Друзья

Выйдя от мага, направились за оружием, но первой увидели не оружейную лавку, а городскую баню.

— Всем мыться! — скомандовал граф. — В таком виде нас не пустят ни в один трактир.

В банях был цирюльник, поэтому по настоянию Ольгера не только помылись, но и подровняли отросшие волосы. Когда уходили, посмотрели на себя в большое бронзовое зеркало. Собственный вид так поразил вчерашних разбойников, что они на время даже забыли о голоде.

Оружие Ольгер купил в первой же встреченной лавке. Каждый получил меч с кинжалом и боевой лук со стрелами. Из доспехов взяли только нагрудники и шлемы.

— Неси сумку с золотом, — сказал граф и отдал Патрику одну из двух сумок с монетами.

Маг не врал, а если есть надёжные слуги, зачем надрываться самому? Впрочем, вторую сумку он нёс сам. Вскоре увидели трактир, в котором хорошо пообедали и сняли две комнаты.

— Идите отдыхать, — приказал Ольгер. — К вечеру сходим на рынок за лошадьми, а утром уедем. Если не нарвёмся на толпу разбойников, через три дня будем в столице.

— К вам посетитель, ваша мудрость! — обратился слуга к Верту Фаддею. — Это сильный маг, поэтому я счёл нужным предупредить вашу охрану. Назвался Уладом и сказал, что у него для вас важное поручение.

— Вы всё сделали правильно, Влад, — одобрил главный маг. — Пусть он войдёт.

Слуга поспешно вышел и пропустил в кабинет невысокого мужчину лет сорока, в запылённой дорожной одежде. Тот приблизился на положенные десять шагов и застыл.

— И долго ты думаешь так стоять? — язвительно осведомился Верт. — Отвечай, от кого и с чем послан.

— Жду разрешения говорить, — после низкого поклона ответил Улад. — Марк Тибор приказал отвезти вам это письмо.

— Положи на край стола, — приказал главный маг. — И без глупостей! На словах ничего не велели передать?

— Нет. Есть ещё письмо для мага Даоса, но с ним нужно ехать в Ургай.

— Вот и отправляйся, — разрешил Верт. — Перед возвращением в Тору зайдёшь ко мне. Возможно, будет ответ.

Гонец вышел, а маг проверил конверт на опасность, достал письмо и прочитал его два раза. Тибор удивил, но его предложения не имели практической ценности. До появления богов можно было выгодно сыграть вместе с ним, сейчас отпала необходимость в таких играх. С Гархом расправятся без вмешательства Лебарии, но готовность королевского мага Торы к союзу могла пригодиться. Никто не знает, как повернётся жизнь, и, если люди победят, она не ограничится сражением с сорголами.

— Иди сюда! — позвала Вела служанку. — Садись на лавку и рассказывай!

Многие дворяне возмещали отсутствие парков домашними садами. В больших, заставленных кадками с кустами и деревьями комнатах были скамейки, на которых любили отдыхать женщины. На такую скамейку и сели девушки.

— Они купили очень большой дом на улице Хромого Генерала.

— Ну и название! — фыркнула герцогиня. — Ладно, рассказывай дальше!

— А о чём рассказывать? В дом набрали слуг и управляющего. Важный — жуть! В коллегию пока не ездили, ни в магическую, ни в ту, где дают деньги. Проехались по лавкам и сидят дома. Мне рассказал об этом Зорин. Он страсть как недоволен управляющим, но этот Гай местный, да ещё из благородных. Куда до него другим слугам!

— Можешь передать барону моё письмо?

— Меня саму не пустят, — испугалась Лида. — Могу передать через Зорина. Сегодня уже поздно...

— Я сейчас напишу, а отнесёшь завтра!

Вилли прочитал принесённые слугой бумаги. Это были документ на владение домом и расписка главы крупного торгового дома о получении для хранения ста тысяч золотых. Конечно, всё было оформлено на Дальга.

— Господин граф, к вам прибыл королевский маг! — доложил вбежавший слуга.

— Оба вон! — приказал Сабор слугам. — Маг пусть войдёт. — Открыв ящик стола, он бросил в него бумаги.

Слуги бросились к двери и чуть не сбили с ног вошедшего без приглашения Марка Тибора. Оба застыли в нелепых позах, а королевский маг приблизился к удивлённо смотревшему на него Вилли.

— Хочу проститься, — сказал он, с безразличием глядя на королевского советника.

— Куда-то уезжаете? — спросил граф, лихорадочно пытаясь сообразить, чем вызвано такое бесцеремонное обращение.

— Вам пришла пора умереть, — объяснил Тибор. — Сейчас умрёте вы, а завтра утром то же самое сделает король. Хотите что-нибудь сказать?

Не дождавшись ответа, маг вышел из кабинета, а подчинённый им Дальг подошёл к оцепеневшему Вилли и перерезал ему горло.

— Мне мало твоих слов, старик! — сердито сказал великий хан Уклей. — Угод требует, чтобы я забыл обиды и поддержал соседей в войне с нелюдями! Я готов это сделать, но такой союз вызовет огонь ненависти в сердцах многих! Как бы этим огнём не опалило меня самого! Неужели богу трудно дать знак народу, который славит его тысячи лет?

— Кто я такой, чтобы указывать богу! — воскликнул Барабай.

Они говорили в шатре хана в присутствии одного Дажебая.

— Почему указывать? — вмешался в разговор советник. — Попроси! Пришельцы из Торы пролили кровь учи, поэтому уши воинов закрыты для твоих слов о прощении! Они не поверят даже всем жрецам твоего храма. Вот если будет знамение...

— Сядьте! — приказал появившийся бог.

Высоты шатра не хватало, и он досадливо горбился, чтобы его не развалить.

— Прости меня за дерзость, Великий Угод! — закричал Уклей. — Для общего похода нужно собирать ханов, и многие из них попытаются использовать общее недовольство... Жрецам не верят, а многие затаили зло за то, что я выполнил твою волю и не повёл их отвоёвывать горы!

— Что вы все так орёте! — поморщился бог. — Соберёшь ханов, а я вправлю им мозги. Тех, кто выступит против тебя открыто, можно зарезать. Сейчас как никогда важно единство, поэтому здесь должна властвовать только твоя воля!

Глава 14

К большому двухэтажному дому подъехала карета. Из неё вышла молодая красивая дама, которая поднялась по ступенькам и постучала в дверной молоток. Ей почти сразу открыли, а кучер загнал карету на площадку перед домом, чтобы не мешать проезду.

Не говоря ни слова, красавица прошла мимо застывшего слуги и торопливо поднялась по лестнице на второй этаж. Здесь она на мгновение остановилась, а потом решительно пошла по безлюдному коридору к нужной двери. Открыв её, девушка не задержалась в первой комнате, а сразу вошла во вторую, за дверью которой был слышен мужской разговор.

— Кто вы, леди? — удивлённо спросил её граф Тагор.

Комната была обставлена как гостиная, но без пристойной для дворянских домов роскоши. На одном из двух диванов сидели граф и его гость — пожилой, богато одетый дворянин, который тоже с удивлением смотрел на вошедшую. Перед мужчинами стоял низкий столик с кувшином и чашами.

Дама не стала отвечать на вопрос, повернулась и вышла. Обратный путь до входной двери был пройден ещё быстрее, и опять ей встретился только подчинённый слуга. Как только девушка села в карету, кучер сразу же выехал на дорогу.

— Как всё прошло? — спросил сидевший в карете Борис.

— Скучно, — ответил принявший свой облик Дарк. — Мага не встретил, а у графа был в гостях кто-то из местных. Ему стёр память, а Эмил сегодня ночью перережет себе горло. И потратил так мало силы, что её нетрудно восполнить.

— Ты с ним говорил? — спросил друг.

— С таким врагом не говорят, его убивают без лишней болтовни. Тагор сам задумал подлость с засадой и обязательно попытался бы отплатить за унижение, так что мы всё сделали правильно. Теперь едем в коллегию.

Прежде чем попасть на приём к графу Монку, пришлось две свечи ждать в очереди. Кроме самого графа, в комнате сидели ещё двое благородных и писец, который записывал имена и адреса просителей.

— В чём нуждаетесь? — спросил юношей глава после обмена приветствиями и представления. — Служба, деньги или какая-нибудь другая помощь?

— Благодарим вас, граф, — ответил Дарк. — У нас хватит свои денег и есть желание повременить со службой, но не хочется жить на правах гостей. Как нам принести присягу королю Августу?

— Вы купили жильё в столице? — спросил Монк. — Значит, уже подданные нашего короля. А клятву принесёте, если обзаведётесь землей. Имейте в виду, что вакансии на королевскую службу остались только в армии. Жалоб нет? Тогда прощайте, господа.

— Куда теперь? — спросил Борис, когда вышли из приёмной.

— Давай навестим графов Барток и наших дам, — предложил Дарк. — Если всерьёз займёмся магией, будет не до визитов, а я им обещал.

Их кучер не знал города, поэтому пришлось несколько раз спрашивать дорогу у прохожих. С этими остановками добирались до нужного дома больше свечи. Пришлось долго стучать, пока им открыли. Встретивший юношей слуга отвёл их в гостиную и отправился докладывать графу.

— Рад вас видеть! — сказал им Фар. — Жена вместе с семьёй сына в гостях, а я неважно себя чувствую, поэтому остался дома. Наш маг уехал в свою коллегию и должен скоро вернуться, и я не стал посылать за другим.

— Сейчас лучше? — спросил сотворивший лечебное заклинание Дарк.

— Вы не маг, а прямо волшебник из сказки! — расплылся в улыбке граф. — Так хорошо я чувствовал себя только в детстве!

"Лучше не использовать заклинания богини, — мысленно предостерёг друга Борис. — Если будешь их применять, да ещё со своей новой силой, быстро попадёшь в чудотворцы. Надо было его подлечить, как это делают все маги".

Мысленную речь, которая была неизвестна людям, тоже дала Герта. Обычно переговаривались вслух, а её использовали, когда нужно было говорить о чём-нибудь важном в присутствии посторонних.

"Не думал, что оно подействует так сильно", — отозвался Дарк и обратился к Фару: — Вы были почти здоровы, поэтому такой результат от моего лечения.

— Вас ждёт дама, — сказал ему граф. — Нет, это не Оля. У графини Сарк очередной роман. Это наша герцогиня, которой скучно сидеть дома и стыдно ездить в гости. Я за ней уже послал. Садитесь, пообщаемся. Скоро накроют стол, и пойдём обедать. Расскажите о своих делах. Были в коллегии?

— Только что из неё, — ответил Дарк. — Думали принести присягу и узнали, что в этом нет необходимости.

— А в армию идти не хотите, — понял Фар. — Если до сих пор с повязками, значит, не были и в коллегии магов. Я прав?

— Да, мы не спешим с коллегией, — подтвердил Дарк. — Скажите, граф, вы ничего не слышали о подготовке к большой войне?

— Я пока не оброс связями и почти ни с кем не общался, — пожал плечами Фар. — Сын сказал, что король увеличивает армию, и к границе с Доршагом отправлены отряды для её охраны и разведки. Но это было ожидаемо после захвата Гархом нашего королевства. Ясно, что король Торы рано или поздно обрушится и на Лебарию. На месте Августа я ударил бы сейчас, когда он к этому не готов. Заодно можно отобрать Доршаг.

— Этой войны не будет, потому что нам угрожает совсем другая, — сказал Дарк. — Скоро на земли людей придут чужаки, чтобы очистить их для себя. Встревожены даже боги. Они собираются прекратить наши распри и кое-чем помочь, но драться придётся самим.

— Я не спрашиваю, как вы об этом узнали. — Граф задумчиво посмотрел на юношу и продолжил: — Если возникла опасность нашего истребления, понятно беспокойство богов. Им нужны люди, а чужие наверняка молятся кому-то другому. Значит, вас выбрали. Завидная и страшная участь! Видимо, враг очень силён, поэтому впереди много сражений и смертей. Эх, не вовремя король Торы развязал войну! Сколько погибло прекрасных воинов! Их не заменишь мужичьём или косорукими горожанами.

Послышался приближающийся стук каблучков, и в гостиную вбежала Вела.

— Наконец-то, вы выполнили обещание, барон! — с укором сказала она Дарку. — Не могли этого сделать без моего письма?

— О каком письме вы говорите, герцогиня? — не понял он.

— Сразу после завтрака отправила к вам Лиду с письмом. Неужели не получили?

— Мы после завтрака уехали по неотложному делу, — сказал Борис, — потом были в коллегии, а из неё прямо к вам. В эти дни были заняты, так что вы зря упрекаете барона: у него не было времени для визитов.

С новой силой можно было врать кому угодно, тем более этой девушке.

— А я маюсь от безделья! — пожаловалась она. — Нужно было наплевать на приличия и остаться с вами! В моём положении титул — это не то, чем следует гордиться. От него одни неприятности! Если бы не надежда на возвращение отца, я от него отказалась бы. В коллегии раздают золото, а я не могу заставить себя за ним поехать!

— Кавалер, — обратился граф к Борису, — пойдёмте, я покажу вам дом. — Он встал и вышел из гостиной.

"Объясняйтесь", — мысленно сказал друг и последовал за Фаром.

— Умный старик! — с горечью сказала Вела о графе. — Что молчишь? Разве не видишь, что я влюблена как кошка? С твоими умом и способностями... Не хочешь связывать себя с такой, как я?

— Дело не в тебе, а во мне, — ответил Дарк. — Нас с Борисом выбрали боги, а ты знаешь, какая судьба у таких избранников!

— Сволочи! — обозвала богов девушка. — Ладно, вас избрали, но это не значит, что ты завтра умрёшь! Пройдут годы, и их можно прожить по-разному. Разве плохо любить и оставить после себя детей? Или лучше совершать подвиги и умереть пустоцветом? Или дело в моём титуле? Так ты только скажи — и я тут же от него откажусь!

— Такое можно сказать, если есть любовь, а я пока её не чувствую.

— И не почувствуешь, если мы будем жить в разных концах Орта!

— Что ты предлагаешь? — спросил Дарк.

— Я уеду с вами, и плевать на то, что обо мне скажут!

— Тебе плевать даже на то, что скажет отец? Он ведь может вернуться.

— Прошло много времени, — глядя в пол, сказала Вела. — Если бы он выжил, уже вернулся бы. Пока мы были в опасности, я убеждала себя в том, что он жив... Сейчас я в это почти не верю.

— Давай подождём несколько дней? — предложил юноша. — Потом будешь решать.

— Ты предлагаешь решать мне? — прищурилась она. — И без споров примешь моё решение? Хорошо, тогда ждём ещё три дня!

Взятой в деревне воды хватило на весь следующий день, а потом отпала необходимость в поисках, потому что утром встретились с воинским отрядом Лебарии.

— Я думал, что до вашего королевства ещё день ходьбы, — сказал Даргус командиру отряда барону Вонку. — Дадите лошадей?

— Правильно думали, — ответил тот. — Нас послали провести разведку, а что можно узнать на границе? У нас есть лишние лошади, но я не хочу отправлять вас одних. Подождите, герцог, скоро должны вернуться разведчики. Если они хоть что-нибудь узнают, отправим вас вместе с гонцом и охраной.

Разведчиков не пришлось долго ждать: они выехали из лагеря два дня назад и вернулись через три свечи после прихода Даргуса и его спутников. Секрета из результатов разведки не делали, поэтому доклад командовавшего разведчиками кавалера Шаля слушали все.

— В деревнях нет торийцев, — рассказывал он, — поэтому в них можно заходить без опаски. К крестьянам заезжали запасаться продовольствием, но это было в самом начале. Сейчас они сами возят еду в города и продают на рынке. Покупают и горожане, и победители. Для крестьян смена власти прошла почти незаметно. Может, были насилия на западе Доршага, но не здесь. Вот горожанам повезло меньше. Обладатели повязок узнали о зверствах солдат Торы и бежали к нам или сняли камни. Для размещения солдат и офицеров не хватило жилья беглецов, поэтому часть жителей выселили из домов. Сами торийцы городами не управляют, а поручили это авторитетным горожанам из тех, кто остался. Поборы есть, но терпимые. Узнали, что составлены списки тех, кто умеет сражаться. Я думаю, что таких учитывают для создания армии мёртвых. Как только подготовят мальчишек...