Книга перемен

  Вероятно, именно с этого и надо было начать — потому что толпа зашевелилась гораздо активнее, и по большей части — куда подальше. Кто-то попытался возмущаться, но быстро получил под дых сперва кулаком, а потом ногами, и успокоился... И через пять минут улица опустела.

  — Сразу бы так... — протянул Оуэн, прислонил винтовку к стене и закурил. — И откуда только этой мрази столько сползлось?..

  — Вот уж чего бы другого, а отбросы общество порождает исправно, — поморщился Том. — И их услуги обходятся весьма дёшево... Что ж, здесь мы закончили, ждём отбоя... Кстати, Оуэн, как винтовка?

  — Никогда не думал, что скажу такое, но "Стэн" и то лучше, — ответил Оуэн. — Тому, кто сделал магазин в заднице, стоит самому его в задницу затолкать... Так что правильно их не стали принимать на вооружение. Плюс патрон какой-то идиотский...

  Том кивнул — новое оружие, каким-то образом попавшее в руки Илайи Смита, заведовавшего оружейкой, ему и самому не нравилось. И это при том, что такая винтовка нужна, пистолетами-пулемётами и самозарядками сыт не будешь... Но теперь оставалось только ждать, пока бюрократия НАТО согласует хоть что-то, и раньше, чем года через три нового оружия им не видать...

  — Сэр! — в окно высунулся связист. — Отбой тревоги, возвращаемся!

  — Судя по твоей физиономии, стрелять не пришлось?.. — хмыкнула Глинда.

  — Не пришлось, — согласился Том. — Даже не знаю, хорошо это или плохо...

  — Контингент?

  — Контингент, — согласился Том. — Такой, что перестрелять руки чешутся. Набрали какую-то падаль с самого дна, вот реально, я думал, таких персонажей уже не осталось... И лезут в приюты. В наши, под военными, лезут внаглую...

  — По-моему, без стрельбы всегда лучше, — покачала головой Глинда. — И кстати, до меня тут дошли разные слухи...

  — М-м?..

  — Ну, некоторых, кто особенно активно призывал идти на приюты и покуражиться, потеряли, а теперь нашли... В Темзе.

  — Хм... — ну да, насколько Том был знаком с преступным миром Соединённого Королевства — гораздо лучше, чем хотелось бы — подобное даже там мало у кого встретило бы понимание. Втягивать детдомовцев в банду — ну, может и нехорошо, а куда деваться-то? Не мы такие, жизнь такая... И прочие оправдания, которые имеются всегда и для всего — почти всего. Как оказалось, отправку детей на другой край света, работать буквально за еду, оправдать не смог даже лондонский криминал... По крайней мере, немалая его часть.

  — Ну что ж, это лучше, чем могло быть, — кивнул Том. — Хотел бы я знать, что будет дальше...

  Впрочем, он догадывался, что будет, а особенно — чего не будет. Не будет же, прежде всего, огласки — слишком много слишком высокопоставленных фигур оказалось замешано в этой истории. Её вообще попытались бы замять, если бы не Андерсон — но Андерсона заставить молчать было невозможно. Так что... Закрытые суды, тихие отставки... А главное — вовремя отведённые глаза. Никто не станет задавать вопросов, почему одного лорда загрызли на охоте собственные собаки, другой задремал с недокуренной сигаретой, третий застрелился, прочитав некое письмо...

  В магическом мире тоже не будет шумихи, но уже по другой причине: даже изгнанные из семей, преступники всё равно бросали тень на семью, и лишний раз упоминать их имена сочли нежелательным. Особенно учитывая, что среди них хватало выходцев из известных и влиятельных фамилий... На которые они больше не имели права.

  Суд состоялся через три дня, и был недолгим. Сперва Элджернон Нотт выступил с обвинением, затем Шафик потребовал дать и обвиняемым, и самому Нотту веритасерум — "Ибо обвинение столь тяжко, что должно исключить даже тень оговора или ошибки".

  Сомнений не было изначально — Нотт хорошо подготовился к заседанию — но после допроса под веритасерумом даже формально усомниться не осталось возможности.

  — Да будет так, — мрачно произнёс Шафик. — Вина их установлена и несомненна, и я оставляю их собственной судьбе. Отныне никто не скажет слова в их защиту, ибо нет большего грешника, чем они...

  Приговор вынесен. Проводив взглядом авроров, уводивших из зала осуждённых, Том поморщился. Он мог понять, что двигало магловскими чиновниками и политиками — банальная алчность и стремление нажиться, не важно на чём... Но маги? Блэк, Маклагген, двое Гойлов, Дэвис, Розье... И ещё несколько, не столь известные, но уважаемые чистокровные фамилии, люди, совершившие гнуснейшее преступление, которых даже самые отпетые маглоненавистники Гриндевальда объявили бы вне закона... И которые не могли этого не понимать. А Том не понимал, на что они рассчитывали... Может, действительно верили, что смогут привлечь внимание потусторонних сущностей, которые дадут им могущество? Но даже в магловских сказках такая сделка оказывалась проигрышной для человека, а в реальности магического мира... В реальности такая сделка была просто невозможна — многие волшебники за всю историю человечества пытались её заключить, кое-кто так и вовсе совсем недавно — пяти лет не прошло, но всякий раз тот, кто при этом просто умер, мог с полным правом считаться счастливчиком.

  — Ради чего?!

  — Ради могущества, — пожал плечами Лавгуд, прикурив. — Фальшивого могущества, которое существует лишь в их видениях... История магии — и вы знаете это сами — не исчерпывается тем, что рассказывают в Хогвартсе, а я, причём отнюдь не по собственному желанию, касался глубин, в которые не посмел бы спуститься Гриндевальд... И поверьте, Том — лжи и заблуждений там куда больше, чем знаний.

  — Я знаю, — кивнул Том, затянувшись, — и знаю гораздо лучше, чем мне бы того хотелось. Но даже Гриндевальд, при всей его мерзости, не опустился до такой степени...

  — Младшие сыновья, да ещё и не блещущие талантом, — вздохнул Лавгуд. — Мало что в мире страшнее зависти... И довольно о них. Эти люди сами избрали свою судьбу...

  Том молча затянулся, выдохнул дым и проводил его взглядом. Зависть... Зависть и гордыня могли заставить человека шагнуть в Бездну... Но только если он был в глубине души был готов на этот шаг. Если уже был с гнильцой...

  И Лавгуд прав, довольно о них.

  А на следующий день в Хогвартс вернулся Дамблдор. Подозрительно довольный, с толстой папкой в руках...

  — Смотрю, вы не теряли времени? — хмыкнул Том, разглядывая вернувшегося директора.

  — Совершенно верно, — согласился тот. — Всё это, конечно, предстоит обдумать, но я абсолютно не жалею о потраченном времени... Кстати говоря, Аберфорт ничего не натворил?

  — А должен был? — хмыкнул Том. — Нет, кроме того, что он вообще явился в Визенгамот по вашей просьбе — ничего необычного. Даже речь произносить не стал, только сообщил, что его прислали вы, после чего молчал.

  — О чём я его и просил, — покачал головой Дамблдор. — Ну что ж, полагаю, я немногое потерял, пропустив эти заседания...

  — Совершенно верно, — кивнул Том. — Поверьте, все бы с удовольствием их пропустили. А я и вовсе не стал бы доводить до суда — просто пристрелил бы это бешеное зверьё и бросил бы гнить.

  Дамблдор задумчиво пропустил бороду между пальцами, помолчал, поправил очки и сообщил:

  — Я не сторонник подобных методов, но на этот раз вынужден согласиться — это было бы даже милосерднее.

  — Прежде всего, это было бы быстрее и проще. Впрочем, оставим этих мерзавцев в прошло — у вас что-нибудь получилось?

  — О да! — Дамблдор оживился. — Подробности, конечно, отложим до конференции, тем более, что Эйлин заканчивает обработку результатов, но уже сейчас можно сказать — это нечто фантастическое! Мы много экспериментировали с тяжёлой водой, и результаты... Мы так и не смогли создать на ней ни одного ядовитого зелья, представляете? А радиация... Ну, об этом надо по порядку, так что приглашаю на конференцию — сенсацию я гарантирую

  Том и без того планировал посетить августовскую конференцию зельеваров и алхимиков, но теперь это стало обязательным — доклад Дамблдора и Эйлин обещал стать не просто сенсацией, а научной революцией... И к тому же наводил ещё один мост между магией и магловскими науками. Физиономии чистокровных снобов, когда до них дойдёт этот факт, будут прекрасны... Да и прения обещают быть абсолютно безумными, а уж эксперименты... Экспериментаторам понадобится, как минимум, собственно тяжёлая вода, достать её можно только у маглов — даже если у Эйлин получилось зелье разделения изотопов, тяжёлой воды понадобится слишком много. А стоит она дорого... И посредники внакладе не останутся. Правда, и добыть её будет посложнее, чем двадцать тонн андезита... Кстати, интересно, когда Дамблдор заметит эту кучу?..

  — Да, чуть не забыл — что это за груда камня у озера?

  — Двадцать метрических тонн андезита, — сообщил Том. — Хотя, конечно, уже поменьше — я его распродаю потихоньку. Малфои себе на беседку утащили, Блэки — на камин, студенты на всякие поделки берут охотно...

  — Надо подумать, куда его в Хогвартсе можно пустить, — заметил Дамблдор, оглаживая бороду. — Вы ведь сделаете скидку Хогвартсу?..

  Малфои и Блэки входили в пятёрку самых влиятельных семей магической Британии, поэтому неудивительно, что все остальные внимательно наблюдали за ними... И ни беседку, ни камин пропустить не могли. И Том, вернувшись домой, без особого удивления обнаружил на столике два письма с просьбой продать партию камня для отделки. Забрав их, том отправился к себе в кабинет, мимоходом подумав, что стоит завести собственную сову... И решил не откладывать дело. Надо только предупредить Глинду...

  — Сова? — Глинда оторвалась от чтения. — Вообще-то, давно пора. Заодно и развеемся, а то ты после этого суда сам не свой...

  Это, по мнению Тома, всё же было преувеличением, но выбраться всей семьёй на прогулку, совместив приятное с полезным, определённо было превосходной идеей. Тем не менее, прежде, чем отправляться, Том потратил немного времени на то, чтобы перелистать Брэма и убедиться, что память его не подводит — к сове у него были вполне определённые требования... И подходящая сова нашлась.

  Больше всех прогулке был рад Дэвид — так уж получилось, что в Косом он до сих пор не бывал и теперь, удобно устроившись на плечах отца, восторженно крутил головой, тыча пальцем и радостно комментируя всё, попадающееся на глаза. И, разумеется, засыпал родителей вопросами... На которые было не так-то просто ответить.

  В итоге прогулка затянулась — о чём никто не жалел — а Дэвид утомился и вёл себя тихо. Это позволяло надеяться, что он не кинется тискать "птиску", и визит в магазин обойдётся без жертв и разрушений. Ну и главное — найдётся ли нужная сова.

  Сова нашлась, но продавец совершенно искренне не понимал, почему Том желает приобрести именно болотную сову, а не какую-нибудь, "соответствующую его положению".

  — Статут, милейший, Статут... — протянул Том. — Это не белая сова, которая разве что изредка залетает на Шетландские острова, это вполне обычная для наших мест птица, пусть и не самая частая, и к тому же охотно летает днём и без всякой магии. Ничего, кроме лёгкого любопытства, она у маглов не вызовет...

  А самое главное — вряд ли кто-то даже из магов сообразит, что это не дикая сова, увидев её в полёте... Но об этом Том говорить не стал.

  Продавец смирился, тем более. Что белая сова стоила ненамного дороже, и несколько минут спустя все четверо аппарировали домой.

  Сову назвали Джаредом — почему, ни Том, ни Глинда и сами объяснить не могли. Просто обсуждали, как назвать птицу — и неожиданно сошлись на этом имени. Сову оно тоже устроило, и она, довольно ухнув, взлетела на насест в прихожей и закрыла глаза. Том, покосившись на сову, вздохнул и отправился в кабинет. Работы предстояло много — разобраться с камнем, прочитать отчёты Джеки — перед судом он только бегло просмотрел их, да и то не все, разобрать школьные бумаги...

  Отчёты были хуже всего — детективы раскопали столько, что хватило бы на десяток процессов, и далеко не всех получилось бы осудить официально... Впрочем, и им не жить — об этом позаботятся. Всё-таки в Соединённом Королевстве осталось достаточно порядочных людей, чтобы подобная мерзость не осталась безнаказанной...

17. Zeit

  Двадцать тонн андезита — это, оказывается, не так уж и много, если вся магическая Британия внезапно желает "камин, как у Малфоев" или ещё что-нибудь в том же духе. Куча камня стабильно уменьшалась, а вот интерес к нему только рос... И связаться с Ли не получалось — "Звезда Полинезии" сейчас была где-то между Матади и Антверпеном с грузом руды "Юнион Миньер"...

  Впрочем, беспокоиться было рано — к тому времени, как камень растаскают, Ли уже вернётся, и ему можно будет заказать следующую партию. Ну или в дело влезет Орион — связи Блэков тоже кое-чего стоят...

  Но на фоне неотвратимо надвигающегося учебного года всё это отступало на второй план. Даже раскопки было решено остановить до следующего лета — тем более, что доктор Крофт не думала, что там удастся найти что-нибудь интересное.

  Отложив очередную накладную, Том покачал головой. Хорошо ещё, в подготовке Турнира пока наступила пауза — вернее, сами-то работы шли, но постоянного контроля не требовали, а сами испытания наконец-то согласовали окончательно. Тоже, конечно, нездоровая суета, но всё же поменьше, чем в Хогвартсе...

  Влетевшая в окно сова отвлекла Тома — тем более, что это был Джаред, а значит...

  — Та-ак... — выдав Джареду кусок вяленого мяса, Том встал и вышел из кабинета. Одной проблемой меньше, да и Хагрид обрадуется — его заказ готов и скоро будет в Хогвартсе...

  Хагрид обнаружился в огороде, занятый прополкой.

  — А, профессор Риддл! — он выпрямился и помахал рукой. — Чаю хотите? Там уж поспеть должен...

  — Не откажусь, — кивнул Том. — Но я по делу, вообще-то.

  — По делу?

  — Ну да. Нашлась лиственница, полсотни саженцев, привезут через пару дней. Деньги-то у тебя есть?

  — Ну дык я ж жалование-то получаю, а мне, почитай, и надо немного... — протянул Хагрид. — Да ещё продаю иногда всякое, шерсть там, травки какие полезные или вон паутину собираю Арагога и его детишек... И я, стал-быть, всё записываю, чтоб, значит, не забыть, чего и сколько! И гоблины ещё присылают, мне ж Дамблдор, когда на работу взял, и счёт сделал...

  Денег у Хагрида оказалось немало — не миллионы, конечно, но всё же... Платили ему ненамного меньше, чем профессорам, да к тому же он время от времени продавал добытое в лесу — шерсть единорогов, паутину акромантулов, древесину для волшебных палочек, кое-какие редкие магические травы — а тратил он мало. И пять десятков саженцев лиственницы не наносили финансам Хагрида серьёзного ущерба, хотя, конечно, незаметными такие траты не назовешь...