Вытащил он наёмника, уложил на спину и ушёл.

Лиска вернулась под свод пещеры к костру вместе с вожаком. Зверушка на её руках совсем успокоилась, притихла. Она её так и поглаживала. Погладила и довольного до урчания Глеба по лохматой мокрой и грязной шевелюре, делясь с ним магической энергией. А что? Ей не жалко! Вон её вокруг сколько! Даже с воздухом проникает она в организм. Насыщает! Хорошо...

— Не обольщайся, когда женщина гладит мужчину по голове, она проверяет, в какую сторону та у него откручивается, — промурлыкала белянка оборотню на ушко.

От услышанного, на хмуром суровом лице появилась улыбка, зубастая, завораживающая. Лиска на мгновение зависла в прострации. Смешались чувства, запахи, адреналин... Трещали в костре сырые ветки, выбрасывающие из тусклого пламени яркие искры. В самом воздухе витало что-то возбуждающее... Невероятно захотелось опустить ей свою руку ниже и провести коготками по крепкому торсу, зарыться пальцами в тёмные волосы. У-у-у... Вспомнила, что постричь хотела. Захотелось посмотреть ей, какой он под слоем заросшей шерсти, пахнущей больше травами... Ну, не удержалась, понюхала его. А ничего так! Если в порядок привести. Тонкий нос с маленькой горбинкой, тонкие под густой бородой губы, прижатые, чуть вздёрнутые, вытянутые к верху уши. Да, не эльф! Но жеманные типчики её никогда не привлекали.

Ну, нет! Надо стричь! Но...

— Давай, разделаю... — прошипел над ухом наг, протянув руку к зверушке.

Девушка выдохнула, вспомнив, как дышать. У-у-у... напугал! Змей! И даже защитная реакция у неё не сработала. Никакая! Полная отключка. И что это было? Что? Она полуголых мужиков не видела?

— Спасибо, я не голодна! — отказалась белянка от предложения, пряча вспыхнувшие щёки, и зверушку ещё крепче к себе прижала. Засмущалась.

Наг не совсем понял причину отказа, а Глеб... у него как раз дочь трёх лет, и она тоже жалостливая.

— В следующий раз, — предупредил вожак, — сначала разделывай, потом отдавай. Дошло!

— Шшшшш... — крутанулся наг на месте, закатив глаза к каменному своду. — Проголодаешься, сама её разделаешь!

Глава 19

Дождь шёл, день шёл, хмурый, с грозовыми раскатами. Народ скучал. Почти. Помереть от голода Глеб девушке не дал, пригласил к себе под бочок, когда похлёбка была готова, проигнорировав гневный взгляд нага.

Недовольно подвинулся молодой оборотень до этого сидевший рядом с вожаком, успевший обзавестись только редкой светлой щетиной на скулах. Как Лиска заметила, щенок приревновал главного к ней. С чего бы? А потом, вообще, он демонстративно встал из общего круга и ушёл изучать пещеру. 'Не голоден!'

Глебу пришлось прирыкнуть, чтобы тот вернулся в поле зрения. Вернулся он, но уселся на границе света. А в руках у него Лиска заметила блесточку от повидла, которым она оборотней ещё в лечебнице угостила. Вот значит, кому передал вожак её сладкое угощение?

Это чуть позже, нашептал ей один из стаи, что мальчишку этого Глеб вытащил связанного из реки, а потом сражался за него с его же стаей, чтобы забрать с собой. А всё из-за того, что свой первый заработок, щенок не отдал старшему, а попытался сам распорядиться маленькими финансами и купить себе сладости.

Да, как-то так... И кто бы знал, как эти же сладости обожал сам Глеб...

Лиска сидела среди оборотней, слушая их рассказы про охоту, про зверьё. Она же практически ничего не знает о диком мире Лиран. Так, поверхностно, в общих представлениях только. Охраняемые территории — хорошо, а в дикие леса соваться нельзя. Так бы, наверное, и просидела она среди них целый день, но...

— Ну, ш-што? — подполз наг, вроде, как с примирением. — Об образование поговорим? Я хочу знать, во сколько тебя начали обучать, чему учили, каким дисциплинам, всё, что помнишь?

— Можно и поговорить, — вздохнула Лиска, отрываясь от тёплого бока Глеба, и направляясь к рюкзаку. Там у неё маленькое пластмассовое ведёрко с разноцветными мелками где-то лежит. А ровная стена пещеры вместо доски в самый раз подойдёт. Порылась, нашла! И не только, что искала. Пакетик с фруктовыми жевательными конфетами нашёлся. А ведь когда надо, всё перерыть требуется. Так что вприпрыжку вернулась она к оборотням, вручила лакомку. И пошла к стеночке, как прилежная ученица. Нарисовала на стене один круг с цифрой пять внутри. — Итак, поехали!

Переведя приблизительный возраст, получалось, что она пошла в обычную школу лет в пять. И с момента её имеющегося возраста, училась она без перерыва одиннадцать лет. Она рассказала, чему учат у них в первом классе. Расписала местный лиранский алфавит и счёт. А у местных ещё и иероглифы имелись. И магические рунные знаки. Она всё знает, дед учил. Нет, не так! Мастер Сокол был ей наставником. Ну, почему был? Так обучил, можно сказать, всему. Теорию она усвоила. Практики у неё только по магии не было, так как в то время магия в ней ещё спала. Прорыв, вот только случился. У-у-у...

Образование в общей городской начальной школе она объяснила быстро. Шамиль ни разу её не перебил. Внимательно слушал, сам себе головой согласно кивал. Всё верно!

Счёт, грамматика, чтение, окружающий мир, рисование, музыка, физкультура, изучение иностранного языка — у них в начальной школе лордов преподавалось почти тоже самое. И один педагог, зачастую, так же, как и у них, вёл точные науки: математику, чистописание, чтение. Аристократы и богатые жители нанимали таких учителей себе в дома, которые становились гувернантками и гувернёрами при подрастающих детках.

В общественных школах для простого люда, преподавался только счёт и чтение. Грамматику не преподавали из-за нежелания тратиться на письменные принадлежности для быдла. Это он ей не стал разъяснять. В платных городских школах дела обстояли чуть лучше.