Алые крылья гнева

Пауза.

— Как ты смела поднять на него руку?!

Далина пожала плечами.

— Да я и не поднимала.

Ногой пнула. Но про ноги же претензий не было, верно?

— Вовочка мне не соврет!

— Правда?

— Как ты только посмела! Мальчик пришел к тебе поговорить...

— Ах, так ЭТО теперь так называется? — удивилась Далина. — Хорошо, мы поговорили, он ушел, вас что не устраивает?

Судя по сопению на том конце связи, в предках у дамы были мопсы. Или кто-то еще, такого же типа.

— Володя сказал, что вы не смогли найти общий язык.

— И что?

— Мне надо будет с тобой поговорить.

— Ну, говорите.

— Не так. С глазу на глаз! Приезжай ко мне завтра!

Далина представила, как перед боем она будет еще трепать себе нервы об эту паразитку! Вот еще не хватало!

— Или вы говорите сейчас, что вам надо или я вас заблокирую. Ясно?

— Не надо, — женщина явно выдохнула, собралась, сопение стало потише, — Даша, я тебя с детства знаю, и ты всегда была милой и умненькой девочкой...

Ну, точно, хотят кинуть. Или как-то еще поиметь. Это Далина точно усвоила, как только начинаются воспоминания о возвышенном — все. Ищи подвох!

Оборвать?

Так ведь не заткнется... и слушать все это неохота, и добраться до смысла тоже нереально.

— ... ты бы не могла подписать пару бумажек?

— Каких?

Добрались до сути?

— Ну... Володя же официально не является отцом твоей дочери.

— Только фактически.

— Ну... ты пойми, ему надо ипотеку брать, обживаться, а тут у него ребенок... в банке могут не понять. Мы сейчас подпишем пару бумаг, что детей у него нет, он ипотеку возьмет, а там уж вы и пожениться сможете, и вместе жить в своей квартирке...

Тут и нормальная женщина поняла бы — дурят. А уж драконица-то...

— Нина Викторовна, я что — похожа на дуру?

Опять кваканье. Да что ж ты делать будешь? Бедные жабы!

— Ничего подписывать не буду. Сыночка вашего видеть не хочу, сволочь он и мерзавец. Подойдет ко мне — получит по заслугам! И нечего меня тут беспокоить! Без вас проблем хватает! Будет время — разберусь.

— Даша, ты не понимаешь...

— Все я отлично понимаю. А чего не пойму — разберусь вместе с адвокатом. Еще вопросы есть? Нет? Тогда советую и тебе, вслед за сыночком. Ехай на...

Выражение Далина подхватила у Кости. Невежливо, конечно, но некоторые люди просто н понимают простых русских слов. А ведь это еще не дракен!

Там одних родов восемнадцать штук! Тут все намного проще...

И все равно не понимают! Наверное, надо прикладывать усилия, к примеру, руки или ноги. Вот, Вовочка сегодня как хорошо все понял. Надо бы при случае повторить.

Но что вообще нужно этой сиропной гадине?

Документы?

Далина положила себе запомнить и расспросить у Кости. Мальчишка намного лучше ориентируется в этом мире, чем она, он точно подскажет. Или хотя бы разберется, где надо посмотреть.

* * *

— Говоришь, документы подписать?

— Ну да... что детей у него нет.

— А свидетельство о рождении на Василису у тебя с собой есть?

— Да.

— Тащи сюда, смотреть будем.

— Может, сходить к законнику? — вслух подумала Далина. Костя только фыркнул.

— Если б у тебя что определенное было, дело другое. А у тебя одни подозрения, понимаешь? И вообще, сколько эти сволочи дерут! Лучше мы онлайн что-то посмотрим!

Далина вздохнула. Ладно, в этом мире она правда не разбиралась в законах. Попробуем сначала так, как предложил Костя.

В свидетельстве о рождении матерью маленькой Василисы была записана Даша. Отцом — Володя. Вот, как он есть, целиком и полностью.

— Так, — задумался Костя. — когда Дашка рожала, этот перец был в армии, девчонку признать не мог. Но у нас же демократия, могут хоть Абдулгамида Мухаммеджановича в свидетельство вписать, если заплатишь. Даже и бесплатно впишут.

Далина помотала головой.

— Зачем?

— Вот смотри, — Костя принялся что-то читать в телефоне. — Имя отца пишется со слов матери. Дашка написала этого кренделя. Но она и правда родила от него, понимаешь?

— Нет.

— Ты можешь подать на алименты.

— Алименты?

— Идешь в суд, устанавливаешь через суд отцовство, и будет тебе Вовка платить как миленький, до совершеннолетия малявки.

— И много заплатит?

— Копейки. Но хвост этот за ним надолго потянется, да. И на наследство Василиса сможет претендовать, и статус все же другой, не безотцовщина.

— А платить, наверное, не хочется.

— Этой старой жабе? Точно!

— Думаешь, она из-за денег?

— А, все в мире из-за денег. И власти еще. Остальное — лохам рассказывают.

Далина вздохнула.

Когда такой вывод делает битая-перебитая жизнью наемница, это нормально. А когда мальчишка, которому жить бы, да радоваться, смотрит тоскливыми глазами, в его жизни точно что-то не в порядке.

Будем исправлять. Не до солнечной наивности, но хоть иногда надо верить в хорошее. Иначе так всю жизнь и проживешь, никому не веря и никого не любя. Нельзя так.

— Ладно. Я поняла. Всех посылаем и ничего не подписываем.

— Примерно так. А я еще теть Маше позвоню, и Клавдии Игоревне. Они обе эту жабу терпеть не могут, если что можно разведать — обязательно мне расскажут.

Далина кивнула.

— Так и сделаем. И пошли кушать, нечего тут размышлять на голодный желудок.

С этим Костя был совершенно согласен. Даже если очень паршиво — надо поесть. И сразу станет лучше. И в аптеку сходить. За детским питанием.

* * *

Спустя полчаса, в аптеке, Далина в ужасе читала слова на симпатичной коробке.

В состав входят.

Деминерализованная молочная сыворотка, растительные масла (подсолнечное, кокосовое, соевое), сухое цельное молоко, мальтодекстрин, минеральные вещества, витамины, олигосахариды, рыбий жир, эмульгатор, антиокислитель...

— Костя — это ЧТО?!

В такой священный ужас драконицу даже Клаус не повергал.

— Ну... этим детей кормят. Разводят в воде и кормят.

— За что!?

— Даль, я не понимаю, что не так?

— Костя, я через коробку чувствую, как воняет. Тут же ничего натурального нет! Вообще!

— Ну... дети же едят?

— Женщина, — провизор церемониться не собиралась. — Не нравится вам эта смесь, возьмите ту, что подороже! Если средствА позволяют!

— Дайте почитаю, — сухо сказала Далина, ставя коробку на прилавок.

Вторая банка была намного красивее, да. А вот состав указан практически не был.

Там был перечень того, что есть в смеси, и перечень того, чего нет. А вот из чего оно состоит и как сделано? *

*— автор лично все это прошла и прочла. И ужаснулась. Прим. авт.

— Костя, я этим ребенка кормить не буду.

— Ну и нечего ходить тут, коробки лапать, — проворчала провизор. — Небось, не у всех молоко есть, и средствов хватает!

Далина развернулась.

— Ты...

Костя цапнул ее за рукав.

— Далька, она не виновата! Ей что дали, то она и продает!

Далина не отрывала от провизора внезапно покрасневших и засветившихся недобрыми огнями глаз.

— Ты... зссссапомни! Не у всех есть деньги или молоко, но если не будешь вежлива, я вернусь!

И оскалилась, закрепляя эффект.

Провизор хрюкнула и сползла под прилавок. Костя схватил Далину за руку и потащил на улицу.

— Ты что творишь?!

— Костя, этим нельзя детей кормить! Оно ядовито! Потом дети болеть будут постоянно!

— Ну... я тебе что сделаю? Я ж не президент!

— Нет. И... у вас молоко продают? Коровье, а лучше козье?

— На рынке, наверное.

— Идем туда.

— Зачем?

— Куплю молоко, разведу, кашку на нем сварю, процежу и буду кормить ребенка.

— А если аллергия откроется?

— Я хорошее молоко выберу. На него не откроется.

Костя не стал спорить. Он в этом не разбирается, пусть Далина делает, как решила. Ему ж главное — что? Чтобы малявку накормить! А остальное не так важно.

Ардейл, замок Ланидиров

Беннету было плохо.

Болела спина, болело... да все болело! И жар еще добавился, и тошнота, и бред. И виделась ему почему-то Далина.

Стоит она, улыбается грустно...

А потом по голове его погладила, ласково так...

— Как же ты так вляпался, мальчик?

— Дурак был, — Беннет и не сознавал, что говорит вслух, ему-то казалось, что все это в его сне, волшебном прекрасном сне. — Мы с Клаусом мальчишками были, кровь смешали, я только не учел, что он потом сделал.

— А что он сделал?

— Я не подумал, а он мою кровь на платок — и сохранил. А с кровью, сама знаешь, многое повернуть можно.

Ридола знала. Драконы, гордые и беспощадные повелители огня и небес, такие опасные и такие уязвимые. Кровь, их собственная кровь была и подмогой — и главным предателем.

— Как же ты так встрял, бедолага.

— Дурак я. Я и сам попал, и тебе помочь не смог.

— Ну, потерпи немного, хороший мой. Завтра будет новый день, глядишь, чего и поменяется.

— Нет, Далина. Не поменяется. Не хочу без тебя, не могу...

— Сможешь. Ради моего сына.

— Да... я постараюсь. Хотя бы какое-то время.

Беннет окончательно уплыл в забытье, а Ридола горестно вздохнула. Да, и вот так бывает. У драконов кровь — это вообще больная тема. Кровь смешивают, на крови клянутся, кровью и магией заключаются самые серьезные сделки, кровь меняется, когда дракон переходит из рода в род...

Кровь чувствует самого подходящего для тебя партнера, кровь зовет и поет, кровь тянет. Может, потому Беннет и не мог забыть красную драконицу?

Когда-то алых называли Хранителями крови. И было это весьма уважительно.

Это уж потом все стало мирно и спокойно, драконы забыли, как воевали между собой кланы, как лилась с неба потоками кровь, как рвали друг другу глотки золотые и синие...

Ах, много тогда всего было.

И именно алые, принимая клятвы и строго следя за их соблюдением, смогли остановить боевое безумие. А потом все ушло, все забылось... кто помнит? Такие старухи, как она.

И Далина помнит. Ридола ей сама рассказывала.

Няня примерно представляла, что могла сделать девочка, которую поймали как раз силой ее рода. Только вот лучше про это молчать. Хорошо молчать, крепко. Потому что некоторые вещи спугнуть можно, даже если дышать не в ту сторону. А уж поганый язык...

Прикусить!

На то дракону и даны два ряда зубов! Если один вдруг не справится!

Россия, наши дни

После тренировки из клуба Далина решила ехать на такси. Надо же осваиваться в этом мире?

Надо! Вот, у нее и телефон, и приложение, и такси она может отлично вызвать, и машину определить! Мелочи? Так это кому как! Для Далины все это было настоящим прорывом.

Так просто. Так удобно.

— Вас ожидает серая 'лада калина' за номером...

Из клуба Далина вышла чуточку заранее, и машину тоже увидела. Вот она, подъехала, темно-серая, светит в темноте фарами... да, номер тот же.

Женщина шагнула вперед. Открыла переднюю дверь, она уже знала, что в такси принято ездить на заднем сиденье, но ей такое не по вкусу. Ей нравится смотреть в окно, ощущать скорость машины, видеть, как летит вперед дорога. Она обязательно сама научится водить, и машина у нее будет скоростная. Может, Далина даже в гонках будет участвовать, ей нравится само ощущение. Драконов тут нет, но полет — есть.

— Добрый вечер.

— Добрый вэчэр, — поздоровался мужчина за рулем. Далина уселась, даже не особо его разглядывая. Темненький, смуглый... а, в темноте все драконы — черные.

— Прыстэгнысь, красавыца.

Далина опять спорить не стала. Правила такие, надо.

Мужчина помог, его рука на секунду скользнула по ее ладони — и что? Темно же, не все видят, где крепление.

— Спасибо, — кивнула она, и откинулась на спинку сиденья.

Таксист нажал на педаль, машина реванула двигателем и прыгнула вперед. Из-под колес во все стороны брызнула лужа.

— Такая красывая и вэчэром адна?

— Работа, — коротко отозвалась Далина.

— Навэрное дома муж ждэт? Нэ встрэчает...

Далина пожала плечами, глядя в окно. Но кольца у нее не было. И ответа не было.

— Хочэшь что пакажу?

Машина летела по темным улицам.

— Мы скоро приедем?

— Да, скоро, — согласился мужчина и притормозил. Далина выхватила взглядом знакомые очертания. Ага, это вот детская площадка, метров триста и она дома. И чего не едем? Ее дети дома ждут.

— Что-то случилось?

— Да, случылас.

— Машина сломалась?

Далина решила, что триста метров она и сама дойдет, и отстегнула ремень.

— Нэт. Рычаг...

И когда только успел? Пока Далина окрестности осматривала, и пыталась понять, где она, таксист расстегнул штаны, и 'рычаг' покачивался на свободе. Это что — чувство юмора такое?

— Прыласкаэшь? Я тэбя бэсплатно довэзу...

Далина чуть из машины не выпала. Стоимость проезда — какая? Ее что, считают настолько дешевой? Это... жить кому-то надоело?

Рука мужчины легла на ее колено.

Ну все... сам нарвался — сам и молись!

Далина развернулась к таксисту.

Медленно, очень медленно перед его лицом раскрылась нежная девичья ладошка, только вот на каждом пальце коготь был сантиметров десять. Длинный, черный, острый...

— Прыласкаю, — исковеркала она русский язык. — Запросто.

И улыбнулась.

Зубы тоже выползли соответствующие. Полосками пробежала по лицу чешуя, проклюнулись гребни, идущие к вискам, сверкнули свежей кровью глаза, медленно облизнул чешуйки на месте губ раздвоенный язык...

— ААААААААААААААА!!!

Инстинкт самосохранения у таксиста был. И подсказывал он, что бежать надо. Далеко, быстро, а потом еще дальше и быстрее. Не то сожрут.

Дверь машины грустно качнулась. Она-то выдержала, и замок тоже, а вот старая проржавевшая петля — уже нет. Напор просто снес ее, и таксист умчался в неизвестном направлении. Далина пожала плечами. В машине плохо пахло, так что закрывать она дверь не стала, а оплату за проезд оставила на сиденье. Ровно такую, как ей диспетчер назвал.

Ее привезли, она все оплатила, а что там показалось идиоту... может, кровь от мозга к рычагу отлила? Вот и кажутся ему чудовища.

Костя хохотал минут пятнадцать.

— Думаешь, не придет? — чуточку беспокоилась Далина. Она бы и с десятком таких справилась, но... этот ужасный мир! Где врага совершенно нельзя убивать! Вот как с таким жить?

— Уверен. Решит, что накурился или нажевался, ну и померещилось. Запросто. А если его полиция примет, то и еще лучше.

Далина пожала плечами. Костя посмотрел строго.

— А подумай, на твоем месте была бы другая симпатичная девчонка? Не дракон? Которая не может себя защитить?

— Пусть побегает — согласилась Далина, и потянулась к Василисе, которая улыбалась матери. — Чем дальше, тем мне легче управлять своим телом, и форма становится стабильнее. Когда закрепится и установится, можно будет двигаться дальше.

Костя не спорил.

Дальше — так дальше. Ему в любом случае по пути с Далиной. Это всяко лучше, чем помойка, детдом или какая-нибудь банда.

Ардейл, замок Тандиларов

Томрой Тандилар поднялся со своего места.

— Уважаемые драки, я собрал вас не просто так. У нас сложилась весьма неприятная ситуация, и ее надо как-то решать. Власть над алыми не может принадлежать черному.