Инцидент вроде как улажен. Но хоть убейте, я до сих пор никак не могу понять, почему получив доклад от Покрышкина, летавшего на разведку, о прорыве немцев и движении их кампф-группы на юг от Первомайска, командир полка не организовал бомбо-штурмовой удар по немецкой колонне, а приказал перебазироваться на восток? У него ведь было все необходимое для этого. Более того он ведь и командованию не доложил.

Командир вновь сформированного стрелкового полка, подполковник Матвейчев, который еще недавно был капитаном и командовал ротой, которую я высадил у Новой Одессы, передал мне с оказией через обком кассету с фотопленкой. 'Лейку' он зажал себе, ну да ладно, у меня и свой ФЭД есть. Петрович проявил и переданную пленку, и те пленки, которые я нашел в кюбеле. В итоге у нас появились интереснейшие фотодокументы. Листовки с фотографией немецких могил с крестами и дубовыми листьями и текстом 'Доблестные солдаты вермахта! Обещанные вам вашим фюрером наделы земли и кресты с дубовыми листьями в награду вы все тут гарантировано получите, точно так же как их уже получили ваши камрады' — уже печатают...

Еще через два днясогласованными совместными ударами извне и изнутри города был деблокирован Вознесенск. Для ускорения переброски войск, всех кого только удалось собрать в Николаеве, ночью, по образцу Парижа 1914 года, когда французы мобилизовали парижские такси, были задействованы все городские автобусы, грузовики, все легковые машины. Даже мой кюбельваген сделал два рейса за эту ночь. Еще через день был освобожден Первомайск. Как я и предполагал ранее, немцев прорвалось не много — не более двух моторизованных дивизий, разошедшихся в пустоте наших тылов широким веером четырьмя кампф-группами. Оперируя на большой территории, эти группы, вынужденные оставлять хотя бы взвод почти в каждой захваченной деревне, таяли как снег на весеннем солнце, более сея панику, чем действуя силой. И Вознесенск блокировал всего один батальон усиленный одной батареей 105 гаубиц. А в Вознесенке оказалось окружено множество наших войск, разрозненных, в значительной части деморализованных, но в сумме численностью больше пехотной дивизии. Их пришлось приводить в чувства, иногда и не гуманными методами. Нашлись и в городе и окрестностях 14 брошенных танков разных типов, из них три Т-34, девять БТ-7 и два Т-26. Только одна 'тридцатьчетверка' была пуста — с последними каплями солярки на дне баков, без снарядов, без штатного пулемета и без прицела и орудийного затвора и с изрядным количеством вмятин на броне. Ее загнали в лесополосу между полями и неплохо замаскировали. Остальные брошенные танки были полностью комплектны и боеспособны, разве что полнота баков и наличие боекомплекта у них колебалась от 50 до 100 %. И брошены они были просто на обочинах дорог. Т-34 тут же вернули в строй, а легкие танки отправили на завод в Николаев для модернизации по уже отработанной технологии.

Но когда я увидел эти Т-34, то офонарел. Они совершенно не были похожи на тетанки Т-34 которые я помню по старой военной кинохронике 1941 года. Эти были похожи скорее на Т-44 или вообще на что-то послевоенное. Сплошной наклонный лобовой лист, причем широкий, прикрывающий даже верхнюю часть гусениц примерно как на БМП, командирская башенка, и похожее на 'гадюку' длинноствольное орудие, увенчанное набалдашником дульного тормоза вместо 'окурка' Л-11. Именно такие танки позже иногда привозили на ремонт на николаевские заводы. А самое главное Михаил Ильич Кошкин жив, здоров и продолжает руководить танковым КБ в Харькове. Мне в свое время удалось убедить его в том, что у главного конструктора всегда есть много более важных задач, чем самому заниматься мелким ремонтом опытных образцов в зимних полевых условиях. Поэтому он не участвовал сам в испытательном перегоне танка зимой 1940 годав Москву, а занимался отработкой технологии массового производства на заводе, и потому не заработал то самое, ставшее фатальным, воспаление легких... Но я отвлекся...

Еще через десять дней все прорвавшиеся у Винницы гитлеровцы были уничтожены или окружены. Сейчас последнее кольцо зачищали у Кировограда, а северный фас растянувшегося Южного фронта медленно, но упрямо возвращался к Бару, Виннице и Житомиру. Западный фас фронта стоял на восточном берегу Днестра. Измаил, устье Дуная и Молдавия, увы, были временно потеряны. Но нельзя сказать что, врагу все это досталось задешево. Румыны и немцы упорно, не считаясь с потерями, более двух недель штурмовали старую Аккерманскую крепость, но так и не смогли ее взять. Когда имевшиеся в крепости боеприпасы стали подходить к концу, командование приняло решение об эвакуации героического гарнизона. Ночью 26 сентября, заминировав все что возможно, оставшиеся в живых бойцы переплыли Днестровский лиман. Но еще более суток немцы не решались войти в опустевшую, не стреляющую, крепость.

В складывающейся стабилизирующейся ситуации на фронте, главное было не расслабляться. Совершенно очевидно, поняв, что захватить Николаев, Херсон, Одессу и другие города на юге они не смогут в ближайшее время, гитлеровцы начнут бомбить все, до чего смогут дотянуться.

И первый немецкий налет мы едва не прозевали — сигнальщики и на шуховской башне, и под адмиралтейским шпилем заводоуправления, спохватились в последний момент, но успели поднять тревогу. И мы все же успели подготовить приличную встречу. Целью налета 'штукасов' был именно завод — подлетая со стороны заходящего осеннего солнца, они сразу заходили на стапели и корабли на достройке. Однако кажущиеся безжизненными корабли дружно огрызнулись. 'Совершенный' пополнил свой счет еще на три 'штуки', а 'Стремительный' начал отсчет сразу двумя победами. Фрицы не ожидали такой встречи и отвернули на город, тут их нагнали немного припозднившиеся МиГи. Уйти удалось только троим из всего штафеля. К сожалению у нас появились первые потери — троих краснофлотцев отправили в госпиталь — до того как ее завалили, успела таки эта летучая сволочь дать очередь из пулеметов. Два МиГа уходили в Кульбакино сильно дымя, надеюсь дотянут...Были потери и в городе, на который фашисты успели сбросить бомбы и куда упали сбитые самолеты, а эвакуироваться успели не все.

Якорный Бабай, как же я сразу не подумал, тоже мне попаданец хренов! Бронежилеты сейчас не сделать — кевлар еще не скоро появится. Но кирасы-то можно. И для 'бронегрызов' — тех самых ШИСБР, и для моих зенитчиков. Причем последним надо не просто нагрудник, а что-то типа рыцарских доспехов — им бегать в атаку не надо, они просто на открытой со всех сторон палубе крутятся у своих пушек и 'дашек'. Оргвыводы сделал быстро — за ночь нарисовал несколько эскизов, а утром озадачил заводских инженеров и мастеров. Для ускорения понимания и решения поставленной задачи позаимствовали на день кое-что из краеведческого музея. Народ понял, проникся и через два дня полдюжины образцов разных кирас уже были готовы. Опробовали, выбрали — одевать сии доспехи надо, как и в старину, только на поддоспешник, в нашем случае на ватник и ватные штаны. Осень, так что особо не запарятся. Пулю из МР-40 такая кираса с 50 метров выдерживает — лично проверил, нацепив кирасу на бухту каната, дабы не рисковать жизнями.

'Стремительному' привезли наконец-то главный калибр. Башни установили быстро, затратив всего два дня на монтаж — работали параллельно две бригады и два подъемных крана. Можно было бы и быстрее — но подъемные краны ближе поставить не получалось. Начали монтаж с первой и четвертой башен, а закончили третьей и второй. Седьмого октября 'Стремительный' ушел на ходовые. До конца года достроят еще один эсминец, а в первом квартале 1942 года следующий. Стучу по деревянной поверхности штурманского стола...

Поскольку фронт вновь находился далеко на западе и севере, то непосредственная угроза Николаеву была устранена. Меня освободили от командования обороной города и даже объявили благодарность. Увы, железная дорога, подходящая к Одессе с севера, практически не работает из-за налетов — уж очень близко к фронту она проходит. Поэтому мы и совершаем очередной морской круиз в Одессу. Но уже не из Севастополя, а из Николаева и Херсона — логистику перевозок удалось немного рационализировать. 'Совершенный' вместе со 'Стремительным' в очередной раз сопровождают транспорты, и мы сами везем еще сотню тон боеприпасов. К счастью погода благоприятствует — плотная низкая облачность, временами моросит мелкий противный дождик, осень все-таки. Да и зима на носу. 'Что наша южная зима? Карикатура северного лета'— как сказал поэт.

В конце октября на аэродром в Кульбакино прибыл новый истребительный полк. Полк действительно новый, только что сформированный, перебазирован в Кульбакино для продолжения обучения летчиков этого полка, потому что Николаев считается 'спокойным и тыловым'. А Покрышкин, вместе со своим полком, уже опытным и обстрелянным, перебазирован в район западнее Винницы. Кстати, если судить по прессе ( лично пообщаться возможности с сентября не было) дела у него идут более чем хорошо и похоже что Трижды Героем он станет гораздо раньше. Тем более что частичное разоружение их МиГов путем снятия двух крупнокалиберных пулеметов удалось отменить, а заодно и внести предложение об унификации вооружения МиГов с И-16 путем замены двух пулеметов ШКАС на 20мм пушки. Предложение было принято авиационным командованием почти без возражений. Надеюсь это удастся ... Тьфу-тьфу — сплевываю через левое плечо и стучу по деревяшке...

Основные бои на суше идут далеко от Николаева, и тем более от Севастополя, на севере Украины, в Белоруссии и Латвии. В центре немцы рвутся к Днепру — к Киеву и Смоленску. В Латвии — к Риге и далее на Ленинград. Финляндия, похоже, вышла из войны де факто и на Карельском фронте сейчас что-то типа 'странной войны' на Западном фронте во Франции осенью 1939 года. (О боги, как же давно это уже было!) Во всяком случае, после информации о боях на границе еще в июне, СовИнформБюро о событиях в тех краях уже очень давно ничего не сообщало.

Дело идет к декабрю, и львиная доля моего послезнания о ходе войны уже не имеет абсолютно никакого смысла. События здесь и сейчас развиваются уже по своему собственному сценарию, к написанию которого я изрядно приложил руку. ЯкорныйБабай, но приятно это сознавать, хоть это и манией величия попахивает, да еще и пополам с гордыней. А вчера в вечерней сводке новостей с фронта прозвучало сообщение о героической гибели генерала Власова, поднявшего своих бойцов в решительную контратаку на смоленском направлении. Вот интересно, эта смерть естественная и неизбежная случайность войны? И он действительно это сделал? Или эта случайность 'хорошо организована' компетентными органами? И еще любопытно, где сейчас командарм 20 армии Лукин? Он и здесь подставит армию под разгром, сдастся в плен, будет служить гитлеровцам, а после войны опять отмажется? Или, как и с Власовым, с ним теперь все будет уже совершенно иначе?

Интересно, 7 декабря 1941 года японцы нападут на Пёрл-Харбор? Или нет? Да что тут гадать, через 10 дней все узнаем.

Судостроительные заводы постепенно превратились из судостроительных в танкоремонтные, с перспективой стать танковыми. Во всяком случае, минимум дивизию БТ и Т-26 по нашему опыту уже переделали. Из переделок наиболее многочисленными — 60 штук — оказались САУ с использованием 57 мм ЗиС-2 на шасси БТ. А буквально перед этим круизом приходили заводчане, интересовались: а нельзя ли сделать такие САУ, но с использованием 76мм Ф-22 УСВ? Оказывается, их почти сотню собрали и среди немецких трофеев и просто брошенных посреди полей, и привезли на завод. Собрали также больше сотни БТ-7, как брошенных целыми и невредимыми, так и с повреждениями разной степени. Целые и не поврежденные танки усиливались дополнительной броней по уже отработанной технологи. А поврежденные либо разбирались на запчасти, либо их чинили и собирались переделывать в такие САУ. Мы посидели, прикинули разные варианты и решили, что сделать это можно. Нарисовали мы совместными усилиями эскизы, попутно я намекнул на возможность модернизации этого орудия с увеличением бронепробиваемости и настильности стрельбы, по типу того, как немцы уже сделали с этой пушкой. Сказал, что такое уже видел среди трофеев, но,увы, уже только в виде металлолома. И что на наших танках Т-34 нечто подобное тоже уже сделано. Предложил идею с унификацией боеприпасов с одновременным подъемом бронепробиваемости. Народ впечатлился и обещал обсудить это с наркоматом боеприпасов и главным конструктором орудия.

Вечером пятого декабря, как раз перед закатом 'Совершенный' вернулся в Николаев из очередного круиза с боеприпасами в Одессу. С утра погода была нелетной, но с полудня распогодилось и этим воспользовались геринговские стервятники. Налет на город был массированный. В первом эшелоне на относительно малой высотешло не меньше трех десятков 'штукасов', а высоко в небе шло раза в два больше 'Ю-88' и 'Хейнкелей'. Мы засекли их еще на подходе, находясь на траверсе Богоявленского. Радаров нет, высоту и дальность определяем на глаз, дальномером, для авиации это плюс-минус лапоть. Так что повторяем тот же прием что и на рассвете двадцать второго июня — когда по нашим расчетам вражеские самолеты оказываются в расчетной точке, максимально быстро даем два залпа из главного калибра осколочно-фугасными снарядами, в которых вместо штатного взрывателя установлена дистанционная трубка от шрапнели с расчетом взрыва на максимальной высоте. Небольшой запас таких вот заранее переделанных снарядов хранится в каждой башне в отдельном стеллаже.

Кстати, до нас дошла маленькая приятная новость — наша инициатива с кустарным изготовлением зенитных снарядов для Б-13 получила поддержку командования, и такие снаряды уже начали выпускаться серийно. Нам обещали что скоро мы их получим, так что больше с кустарщиной мои артиллеристам возиться не придется.

И нам опять повезло. Мы почти угадали с высотой и дальностью. Разрывы наших снарядов снесли ведущую тройку 'Ю-88'. Строй 'восемьдесят восьмых' рассыпался, и бомбы полетели куда попало. А вот 'штукасы' увидев нас,поперли в атаку на корабль как пчелы на мед. Отбились, хотя и с трудом, но к счастью обошлось без безвозвратных потерь. Все-таки когда много стволов — это очень хорошо. Но проблема эффективности ПВО остается. 'Дашки' и автоматы 45мм и 37мм — это оружие противовоздушной самообороны в ближней зоне. И с этой задачей они справляются. А главный калибр унас не универсальный — у него угол возвышения всего 45 градусов. То есть один-два залпа, подгадав дистанцию, мы можем по самолетам сделать. Но если 'люфты' уйдут немного выше или на той же высоте подлетят ближе, главный калибр уже бесполезен. А две 76мм зенитки слишком мало для сколько-нибудь серьезного противодействия авиации на большой высоте. Вот как бы Б-13 переделать в универсалы?

Днем шестого отбили еще два налета на город. Но сегодня, нет уже вчера, больше действовала наша авиация. 'Штукасы' не прилетали вообще (надеюсь, эти сволочи кончились). А более мощные Ю-88 и Хейнкели сыпали бомбы с большой высоты на все подряд. Так что за весь день, к счастью весьма короткий, мы сделали всего пятнадцать залпов из 76мм зениток, когда эти гады были практически у нас над головой.