Сколько стоит волшебство?

— Нет, — сказал кот, — у нас скоро будут гости и это не леший и не вурдалак.

Баба Яга потянула ночной воздух носом и хмыкнула.

— Да, это будет пострашнее Змея Горыныча и старика Кощея, — сказала она серьезно.

— Уж лучше бы армия мертвецов.

— Когда думаешь, подойдут.

— Часа через два.

— Может, улетим.

— Яга, ты меня обижаешь, кот Баюн от драки никогда не отказывался. — И кот фыркнул в усы.

— Надо чем-то заняться пока они идут.

— Давай рассказывать страшные истории, время и скоротаем.

— Давай, пошла одна маленькая девочка в лес. Видит избушка, а там три медведя...

— Нет, — запротестовала Яга, — мне медведей жалко. Это очень жестокая сказка про то, как медведям пришлось делать ремонт, после этой маленькой девочки.

— Хорошо, жила одна маленькая девочка с мачехой. И отправилась мачеха на бал...

— Плохая сказка, — скривилась Баба Яга, — мне мачеху жалко. Она хотела, что бы девочка выросла работящей и умной, а не таскалась по балам и пьянкам.

— Но я еще ничего не рассказал.

— Хорошо, продолжай.

— И поехала мачеха на бал к медведям...

— Опять медведи? Это те самые медведи? Но этого быть не может.

— Что тебя не устраивает, почему этого быть не может?

— Потому что, медведи в это время делали ремонт.

— У кого?

— У себя, после маленькой девочки.

— Да, господи, с чего ты решила, что они делают ремонт после маленькой девочки? Откуда ты этот знаешь?

Баба Яга потупилась.

— Я и есть та маленькая девочка. Это я влезла к трем медведям, все перевернула вверх дном. Потом папа с мамой оплачивали ремонт.

Кот снял с морды очки и протер лапой.

— Мне это было не известно, — сказал он, водружая очки обратно. — Тогда давай рассказывай страшные истории ты. Мои страшные истории рассчитаны на обычных людей, а не на бабайог.

Баба Яга пыжилась, пыжилась и выдала:

— У Кощея украли яйцо!

— Какое? — с постной миной спросил кот.

— У него одно яйцо, то которое в утке, а утка в зайце, а заяц...

— Хорошо, хорошо, — перебил ее кот, — я понял. И чего же здесь страшного?

— Для Кощея страшно.

— Нет, не страшно, учитывая, что никакого яйца у него нет. Это сказка, которую он сам распространил среди людей, что бы сподвигнуть молодежь на ратные подвиги.

Баба Яга задумалась.

— Знаешь, что страшно, кот, это когда нас забывают. Когда люди забывают тебя, меня, Кощея, Змея Горыныча. Когда мы перестаем быть знакомы с детства детям. Когда люди боятся взглянуть в глаза нам, своим страхам. Когда человек стремиться укрыть от неизбежного, убежать, уверить себя, что жизнь безмятежна. Он стремиться убежать от того, что все равно в жизни придется взрослеть, от того что все равно придется обзаводиться семьей, от того, что неизбежно придется воевать за свою землю, за свой народ, за свою семью. Мы кот учили добро молодцев и богатырей, где теперь они? Где? И от этого мне делается страшно. Не хотят люди становиться богатырями. Никто не хочет идти по пути воинов.

Кот принялся успокаивать Ягу.

— Не переживай, просто за столько лет мир поменялся и возможно не нужны богатыри.

Яга покачала головой.

— Нет, рая на земле не было, нет, и никогда не будет.

Разговаривая, таким образом, Яга и кот просидели почти полтора часа.

Кот принюхался к воздуху и уставился на темные кусты.

— Мне, кажется, они подходят. Я не знаю, кто это, но чувствую их сущность, — это самые неприятные создания во всех царствах.

— Кот не нагнетай обстановку. Я и чувствую их. Они за этими кустами.

Но Баюн, словно специально, продолжал.

— Их боятся все от мала до велика.

Кусты зашелестели.

Баба Яга сделала вид, что не замечает шума в кустах.

— Кот прекрати паясничать. Кстати они нас окружили, — тихо сказала она, шевеля палкой костер. Огонь вспыхнул.

Кусты зашевелились.

— Внимание сейчас это чудовище выйдет, — прошипел кот.

Кусты раздвинул и из них вышел человек в черной одежде, шляпе с широкими полями, с большой кожаной папкой подмышкой и полумаске, такого же цвета, что и его одежда. Он заискивающе улыбался.

— Добрый был вечер, — поклонился он. — Я с налоговой инспекции.

Баба Яга и кот Баюн уставились на него.

— Откуда вы приехали, товарищ? — спросил кот.

Человек фальшиво рассмеялся.

— Знаете, я люблю прогуливаться по вечерам по таким тенистым местам как это, — говорил он, расхаживая около костра, — вы меня понимаете?

Баба Яга пожала плечами.

— Я сама живу вдали от людей, но прогуливаться в такой глуши перебор даже для меня.

Налоговый инспектор опять фальшиво рассмеялся. Его глаза воровато бегали по сторонам.

— Так вот, прогуливаясь, я неожиданно набрел на таких приятных путников как вы, — продолжал говорить человек. Он говорил так, словно заучил текст заранее. Его поведение походило на выступление очень плохого актера. — Оказавшись случайно, рядом с вами хочу спросить, почему вы не платите налогов? На вас скопилось очень много жалоб. Кстати как ваши имена?

Баба Яга и кот назвались.

Кот назвался Бабой Ягой, а Яга назвалась котом Баюном.

— Очень хорошо, — человек быстро вписал имена в уже заранее написанные бланки, зарыл папку, потом снова открыл и сделал вид, что первый раз видит бланки. — Ну, вот правильно. Яга Ивановна не платит налог на покупку костюма. А кот Баюн не оплатил налог на покупку новой лошади.

Кот насупился.

— Я не мог покупать костюм.

— Ничего не знаю, вот бумага.

Кот насупился еще больше.

— Я не мог покупать костюм, потому что я не ношу костюмов. Я кот! Я хожу..., — Баюн понизил голос, — я хожу голый!

Человек успокоил кота.

— Ничего, бумагу перепишем, но заплатить придется, гоните золотые.

Яга молчавшая, все это время спросила кота.

— Это что новый вид разбоя?

Кот передернул плечами. Почем я знаю, я же не ученый кот.

Яга обратилась к человеку, который переглядывался с кем-то, кто прятался за деревьями, и, судя по всему, их было не мало.

— Родимый, ты скажи, куда бабушкины денежки пойдут.

Налоговый инспектор удивился.

— В банк.

Кот с Ягой переглянулись.

— Какой такой банк. У нас отродясь никаких банков не было? — рассердился кот.

— Теперь есть.

— И кто его создал, царь?

Человек хохотнул.

— Скажите тоже, царь, поднимите повыше!

Кот вздыбил шерсть.

— Кто же тогда?

Налоговый инспектор торжественно раскинул руки в стороны и провозгласил.

— Экономика.

— Чё?!

Кот обратился к Бабе Яге.

— Я сейчас ему морду набью.

Баба Яга его удержала.

— А если мы на вас царю нажалуемся? — спросила она.

Налоговый инспектор рассмеялся.

— Нам царь не указ. Все царства платят налоги.

— Почему?

— Потому что так нужно.

— Все царства?

— Да.

Яга хмыкнула.

— Я помню, царю-батюшке мы платили подати на содержание дружины. Но платить в какой-то банке, я этого понять не могу?

Человек занервничал, он то и дело открывал и закрывал папку, напуская на себя важность.

— Платите, — заявил он. — А не то!

— А не то, что? — улыбнулась Баба Яга; краем уха она услышала, как за ее спиной захрустели ветви.

Кот не улыбался. Его шерсть вздыбилась, а лапы дрожали, готовясь выпустить когти.

— А не то мы вас схватим, и вы будете работать на банк.

Яга улыбалась. Она чуяла, как сзади приближается группа людей.

— Что ты, милок, неужели даже старую бабушку не пожалеете.

Человек оскалился. Он стал похож на злобного хорька.

— Больше всего на свете я ненавижу таких старух как ты, — зашипел он, брызгая слюной. — Вы старые люди никчемные, гнусные людишки, которые считают, что их задарма нужно кормить. Но в нашем мире, где все продается и покупается, вы лишь обуза. Ну, ничего мы придумаем, как сделать на вас деньги. Схватить их!

Но прежде чем его отзвуки его голоса успели замолкнуть в ночном лесу, он увидел перед собой кошачью морду с горящими зелеными глазами. Кот висел на нем, уцепившись одной лапой за ворот. Криво ухмыльнувшись, Баюн извинился и свободной лапой аккуратно снял с человека его широкополую шляпу.

— Не помните поля, — припросил налоговый инспектор, озадаченный действиями кота.

— Не волнуйся, — пообещал кот, кидая шляпу в траву. — Так я думаю, будет лучше, — сказал он и с видом парикмахера оглядел лысину человека.

— Вы так думаете? — пролепетал инспектор.

— Уверен, — заверил его Баюн, с легким шелестом обнажил когти на лапе и профессионально воткнул их в голову налогового инспектора.

Крик потряс ночь.

Группа людей в черном скрытно, как они сами думали, приближалась к Бабе Яге сзади, держа в руках рыболовную сеть. Они хотели уже накинуть ее на неподвижную Бабу Ягу, но крик налогового инспектора отвлек их от "рыбалки". В свете костра они увидели налогового инспектора, крутившегося словно волчок. Кот рвал его лысину в клочки. Испуганные увиденным, люди в черном отступили с сетью назад. Перед ними возникла Баба Яга.

— Куда вы ребятушки? — спросила она. В руках у бабушки была метла, которой она поигрывала. — Вы, кажется, хотели старушку поймать. Нехорошо бабушку обижать.

Она бросилась бить их метлой. Удары метлы были сильны, они сносили людей с ног и те с криком улетали в темный лес.

Кот, изрядно исполосовав голову налоговому инспектору, наконец, отпустил его, и тот с воем умчался в темную чащу. Треск веток сопровождал его бег.

Разметав незадачливых любителей рыбалки, Баба Яга опустила метлу на землю.

— Ох, неладно в нашем тридевятом царстве, — промолвила она, когда к ней подошел кот Баюн. Тот с важным видом топорщил усы.

— Видела как я его, — с восторгом похвастался кот. — А ты говорила, что я зажирел, мышей не ловлю.

— Ты не находишь этих разбойников в высшей степени странными.

— Что тут странного, как прилетим, то пожалуемся Кощею. Распустил он местное население.

Баба Яга и кот легли спать в полной уверенности, что их не побеспокоят и проспали до самого утра. А как только солнце осветило верхушки лесных деревьев, наши путники были на ногах, вернее на метле, именно так они и продолжили свой путь.

До замка Кощея долетели без приключений. Замок Кощея было громадное строение из серого камня. Замок, как еж, ощерился к небу шпилями башен. Баба Яга и кот Баюн заметили его издалека. Кот, высунувшись из корзинки, рассматривал его многочисленные башни и подвесные мосты. От нетерпения он облизывал свой нос шершавым языком.

Опустившись на некотором отдалении от замка, путники, что называется, спешились и продолжили путь пешком.

— Надеюсь, Кощей не выкинет, какой-нибудь трюк, — озабочено бормотал Баю.

Он, переваливаясь, шел по дороге. Корзину, в которой кот совершал полет на метле, Баюн надел себе на голову, будто громадную каску.

— Он большой любитель розыгрышей.

— Горыныч сказал, что Кощей увлекся какой-то философией. Нашел себе занятие.

— У него основное занятие было над златом чахнуть. А в свободное от этого время разыгрывать друзей, — бурчал кот.

Путники подошли к воротам замка и остановились, не веря своим глазам. Над воротами замка висела громадный плакат " КОЩЕЙ БАНК". Чуть ниже еще один: "Мы почахнем над ваши богатством".

Кот толкнул Ягу лапой.

— Нет, ты видела? — спросил он.

— Сказал бы кто, — не поверила, — изумилась Яга. — Что это за бардак? Ну-ка открываете!

И она забарабанила в ворота концом метлы.

Заскрипели засовы, и в воротах открылось зарешеченное окошечко. Через него на пришедших воззрилась лисья морда.

— Слушаю вас? — вкрадчиво проворковал лис.

Баба Яга и кот переглянулись.

— Нам Кощея Бессмертного, — сказал кот.

Лис смерил его холодным взглядом.

— Таких здесь нет. Это учреждение.

— Как это нет, — напустилась на него Яга, — это его замок, куда вы его дели?

Лис поковырял когтем в зубах.

— Никуда мы его не дели, он отдал нам замок, а сам удалился.

— Куда он мог удалиться?

Лис неопределенно махнул лапой.

— Туда, а может туда. В общем в горы. Он удалился в горы постигать мудрость, а нам отписал все имущество.

Баба Яга нахмурилась и скрестила руки на груди.

— Можно поконкретнее, где мы можем его найти?

Лис сладко улыбнулся.

— Ищите, мне работать нужно, — с этими словами он захлопнул окошечко.

Расстроенные Баба Яга и кот остались стоять возле ворот.

Первым молчание нарушил кот.

— Теперь и я согласен, что-то не ладное в тридевятом царстве.

Его сказанное подтвердилась, когда Яга и кот поднимались на метле над замком. На одной из крепостных стен Яга заметила человека в сером костюме и золотом пенсне. Она показала человека коту.

— Доктор Хрейд психоаналитик, — прошипел кот, — быстро он добрался от Горыныча сюда. Наверное, у него крылья.

Кот и Яга потратили остаток дня на полеты над горами, пока на одной из них не увидели Кощея. Он сидел на каменной площадке в странной позе, больше похожей на узел. Вокруг него танцевал толстячек в оранжевом халате, с нечесаной гривой волос и бородой, заплетенной в маленькие косички. На его толстом лице хитро сверкали поросячьи глазки.

Яга и кот приземлились и подошли к Кощею. Кощей Бессмертный, выпучив глаза, уставился вдаль, ничего не видящим взором. Его тело все было перекручено узлом. Руки и ноги торчали из совершенно неожиданных мест. На его абсолютно лысой голове были начертаны странные символы. Жиденькую бороденку поглаживал легкий ветерок.

К пришедшим кинулся толстячок с целью выпроводить нежданных гостей.

— Адепт очень сильно занят, — заявил он Яге, — вы мешает ему в погружение с высшим разумом и слиянию с сущим.

— С чем? — переспросила Яга. — Чего он там сливать надумал? Ты кто такой?

Толстячок уничижающее посмотрел на неё.

— Я его Гуру — духовный учитель, ведущий к просветлению души и бессмертию.

— Какое бессмертие? Он и так бессмертный!

Яга оттолкнула Гуру в сторону.

— Эй, Кощей, хватит ерундой заниматься. Пока ты тут все сливаешь, твой замок захватили, а в окрестностях заправляет банда инспекторов-налоговиков, слышишь?

— И еще всякие профессора психованные бегают, — подскочил кот. — Без присмотра и без смирительных рубашек.

Кощей не пошевелился. Его худое лицо обтянутое желтой кожей было неподвижно, взгляд направлен вдаль.

Яга тихонько позвала его:

— Кощей, ты нас слышишь?

До Яги донесся еле слышный голос Кощея, который она вначале приняла за писк комара:

— Я в ни-ирванне.

— В ванне? — переспросила старушка и оглядела его. — Вроде нет, ты на земле и никакой ванны я поблизости не вижу.

Толстячок стал пытаться оттеснить Ягу и кота от Кощея.

— Адепту нужна тишина. Он в "нирванне" — это такое состояние, когда душа погружается во всемирную ванну всего сущего и сидит там.

— Зачем, чего она не может в реке помыться? — грубо переспросил кот.

Гуру вспыхнул.

— Вы кощунствуете, — произнес он, — вы невежды и вам не этого познать. Человек уходит в ванну сущего, и сидит в ней. Он это делает, что бы отказывается от всего в этом мире.