Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Графиня Счастливая


Опубликован:
23.09.2026 — 18.11.2026
Читателей:
5
Аннотация:
Третий том о приключениях Суровой и Справедливой Варвары Ивановны. Удастся ли ей стать счастливой? Время покажет. А мы - посмотрим )))
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
 
 

Станислас Майяр на это внимания не обращал.

— Вперед! В аббатство!!!

Толпа отправилась к аббатству Сен-Жермен, и их впустили. Испугались?

Нет.

Марат предупредил Майяра, да и заплатил вдобавок... звенели колокола, били набат, гремели барабаны, раздавались крики: 'Казнить!!! Казнить их!!!'.

Майяр приказал принести список заключенных и принялся зачитывать имена. Начался самосуд.

Нескольких человек и правда отпустили. А остальных просто забивали там же, во дворе тюрьмы.

Швейцарцев, аристократов, священников — всех. Майяр не знал жалости.

Погиб королевский камердинер. Убили полторы сотни швейцарских гвардейцев, перебили всех священнослужителей — пощады удостоились только несколько уголовников. Они-то власти точно не угрожают!

Людей забивали саблями, топорами, дубинками, толпа зверела все сильнее и сильнее, стоявшие в задних рядах ругали и били стоявших впереди, потому что не могли дотянуться до врагов революции, впереди стоящие отвечали тем же. Потом уж догадались притащить скамьи и ящики, чтобы луче видеть происходящее.

Мужчины, женщины... все сейчас на одно ополоумевшее от крови, звериное, хмельное страшное рыло. Даже — не лицо.

У чудовищ лиц не бывает. А вот клыков и когтей у них достаточно.

— Маркиз де Сомбрель! За преступления против народа и свободы...

— Стойте!!!

Крик был таким страшным, что Майяр аж шарахнулся. Едва с ящика не упал, который использовал вместо трибуны.

— СТОЙТЕ!!!

Из толпы вылетела девушка.

Молодая, в дешевом платье, с растрепанными волосами.

— Мой отец никогда не совершал преступления против народа! Он всегда — ВСЕГДА был другом народа, и инвалиды от него видели только хорошее! Спросите их самих!!!

Толпа заворчала.

Майяр мог бы приказать, чтобы эту дуру сразу убили. Мог! Но... захотелось поиздеваться!

— И вы тоже, мадемуазель?

— Я на все готова ради Франции и Свободы! Умоляю, пощадите моего отца! Никто из военных не видел от него зла, он делал, что мог!

Майяр ухмыльнулся.

— Тогда вам не составит труда сделать, что я скажу.

— Мария нет... — маркиз пытался прогнать дочь, но та уперлась — не свернешь! Характера у этой девушки было не меньше, чем у Майяра, и поглядывали на нее с симпатией. Еще немного, и получится новая героиня, а такое им не надо, ни Марату, ни Майяру... идея пришла быстро.

— Мы отпустим вас и вашего отца, если вы выпьете кровь врагов революции!

Девушка побледнела, как смерть.

А кто-то с хохотом уже орал: ДА!!! ВЕРНО!!!

Кто-то уже тащил кружку, а кровь... крови во дворе было более, чем достаточно. Запах стоял, как на скотобойне.

Девушка страшно побледнела.

Казалось, она упадет сейчас в обморок, Майяр ждал этого. Тогда толпа накинется, и просто растерзает и девку, и ее отца... кто-то уже сделал шаг вперед, кто-то заворчал...

Мария сделала шаг вперед.

И взяла кружку с кровью.

Это просто вино.

Это такое соленое вино.

Это... НЕВАЖНО!!!

Она поднесла кружку к губам — и одним глотком выпила все ее содержимое.

Не думать, ни о чем не думать, просто делать...

А потом кинула кружку перед собой, чтобы все увидели — пустая.

Капелька крови стекла из уголка рта, Мария машинально вытерла ее ладонью — и толпа взорвалась ревом и хохотом.

— Молодец, девчонка!!!

— ХорошА!!!

Майяр, чувствуя, что теряет вдохновение, заорал громче всех!

— Вы выкупили своего отца, мадемуазель! Вы доказали, что вы друг народа!

Маркиз подхватил дочь за талию.

— Мы можем уйти?

— Жан, возьми десяток ребят, да проводи друзей свободы! — крикнул Майяр. — Чтобы никто не обидел по дороге!

Уходят?

Вот и отлично! Центр должен быть только один — ОН! Смотреть должны только на него!

И забегая вперед, все у маркиза с дочерью было хорошо. Их не казнили, они просто потихоньку уехали из Парижа — и затерялись на просторах страны.

А что Мария де Сорель едва дошла домой, что потом ее всю ночь жестоко рвало желчью, что даже спустя двадцать, тридцать лет ей будут сниться кошмары, и она будет просыпаться с криком ужаса, это уже неважно. Совсем неважно.

Главное-то она сделала!

Отца спасла, озверелой толпе не поддалась. И что еще надо?

А кошмар — это просто сон, и он уже развеялся. Для нее.

В тот день в Париже были убиты около пятисот человек, но резня на этом не остановилась.

Она просто поменяла место.

Сальпетриер. Бисетр. Ла Форс. Консьержери. Монастырь Кармелитов.

Везде убивали людей, везде лилась кровь, везде вершился самосуд...

Париж умылся кровью в те страшные дни.


* * *

— Позвольте!

Суворов был искренне изумлен, когда в первый же вечер после переезда, наткнулся на Наташу и Наполеона, которые душевно играли в шахматы возле камина. Наполеону было неуютно в Питерском климате, да и Наташа после Смольного предпочитала места потеплее.

— Папа, что-то не так?

— Наполеоне?

Бонапарт развел руками.

— Да, Александр Васильевич. Должен признаться, наши семьи были знакомы и раньше, некогда мой отец помог графу Прозоровскому, а когда мадам Барбара приехала во Францию, мы случайно встретились.

— И никто мне не рассказал.

Впрочем, возмущался полководец уже по инерции. А что и как ему надо было рассказывать? Здрасте, я Наполеоне Бонапарте, я знаком с вашей супругой? Ага-ага.

— Благодаря Наполеоне, я всегда знала, как у тебя дела, он часто мне писал, и я ему, — кивнула Наташа.

Александр расплылся в улыбке.

Дочь он любил, и та история с перепиской оставила рану на душе мужчины. Мерзавка Мари! Подделывать переписку! Интересно, что бы она еще подделала?

Гадина ядовитая!

— Я не знал, что ты любишь играть в шахматы.

— Наполеоне любит, и мне нравится. Играть в шахматы, читать... у нас еще будет время об этом поговорить, а пока — прости. А то мне мат поставят.

Суворов хмыкнул.

Он подозревал, что его ждет еще много потрясений в этом доме — и не ошибся. Все здесь было непривычно, непонятно, и отношения странные, и люди, и сердце дома — Варвара Суворова, которая носилась, как вихрь, мчалась то в Академию, то в Зимний, то на фабрику, но все равно для каждого находила время, улыбку, теплое слово...

Теплое...

Вот это ощущение.

Странно, но в этом доме было намного теплее, чем в гостях у любого из родственников.

А раньше у них никогда так не было.

Неужели потому, что он... Александр пытался вспомнить их семейную жизнь... но все же так живут? Они ехали, куда ему надо, Варвара следовала за ним, он сам выбирал для нее круг общения, но и это понятно! Женщин нужно направлять, разве нет?

Или не нужно?

Александр смотрел, как Наполеоне и Наташа играют в шахматы, как Шарлотта и Наташа в четыре руки подбирают мелодию для 'Маре белла донна', как Михаил, которого называли то Митчелл, то Мишель, учит мальчиков кидать ножички в цель, и Варвара с огромным удовольствием к ним присоединяется, как Тимофей приводит в дом отставников, чтобы Варвара поговорила с ними, как Даша и Матвей (или все же Дениз и Матео?) влюбленными глазами смотрят друг на друга, а Даша еще умудряется суетиться вокруг Варвары, как Григорий трогательно ухаживает за Летицией, как носятся по дому младшие Бонапарты, а с ними и еще трое детей, не особо разбирая, где король, а где кто-то другой... да-да, Екатерина Вторая не стала возражать против визитов Шарлотты и Карла к Варваре Суворовой. Она справедливо рассудила, что проще обеспечить детям безопасность, чем давить, требовать и запрещать. Так что визиты были регулярные.

Как Ферзен рассказывает что-то Андрею и Марии, а потом к ним присоединяется и Варя...

А про месье Лавуазье и говорить не стоит! Этого и выгнать не получилось бы. И господин с забавной фамилией Кулибин... обычный мещанин, но после первой же беседы с ним, Александр понял, почему Варя его пригласила и относится весьма уважительно...

Семья?

Такая странная, необычная и семья.

Александру хотелось стать ее частью. Но как это сделать, он пока не знал. Может, получится со временем? И он приглядывался. Разведка — альфа и омега любой войны.

И, неожиданно, обнаруживал себя то за шахматной доской, то в классной комнате над картой, то споря с тем же Лавуазье, что лучше для армии...

Как же это все странно! Но так интересно!


* * *

— Даже погода против нас! Что за мерзкая страна?

Герцог Брауншвейгский закономерно был недоволен.

Дождь лил, как из ведра.

Он успел взять Лонгви и Верден, и сейчас войска союзников двигались в сторону Парижа через Аргоннский лес. Хотя лесом это могли назвать только во Франции.

Скорее, это был гибрид из болот и долин, украшенный деревьями.

Реки Эр и Эна изрядно избороздили ландшафт, образовав множество небольших холмов и глубоких долин, а те уж заросли небольшими деревьями, кустарником, папоротниками.

Есть там дубы, каштаны, даже сосны есть, но в России это в лучшем случае назовут перелеском.

У герцога Брауншвейгского тут было около девяноста тысяч человек, у французов — пятьдесят пять тысяч. Две соединенные армии Дюмурье и Келлермана, все равно не добирали численностью. Но пушек у них хватало.

Дюмурье отставил пока в сторону нападение на Нидерланды и пошел атаковать Брауншвейгского с тыла. Келлерман соединился с ним в деревне Сент-Менехуль.

Теоретически, герцог мог пойти вперед, но что тогда устроят у него в тылу французы? Армию же кормить надо, снабжать...

Оставлять в тылу такую опасность?

Нет, надо сначала разбить французов, а уж потом... и Брансуик под проливным дождем взяв тридцать пять тысяч человек, двинулся отрезать Дюмурье через северные леса.

Келлерман ждать не стал, и тоже двинулся вперед, занимая позицию практически в тылу противника, между Сент-Менехульдом и Вальми.

И начал сражение с артиллерийской дуэли.

Конечно, 'бонапарты' не было ни у тех, ни у других. Но и так... сначала французам мешал дождь и туман, но потом они пристрелялись, и прусаки начали нести серьезные потери. К тому же, им-то надо было нападать!

Французам — что?

Стой себе, один фланг на холме к западу от Вальми, второй на горе Ирон, и стреляй — не хочу.

Они и стреляли.

А прусакам надо было двигаться вперед, надо было захватить пушки... правда, стреляли они в ответ тоже метко, и подорвали французские обозы с боеприпасами, но Келлерман сдаваться не собирался. Французы стояли насмерть — и Брансуик сдался первым.

Может, если бы он не отступил, не вышел из боя, и сложилось как-то иначе, но — увы. Вечером Брауншвейг сказал, что здесь и сейчас они сражаться не будут.

Не просто так.

Этой ночью к нему прибыл гонец, от его величества Фридриха-Вильгельма. И приказал в битву не вступать.

В Польше поднималось что-то весьма нехорошее, так что войска ему будут полезнее дома.

А Франция?

А она никуда не сбежит, она преотлично подождет еще немного.

Герцог ругался и плевался, но приказ короля же! Поди, поспорь! Гильотины у Фридриха нет, но ради герцога можно и палачом обойтись. И даже с позолоченным клинком, для блезиру.

Пришлось дать знать Брансуику — и отступать.

Ночью они обошли противника и начали стремительное отступление на северо-восток.

Силы были примерно равны к этому часу, так что Келлерман не стал преследовать врага. Главным для него было, что войска направляются ИЗ Франции. Остальное — ерунда.*

*— у меня других версия пока нет. Франция могла упасть в руки союзникам, ну, посопротивлялась бы полгодика, не больше. Но они оставляют поле боя, при явном преимуществе и уходят. Вывод — им пообещали больше в другом месте. Шакалы-с. Прим. авт.

Время шло, закончилась осень 1792 года и наступила зима. А с ней и Рождество.

Только вот мира пока на земле не было...


* * *

— Тетушка ВАрвара, у меня к вам есть разговор.

— Что случилось, Лотта?

Варвара привычно обняла Наташу, поцеловала, потом порция ласки досталась и Шарлотте. А чего она просто так тут сидит?

Девочка не отстранялась. Прижалась на секунду... да, и такое бывает. Шарлотта искренне полюбила свою спасительницу. Может, потому что и Варя, не задумываясь, отдавала девочке свое душевное тепло? Делилась, радовалась успехам, вытирала слезы, честно хранила все тайны и давала полезные советы. А как можно иначе?

— Мы с Наташей поговорили... чтобы выйти замуж за Константина, я должна принять православие.

— Должна, — чуточку неуверенно согласилась Варвара. Вот отродясь она этим вопросом не интересовалась. Для нее брак — это ЗАГС, а чего тут еще всякие выдумывают? Венчание... это для фотографий. Разве нет?

В двадцать первом веке так стало для многих, очень многих.*

*— просьба не закидывать автора камнями, что вижу, о том и пою. Обряды можно выполнить, но очень часто за ними не стоит настоящей веры, осознания, ответственности, понимания сути происходящего. Это наша беда, а не вина, надеюсь, со временем мы исправимся. Прим. авт.

— Мне нужна крестная мать и крестный отец. Я уже поговорила с бабушкой Катрин, и мы приняли решение... — последние слова прозвучали чуточку неуверенно.

— Какое?

— Я хотела бы, чтобы моей крестной мамой стала ты.

— А папа?

— Григорий Александрович.

Варя и не раздумывала.

— Ну вот, будет у меня две дочки. И еще сынок прибавится. Вообще отлично, всегда мечтала о большой семье. Обещаю быть самой лучшей тещей для твоего мужа! А если будет обижать — сожру!

Шарлотта хлюпнула носом — и кинулась Варе на шею.

— Тетя...

Варя погладила ее по волосам, обняла, рядом пристроилась Наташа.

— Мама, я знала, что ты согласишься! Я ТАК рада, мы с Лоттой будем, как сестры!

— Я тоже рада, — кивнула Варвара. — Я же вас обеих люблю. И Карла тоже. Когда церемония?

— В начале зимы. Я бабушке Катрин скажу...

Варя промолчала.

Было у нее подозрение, что Екатерина Вторая и так обо всем знает. Она и Варину реакцию предсказать может, и шпионов у нее в Зимнем — полк бегает. Наверняка.

Вот сколько исторических анекдотов про нее ходит, то она оказывается там, где не надо, то слуги ей доносят... нет, это не просто так. Есть у нее глаза и уши, есть!

И хорошо.

Лично Варе скрывать нечего, а лояльность к руководству — она всегда засчитывается.

Так и вышло.

Чуточку забегая вперед, в начале зимы Шарлотту окрестили под христианским именем Мария.

Мария Григорьевна, по крестному отцу.

Потемкин светился от радости, Варя тоже была рада за свою дочку, про Екатерину и говорить нечего. Императрица могла храм одной улыбкой освещать!

Такой прибыточек!

Так всей Европе носы утереть!

Шарлотта четко показывала, что сложится у нее с Константином, не сложится (пусть Костя только попробует дернуться! Бабушка его сама сожрет!), она останется в России! Это — заявка!

Варваре, кстати, от императорских щедрот тоже хорошего отвалилось. К ее землям еще изрядный кусок добавили, и крепостных из казны выделили.

Варя вздохнула, и отправила их часть на фабрики, часть в имения к супругу.

123 ... 1718192021 ... 303132
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх