Проверка 2

— Что так рано? — зевнув, спросил Илья Борисович. — Вообще-то, я встаю раньше, но вчера поздно лёг и думал доспать в воскресенье. Я тебе нужен по делу или наконец позвонила просто так?

— Отдыхайте, я позвоню позже, — ответила Настя, — Извините, не думала, что вы спите. Хотела приехать по делу, ну и поболтать.

— Если поболтать, то приезжай, — ещё раз зевнув, сказал он. — Всё равно теперь не смогу заснуть. Сейчас умоюсь и прогоню остатки сна.

Пришлось минут десять повисеть над сквером. Решив, что выждала достаточно, она направила сферу во двор Митрофанова, а потом подлетела к его двери.

— Ты заранее не предупреждаешь о визитах, поэтому не жди угощения, — с улыбкой сказал встретивший Илья Борисович. — Прислуга в отпуске, а у детей свои дела. Замотался и забыл затовариться продуктами. Ужинал в кафе и там же буду завтракать, а в холодильнике нет ничего, кроме холода.

— Неужели у вас нет жены? — спросила Настя. — Такой не старый состоятельный человек с квартирой в центре Ростова...

— Хочешь кого-нибудь предложить? — развеселился он. — Я уже дважды обжёгся с жёнами, и мне этого хватит. Лучше, пока не вернётся прислуга, буду питаться в кафе. Можно было кого-нибудь нанять, но не хочу брать новых людей. Ладно, оставим мою семейную жизнь и поговорим о твоих делах. Начну с золота. Есть кое-какие подвижки. Возможно, сделаю раньше, чем планировал. Имей в виду, что у нас не дадут хорошую цену за золото с такой примесью меди. С учётом моих комиссионных выйдет примерно миллиард рублей за тонну.

— Я думаю, что мне хватит миллиарда, — сказала она.

— Я тоже так думаю, — засмеялся Илья Борисович. — Только такой объём сразу не купят, максимум — это сто килограммов. Расчёт будет наличными и только в валюте.

— Меня это устроит, — согласилась Настя. — Возьмёте сейчас золото?

— Только не здесь, — сказал он. — Идём в мою спальню.

— Я так и думала, что вы когда-нибудь это предложите, — опечалилась девочка. — Может, ссыпать здесь, а вы потом перетаскаете? Что такое сто килограммов! Зарядку не делали?

— Актриса! — засмеялся Митрофанов. — У тебя убедительно получилось. Не хочешь поступить на театральный?

— Я подумаю. Илья Борисович, у меня к вам ещё одно дело. Нужны патроны Парабеллум для семнадцатого глока. Сделаете?

— Сделаю, но не сейчас, — ответил он. — Я не буду везти их из-за границы, достану здесь. Но на это нужно время.

Посчитав, сколько монет будут весить сто килограммов, Настя округлила в большую сторону и вывалила в угол гостиной кошели с золотом. После визита к Митрофанову она хотела навестить деда. Перед этим позвонила по телефону и выяснила, что он будет дома. В Москве не задержалась. Попросила деликатно выяснить результаты лечения, дважды обработала старика магией и рассказала ему о неудачной попытке сагитировать отца на семейный экзотический отдых.

— Николай прав, — озабоченно сказал он. — Я и сам должен был об этом подумать. Видимо, уже неважно работает голова. Куба — это прекрасное место отдыха, жаль, что сыну туда нельзя. Не скажешь, когда вас ждать в следующий раз?

— Пока не знаю, — ответила Настя. — Созвонись с мамой. Если захочешь и она не будет возражать, могу привезти сестру хоть на неделю. А сейчас полетела. Родные давно встали, и нужно появиться дома, пока не начали звонить.

— Лети, ведьма, — засмеялся он. — У них помело, а у тебя твой шар. Летать удобней и приятней, а в остальном нет разницы.

Дома все не только встали, но и успели позавтракать.

— Куда это ты запропастилась с самого утра? — спросил встретивший в гостиной отец. — Я уже хотел звонить.

— Была у Митрофанова, а потом у деда, — отчиталась дочь. — Марк, зараза, не дал выспаться, вот я и решила заняться делами.

— И какие с ним дела на этот раз?

— Отгрузила сто кг золота и заказала боеприпасы. А деда дважды подлечила и рассказала о нашем путешествии. Вас я сегодня тоже лечила и запустила изучение испанского языка.

— Не из-за твоего лечения такая лёгкость в теле? — спросил он. — Когда проснулся, приписал это вчерашнему плаванью.

— Может, и из-за моего, — задумалась Настя. — Чужая магия сильнее действует на тех, в ком мало своей. Во всех жителях мира Вероны она есть, а здесь почти ни у кого нет.

— Хочешь сказать, что твои заклинания будут сильнее действовать на нас, чем на них? — догадался отец. — Так это же хорошо!

— Не знаю. Я согласилась помочь одному другу деда, точнее, его сыну, а действовала на всех, кто там был. Если они после лечения начнут бегать и прыгать... Учитывая преклонный возраст, это может вызвать удивление. Раш советовал отказаться, но я пожалела... У него беременная жена...

— Напрасно ты это сделала, — недовольно сказал отец. — Ах, вы не хотели, чтобы кто-нибудь знал о лечении! Не ожидал такой глупости от отца. Лучше бы ты предупредила этого больного о том, что будешь лечить, и запретила об этом болтать. Конспираторы! Будем надеяться, что ваша глупость не вызовет большого шума, или на то, что никто не свяжет этот шум с тобой. У тех, в чьи должностные обязанности входит отслеживать чертовщину, сейчас не такие уж большие возможности. Ты чем думаешь заняться?

— Хочу сходить к Сулеминой, — ответила расстроенная дочь. — Конечно, если она дома и ничем не занята. Ты говорил обо мне с тренером?

— Был такой разговор в пятницу. Как я тебе говорил, так и вышло.

— Ну и ладно. Я не записывалась к нему в секцию, и он со мной не возился, как с другими. Пойду звонить.

Алла сразу взяла телефон, как будто ждала звонка.

— Конечно, приходи! — обрадовалась она. — У меня сейчас Ольга, так что устроим девичник.

К девушкам Настя пошла пешком. Было солнечно, тепло и безветренно, поэтому она расстегнула куртку. Прогулка заняла меньше десяти минут. На звонок ей открыли сначала дверь в подъезд, а потом и в квартиру.

— Если хочешь, обувай тапки, — предложила Алла. — Мы ходим без них. В квартире тепло, а в комнатах ковры. Мои предки умотали в музкомедию, а брат у кого-то из друзей, так что нам никто не помешает. Заходи, будем тебя колоть!

— А зачем меня колоть? — спросила идущая вслед за девушкой Настя. — Мне и целой хорошо.

— И она ещё спрашивает! — с деланным возмущением обратилась Алла к вышедшей к ним из спальни Ольге. — Разбудила во мне любопытство, а я кто?

— А ты кто? — спросила девочка. — Крутая дочь крутого мента?

— В точку! — засмеялась Ольга. — Она много о тебе накопала, только не может объяснить. Пойдём к компу, мы кое-что покажем.

Этим "кое-чем" оказалась запись её разговора с майором Фадеевым. Всю Настя смотреть не стала, остановила в самом начале.

— Кража следственной информации и использование в личных целях! — сделала она вывод. — Заложить вас, что ли?

— Подумаешь! — засмеялась Алла. — Твои выпендривания просмотрели все офицеры Управления. А мне отец привёз эту запись после того случая, когда подвозил вас после бассейна. Узнал, что мы дружим...

— Посмотри, доченька, с кем ты дружишь! — язвительно сказала девочка. — Так?

— Не совсем так, но похоже, — опять засмеялась Алла.

Не удержалась от смеха и Ольга.

— Ну и что вы извлекли из моего сольного выступления перед этим майором? — спросила Настя. — Чем оно вам не понравилось?

— Всё враньё! — заявила Алла. — Все это поняли, понял и майор, только никто не захотел копаться и проверять. Состава преступления нет, блудный ребёнок нашёлся, да ещё прибыл в роскошной шубе. Претензий к полиции нет, поэтому проще закрыть дело, тем более что их у него навалом.

— Откуда узнали о шубе? — спросила девочка.

— Я использовала брата, — созналась Алла. — Ты видела его в бассейне. Он учится в третьем классе вашей школы.

— А почему он у нас, а ты в другой? — не поняла Настя.

— Когда брат поступал в школу, в нашей были переполнены первые классы, — объяснила девушка, — а потом маме понравились школа и учителя. Думала и меня туда перевести, но я упёрлась. Не хочу ничего менять: меня и в моей школе всё устраивает. Ладно, это к делу не относится. Вернёмся к тебе.

— Вернёмся, — согласилась девочка. — И что ещё, кроме шубы, нарыл твой шустрый брат? И откуда он о ней узнал? Я заходила в раздевалку во время уроков.

— О шубе он узнал случайно, — сказала Алла. — Ваша техничка говорила кому-то, мол, от горшка два вершка, а уже вся в соболях! А вот о твоём экстернате и знании английского там болтают до сих пор. Если к этому прибавить какую-то непонятно откуда взявшуюся борьбу... Ты ведь знала её в совершенстве, только ни с кем не отрабатывала. Как это сочетается с сидением на чердаке? Да, брат узнал, что в шестом классе у тебя по физкультуре и английскому были тройки, да и вообще их было больше, чем четвёрок. Твои пятёрки одноклассники не смогли вспомнить. Интересно, что скажет этот дед, если кто-нибудь приедет в станицу и спросит?

— Кому интересно? — пожала плечами Настя. — Этот дед — придурок, он не может вспомнить даже то, что было неделю назад.

— А ты сама! — показала на неё рукой Ольга. — Твоё поведение, ум, манера разговора... Ещё не скажешь, что взрослая женщина, но уже и не малолетка! Колись!

— А если колоться опасно? Мне ведь могут из-за вашей болтовни оторвать голову!

— Хочешь с нами дружить? — спросила Алла. — Тогда должна быть откровенной, иначе какая дружба? Мы не выдаём подруг!

— Вы можете проговориться случайно, — возразила Настя. — Вообще-то, я могу поставить магией запрет на болтовню. Если согласны, прямо сейчас всё расскажу.

— Ты ещё и маг? — засмеялась Ольга. — С ума сойти, сколько может быть тайн и загадок в одной девчонке! Но если только запрет на болтовню, то я согласна.

— Мне тоже можешь ставить, — засмеялась Алла.

— Вы не поверили, — сказала девочка. — Ладно, согласие получено, а вреда вам не будет. Ты угостишь чаем, или весь девичник сведётся к моей болтовне?

Через десять минут они сидели на кухне и пили чай с бисквитными пирожными, а Настя рассказывала о своих приключениях, пожалуй, более подробно, чем другим. Ей очень нравились эти девушки, и было огромное желание поделиться и послушать, что они скажут в ответ. Школьные подруги для этого не годились. Она колебалась, рассказывать о себе или нет, а они сами попросили. Никаких неприятностей от такой откровенности не было. Хоть девушки и не поверили словам, магией она их повязала. Ни одна из них не могла рассказать кому-нибудь о том, что сейчас слышала, или использовать это как-то во вред Насте. Ни в чём другом заклинание на них не повлияло.

Естественно, что ей не поверили, хотя слушали с интересом сначала на кухне, а когда прикончили пирожные, вернулись в спальню Аллы. Рассказ длился часа полтора.

— Классное фэнтези! — сказала Ольга. — И рассказывала ты так, что я будто увидела всё наяву. Будешь чем-нибудь подтверждать? Можно пощупать твои невидимые кольца и браслет?

— Щупай, — предложила Настя и протянула руки.

— Ой, что это?! — вскрикнула девушка, нащупав браслет. — А на другой руке полно колец...

— Это называется магией иллюзий, — сказала девочка, раздавая им по розе. — Похожи?

— Почему похожи? — не поняла Алла. — Настоящие розы, даже пахнут. Где ты их прятала?

Цветы задрожали и исчезли, но на столе появилась одежда.

— Моё парадное платье, — объяснила Настя. — Это уже не иллюзия. Камни на нём настоящие. Надеть? Если поможете, я сделаю это быстрее.

Она рассчитала правильно: взявшись в четыре руки помогать ей с примеркой, девушки быстрее справились с изумлением.

— Одной неудобно одеваться даже с боковой шнуровкой, — сказала им Настя. — Красиво? Сейчас будет лучше.

К платью добавились серьги и колье.

— Корону пришлось оставить. Это семейная реликвия, поэтому не должна уйти из семьи. Вот это мой меч, а это золото. Хватит вам доказательств?

— Офигеть! — с чувством сказала Ольга. — Я не сплю?

— Если ты спишь, то я сплю вместе с тобой, — отозвалась Алла. — Это не гипноз?

— Сейчас я всё уберу, а потом наколдую вам по цветку. Можете их заснять, а потом посмотрите, когда я уйду. А можно сделать проще. У вас нет проблем с английским?

— У меня с ним одни проблемы, — ответила Алла. — Постой, ты хочешь сказать, что можешь нас научить?

"Зря ты это делаешь, — вмешался Раш. — Подруги — это святое, но могут быть неприятности".

"Они учатся в других школах, — отмахнулась от него Настя. — Если мной не заинтересуются, то и неприятностей не будет, а если возьмут под колпак, то это незначительный штрих к моему портрету".

"Сама виновата, — обвинил браслет. — Только и делаешь, что светишь своими способностями. Позёрка!"

— Заклинание я вам запустила, — сказала Настя. — Через два дня будете болтать как англичанки, а чтобы грамотно писать, потребуются ещё три. Остался месяц учёбы, поэтому постарайтесь не светить своими знаниями. В следующем учебном году это уже не будет иметь большого значения.

— Всего ожидала, только не этого! — сказала Ольга. — Это всё равно что очутиться в сказке!

— Сказки интересно смотреть в кино, — вздохнула она. — Очутиться в них самой...

— Ты была троечницей и серой мышкой, а стала красавицей и звездой школы, — возразила Алла. — Я думаю, что из-за этого стоило рискнуть! А если прибавить магию...

— Мне во многом повезло, — сказала Настя. — Большинству хватило бы леса с людоедами. А сколько всего было потом? Как вспомню того тигра, который почти залез в мою яму, или свою смерть... — она передёрнула плечами — А магия... Как вы думаете, много свободы оставят магу, как только о нём узнают власти? Затаиться и почти не использовать дар? Такая жизнь не по мне, да и не даст мне богиня прятаться. Если бы не она, я вела бы себя осторожней.

— И что думаешь делать? — спросила Алла.

— Я, девочки, буду отдыхать и веселиться, — засмеялась Настя, — а когда начнут брать за жабры, постараюсь добиться того, чтобы со мной считались. Если это не получится, придётся уйти.

— Ольгу у вас отберут, — сказала Алла. — Она очень хороший рычаг, чтобы на тебя надавить. Если удочерение липовое, это сделают в первую очередь.

— Посмотрим. Есть у меня по этому поводу мысли...

— Ух ты! — раздался со стороны двери восхищённый возглас. — Из-за этого тебя в школе прозвали королевой?

— Исчезни! — прикрикнула на брата Алла. — И чтобы не смел распускать язык, а то пожалеешь!

— Это я виновата, — сказала Настя. — Заговорилась и забыла переодеться. Прикрой дверь, сейчас ослаблю шнуровку. Как ты думаешь, он не будет болтать? Хотя в такой болтовне нет ничего страшного. Подумаешь, примерила платье у подруги. Всё, девочки, я побежала. Когда увидимся в следующий раз?

— До выходных только по вечерам в те дни, когда нет секции, — ответила Алла. — Это ты у нас свободна от школы, нам в ней месяц пахать.

— И то при условии, если не зададут много на дом, — добавила Ольга. — Мне почти полчаса сюда добираться. Мы состыкуемся, а потом позвоним тебе. Зря ты бросила секцию. Я многому у тебя научилась, да и Алексей Николаевич был расстроен.

— Для вас борьба — это спорт, а для меня она только одно из средств выживания, — сказала Настя, — и сейчас я достигла своего потолка. Заниматься дальше бесполезно, пока не вырасту, так зачем тратить время? У меня отец нормально не отдыхал из-за секции.