В последнее как бы ни века Небосон гнали в случайном на первый взгляд направлении, и те экспедиции брали на себя редкие охотники. Платили за такие миссии охрененно, но и вылетать из Небосна далеко за пределами пространства «смертельной игры» — мало того что лишишься обычного возврата в свою реальность, так ещё наверняка столкнёшься с какой-нибудь опасной хренью! В общем, летали туда большей частью вернувшие самостоятельность тени, а не игроки, и особо не распространялись, что там происходит.

Подвал же? А Подвал, по словам Вика, был штукой, на Небосон похожей. Только Небосон распространялся, а Подвал уже был всюду. Правда, входить в него как в Небосон «всюду» было плохой идеей: заплутаешь и сгинешь, как песчинка в пустыне. Иногда в Подвале находили постаревших игроков или теней, обыкновенно наглухо сумасшедших. А однажды нашли целый город — буквально, натуральный город, чуваки там веками жили, вроде как до основания Сумерии, а то и до прихода Компании — и ни о каких там «снах», «Дне» и всём таком слыхать не слыхали. Для них всем миром был Бесконечный Подвал, и устроились там вполне себе неплохо. Их так и прозвали — «подвальники».

И примеру «городских» подвальников последовали многие «с поверхности» — уходили не очень далеко, но учитывая запутанность, а порой и изменчивость Подвала, прятались надёжно. Помимо небольших селений и старого города в Подвале устраивали схроны, тайные склады, через него проходили короткие пути, в том числе контрабандные, а на пересечении путей — рынки, обещавшие стать новыми городами... В общем, местечко вроде гиблое и путаное — но привлекательное и полезное. В своё время Вик думал, что же выбрать — пойти в проводники по Подвалу или в охотники Сумерии. Был у него знакомый, который всем подвальным тонкостям бы научил. Вот к этому знакомому они и прилетели.

Приземлились в скучнейшем городском сне. Серые кирпичные шестиэтажки, хмурое темнеющее небо, ни единого огонька внимания и тёплый ветер, гуляющий между стен. Виктор провёл мимо вполне себе целых машин — Сэм тем временем объяснял Ливиа, что такое авто и почему они круты — к дому, выделяющемуся разбитыми стеклами окон.

— Это метка, — пояснил Вик, повернув к двери в подвал.

Проржавевшая дверь поддалась с ощутимым трудом. Внутри — тьма, но Вик потянулся направо и щёлкнул выключателем. Мутно-жёлтый свет старинной лампочки едва разгонял мрак. Какие-то полки с мусором, старый диван с торчащими пружинами, сгнивший матрац, давно выцветшие картины прилеплены на скотч...

— Атмосферненько, — оценил Сэм. — Куда дальше? — из комнатки было два прохода без дверей.

— Сюда, — Вик нагнулся и откинул матрац в сторону. Под ним обнаружился новенький на вид деревянный люк.

Под люком — стальная лестница и такой же тусклый свет. Сэм полез за Виком, Ливиа — последней, и ей явно не нравилось это место. Можно понять: шахта с редкими лампочками казалась бездонной. Слезали они не меньше пятнадцати минут, и внизу было куда как лучше. И поярче, и без ржавчины, и воздух посвежей — в общем, как в нормальном бункере. Уж бункеров-то он перевидал... И дверь бункерная, правда, приоткрыта. На двери — надпись-граффити:

Подвал здесь, приветик всем!

Подвал всюду ведёт, отовсюду заходите

Подвал меняется, осторожней!

Подвал не ломать, застрянешь

Чаще ходишь, меньше перемен

Трубы для вас!

Будьте как дома, чуваки

С уваженьем тут

— Это... правила? — всё-таки спросил Сэм.

— Да, — Вик улыбнулся с какой-то ностальгией. — Ломаешь стены — не находишь выход. Помещения здесь меняются, но нечасто. Проводники специально водят одними и теми же маршрутами. Стабилизируют путь.

— А что с трубами? — поинтересовалась Ливиа.

— Трубопроводом можно пользоваться. Кое-где вода мутная, но чаще питьевая. Есть горячая и холодная. Не только вода, поэтому не открывайте кран без проверки.

— Подвал — это тоже чей-то сон? — спросил Сэм. — Выглядит, что надпись оставлена хозяином.

— Неизвестно, — пожал плечами Виктор, налегая на дверь. Сэм тут же помог ему — дверь легко шла, но была слишком тяжёлой, а плюс-бытие... его пока стоит приберечь. — Секта подвальщиков верят, что Подвал — это бог. По их словам, Подвалом можно попасть куда угодно. Мол, он был раньше, чем «поверхность», и поверхность — одна большая комната в Бесконечном Подвале.

— Есть доля истины?

— Не думаю, — однако ответил с ощутимым колебанием. — Их методы работают. Лучшие проводники.

— Твой друг-проводник — подвальщик, — понял Сэм. — Хм, а местечко ничего так, тут и пожить можно.

Футуристичненький коридор с яркими лампами быстро разветвлялся, а в боковых дверях виднелись жилые комнаты — подзаброшенные, но бельё на постелях-то целёхонько. А вон ванная, вон туалет... Возле последнего они притормозили. Просвещать Ливиа, натуральную дикарку из фэнтазийного средневековья, как пользоваться сантехникой, пришлось, конечно же, ему. Из Вика объяснитель... Правда, как разговорится насчёт истории Дна... да такое с ним нечасто.

Ещё одна бункерная дверь — отворили и шагнули навстречу холоду. Не такому, как в Снегурочке, но комната была превращена в... как его там... каток. С трудом добрались до следующей двери и поскрипели по тонкому слою снега.

— Прорвало хладомагистраль, — ответил на немой вопрос Виктор. — Говорил: трубах не одна вода.

После десятка бетонных коробок, посыпанных белым, и ещё одного катка вышли в сухую пещеру — на первый взгляд натуральную, если бы не пучок шумящих труб на потолке. Извилистый тоннель с разделяющимися же трубами неожиданно закончился дверью с перевёрнутым чёрным треугольником.

— Не туда, — нахмурился Вик. — Не входите в двери с символами в Подвале.

— Что там? — они развернулись.

— Другие миры, — почти ожидаемый ответ.

— Так что, подвальщики правы? — хмыкнул Сэм.

— Кто знает? — равнодушно. — Редко кому везло вернуться через Подвал. Никогда — в то же место и время.

— Эти символы имеют смысл? — спросила Ливиа, когда Вик выбрал новый путь на предыдущей развилке.

— Какие-то обозначают миры. Перевёрнутая чёрная пирамида, — так это не треугольник? Нет чтоб объём пририсовать! — это знак Старейшего Дома. Синяя волна — Вечное море. Это слова подвальщиков. Обычные люди оттуда не возвращаются.

— Не веришь, что там и вправду другие миры? — потому что если бы верил, зачем бы ему понадобился Сэм? Зашёл в Подвал, нашёл дверь и вышел в реальность.

— Сомневаюсь, — уклончивый ответ. Что-то у Вика с подвальщиками и Подвалом было в прошлом — что-то, о чём ему неприятно вспоминать. И хрен бы с ним, лишь бы невовремя не всплыло.

Пещера сменилась коридором тускло-оранжевого кирпича, потёртого, в выбоинах... и нитях толстой, цепляющей за ноги паутины.

— Подвальные пауки, — а вот о них у Вика точно воспоминания дерьмовые! — Метр ростом, быстрые, готовьтесь, — за поворотом послышался шорох.

— Позвольте мне, — предложила Ливиа. — Не волнуйтесь, стены уцелеют.

«Уцелеют»? Да Ливиа — мастер уговоров!

— Давай, — тем не менее ответил, дождавшись согласного кивка Вика. — На нас защита.

Первое, что сделала Ливиа — это сунула руку в карман, встряхнула в ней что-то... подхватила выросший на лету посох, с одной стороны — с острым стальным наконечником, с другой — шаром светло-зелёной мглы. Шагнула вперёд — навстречу шуршащим лапами коричнево-сизым паукам. Ну и мерзость! Эти хотя б не киборги и не стреляют. Зато стрелять умеет Ливиа. С посоха вылетел здоровенный зелёный шар, вроде бы медленный... а пауки вокруг него искривлялись настолько, что лопались, разбрызгивая зелёную кровь. Шар долетел до стены и спокойненько истаял.

Вот только пауки на этом не закончились. Не закончились и шары — Ливиа невозмутимо посылала один за другим, и только капли пота на висках намекали, что это не херня вопрос, а затратное колдунство. Несколько особо умных пауков проскочили по потолку — в одного ведьма зарядила луч из свободной левой руки, а другого нанизала на остриё копьепосоха. Ну как нанизала — паука от одного касания буквально провернула в фарш.

— А Эфир хорош! — она улыбнулась в ответ — лишь уголками губ, мол, это не Эфир хорош, а я им бахаю как надо! Вслух — сама скромность:

— Я недостаточно овладела этой силой. Тонкие проявления будут намного эффективней.

— Ну ты и не хтоническое А'ллош. Можешь убрать пол? — идти по ковру из паучьих внутренностей, наверняка ядовитых — ну а как иначе? — желанья было ноль.

— Боюсь, в моём исполнении это займёт время, — качнула головой. — Их кровь опасна?

— Разъест обувь, — ответил Вик. Ха, не яд — так кислота! — Идём, — и ступил... на сгустившийся воздух. — Проведу по пелене.

Спустя десяток разнотипных коридоров и ещё одну встречу с пауками, они неожиданно вышли на простор. Гигантская пещера в десяток километров шириной — Виктор удовлетворённо кивнул: попали, куда вёл. Пещера была заполнена поруразрушенными зданиями, не современными, а совсем уж древностями. Типа греческие, античные или как их там колонны, всё такое. Свод-небо слабо светился синим — видеть видно, но уже в тенях хрен что разберёшь. А местные руины — отнюдь не безжизненные. Коротышки с пол-Сэма ростом гуляли, бегали или прогуливались тут и там... с копьями, мечами или вовсе деревянными щитами.

— Гоблины, — пояснил Вик. — Пауки — в тоннелях, гоблины — в карманах. Обойдём по краю, их слишком много.

— Слушай, а эти развалюхи же не считаются за Подвал? — махнул на руины. — Если их снести...

— Не считаются, — на что Сэм довольно ухмыльнулся:

— Моя очередь для фейерверков, — и добавил Бетино словечко: — Ухнем!

Ухнул. Волна холода разрослась от его ног (на самом деле, руки, сжимающей палочку в кармане) вперёд, расширяясь, расширяясь и расширяясь. Кайф! Стоишь себе спокойно и смотришь, как маленькие фигурки вдалеке падают и разбиваются на кусочки, а следом трескается и рушится половина руин — благодать! Его родная винтовочка умела не хуже, а то и лучше, но, во-первых, это и близко не максимум Снегурочки, во-вторых, это «исчезновение» — оно, конечно, эффективное, но нет в нём красоты настоящих разрушений! А Снегурочка ещё и элегантна — не обычные «взрывы», а стильное морозное убийство.

— Впечатляет, — нарушила Ливиа воцарившуюся тишину. — Позволь поинтересоваться, Сэм, можем ли мы пройти руины напрямую?

— ...Нет, — то самое чувство, когда «что-то не рассчитал»! — Зато это было весело?

— Безусловно, — с видом «пожалуй, оно того стоило, но я слишком важная, чтобы признать».

— Гоблины — это же не тени? — спросил, пока они шли по краю пещеры, ёжась от доходящего и сюда холода. Развеиваться этот холод не торопился: Сэм вложил в атаку мельчайшую долю тех «чёрных ядер», вокруг которых и образовались «планеты» внутри Снегурочки. Руинам ещё долго нагреваться — сначала не физически, а — снофизически? И когда реал Подвала растворит в себе капельку Снегурочкиной черноты — тогда здесь потеплеет.

— Нет, это «порождения», «твари». Их не ловят охотники — бесполезны. Ирен говорит, у них нет души.

— Так бывает? — искренне удивился Сэм. Душа есть у всего, как он понял в ходе Песни. У людей, разумных всяких — очевидно. У живых — хрен бы с ним. Тогда его поразило, что она есть и у вещей, и у мест, и вовсе у процессов типа ветра или вращения галактик. Как это работало, до него не дошло, но именно поэтому духовный меч вроде Джинниного был всеразрезающим — поди защити душу пусть трижды суперпрочной вещи!

— Слова Ирен, не мои, — зато Виктору — по барабану. Когда-то и ему на такую шляпу было похер. Скажи кто годик назад, мол, Сэм, будешь думать о душах и концептах — покрутил бы пальцем у виска и послал на три буквы сумасшедших. А сейчас знает, что его Опустошитель работает через аспект Пустоты, и это не какая-то «энергия», а хренова идея. Снегурочка тоже вон «философскими пулями» стреляет. Был водила на авто — стал водила на космоистребителе, был стрелок из пистолета — стал стрелок концептами. Мать его, апгрейд!

— Из дверей со знаками кто-то выходит? — вместо Сэма расспрос продолжила Ливиа. Если ему скорей для дела — хрен знает, что когда пригодится со всеми этими Играми и «играми»! — то её толкало любопытство. Что-то подсказывало, что у Ливиа был и другой способ вылечить дочь — хотя бы попытаться силой отобрать лекарство или лекаря! Вряд ли она признается, но чуйка подсказывала — если бы знания утоляли голод, дамочка питалась бы исключительно ими.

— Редко, — и предупредил следующий вопрос. — Не знаю, почему. Подвальщики-то часто возвращаются. Говорят, с той стороны двери незаметны. Это хорошо. Джесси Фейден всем хватило.

— Это ещё кто такой или такая?

— Женщина из Старейшего Дома. Лет пятьдесят назад вошла в Подвал, устроила хаос и ушла. Раньше Старейший Дом считался изменчивой версией Подвала. Сейчас туда не суются и подвальщики.

Ещё час пути по всевозможным подземельям, и они устроили привал перед финальным рывком. Виктор отправился отдохнуть в палатку, Ливиа и вовсе улеглась поспать — и ведь ничем не выдавала усталости, чертовка! — а вот Сэм, пользуясь бонусами плюс-бытия вроде сверхвыносливости, остался дежурить у входа. Впрочем, само дежурство досталось скорее Снегурочке — попросил её сказать, как появится чужое внимание в округе, та и согласилась. Сам же углубился восприятием внутрь палочки, потихоньку собирая из разных форм Хлада новые приёмы. Никогда не знаешь, с каким врагом столкнёшься завтра!

Неспешная «сборка и калибровка» закончилась, когда зазвенел телефон. Кира!

— Как-чё? — скопировал её любимое приветствие.

— Прив, бро, — шёпотом произнесла она. — Короч, я хз, вляпалась или джекпотнула. В общем, мы с Ирен подписаны на Великое Деланье, прикинь? Фиг с два я вернусь в номер терь, этот... административный произвол, папочка любил им злоупотреблять! Инью нас и ещё чуваков прост припахал и запихал во Внутреннюю Фабрику! Бля, тут суперизоляция, боялась, типа, связь вырубит нах, ан нет, пашет, Зератул меня зарежь! Крутецкий, что нас на входе не шмонали, там пара охотников зыркали как на зерлинга зилот! Инью разрулил, типа, со мной, Деланье, приказ Мэй, идите нах, ну, не так, а вежливо, а суть такая, они и послались нах, хе-хе. Погодь, вот это те надо видеть, ты ж по мультивёрсам путешествовал, мож в теме, что за хня? Вишь фото?

— Вижу, — нахмурился Сэм, принимая изображение.

Обычная стальная дверь, разве что гигантская, по бокам те самые зыркающие охотники, впереди парочка фигур... всё хрень. Важна длиннющая, как Темнушкина жизнь, светящаяся надпись:

Complex Nu, stage 5, iteration 413

Protection status: LOW

Magic protection: ON (low mode)

Element protection: ON (low mode)

Code protection: ON (low mode)

Memetic protection: OFF (existence not confirmed)

Antimemetic protection: OFF (existence not confirmed)

Space protection: ON (low mode)