Остерегайтесь, ведьмы, магов

— В путь! — радостно известила всех Бажена.

И я даже сказать ничего не успела, когда верная боевая метелка уже уносила меня вдаль.

* * *

Все-таки страшнее ведьм в гневе могут быть лишь только те ведьмы, которые загорелись какой-то общей идеей. Еще хуже, когда эти ведьмы — сестры и они объединились против своего общего врага. Но самое-самое плохое — это осознание того, что тому самому врагу после мести ведьмочек ну совсем при совсем не выжить! И если гибель Дрэга меня, если честно, заботила мало, то факт того, что эта смерть будет производиться по моей вине, пугал очень и очень сильно.

— Магом больше, магом меньше. — Проговаривала Бажена. — Тебе ли не все равно?

— Нет! — рявкала разозленная и предельно взволнованная ведьмочка. — Не все равно! Я волнуюсь!

— Вот это любовь! — доносился из гроба тихий голос Снежаны.

— Да не шевелись ты! — верещала на нее Беляна. — Я еще немного доплету.

И вот такие психи и разговоры за последние несколько часов стали для нас уже давно привычны. Мало того, что мой план был принцессой отвергнут сразу, так она еще и предложила свой, который близняшки одобрили, с лихвой внеся в него несколько своих предложения. Как например, гроб или же фею-крестную, которая сейчас рычала и материлась за соседней стеной.

— Вы уверены, что Горыныча мы приплели не зря? — уточняла с сомнением я.

— Ну, не пропадать же добру! — лаконично отзывалась Беляна.

— Горыныч — зло. — Напоминала ехидно ведьма.

— Мы просто об этом напомним! — весело говорила другая.

И за такими перепалками приближался рассвет. Чудное время, когда улицы города всего на несколько часов становятся тихими, люди засыпают и наступает время волшебства.

— Я не верю, что согласилась на это! — ныла из гроба Снежка.

— У каждого дракона должна быть своя принцесса. — Напоминала я. — Просто мы, ведьмы, знаем лучше, какую ему подобрать.

— И почему сразу я? — удивилась Снежана.

— Потому что тебя выбрали мы! — рыкнула Беляна, — А ты согласилась!

— Ыы, — донеслось из закрытого пространства жалобное.

Между прочим, план этот был ее!

— Не ной! — услужливо заткнула принцессу Баж, — Уже пора выходить.

И всхлипы из гроба сразу как-то доноситься перестали. И даже я, сидящая далеко и все еще изображавшая вселенскую скорбь, напряглась. Все нипочем было только Киру, который, осваивая свои новые туфли на высоком каблуке, матерился в соседней комнате. Собственно, фею-крестную изобразить должен был именно он, потому что ведьмочкам появляться перед уставшим драконом было совсем нельзя. А то со злости-то еще зашибет, и поминай, как звали!

— Вы уверены, что это сработает? — вновь подала свой голос принцесса. Даже сейчас она выглядела слишком... напуганной и уставшей.

— С тобой будет Горыныч, — поспешно напомнила я, — Тебя маг не тронет, ты прекрасна и волноваться не о чем.

— В крайнем случае, влетит все равно нам, — слабо улыбнулась Беляна.

Пожалуй, назревающий скандал нас волновал меньше всего, но все равно служил отличным утешением для Снежки. Благо, в состоянии предвкушения она реально верила во всякую чушь.

— Так мы идем? — из соседней комнаты высунулись три клыкастые башки. Те самых, которые дышат огнем и пугают молоденьких девиц.

— Конечно, идем! — радостно ответила ведьма змею. — Мы возвращаемся в пансион, вы идете на свидание к дракону.

Три морды Горыныча явно оставались в предвкушении.

— А почему не полетите вы? — возмущенный писк раздался как раз со стороны хрустального гроба. Да такой, что мы все невольно закатили глаза.

— Нам еще перед наставницей отчитываться, спать оставшиеся три часа и спешить на занятия. — Выдала Бажена.

Хотя все знали, что на лекциях трех юных ведьмочек сегодня ну совсем не досчитаются. Но сбежав, мы хотя бы останемся живы.

— Действуйте по обстоятельствам, — напоследок сказала я Кирдыку, — И не смейте убивать дракона!

Три идентичные улыбки окрасили морды змея:

— Ыы! — дал он ну очень вразумительный ответ Кир, но гроб на руки подхватил и даже ведьмочка на прощание подмигнул. — Жду подробностей! — выдал он мне.

И пришлось нам согласно кивнуть. Валите, мол, поскорее, а то скоро уже рассвет.

И, когда первые лучи солнца окрашивали стены нашего пансион, три, ну очень уставшие после ночного дежурства ведьмочки уже стояли у ворот родного училища. Страх — это, конечно, не то чувство, которое привыкли демонстрировать мы, но, откровенно боясь войти, ни одна из нас первой шагу за порог родного учебного заведения сделать не могла. Боялись. Ведь страшнее необученной ведьмочки в гневе, может быть только та ведьма, кто на своем пути жизненном многое повидал. О, как. А наша Степанида Мухоморовна — ведьма со стажем, опытная. Ее не то, что мы, недоучки, боимся, а даже батенька мой, и тот опасаться удумал. Во как. А коли сам Кощей наставницу нашу избегает, то не зря это он, наверное. Ох, не зря! Вот и мы боимся. Так боимся, что даже ступить за порог училища не решаемся. Раздоры ждут нас там, крики, ссоры, но никак не похвала.

— Влетит нам, — грустно говорит Беляна, пришедшая, видимо, к точно таким же выводам, что и я.

— Сами виноваты, — поучительно сообщает ее сестра, — К дракону первыми полезли, на спор первые обрекли, принцессу фальшивую подсунули, да пропуск на обыск пансиона не достали. И кто мы после этого?! — уточняет она.

Ведьмы. Вот как есть ведьмы! Были мы ими, думаем, как они, да навсегда такими останемся. Хитрыми, изворотливыми, рыжими и самыми мудрыми существами волшебного мира. И покуда солнце дневное светит, не измениться ничего. Это еще судьбою предречено, да предками нашими сказано. Во!

— Пошлите уж, — махнула рукою я, — Коли скандал затевает, что его за порогом тешить?

— И то верно, — кивнула согласно Бажена, — Силушка с нами, девочка, да правда ведьминская. Коли есть справедливость на свете, глядишь, и обойдется все.

Надеждами мы себя тешить, конечно, любили, да помнили только, что первыми в противостояние с магами влезли. Первыми и по заслугам свое получим.

Но порог училища родненького послушно переступили. А сени дома главного встретили привычной прохладой. Из комнаты большей голоса доносились, туда мы и поспешили. Глядишь, обойдет стороной скандал этот лютый и забудется поступок ведьмочек непутевых.

— Привет. — Протянула Беляна всем присутствующим, коих я одна насчитала десять. Семь из нашей группы, да еще три из классов младших. — Как дела?

Внимания на нас не обратили ровно столько, сколько обычно маменька моя уделяет королевству ей дарованному, то есть совсем нисколько.

— Что происходит? — громче спросила Бажена.

Девочка, явно на год младше нас, взгляд своих зеленых глаз на близняшек скосила, да как заверещит:

— Они это! Они!

И... и теперь еще девять пар зеленых очей были на нас скошены, попы их подвинуты, да сами мы на середке усажены и на блюдечко смотреть велены. Смотри мы ничего не понимающие, а все та же девушка, кричать продолжать изволит слова заветные:

— Катись, катись, яблочко по серебряному блюдечку, покажи ты мне, яблочко, молодца доброго, змея лютого, да принцессу младую.

И яблочко по блюдечку-то катиться начинает, а потом, одумавшись видимо тоже басом рявкать изволит:

— Ага, счаз! — и с того самого блюдца соскакивает.

Вот не любят эти предметы волшебные добрые к ним отношения, выпендриваются постоянно, да ведьмочек юных злят:

— На пироги порежу! — кричит одна такая и за ножом направляется.

— Ладно-ладно, — соглашается мигом Ябло, — что ж так сразу-то? — и на блюдце запрыгивает, исходную позицию свою занимает и снова гаркает: — слова заветные!

Они тут же ведьмочкой произносятся:

— Катись, катись, яблочко по серебряному блюдечку, покажи ты мне, яблочко, молодца доброго, змея лютого, да принцессу младую.

И картинка постепенно меняется, яблоко катиться и, вообще, нами плохое ничего не ожидается. Мы сидим расслабленные, спокойные, как никогда, и чуда ждем, потому что... ну не показывает плохого блюдце-то! Никогда не показывало, а тут... самое невероятное отобразило! И у ведьмочек не то, что шок, ужас в глазах застывает и с интересом мешается, когда наконец-то появляется звук.

— Здравствуйте дамы и господа! — верещит за пределами видимости Колобок, — Бабушки и дедушки! Дураки и царевны! Маги и ведьмы! Мы рады приветствовать вас на главном событии этого года! Только сейчас и только в Тридевятом Царстве нынче столкнутся два сильнейших, хитрейших, мудрейших дуэлянта за всю историю существования нашей программы, чтобы бороться за руку и сердце юной, неискушенной, красивейшей принцессы Снежаны... Батьковны! Итак, встречайте: Кирдык Горыныч и его враг, противник самый завидный жених Тридесятого Государства... Кожим Светляков!

— Я Феечка! — возмущенно кричит откуда-то сам Кир. И три головы, огромный хвост, широкие плечи и довольно внушительные руки-ноги его, видимо, не смущают. Он ведь феечка! А они, как известно, бесстрашны! И наглые создания со звонкими голосами и звенящими крылышками по праву считаются самыми смелыми существами волшебного мира. Смелыми, мерзопакостными и ну очень наглыми. И если под первое и последнее определение Горыныч попасть спокойно мог, то над вторым еще надо подумать. Долго и усердно. Так, как умеют это делать только ведьмы.

Но, естественно, на раздумья я пока еще не решаюсь, вместо этого с опаской продолжаю смотреть на блюдце и с нетерпением ждать, что же будет дальше.

— И я не его завидный жених! — провозглашает на всю округу Кожим. Разобиженного и возмущенного до глубины души дракона не видно, но я точно знаю, что он недоволен. И очень хорошо его понимаю, потому что одно дело — это, когда месть — невинная ведьминская шалость, а совсем другое, когда она приобретает широкую огласку... в обществе. Второе, если честно, страшней и оттого намного для меня хуже!

— Хорошо, — покорно соглашается Колобок, но исправляться все-таки не спешит.

А изображение в отражении, тем временем, становится ну совсем уже четким и мы все — Все мы! — дружненько замираем и ждем... чего-то (хотя бы для разнообразия) хорошего! Но... хорошее, как всегда, не случается! И вместо какого-нибудь мега счастливого конца, мы видим всего лишь злого дракона, который, как ни в чем не бывало, своими голубыми глазищами осматривает съемочную площадку. И этот взгляд трем ведьмочкам не предвещает ничего хорошего.

— Будет бить, — почему-то шепотом сообщает Бажена. Видимо она, как и я, уже успела впечатлиться происходящим.

— Ничего подобного, — уверяет ее та крикливая ведьмочка и заверяет: — Это повтор.

За моей спиной гулко сглатывает Беляна. Мы, ведьмы, боимся редко, но если начинаем, то повод есть.

— Отмотай вперед, — быстро-быстро прошу у блюдца я. И когда картинки начинают меняться, молча жду.

— И давно закончилось вещание? — невзначай уточняет Бажена.

Ведьмочка качает головой:

— Незадолго до появления вас.

И... это хорошо, потому что я почти точно знаю, что очень скоро лично смогу лицезреть наглую рожу Дрэга на территории родного пансиона.

— Останови, — снова прошу у блюдца, — Помедленней.

Магический предмет послушно замедляется. И теперь мы видим... Светляка. По-видимому, он, в отличие от своего дружка, в гости к ведьмам не спешил и просто мило беседовал... с принцессой! Горыныч неистовствовал на заднем плане, но на него ну совсем никто не смотрел. Видимо, дуэль змей все-таки проиграл.

— Спелись, значится. — Задумчиво тянет Беляна. — А значит ли это, Ярь, что дракон потребует... ведьму?

— Исключено, — ответила грубо я, — Пусть Снежку у друга отбивает, да к девам честным не лезет!

Мы, ведьмы, так просто без боя не сдаемся! Тем более, когда свою часть договора честно всю исполняем!

— Допуск нам нужен, — говорю резко я, — И очень срочно!

И главное, дело ведь говорю, да заранее знаю, что в недалеком будущем разговор неприятный ждет меня, что откладывать его нет уже смысла, но время тяну. Долго тяну, пока первыми не встают близняшки, на чьих лицах одинаково зажглась решимость.

— Пошли, — первой заявляет Бажена. — Все равно интересного там уже ничего не усмотрим.

— И то верно, — задумчиво объявляет ее сестра и говорит наставительно ведьмам младшим: — Коли мага окаянного здесь увидите, не серчайте. Стороной обойдите, да уверенней будьте. Помните, что от вас ему ничего не надо.

— А... он прилетит? — самой смелой оказывается, как всегда, та крикливая ведьмочка.

— Прилетит, — буркаю отчего-то я, — Зол будет, ярость свою не скроет, да вещь нужную ему искать будет.

— И... найдет? — уточняет рыжая.

— Найдет, если в местах неправильных искать вздумает.

Вслед за напарницами из комнаты ухожу и я. Страшно, конечно, к ведьме-наставнице идти, да только ведьмочки мы честные и обещания свои привыкли почти всегда исполнять!

До нужного кабинета шли в полнейшем молчании. Я так вообще была без настроения, а близняшки молча пялились куда-то вперед. И как только дошли, шепотом почему-то уточнили:

— А чешуя-то у тебя где?

— Вообще-то я как бы ведьма, а не русалка, — Заявила сурово им. И главное, ни слова лжи.

— Ты поняла, о чем мы! — зло прошипела Бажена, — Не дури!

Молча так, серьезно смотрю на напарниц.

— В надежном месте! — говорю, в итоге, и толкаю массивную дверь. В какие бы передряги не влипали мы по моей вине, доверия ведьминское еще заслужить надо, а близняшки к этому не стремятся! Посему говорю только часть правды: — Они у меня спрятаны в надежном месте.

И остаюсь таковой! Хитрой, загадочной, а главное, уверенной в себе ведьмой, которой не то, что маги, взрослые ведьмы нипочем!

И уже смелее захожу в знакомый кабинет. Туда, где за столом восседает злая-презлая ведьма, которая еще в самом детстве заменяла мне мать. Ведь в отчем доме изворотливую ведьмочку так и не решились растить.

— Здравствуйте! — едва переступив порог, заявляю приветливо я.

— Входите, — говорит не очень радужно Благодать Мухоморовна. И ее зеленый взгляд усталых очей впивается в трех ни в чем неповинных нас. — Что успели натворить?

— А вам целым списком или только самое важное? — встревает в разговор Беляна.

— А что, уже есть список? — удивляет нас улыбкой наставница и добавляет: — Да вы проходите, не стесняйтесь, — и шепотом: — Все правильно сделали.

И уже не боясь скандала, три ведьмочки не без опаски проходят на предложенные места. Я сажусь около окна, чтобы небо обозреть можно было.

— Драконы хорошо светятся, — снова говорит Благодать Мухоморовна, — Кто бы мог подумать! Чей был план?

Два взгляда скашиваются на меня. То есть криков ну совсем не будет? Не верю!

Но...

— Мой! — говорю, — Девочки были против.

— Ну и зря, — заявляет наставница, — Вы нас здорово повеселили, девочки. Молодцы.

Кто бы мог подумать!

— Но впредь постарайтесь осторожнее, Ярина! — недобрые нотки просачиваются в голос ведьмы, — Любовное заклятие — не то, с чем стоит шутить. Впрочем... Маги этого заслуживают!