Остерегайтесь, ведьмы, магов

Если оглядываться назад и вспоминать то, с чего эта история началась, то точного ответа я вам дать не смогу. Но, немного поразмыслив, в конце концов, неуверенно скажу, что все началось с Большой и светлой любви. А потом, покраснев, тихо-тихо добавлю, что ничьей вины в этом нет, что так получилось само и что я, юная воспитанница интерната ведьм, ко всему этому отношения не имею. Вы, конечно, не поверите, улыбнетесь, покачаете головой, отвесите мне галантный поклон и уйдете, так и не услышав правду. А "Большая и светлая любовь" — это, между прочим, таверна, а эти события совсем-совсем неслучайны и я, кстати, не так проста, как вам показалось вначале. Что, уже стало интересно? Тогда проходите, садитесь, слушайте и не перебивайте. И, может быть, после этого я вам расскажу эту историю заново. Лишь только вспомню, с чего же все это началось...

Глава первая.

Говорят, когда на свет появляются ведьмочки, на небе зажигаются новые звезды. Мелочь, казалось бы, но приятно! Ведь про магов такого сказания нет, про леших так не говорят, про целителей подобного не придумали, а про нас, ведьм, сказали! А еще говорят, что когда на свет появилась я, новых звезд на небе не зажглось, но зато наше, родное, светило потухло. Ерунда, по идее, если не брать во внимание то, что на момент моего рождения была ночь, а ночь без луны — это как-то неправильно, некрасиво, глупо. Вся загадочность этого времени суток сразу пропадает! И если не появляется вновь спустя пару часов, то мы, ведьмы, начинаем бить тревогу! Работа у нас такая — делать так, чтобы люди ничегошеньки о существовании магического мира не заподозрили.

Не должно быть, конечно, так. Но если черти спились, волки без луны сошли с ума, то один разок... только ради тренировки и всеобщей безопасности можно.

Поэтому, если спрашивать с чего это история началась, то никто не соврет, если скажет, что все началось именно со дня моего рождения. С середины мая, если быть точнее.

А то было наше первое дежурство... за пределами родного пансиона. Все происходило мирно.

— А что если надуть дракона?

Ну, или почти мирно! По крайней мере, никому опасность пока не грозила. Этот дракон, конечно же, был не в счет. Он, вообще, в мои планы еще вначале дежурства не входил.... А потом просто не очень тихо, вместе со своими дружками, себя вел.

— Надуть?!

Не считая меня, вообще, на дежурство нас, ведьмочек, отправили втроем. Предполагалось, что мы, самые умные и изобретательные существа, придумаем, как еще хотя бы на одну ночь в небе снова зажечь луну. До появления в этой таверне дракона планов не было, сейчас же... Мы не могли провалить это задание и вернуться ни с чем... вновь.

— Ну да, надуть! — протараторила взбудораженная идеей ведьмочка. — Вы же понимаете, что это наш шанс?!

Дракон должен быть стать желтым и круглым. Самое то, чтобы изобразить луну! Оставалось только подсветить его... изнутри и запустить в небо, чтобы он смог летать.

Ничуть не удивившись высказанной мною идеей эти, которые самые умные и правильные во всем пансионе, синхронно наморщили носы! С близняшками мы работали командой уже несколько лет, но общего языка найти так и не смогли. Беляна и Бажена — так звали двух сестер — жили, будто бы в своем миру, предпочитая лучше ничего не делать, чем делать какую-то "чушь". Я же руководствовалась глупыми идеями, точно зная, что порой они — самый лучший выход из ситуации. И именно поэтому на ближайшую ночь собиралась надуть дракона! Благо я знала проверенный способ, как это сделать... быстро и безболезненно.

И первым делом мне нужно было найти принцессу! Хорошую такую... качественную принцесску, кто не сбежит с визгом от огромного дракона при первой же встрече. С такими мне знакомиться пока еще не пришлось. И я импровизировала...

— Эй, дракон! — прокричала одна решительно настроенная ведьмочка, — Принцессу хочешь?!

Она, в смысле, ведьма, точно знала, что для счастья именно этому дракону надо. Хороший процесс... перевоспитания, любовь и ласка тролльей мамы, а лучше сразу палач, если не согласиться на мое предложение.

— Тебя что ль? — только он, бедненький, этого еще не понял. Ведь я не принцесса, я гораздо хуже, коварней и умней. И, конечно же, своего давнего неприятеля заприметила давно. А еще помнила, что наставница-ведьма сказала нам добиваться желаемого всеми возможными способами. Увы, другого плана по зажжению луны у нас не было. Ну, я и добивалась:

— Так хочешь или нет?

Тишина... Она как была, так и осталась тишиной. Ровно так же, как и мои напарницы всегда были занудами и навсегда ими останутся. Ведь точно знают, что мороки, которыми защищают каждую ведьмочку перед подобным заданием, спасут! Но все равно не забыли прошипеть:

— Ты что творишь?! — точнее, шипела Беляна. — Мы не защищены!

Исправляться, разве что, было поздно. Ровно также, как и думать о последствиях этой встречи пока еще рано.

— Так хочешь? — быстро напомнила я о себе. — Или мне другого дракона искать?

Благо план уже успел сформироваться. А с ним и дерзить оказалось не страшно!

И пока взгляд чуть раскосых голубых глаз лениво разыскивал в толпе говорливую, я прикидывала возможные шансы на выживание. Ведь если об этом инциденте узнают ведьмы, жить дальше мне будет очень и очень трудно. Но, решив, что справлюсь, я снова обратила свой взгляд на дракона.

Вовремя, кстати! Тот как раз только перешел к изучению Беляны, как я уже возьми и ляпни:

— Мне долго ответа ждать?!

И у кого-то даже намека не осталось в личности ведьмы, предлагающей ему принцессу. С такими предложениями ведь не каждая в волшебном мире лезет, а я оказалась исключением. Сам же он должен был это понять еще при первой нашей встрече, да слишком несообразительным тогда оказался.

Благо сейчас поумнел:

— Нет! — и так категорично это прозвучало, так уверенно, что даже я усомнилась в этом. Ненадолго, правда. Вскоре все равно спросила:

— Принцессу хочешь?

И осталась таковой! Узнанной, всеми понятой и вообще умничкой. Правда, умничкой! Вон, в какой шок своим появлением парня повергла. Даже при первой нашей встрече было не так. Сейчас же он даже замолчали, взглядом потемнел, телом напрягся, да и говорить ничего не спешил. Долго... не спешил, пока затянувшееся молчание не прервал его друг. Кожим Светляка. Тоже, кстати, дракон. Только не столь же рыжий, как и его товарищи, да более... человечный, живой какой-то.

— Ведьмочка. — Подмигнул очень весело он. — Молодая, беззащитная, не маг, да еще и не принадлежащая никому. Чем не вариант, Дрэг?

Двое некромантов, три боевых мага, четыре колдуна, да и еще один дракон, которому позарез нужна была принцесса, неотрывно следили за мной одной злющими такими... недобрыми взглядами. Так обычно вампиры смотрят на тех, кого очень-очень скоро съедят. И мне их этот настрой ох как не нравился!

— Послушайте! — но это сказала не я. Беляна, еще более бледная, чем ее сестра, была, конечно, за правосудие. — Нас нельзя убивать! Мы...

— Вы! — восторженно перебил ее дружок знакомого мне дракона. — Вы — источник первоклассной энергии. Сила! Дрэгос, забираем всех, да?! Дрэгос!

И все-таки один взгляд был намного темнее остальных. И хотя нетерпеливость Светляка была более чем объяснима — юные маги очень быстро растрачивают энергию, а накапливают ее годами — предводитель этой компании молчал. А испепеление меня взглядом и обещание добить несчастную, видимо, стоило всех его сил!

Я это понимала, но все равно ждала ответа на вопрос. Ведь скоро наступит полночь, и официальный комендантский час для всех магических существ нашего мира вступит в полную силу, чтобы люди могли спокойно насладиться этим временем суток. А до этого мне еще надо было зажечь луну и уйти обратно в пансион. Желательно, конечно, живой.

— Дрэг! — затряс друга за плечо Кожим. — Дрэг, она та самая что ли, да?

Не знаю я, кто у них те, а кто не те самые, но, как я уже и упоминала, мы были знакомы. И последствия той встречи мне не сулили ничем хорошим.

— Между прочим, я тогда чуть не умерла! — заявила ведьма обиженно. Мол, и мне есть на что обижаться.

— А сейчас пришла, чтоб добил? — вкрадчиво так уточнило одно ну очень злопамятное существо.

Думаю, про страх, зародившийся где-то глубоко в душе, говорить не буду. Как и про то, что надуть дракона нам все-таки не удастся — слишком уж гиблым оказалось дельце.

— Зачем ворошить прошлое? — старалась улыбаться как можно милее я. — Предлагаю о нем забыть!

И нам с близняшками бы уйти! Сбежать на другой конец города и вообще забыть про эту встречу! Но... Но в этот момент как раз все-все понимают сестры. И от их слов мне как-то очень резко становится плохо!

-Так это он — тот дракон плешивый! — протрясено говорит Бажена.

— Уу, кобель юродивый! — столь же зло выдыхает ее сестра, — Лупки свои на нашу ведьму повылуплял!

— Подь отседа, окаянный, пока не прокляли! Ишь что вздумал-то!

— Попер! Ну, попер, гадина! Пока метлой тебя не треснули, ирод! Ишь что вздумал-то! На нашу ведьму смотреть решился, горемычный!

Мы, ведьмы, всегда друг за дружку горой. Но этот случай из разряда тех, который я никогда не ожидала допустить. И тем для нас для всех становилось хуже. Потому что состояние "ведьма зла" — это когда нечисть рубят, а "ведьма в ярости" — это когда умертвия сами на клинки насаживаются, лишь бы до нее не дошли. И пока глаза наших врагов были потрясенно распахнуты, я лютовала, но когда эти самые враги от шока отошли, произнесла:

— Да они и пальца моего не стоят!

И была таковой! Хитрой, наглой и справедливой ведьмой, которая ну совсем не понимала, почему именно этот дракон так на нее зол!

— Не стоят? — тут же уточнила другая ведьмочка. Скорее шокированная, чем готовая творить правосудие.

— Ну, конечно! — заверила ее еще одна, — Вообще не стоят! Ни тела, ни души, ни, тем более, разбитого сердца.

И были бы мы такими загадочными до скончания всех времен, и улетели бы в открытое небо, если бы вредный драконов дружок не воскликнул:

— Да кому оно надо — сердце это! Если тело у бабы красивое, бери и пользуйся!

И три вообще-то торопящихся ведьмочки резко отложили все свои планы на потом. Мы в любовь с ними верили, как в искреннюю и неугасающую силу. А маги ничего, как и всегда, не понимали. Пришлось оставаться и разъяснять.

Бажена начала говорить первой... криками:

— Кому оно надо?! Бери и пользуйся?! Да что вы... Что вы понимаете?!

Это только раззадоривало магов, поэтому второй в спор вступала ее сестра:

— Да что вы знаете о счастье?! Не одна уважающая себя женщина не то, что прикоснуться вам к себе не даст, а подойти не разрешит, ироды горемычные!

Одиннадцать взглядов — и те смеющиеся. Мне самой смеяться хочется, но я из ведьминской солидарности помалкиваю.

— А кто ее спросит?! — ехидно так уточняет Кожим. — Подходишь к бабе и заявляешь — моя ведьма. А потом пользуешься сколько душе угодно. Надоело — ищешь другую и действуешь по той же схеме.

— Пользуешься? По той же схеме? Мы не вещи! — издевательски так тянет

Беляна. — И твоей точно не одна ведьма не назовется. Прост слишком!

Светляк сначала краснеет, потом белеет и в сердцах выдает:

— Моей будет любая! — а глазами ищет средь нас кого-то, и взглядом останавливается на мне: — Ты! Ты будешь моей!

Секунда — и стихает не то, что смех, а радость из глаз всех магов пропадает. Еще одна — и по таверне "Большая и светлая любовь" разносится уверенный голос Дрэга:

— Ведьма моя!

И главное — никто не спорит. Даже я боюсь... первые несколько мгновений хоть что-то сказать, а потом слишком резко вспоминаю кто есть кто и... Ну, молчать уже просто не могу.

— Так тебе искать принцессу?! — возмущаюсь. — Или обойдемся всего лишь ведьмой?

Благо, маги уже вспомнили, что мы враги и кровожадно скалиться перестали.

— С принцессой целее будешь. — Дружелюбно подсказывает Бажена. — Мы, ведьмы, свободу отбирать любим. И тебя без нее оставим.

Угроза? Звучит как да. На самом деле напарницы правду говорят, ведь нет ничего лучше для ведьмы, чем угроза свободе магов... Они сразу такими грозными становятся, на все согласными, что для нас, ведьмочек, просто умиление.

— И чего вы ходите? — серьезно спрашивает ну очень подозрительный дракон.

— Помощи! — слишком радостно в ответ восклицает довольная ведьма. — Мы тебе, скажем, находим принцессу, а вы нам помогаете выполнить наше задание.

— Всего лишь одно? — приподнимает брови наивный драконов дружок.

— Всего лишь одно. — Не оспариваю его доводы я. — Но условия ведьминские!

И я почти вижу, как в глазах магов загорается интерес, и они все — все до единого — почти готовы со мной согласиться. Но... Но дракон неожиданно улыбается, а значит не верит. И это мне ну совсем не нравится настроенной на месть ведьме!

— Что?! — спрашиваю не совсем дружелюбно.

Лыба на лице Дрэга становится еще больше, когда он, подавшись чуть-чуть вперед, произносит:

— Я помню этот взгляд, Яря. И он ничего хорошего для меня не значит. Чего ты там утаила, ведьмочка?

Смотрю. Зло так, недобро, чтобы сам догадался, что сболтнул уже много лишнего. Но с магами мне вообще не всегда везло, вот и этот каким-то недогадливым оказался!

Молчит.

Значит, снова все слова остаются за мной:

— Так тебе нужна принцесса?

— Нужна, — не отрицает очевидного дракон.

— Ну, и что тогда?!

— А то. — Он встает. — То, что твои авантюры заканчиваются всегда больничной койкой.

— А ты хочешь, чтобы гробом дело кончилось? — едко так уточняет ведьма. То есть я.

По рядам магов прокатывается смех. Им ведь не привыкать шутить со смертью — они в бою умирают. А вот ведьмочкам за моей спиной ну совсем не смешно. Мало того, что сопят они там обиженно, так еще и мой план до сих пор не одобряют. И я готова даже выслушать их, если бы они предложили, чего получше. Но нет! Молчат они! Молчу и я — следующие слова за Дрэгом.

— Что мне надо сделать? — так и недоговорив, глупый дракон соглашается на мою авантюру.

А ведьме большего и не надо. Она итак уже счастлива! Правда, счастлива! Ведь нет ничего лучше для ведьмочки, чем отомстить за свое прошлое магу.

— Но ты согласился сам! — напоминаю на всякий случай я. — И меня потом ни в чем не обвиняй!

Я точно знаю, что любопытство — страшная вещь, но удержаться все равно не могу и тяну время как можно дольше.

— Хорошо. — Все с той же довольной улыбкой проговаривает Дрэг. — На все я соглашался сам. Только план и идея были твои. Так что за задание, Ярь?

И я, сдавшись, в конце концов, честно говорю:

— Луну зажечь надо.

Тишина... Как и раньше, мне кажется, что в месте, где всего минуту назад мирно беседовали маги, ее становится слишком... много. И взгляд Дрэга мгновение назад излучавший тепло и спокойствие мигом леденеет, впиваясь в меня. И, кажется это ну совсем не к добру.

— А знаешь? — первым говорит почему-то Светляк. — Мне кажется, принцесса тебе нужна меньше, чем эта ведьма. Забирай ее, поэтому и пойдем.

И не знаю, к чему это могло привести, потому что взглядом его друга, опять же, можно убивать. Но раньше меня успевают заговорить только близняшки.

— Я тебе заберу ее, ирод! Так заберу, что потом зубов своих недосчитаешь! — Бажена даже метлу из воздуха достает для пущей убедительности. Но в отличие от своей сестры бить, вроде бы, пока не собирается. Беляна же начинает наступать на Кожима в явном намерении избить.

Мы, ведьмы, свою свободу больше магов ценим. И лишь лишением ее нас напугать можно. Во как!

— Прекратите! — спокойно прошу я своих напарниц, — Беляна! Бажа! Отойдите от Светляка!

— Хрясь? — с надеждой перебивает меня метла.

— "Хрясь" — это мало! — качает головой Беляна, — Что там посильнее?

— "Ба-бах"!

— А слабее?

— "Бах... гррр"!

— Давай "Хрясь"! — дает свое согласие ведьмочка.

Еще секунда — и по таверне разносится писк одной ну очень боевой метелки:

— Херя-ясь!— верещит она, методичненько начиная избивать Светляка.

На мгновение — всего на мгновение — мне дракона честно становится жалко. Но памятуя о том, что шок — это дело святое, я не решаюсь его прервать. К тому же, хороший опыт в сражении с магом для боевой метлы никогда не повредит.

И в итоге, я старательно долго молчу, выдерживая на себе и удивленные взгляды всех магов, и предельно злой взгляд одного супер-вредного дракона. Но когда его друг все-таки отмирает, нехотя говорю:

— Прекратить! — строго так, чтобы не только метлы поняли, что драки сейчас ну совсем не к месту.

Благо, понимают все. Видимо, горький опыт Кожима все-таки на чем-то сказывается — на нас теперь боятся даже смотреть.

— То есть ты предлагаешь мне зажечь луну?! — участник разговора, про которого я даже успела забыть, снова дает о себе знать.

— Не просто зажечь, Дрэг, — как можно милее улыбнулась ему я. — А еще и изобразить! — и, видя смятение на серьезном лице, пояснила: — ну ты же дракон!

Если мой недруг что-то и понял, то вида не подал. У него, вообще, с сообразительностью оказалось туго!

— Дракон? — уточнил обладатель хмурого взгляда. — Я — дракон?

Ведьма поспешила кивнуть.

— И чем это вяжется?

— Узлами! — рявкнула я.

Полнейшей непонимание на маговой роже и вопрос, адресованный ну совсем не мне:

— Вы ее точно вылечили?! — и забота такая в голосе, беспокойство, что засомневались в моем здоровье, видимо, все.

Иначе как объяснить эту секундную заминку Бажи перед утвердительным ответом?! Вот и я подумала, что никак, поэтому и гаркнула:

— Я здорова! — и едко добавила: — Твоими-то стараниями!

Намек поняли ясно. Более того, даже кивнули и все тем же сострадательным голосом нагло заявила:

— Добить надо было!

В рядах магов послышались смешки. То есть о той истории изначально знали не только ведьмы.

Стою. Как громом пораженная. И не сесть, и не слова вставить, и обидно очень. Ведь та практика была у меня первой — и до смерти чуть не довела. Эта второй стала — и тоже неудачна.

А еще луну-то зажечь все-таки надо! И... снова неудача!

— Довел бабу! — недобро выдыхает Беляна.

— Что делать надо? — прерывает поток будущих ругательств Дрэг.

Но мы, ведьмочки, знаем, что в достижении цели иногда точно помогают слезы. И вот я рыдать не собиралась, но себя же обидно! Очень-очень обидно. И поцелуй тот у ведьмочки первый был, и разбитое сердце у нее, кстати, тоже одно.

— Стать драконом, — пояснила я, — Взлететь высоко, светиться и изображать луну!

В общем, мои планы на месть резко начали меняться.

Как и форма глаз Светляка. Но те изменились еще быстрее: с прищуренных на округленные за какие-то доли секунд. И эти глазища в немом изумлении уставились на меня.

А я что? А я, как и положено ведьме: рыжая, зеленоглазя, да еще и наглая. И наглость свою старательно так пытаюсь оправдать, грозясь:

— И лучше бы вам согласиться!

— А то что? — уточняет заметно поднапрягшийся недруг.

И я... Нет, не пугаюсь, не передумываю и даже не отказываюсь от плана мести. Я вспоминаю слова нашей ведьмы-наставницы, советующей добиваться желаемого всеми возможными способами, и... добиваюсь.

— Ты про чешую свою золотую помнишь? — спрашивает ну очень тихо ведьма. И как достались ей эти чешуйки, и какими стараниями, и даже, что они значат для драконов, лично она помнит очень хорошо! Интересно лишь узнать: помнил ли это он...

— До воровства или после него? — уточняет сквозь зубы маг.

— Это неважно, — заверяю его я, — главное, что теперь они в безопасности.

— Где? — шипит разозленный Дрэг.

Золотая чешуя — это, вообще, святое. И просто факт пропажи этой... вещи делает дракона мега-злым. Мне же просто нравится его чуть-чуть бесить.

— У меня, — признаюсь, — у ведьм, — исправляюсь.

Мимолетная ухмылка — и лицо моего врага снова становится непроницаемым. Теперь-то он знает, что мне есть чем его шантажировать.

— Лучше бы ты ее прибил! — признается еще один дракон.

— Знаю, — зло отзывается другой. — Чего ты за... эту вещь хочешь?

— Услугу, — приторно улыбаюсь я, — Ты помогаешь мне и изображаешь... луну, я ищу тебе принцессу и выбиваю пропуск на обыск пансиона ведьм.

И шах, и мат следуют позднее, когда драконы понимают, в какой западне оказались. Но... все же знают, как важна для них эта чешую, поэтому...

— Я согласен, — следует почти незамедлительно. Хотя ярости своей кое-кто даже не скрывает.

— Вот и хорошо! — впрочем, как и радости своей не скрывала я. — В городском парке перед закатом будет ожидать принцесса. Хорошо провести... ночь.

И я, подхватив под локотки напарниц, ухожу. Нет, конечно, шок — это дело бравое, но месть все равно еще никто не отменял!

* * *

А мстить, как сами понимаете, я тогда собиралась по крупному. И первым делом, выйдя из треклятой таверны, решила заскочить к Горынычу. Все-таки друзья мы с ним давний. Быть может, и он поможет по доброй памяти магам мне отомстить...

Кирдык Горыныч жил тремя опушками далее и имел свой, самый что ни на есть настоящий, замок! Эта махина стояла на пригорке и возвышалась над Лесом своим серым великолепием. Неприступный, как скала, дом напарницам, да и, собственно, мне понравился сразу. Главной причиной потому, что о таком в детстве мечтала каждая ведьма.

Посему и прилетели мы к нему. Хотя причин, конечно же, было две, но эту мы разумно посчитали главной. Прилетели, высадились у ворот замка и стоим — не знаем, как звать теперь друга давнего. Раньше же было все просто: мы рявкаем "Кир!", а он уже в воротах стоит, нас встречает. А теперь хоть обзовись — не услышит.

— Кирдык! — первой отвела свой взор от каменного великолепия Бажа. — Кирдык, встречай заблудших!

Молчит. И дом этот в смысле, и сам Горыныч. Говорю же — не услышит.

— Кирдык! — вторит воем своей сестре Беляна. Близняшки, они, вообще, у нас настырные, вредные. Пока своего не добьются, не отстанут.

— Кирдык Валерьевич! — исправляю напарниц я. Знаю ведь, что не любит змей своего имени полного, поэтому и сокращать его всем велит.

Две пары абсолютно похожих глаз смотрят на меня... молча, с немым таким вопросом. Мол, сама я, что делать буду, стоять?

— Нет, — улыбаюсь скромненько и советую: — Попробуйте достучаться.

Это, безусловно, логичнее криков ведь.

Но Бажена хмурится и стучит Беляна. Результат — всего минута и из-за двери доносится хмурое:

— Кто?!

И главное — голос такой знакомый, родной практически каждой ведьмочке в нашем пансионе!

— Я! — выдаю всегда актуальное, надеясь, что еще не забыта и вообще старым змеем узнана.

— Мм, — тянут с другой стороны двери, — Катя?

Усмехаюсь:

— Не катит!

— Таня?!

Смеюсь:

— Не тянет!

— Света?!!

Едко:

— Не светит.

Тишина... А затем догадка:

— Ярька?

И я признаюсь:

— Угадал!

Дверь для нас тут же распахивается. И едва мы оказываемся в просторном холле змеиного дворца, в спины нам летит:

— И какими судьбами?

И самый-самый лучший в мире друг выходит из тени. Это только в сказках ведь он — трехглавое чудовище, в жизни же обычнее еще страшней! И хотя мы стараемся не замечать красных глаз, едкой усмешки и откровенного издевательства над юными ведьмами, это все равно бросается в глаза. Но... нет, не обижаемся. И даже не мстим. Просто честно отвечаем:

— Нужна принцесса.

И любуемся теми самыми глазам, которые потрясенно распахиваются ровно после этих слов. Принцессы у нас, вообще, в этом мире редкость. А адекватных и не трусливых, тем более, не найти.

Поэтому:

— Можно и не живую, — сообщаю я, — Нам для мести.

И понимающая улыбка скользит по мужским губам.

— Кто жертва? — уточняет ехидно змей.

И я не скрываю:

— Дракон.

Горыныч, вообще, существо догадливое, умное и изворотливое. Поэтому за него я нисколечко не боюсь. Если эта месть и обернется чем-то плохим, Кир — последний, кто выдаст ведьму, потому что сам понимает, как скучно на свете живется без мсти!

— А я все гадал, кто на небо дракона подвесил! — смеется Кидык.

— И много вариантов было? — уточнила ведьма лукаво.

— На такое способны только трое: моя мать, твоя мать и ты.

Улыбнулась. Просто приятно осознавать, что меня поравняли с такими злодейками, как они!

— Так ты нам поможешь? — влезла в беседу Бажена. В отличие от меня, со змеем она знакома была плохо и явно его побаивалась, почему и молчала.

— Помогу! — радостно оскалился Горыныч. — Что надо сделать?

Ну, я и изложила. Принцесса принцессой, но месть остается мстей. К тому же, неживая принцесска от огромного дракона с криками не сбежит, истерить не будет и вообще она — самый хороший вариант. И я точно знала, что такая найдется в секретном магазинчике Кира "секас-оп", потому к нему и пришла. У змеев, вообще, очень странные пристрастия в выборе увлечений. Но Кирдык превзошел своим хобби всех...

— Ты в этом уверена? — выслушав коротко мой план, уточнил Горыныч, смеясь. Идея понравилась не только ему, но и близняшкам. Только те свой смех старательно пытались скрыть.

— Абсолютно. — Кивнула настроенная на месть ведьма. — Так мы хотя бы будем в расчете.

— Мм, принцессы сейчас не в моде. — Покачал головой змей, — Зато полный арсенал царевен-лягушек. Посмотришь?

Да, эти свои... игрушки змеев развратник еще и продавал!

Но смотреть лягушек я тогда отказалась. Все-таки придя за определенным товаром, уйти мне хотелось именно с ним.

— Нужна принцесса! — заявила я Киру сурово.

И была таковой! Вредной, коварной, но очень хитрой покупательницей, которая ко всему прочему еще и собиралась мстить. Даже змей проникся моей важностью, просто кивнув:

— Хорошо. — И улыбкой такой одарил, что ведьме прямо ух как подозрительно стало. Но она не повелась! Выучила его, поди, уже за столько лет дружбы-то, да в ответ улыбаться стала. Мол, в порядке все, только принцессу неси!

Принцесс принес. Водрузил пред ногами нашими, да и давай на грудь каждой пялиться, на годность проверять, видимо. Несколько девушек после тщательных ощупываний не подошли — грудь сдалась почти сразу и в руке Горыныча лежать осталась.

— Говорю же, не в моде, — заявил змей ошарашено, но дельце свое темное делать не прекратил. И дальше к остальным игрушкам полез. И опадала бы так дальше грудь девичья к ногам искусителя злого, пока одна девушка не встрепенулась и глаза свои голубые-то не открыла. А в них тоска глубокая, да ярость звериная не отразились.

Ох, страшны женщины в гневе. Ох, страшны.

А дальше уже знакомое:

— Херя-ясь! — и череда ударов по морде змеиной, пока ручки-то сами-то не устали.

Времена сейчас, видимо, такие, что не то, что метлам, принцессам приходиться быть боевыми.

А молодка эта — та еще краса. Кожа бледная, глазища огромные, губы алые, волосы черные, да в аккуратную косу плетеные, из одежды: сарафан длинный, синющий, под цвет глаз подобранный, рубаха белая, с рукавами широкими и узором заморским. Красот невиданных! Завидно стало сердечку моему девичьему, и я как рявкну:

— А ну прекратить!

И слушается, главное, молодка ведьму-то вредную, удары наносить прекращает, да в слова свою злость превращает. Да в слова такие, что леший и тот произносить постеснялся бы.

— Негоже деве выражения такие употреблять. — Поучительно говорит Бажена. Видимо, тоже от шока отошедшая, да возлюбовавшаяся девушкой этой. — Как звать-то тебя, краса?

И Горыныч был просто-напросто забыт, груди с пола все-таки подняты, а взор красавицы обращен на нас. Нам же она и представилась:

— Снеж...аной зовите, коль зла не затеваете. — И тонкий ее голосок эхом разнесся по огромному каменному дворцу.

— Ярина. — Честно призналась ведьма. — Коли вреда не причинишь, Ярькой звать можешь.

— А коли причиню? — уточняет лукаво красавица.

— А коли причинишь, мертвой станешь. Прокляну тебя — руки на себя наложишь, да сама в гроб лезть станешь. Усекла?

Ох, и страшна та ведьма, кто угроз своих не жалеет.

— Поняла, — с трудом проговорила Снежка.

Вот нет доверия в сердце ведьминском к принцессам горемычным. Никогда его там не водилось и тут от красивых глаз не явиться.

— А я Беляна и это Бажена, моя сестра. — Дружелюбно представились сестры. — Мы близняшки. И коли вред нам причинить решишься, то не перепутай. А Ярусю не слушай. Добрая она слишком, да только маг коварный сердце девичье поразбил, мысли ведьминские позанимал, и покоя ей нет со времен тех страшных. Ох, и горюет дева-краса. Ох, и плачет. А былого-то не воротишь и счастья свое заново не построишь. Мы, ведьмочки, любим-то редко. Но, если в сердце избранника своего впустили, то навсегда почитай это. Жизнь целую одного только любить будем. Во как.

И взгляд на меня такой... хитрый. Мол, делай, что хочешь, подруга, но подыграть ты нам должна.

— Целую жизнь? — не верит Беляне принцесса. — А сколько живут сейчас ведьмы?

И снова взгляд со стороны близняшек...

— Годков этих предостаточно, — задумчиво объявляет Бажена, — И с ума сойти можно успеть, и пожалеть о том, что на свет белый появилась. А у Яруси вся жизнь еще впереди: счастье семейное, да карьера ведьминская. Ан нет! Поклялась ведьма наша, что пока со свету мага-то не сживет, спать спокойно не будет!

— И? — нетерпеливо уточняет Снежана.

— И ведь не спит дура стоеросовая! Месть свою все продумывает, да другим спокойно жить мешает!

И когда я уже начинала подумывать об обиде, взгляд синющих глаз нашей новой знакомой устремился — да-да! — на меня. Естественно, об обиде теперь речи не шло. Я быстро изобразила глубокую задумчивость и делала вид, что я здесь, вообще, не причем.

Благо, Снежка поняла мое состояние правильно.

— Она так несчастна! — прошептала стремглав принцесса. — Чем я могу ей помочь?

И... и ведьмам-то большего было не надо! Они и без того самые коварные, хитрые и изворотливые существа, которых я когда-либо встречала на своем пути!

Но помощь — это, как говорится, дело добровольное. Поэтому...

— В путь! — радостно известила всех Бажена.

И я даже сказать ничего не успела, когда верная боевая метелка уже уносила меня вдаль.

* * *

Все-таки страшнее ведьм в гневе могут быть лишь только те ведьмы, которые загорелись какой-то общей идеей. Еще хуже, когда эти ведьмы — сестры и они объединились против своего общего врага. Но самое-самое плохое — это осознание того, что тому самому врагу после мести ведьмочек ну совсем при совсем не выжить! И если гибель Дрэга меня, если честно, заботила мало, то факт того, что эта смерть будет производиться по моей вине, пугал очень и очень сильно.

— Магом больше, магом меньше. — Проговаривала Бажена. — Тебе ли не все равно?

— Нет! — рявкала разозленная и предельно взволнованная ведьмочка. — Не все равно! Я волнуюсь!

— Вот это любовь! — доносился из гроба тихий голос Снежаны.

— Да не шевелись ты! — верещала на нее Беляна. — Я еще немного доплету.

И вот такие психи и разговоры за последние несколько часов стали для нас уже давно привычны. Мало того, что мой план был принцессой отвергнут сразу, так она еще и предложила свой, который близняшки одобрили, с лихвой внеся в него несколько своих предложения. Как например, гроб или же фею-крестную, которая сейчас рычала и материлась за соседней стеной.

— Вы уверены, что Горыныча мы приплели не зря? — уточняла с сомнением я.

— Ну, не пропадать же добру! — лаконично отзывалась Беляна.

— Горыныч — зло. — Напоминала ехидно ведьма.

— Мы просто об этом напомним! — весело говорила другая.

И за такими перепалками приближался рассвет. Чудное время, когда улицы города всего на несколько часов становятся тихими, люди засыпают и наступает время волшебства.

— Я не верю, что согласилась на это! — ныла из гроба Снежка.

— У каждого дракона должна быть своя принцесса. — Напоминала я. — Просто мы, ведьмы, знаем лучше, какую ему подобрать.

— И почему сразу я? — удивилась Снежана.

— Потому что тебя выбрали мы! — рыкнула Беляна, — А ты согласилась!

— Ыы, — донеслось из закрытого пространства жалобное.

Между прочим, план этот был ее!

— Не ной! — услужливо заткнула принцессу Баж, — Уже пора выходить.

И всхлипы из гроба сразу как-то доноситься перестали. И даже я, сидящая далеко и все еще изображавшая вселенскую скорбь, напряглась. Все нипочем было только Киру, который, осваивая свои новые туфли на высоком каблуке, матерился в соседней комнате. Собственно, фею-крестную изобразить должен был именно он, потому что ведьмочкам появляться перед уставшим драконом было совсем нельзя. А то со злости-то еще зашибет, и поминай, как звали!

— Вы уверены, что это сработает? — вновь подала свой голос принцесса. Даже сейчас она выглядела слишком... напуганной и уставшей.

— С тобой будет Горыныч, — поспешно напомнила я, — Тебя маг не тронет, ты прекрасна и волноваться не о чем.

— В крайнем случае, влетит все равно нам, — слабо улыбнулась Беляна.

Пожалуй, назревающий скандал нас волновал меньше всего, но все равно служил отличным утешением для Снежки. Благо, в состоянии предвкушения она реально верила во всякую чушь.

— Так мы идем? — из соседней комнаты высунулись три клыкастые башки. Те самых, которые дышат огнем и пугают молоденьких девиц.

— Конечно, идем! — радостно ответила ведьма змею. — Мы возвращаемся в пансион, вы идете на свидание к дракону.

Три морды Горыныча явно оставались в предвкушении.

— А почему не полетите вы? — возмущенный писк раздался как раз со стороны хрустального гроба. Да такой, что мы все невольно закатили глаза.

— Нам еще перед наставницей отчитываться, спать оставшиеся три часа и спешить на занятия. — Выдала Бажена.

Хотя все знали, что на лекциях трех юных ведьмочек сегодня ну совсем не досчитаются. Но сбежав, мы хотя бы останемся живы.

— Действуйте по обстоятельствам, — напоследок сказала я Кирдыку, — И не смейте убивать дракона!

Три идентичные улыбки окрасили морды змея:

— Ыы! — дал он ну очень вразумительный ответ Кир, но гроб на руки подхватил и даже ведьмочка на прощание подмигнул. — Жду подробностей! — выдал он мне.

И пришлось нам согласно кивнуть. Валите, мол, поскорее, а то скоро уже рассвет.

И, когда первые лучи солнца окрашивали стены нашего пансион, три, ну очень уставшие после ночного дежурства ведьмочки уже стояли у ворот родного училища. Страх — это, конечно, не то чувство, которое привыкли демонстрировать мы, но, откровенно боясь войти, ни одна из нас первой шагу за порог родного учебного заведения сделать не могла. Боялись. Ведь страшнее необученной ведьмочки в гневе, может быть только та ведьма, кто на своем пути жизненном многое повидал. О, как. А наша Степанида Мухоморовна — ведьма со стажем, опытная. Ее не то, что мы, недоучки, боимся, а даже батенька мой, и тот опасаться удумал. Во как. А коли сам Кощей наставницу нашу избегает, то не зря это он, наверное. Ох, не зря! Вот и мы боимся. Так боимся, что даже ступить за порог училища не решаемся. Раздоры ждут нас там, крики, ссоры, но никак не похвала.

— Влетит нам, — грустно говорит Беляна, пришедшая, видимо, к точно таким же выводам, что и я.

— Сами виноваты, — поучительно сообщает ее сестра, — К дракону первыми полезли, на спор первые обрекли, принцессу фальшивую подсунули, да пропуск на обыск пансиона не достали. И кто мы после этого?! — уточняет она.

Ведьмы. Вот как есть ведьмы! Были мы ими, думаем, как они, да навсегда такими останемся. Хитрыми, изворотливыми, рыжими и самыми мудрыми существами волшебного мира. И покуда солнце дневное светит, не измениться ничего. Это еще судьбою предречено, да предками нашими сказано. Во!

— Пошлите уж, — махнула рукою я, — Коли скандал затевает, что его за порогом тешить?

— И то верно, — кивнула согласно Бажена, — Силушка с нами, девочка, да правда ведьминская. Коли есть справедливость на свете, глядишь, и обойдется все.

Надеждами мы себя тешить, конечно, любили, да помнили только, что первыми в противостояние с магами влезли. Первыми и по заслугам свое получим.

Но порог училища родненького послушно переступили. А сени дома главного встретили привычной прохладой. Из комнаты большей голоса доносились, туда мы и поспешили. Глядишь, обойдет стороной скандал этот лютый и забудется поступок ведьмочек непутевых.

— Привет. — Протянула Беляна всем присутствующим, коих я одна насчитала десять. Семь из нашей группы, да еще три из классов младших. — Как дела?

Внимания на нас не обратили ровно столько, сколько обычно маменька моя уделяет королевству ей дарованному, то есть совсем нисколько.

— Что происходит? — громче спросила Бажена.

Девочка, явно на год младше нас, взгляд своих зеленых глаз на близняшек скосила, да как заверещит:

— Они это! Они!

И... и теперь еще девять пар зеленых очей были на нас скошены, попы их подвинуты, да сами мы на середке усажены и на блюдечко смотреть велены. Смотри мы ничего не понимающие, а все та же девушка, кричать продолжать изволит слова заветные:

— Катись, катись, яблочко по серебряному блюдечку, покажи ты мне, яблочко, молодца доброго, змея лютого, да принцессу младую.

И яблочко по блюдечку-то катиться начинает, а потом, одумавшись видимо тоже басом рявкать изволит:

— Ага, счаз! — и с того самого блюдца соскакивает.

Вот не любят эти предметы волшебные добрые к ним отношения, выпендриваются постоянно, да ведьмочек юных злят:

— На пироги порежу! — кричит одна такая и за ножом направляется.

— Ладно-ладно, — соглашается мигом Ябло, — что ж так сразу-то? — и на блюдце запрыгивает, исходную позицию свою занимает и снова гаркает: — слова заветные!

Они тут же ведьмочкой произносятся:

— Катись, катись, яблочко по серебряному блюдечку, покажи ты мне, яблочко, молодца доброго, змея лютого, да принцессу младую.

И картинка постепенно меняется, яблоко катиться и, вообще, нами плохое ничего не ожидается. Мы сидим расслабленные, спокойные, как никогда, и чуда ждем, потому что... ну не показывает плохого блюдце-то! Никогда не показывало, а тут... самое невероятное отобразило! И у ведьмочек не то, что шок, ужас в глазах застывает и с интересом мешается, когда наконец-то появляется звук.

— Здравствуйте дамы и господа! — верещит за пределами видимости Колобок, — Бабушки и дедушки! Дураки и царевны! Маги и ведьмы! Мы рады приветствовать вас на главном событии этого года! Только сейчас и только в Тридевятом Царстве нынче столкнутся два сильнейших, хитрейших, мудрейших дуэлянта за всю историю существования нашей программы, чтобы бороться за руку и сердце юной, неискушенной, красивейшей принцессы Снежаны... Батьковны! Итак, встречайте: Кирдык Горыныч и его враг, противник самый завидный жених Тридесятого Государства... Кожим Светляков!

— Я Феечка! — возмущенно кричит откуда-то сам Кир. И три головы, огромный хвост, широкие плечи и довольно внушительные руки-ноги его, видимо, не смущают. Он ведь феечка! А они, как известно, бесстрашны! И наглые создания со звонкими голосами и звенящими крылышками по праву считаются самыми смелыми существами волшебного мира. Смелыми, мерзопакостными и ну очень наглыми. И если под первое и последнее определение Горыныч попасть спокойно мог, то над вторым еще надо подумать. Долго и усердно. Так, как умеют это делать только ведьмы.

Но, естественно, на раздумья я пока еще не решаюсь, вместо этого с опаской продолжаю смотреть на блюдце и с нетерпением ждать, что же будет дальше.

— И я не его завидный жених! — провозглашает на всю округу Кожим. Разобиженного и возмущенного до глубины души дракона не видно, но я точно знаю, что он недоволен. И очень хорошо его понимаю, потому что одно дело — это, когда месть — невинная ведьминская шалость, а совсем другое, когда она приобретает широкую огласку... в обществе. Второе, если честно, страшней и оттого намного для меня хуже!

— Хорошо, — покорно соглашается Колобок, но исправляться все-таки не спешит.

А изображение в отражении, тем временем, становится ну совсем уже четким и мы все — Все мы! — дружненько замираем и ждем... чего-то (хотя бы для разнообразия) хорошего! Но... хорошее, как всегда, не случается! И вместо какого-нибудь мега счастливого конца, мы видим всего лишь злого дракона, который, как ни в чем не бывало, своими голубыми глазищами осматривает съемочную площадку. И этот взгляд трем ведьмочкам не предвещает ничего хорошего.

— Будет бить, — почему-то шепотом сообщает Бажена. Видимо она, как и я, уже успела впечатлиться происходящим.

— Ничего подобного, — уверяет ее та крикливая ведьмочка и заверяет: — Это повтор.

За моей спиной гулко сглатывает Беляна. Мы, ведьмы, боимся редко, но если начинаем, то повод есть.

— Отмотай вперед, — быстро-быстро прошу у блюдца я. И когда картинки начинают меняться, молча жду.

— И давно закончилось вещание? — невзначай уточняет Бажена.

Ведьмочка качает головой:

— Незадолго до появления вас.

И... это хорошо, потому что я почти точно знаю, что очень скоро лично смогу лицезреть наглую рожу Дрэга на территории родного пансиона.

— Останови, — снова прошу у блюдца, — Помедленней.

Магический предмет послушно замедляется. И теперь мы видим... Светляка. По-видимому, он, в отличие от своего дружка, в гости к ведьмам не спешил и просто мило беседовал... с принцессой! Горыныч неистовствовал на заднем плане, но на него ну совсем никто не смотрел. Видимо, дуэль змей все-таки проиграл.

— Спелись, значится. — Задумчиво тянет Беляна. — А значит ли это, Ярь, что дракон потребует... ведьму?

— Исключено, — ответила грубо я, — Пусть Снежку у друга отбивает, да к девам честным не лезет!

Мы, ведьмы, так просто без боя не сдаемся! Тем более, когда свою часть договора честно всю исполняем!

— Допуск нам нужен, — говорю резко я, — И очень срочно!

И главное, дело ведь говорю, да заранее знаю, что в недалеком будущем разговор неприятный ждет меня, что откладывать его нет уже смысла, но время тяну. Долго тяну, пока первыми не встают близняшки, на чьих лицах одинаково зажглась решимость.

— Пошли, — первой заявляет Бажена. — Все равно интересного там уже ничего не усмотрим.

— И то верно, — задумчиво объявляет ее сестра и говорит наставительно ведьмам младшим: — Коли мага окаянного здесь увидите, не серчайте. Стороной обойдите, да уверенней будьте. Помните, что от вас ему ничего не надо.

— А... он прилетит? — самой смелой оказывается, как всегда, та крикливая ведьмочка.

— Прилетит, — буркаю отчего-то я, — Зол будет, ярость свою не скроет, да вещь нужную ему искать будет.

— И... найдет? — уточняет рыжая.

— Найдет, если в местах неправильных искать вздумает.

Вслед за напарницами из комнаты ухожу и я. Страшно, конечно, к ведьме-наставнице идти, да только ведьмочки мы честные и обещания свои привыкли почти всегда исполнять!

До нужного кабинета шли в полнейшем молчании. Я так вообще была без настроения, а близняшки молча пялились куда-то вперед. И как только дошли, шепотом почему-то уточнили:

— А чешуя-то у тебя где?

— Вообще-то я как бы ведьма, а не русалка, — Заявила сурово им. И главное, ни слова лжи.

— Ты поняла, о чем мы! — зло прошипела Бажена, — Не дури!

Молча так, серьезно смотрю на напарниц.

— В надежном месте! — говорю, в итоге, и толкаю массивную дверь. В какие бы передряги не влипали мы по моей вине, доверия ведьминское еще заслужить надо, а близняшки к этому не стремятся! Посему говорю только часть правды: — Они у меня спрятаны в надежном месте.

И остаюсь таковой! Хитрой, загадочной, а главное, уверенной в себе ведьмой, которой не то, что маги, взрослые ведьмы нипочем!

И уже смелее захожу в знакомый кабинет. Туда, где за столом восседает злая-презлая ведьма, которая еще в самом детстве заменяла мне мать. Ведь в отчем доме изворотливую ведьмочку так и не решились растить.

— Здравствуйте! — едва переступив порог, заявляю приветливо я.

— Входите, — говорит не очень радужно Благодать Мухоморовна. И ее зеленый взгляд усталых очей впивается в трех ни в чем неповинных нас. — Что успели натворить?

— А вам целым списком или только самое важное? — встревает в разговор Беляна.

— А что, уже есть список? — удивляет нас улыбкой наставница и добавляет: — Да вы проходите, не стесняйтесь, — и шепотом: — Все правильно сделали.

И уже не боясь скандала, три ведьмочки не без опаски проходят на предложенные места. Я сажусь около окна, чтобы небо обозреть можно было.

— Драконы хорошо светятся, — снова говорит Благодать Мухоморовна, — Кто бы мог подумать! Чей был план?

Два взгляда скашиваются на меня. То есть криков ну совсем не будет? Не верю!

Но...

— Мой! — говорю, — Девочки были против.

— Ну и зря, — заявляет наставница, — Вы нас здорово повеселили, девочки. Молодцы.

Кто бы мог подумать!

— Но впредь постарайтесь осторожнее, Ярина! — недобрые нотки просачиваются в голос ведьмы, — Любовное заклятие — не то, с чем стоит шутить. Впрочем... Маги этого заслуживают!

И веселый смех самой страшной и злой ведьмы всего нашего пансиона разносится по округе. Вот что, оказывается, может сделать с извечно угрюмым человеком не тщательно спланированная месть.

— Беляна! Бажена! Хорошо сработано! — тем временем нахваливала близняшек наставница, — Впредь постарайтесь работать также! Или же просто быть готовыми ко всему! — выразительный взгляд на меня и неутешительное: — А теперь, девочки, свободны! Можете идти встречать своего дракона. Он как раз только что подлетел. Ярина, останься.

— Для чего? — ошалело уточнила я.

— Переговорим, — успокоила ну очень нехорошим взглядом ведьма. И пока девочки из комнаты выметались, больше не проронила ни слова. Зато, когда за ними дверь закрылась, началось уже привычное: — Где чешуя?!

И главное взгляд такой... недобрый. Мол, если сама не скажешь, всех утоплю, но правду выведаю!

— У меня, — ну я и признаюсь, — В надежном месте! — и добавляю, — Маг не найдет!

— Ты уверена? — вкрадчиво уточняет моя наставница. Тон, да и тембр ее голоса вмиг становятся тише, и дальше она шепотом интересуется: — У тебя или на тебе?

— Это имеет значению? — тихо спрашиваю я.

И когда мне выдают:

— Огромное.

Зажмурив глаза, признаюсь:

— На мне, чуть-чуть выше левой лопатки, — и поспешно добавляю: — Но маг не найдет!

Хотя и страха своего скрыть не могу, ведь после такого признания ведьмочку надобно дракону отдать, говорю спокойно и более чем уверенно. Точно зная, что Благодать Мухоморовна своих ведьм не сдает. Тем более тех, кого почти самолично растила!

— И как давно она там оказалась? — обреченно как-то интересуется наставница.

— Двенадцать лун назад, — говорю честно, — Но на меня никак не влияет!

— Уверена? — серьезный прищур.

— Более чем!

И пока главная ведьма, изволила думать, я смотрела в окно. Туда, где как раз только-только собирались на утреннее построение ведьмочки и пока занятия еще не начались, что-то живехонько обсуждали. Сквозь приоткрытое окно до меня долетали только обрывки девичьих фраз, но тема их разговоров была понятна и без того. Ведь маг, да еще и на ведьминской территории — редкость, и не увидеть его хотела лишь только я. В глазах остальных же горел интерес, азарт и что-то еще. Такое, чему определение давать было просто нельзя...

— И когда вы познакомились? — вырывает из раздумий меня Благодать.

Я молчу, припоминая подробности той, первой, встречи. И, в конце концов, говорю:

— За несколько дней до полного летнего дня. В тот день мы были представлены друг другу официально.

— То есть неофициальных встреч не было? — продолжает допрос наставница.

— Нет, — заявляю, — Совсем.

Звук, раздавшийся со двора, привлекает внимание ведьмы и моих заалевших щек она ну совсем не замечает.

— Это хорошо, — говорит уже потом задумчиво, — Потому что у меня информация другая.

А я вдруг поняла, что врать, оказывается, бессмысленно, но признаваться больше ни в чем не хочу! Они сами меня отправили на практику к магам! Сами заставили добывать эту чешую! И сами меня еще в чем-то сейчас начнут обвинять! Не бывать такому!

— Нет, вам врут! — произношу. — Официальные встречи — это все, что нас связывает.

И остаюсь таковой! Между прочим, всего лишь год назад я была беззащитна! И отправлять третьекурсницу в Магическую Академию — верх безрассудства. Тем более что я магов до этого видела только на картинках. Но ведьмочка, которая должна была поехать туда на практику, так некстати сломала ногу. И отправить решили почему-то меня!

Как сейчас помню. Стоим такие мы, тринадцать юных красавиц, возле огромной настенной карты, и с замиранием сердца следим, как три царских сына стрелы в эту самую карту запускают. И куда стрела-то попадет, там ведьмочка лето и проведет. Запускает старший сын стрелу, а ведьма-наставница и объявляет в списке ведьму первую:

— Лариса Патрикеевна, земли эльфов, три дня на сборы.

И эта Лариса из зала-то и выходит.

Запускает стрелу второй сын, попадает она в карту на земли кощеевские, а Благодать Мухоморовна слово молвит:

— Бажена и Беляна Верховные, три дня на сборы.

Запускает стрелу Иван-дурак, а она в эту самую академию и попадает.

— Таисия Бориславовна, Магическая Академия, — объявляет главная ведьма. А другая ей говорит:

— Ногу сломала, следующую давайте.

— Ярина Кощей, — задумчиво читает мое имя Благодать, — Магическая Академия, три дня на сборы.

И я из зала-то вслед за всеми и выхожу, а что дальше-то делать ну совсем не знаю. Ведь каждой ведьмочке в пансионе известно, что нет опасней в магическом мире существ, чем маги. Хитрыми, мудрыми, изворотливыми по праву считаемся мы. А вот сильнейшими признаны... эти самоуверенные, высокомерные, противные маги! Впрочем, об этом я узнала уже потом, когда, собственно, в учебное заведение прибыла. А тогда, выходя из кабинета злейшей ведьмы, думала ну совсем о другом. Ведь мне еще предстояло выжить...

— Ярина! — устало окликает меня наша наставница, и я вновь обращаю свое внимание на нее, — Ярина, прекрати мечтать!

— Да, Благодать Мухоморовна? — тут же отзываюсь живехонько, — Вы что-то мне говорили?

— Говорила, — едкая усмешка проскальзывает по ее губам, — Говорила, что пора бы тебе с гостем твоим-то пойти поздороваться, но не совсем уверена, что ты это слышала. Говорила, что поступим мы следующим образом — жить продолжать дальше будем, а вот как жить время покажет, но опять же я не совсем уверена, что ты уделила этому внимание, ведьмочка. Так вот, в каких облаках летаем?

— В грозовых, — буркаю, уже откровенно злясь. — Разрешите идти?

— Сиди, — быстрый взгляд на меня и продолжение: — Говорила, что не знаю, как это чешуйчатое украшение оказалось на твоей спине, но пока дракон в истинную свою ипостась не перекинется, да до одной ведьмочки не прикоснется, не почувствует ничего. Так ты все еще уверена, что грозовые облака важнее этой информации?

— Нет, — говорю, — Не уверена. Теперь разрешите идти?!

Почему-то даже перспектива увидеться с Дрэгом теперь не кажется такой устрашающей. Мы, ведьмы, рисковать ох как любим...

— Да за глазами его следи. — Снова начинает говорить Благодать Мухоморовна, — За глазами, Ярина, а не за облаками! Обычный цвет глаз у него какой?

— Голубой, — отвечаю готово.

— Вот как желтым, зелено-желтым, красно-желтым, да любым непривычным станет, на метелку взбирайся, да беги от него, ирода плешивого, ко мне. Спасать буду! Поняла? — Мой кивок. — Повтори! — повторяю. — Теперь иди. — Поспешно сваливаю.

Какая же я ведьма, если все самое интересное пропустить решусь?!

Долго ли коротко ли я добиралась до положенного места, откуда все гласа девчачьи доносились, но поспела я туда как раз вовремя, когда ведьмочки, старшие ученицы, едва-едва начинали понимать, что же все-таки происходит, а в небе уже показывался, собственно, сам наш гость. Крылья его огромные движениями своими воздух вспарывали, да чешуя с проплешинами в тех местах, где золотые чешуйки мостились, на солнце блестела. А еще зол был дракон! Ух, как зол! И глаза его, желто-синие, яростью лютой горели, да на нас, ведьмочек, посматривали, одну выискивая. А я стояла в доме, не успев даже во дворе показаться, да думала, что не стоит мне еще выходить. Из окошка-то чердачного последить за окаянным надобно и спать пойти. Ночь целую глаз ведь не сомкнула, а сейчас время пришло, да уходить еще надо, сваливать. И только я шаг назад-то решилась сделать, как чудо-чудное в небе произошло: летел по небу дракон плешивый, а лишь только мерцание светлое его окутало, как на землю уже приземлялся маг. Да такой, что у ведьмочек, до этого даже магии не видавших, дух перехватило! И вот пока они там в ступоре и стояли, наглая магическая морда всю рыжую шайку осмотрела, брови свои темные к переносице сдвинула, копной волос платинового цвета тряхнула, губы в улыбке растянула, руки на груди скрестила и... и даже шагу от них своего не сделала. Стоять продолжала, с некой снисходительностью глядя на моих подруг. Да только ведьмочек юных-то не обманешь! Мы магию запахами ощущаем и не особо любим, когда на территории ведьминской колдовать всякие там изволят! Поэтому стоит ли удивляться, когда кто-то заорал:

— Ведьмы! — и разнеслось это надо всей поляной, — круг ведьминский! Живо!

С чертовой дюжины ведьмочек, которые самые сильные в старшем потоке были, магию-то как ветром сдуло! Они зашевелились, быстро образовывая вокруг дракона почти ровный круг, да замерли, ожидая, видимо, указов новых.

Ну, они и последовали:

— Младшеньких защищать! Любое проявление колдовства блокировать! И не поддаваться чарам драконьим! Чрева-то будет!..

Кому как не мне об этом не знать?!

Двадцать шесть — да, я посчитала — взглядов зеленых глаз смотрели на рыжую меня с изумлением, тринадцать — с благодарностью, один — с нескрываемым скептицизмом. Он-то больше всего и бесил. Настолько, что кое-кто снова не смог смолчать:

— Свои побрякушки магические здесь, Дрэгос, ищут без применения колдовства! — зло заявила я. Благо стекла в нашем пансионе магию не пропускают и в помещении, вообще, колдовать не позволяют. Так что, если цвет глаз у дракона и необычный, ненужные артефакты, случайно оказавшиеся на моей спине, никто не заметит!

— Мм, — лениво произнес объект ведьминских воздыханий, — И они меня остановят?

И, кажется, кое-кто был ну очень довольным собой. Настолько, что просто из-за природной вредности, я не смогла молчать:

— Круг не разрывать, — посоветовала ведьмам грозно и, забив на высказывания всяких там магических уродов, поспешила уйти.

Все-таки месть остается местью, ну а сон еще никто не отменял! Тем более, когда усталость наваливается так резко, весь мир перестает существовать! И я ухожу. Да-да! Позволив забыть себе про всяких там гадов и проблемах связанных с ними, проскальзываю в свою уютную комнатку и благополучно заваливаюсь спать.

Благо, что совсем никто мне не мешает. Все-все остаются во дворе...

Только сплю все-таки недолго. И, когда время переваливает чуть-чуть за полдень, глаза свои-то распахиваю, да на кровати сажусь, с беспокойством оглядывая помещение. Кажется мне все, что не одна я здесь нахожусь, что в комнате кто-то посторонний находится, что взгляд чей-то спиной ощущаю, но никого не обнаружив, снова заваливаюсь спать. Жаль только, что не засыпаю. Глаза свои вновь распахиваю менее чем через минуту и в потолок гляжу, тишину слушая. А за окном тихое хихиканье ведьмочек доносится до моих окон, голоса их звонкие едва-едва мной различимы, да споры девичьи разобрать не могу все. Голову-то свою над подушкой понимаю, да вставать решаюсь. Мол, нечего валяться, ведьма, дела не дремлют!

Быстро посещаю душ, рыжие волосы заплетаю в две аккуратные косы, сарафан выбираю зеленый, под цвет глаз, с юбкой пышной, да подолом длинным, рубашку белую беру с накрахмаленным воротничком и манжетами, и такая вся из себя красивая возле зеркала-то останавливаюсь, видом довольная. Глазища мои лукаво блестят, губы тонкие так и норовят в улыбке растянуться, да руки косу от волнения теребят. И знаю ведь, что не найдет дракон зловредный чешую свою золотую, да все равно волнуюсь. Инстинктивно выходит, видать.

Из комнаты выхожу королевишной. Почти ощущаю на себе изумленные взгляды подружек, да не смотрю на них, вперед следую, в комнату ту, где для просмотра блюдце волшебное уже заготовлено, да яблочко часа своего дожидается. Путь лежит неблизкий мне, через почти весь домик еще только предстоит пройти. Но не тороплюсь. Отовсюду взгляды на себе ловлю, да интересуюсь периодически, как часы последние прошли, тихо ли было, али шум поднял маг окаянный. Почти все отмечают, что ничего подозрительного не видали. Но тем даже выходит лучше!

... Яблочко по блюдечку-то бежит, указание ведьминское исполняет, да события последние мне показывает. Отображает, как от окна гордой походной я ухожу, как вслед дракон окаянный мне смотрит, как завидев близняшек, у них что-то уточняет, как губы свои те в ухмылках искривляют и явно что-то едкое норовят сказать, как прерывает их диалог появление Благодати Мухоморовны и как расходятся все по классам учебным, после ее слов неласковых. Выдвигается Дрэгос на поиски свои небывалые, да тринадцать ведьмочек, повсюду за ними следуют, круга своего не разрывая. Он шаг вперед, да они за ним два, он шаг в сторону, да девочки за ним следуют. Пересекают двор, да войти в двери не могут — проход узкий слишком, тогда прижимаются к дракону грудью своей немалой и с горем пополам препятствия преодолеют. А коридоры-то в пансионе узкие! И обратно не встанешь, и круг не разорвешь! Спустя несколько часов такого хождения и заверял их маг в чем-то, и просил на мою потеху, и злился, и угрожал даже, но непреклонны в своем решении ведьмочки — грудями Дрэгоса-то зажали в тиски свои крепкие и держат там его, не выпускают. Я прослеживаю каждый их шаг, смеюсь, смеха едкого своего не скрывая, и когда картинка меркнет, благодарю яблоко с блюдцем за работу, да близняшек искать спешу. Те, в отличие от меня, спать ну совсем не ложились.

Искомые обнаруживаются в столовой. И настроение их, прямо так скажем, не очень.

Мало того, что ругаются между собой, так еще другим грубят и скандал затевают немалый. Я быстро интересуюсь, в чем же дело и, заработав парочку нехороших взглядов, замолкаю. Собственно, хорошего, как выясняется потом, ничего не происходит.

— Маг пропал, — всхлипывая, заявляет одна младшая девчонка, которая, видимо, и напугана больше всех нас.

— И давно пропал? — быстро уточняю я.

— Почитай пару часков назад, — грубо говорит Бажена.

— Ты спала тогда, — не без обиды заявляет ее сестра.

Я молча оглядываю их сверху до низа, да в глаза зеленые смотрю, интересуясь:

— А вам-то спать что мешало?

И хотя без ответа их знаю, что спать им мешал интерес, дальше не произношу ни слова. Мол, мучайтесь, ведьмы, а я пока понаблюдаю...

— Отдыхайте. — Вздыхаю, когда тишина уже надоедает. — Все будет хорошо.

И сама продолжаю на это надеяться!

— А куда сейчас ты? — подает голос девочка, имя которой мне еще не известно.

— Мага искать. — Говорю, — А покуда встречу, выпровожу долой! Хватит уже, обыскался!

— А искал чего? — вопрошает другая.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, но, так и не поняв, кому голос принадлежит, признаюсь:

— Вещь магическую. Важную, видимо, украденную.

И, конечно же, говорю только половины правды. Давно ведь знаю, что никогда он чешуи своей не найдет, да все равно факты скрывать продолжаю!

— Ну и пущай, — вздыхает малышка, — Пущай восвояси уходит! Не нужен он нам тут такой!

Я киваю:

— Не нужен, — и улыбаюсь.

С улыбкой на лице и ухожу.

Ведьмочки — это либо с детства, либо вообще никогда.

Долгий путь в обратную сторону преодолеваю за считанные минуты. Столь же быстро открываю дверь в свои покои, как можно быстрее исчезаю за ней и только потом спокойно выдыхаю. Стою посредине собственной комнаты долго, за окно смотрю задумчивым взглядом, да думу великую все решаю, и понять не могу, как мага плешивого мне отыскать. С одной стороны ведь уже точно знаю, что проблем-то совсем возникнуть не должно, а с другой — территория у нас большая, для дракона совсем не знакомая и заблудиться тут будет слишком-преслишком просто. А искать его ночью я точно потом не пойду, поэтому взгляд свой зеленый поймав в отражении зеркала, собираюсь идти на поиски. Благо знаю уже, как пропажу плешивую отыскать.

— Теть Матрен! — нетерпеливо взвывает ведьма. — Теть Матрен, помоги по дружбе-то старой, а?

И главное долго так кричит, да не слышит ее домовика местная. Из подпола не появляется и вынуждает крик этот вновь повторить.

— Ну, тетя Матрена, — взываю жалобно, — Ну, пожалуйста!

И реакции нет совсем.

— А у меня есть шоколад, — потом говорю лукаво: — С орехами, — и уточняю: — Дать?

Невысокое создание с огромными глазами перед взором моим в ту же секунду предстает.

— Шоколад вперед, — говорит сурово, да руку вперед вытягивает. Мол, сначала расплата, а потом дела. Я требуемое ей отдаю и в ответ слышу:

— Надо чего?! — быстро киваю. — Что?

— Мага найти, — говорю, — сюда привести, да незаметно чтобы...

Желтые, от звериных предков доставшиеся, глаза подозрительно сужаются:

— Свидание?

Я отрицательно качаю головой.

— Потерялся, — поясняю, — думает, что на территории ведьмовской для него безопасно. А коли ведьмы юные мага увидят, так и не выживет бедолага — от энергии нашей помрет.

— Засмеют же, — понятливо соглашается домовиха и уточняет: — Как спасать будем?

Я показательно хмурюсь, да молчу, фразу нужную найти пытаясь. Словом одним объясниться хочу, но не удается мне это, и, в итоге, я выдаю:

— Незаметно. Быстро чтобы, да безопасно.

Кивок со стороны домовики служит единственным ответом, и дальше она просто исчезает. Мне же начинает казаться, что ничего хорошего ждать от нее не стоит, поэтому я замираю и жду — да-да! — самого ужасного события в жизни каждой ведьмочки молча. Ведь маг вот-вот уже должен был придти, а у меня не то, что слов подходящих не было, нервы не все в порядке!

Только на месте усидеть я так и не смогла. Комнату, вместо этого, несколько раз по периметру обошла, чайник вскипятила, в окно посмотрела, да волнение свое от встречи предстоящей усмирить пыталась. Выходило, честно сказать, не очень, но ведьмочка не отчаивалась, повторяла эти действия снова и снова, и когда шум за дверью послышался, была уже относительно спокойна. Дрожать, по крайней мере, от страха не желала. Более того, делать этого не планировала, но... Дверь в свою комнату, приоткрывая, подслушать разговор громкий дабы, дрожь в руках заприметила, да твердо не переживать решила! Дело же было совсем за малым: дракона отчитать, с территории ведьминской выгнать и забыть о событиях этих, как о сне страшном забывается. Но если теория эта была проста и понятна, то практика, если честно, сильно меня удивила, хотя бы потому, что один из голосов, говоривших в коридоре, оказался моим! А собеседником его, конечно же, был дракон. Это стало поводом нахмуриться, словом недобрым тетю Матрену помянуть и дальше остаться разговор чужой слушать... Коли шанс такой ведьме выпал.

А беседа велась громкая, недружелюбная, с криками непрекращающимися, да спором нехорошим. И из всего гомона этого я понять смогла только одно — Дрэгос все еще оставался слишком злым, а домовика наша ведьмочку рыжую разыгрывала так хорошо, что от меня настоящей ну совсем было не отличить. Иначе неспособность мага ложь распознать лично я объяснить не могла. Тетя Матрена, похоже, тоже. Поэтому голосом моим она просто орала:

— Да что ты себе позволяешь?! — и паузу спустя столь же зло добавляла: — Руки от меня, гад, убрал!

Ведьмочка в моем лице глазища свои округляла, да нос свой любопытный за дверь высунуть решалась, дабы увидеть глазами своими все. И... нет, мне это не казалось. Тетя Матрена правда, кричать изволила, стоя к стене прижатая телом маговым... Гад же плешивый в свою очередь ухмылялся, ножик в руке зажимая и орудуя умело им. Я прямо в дверях замерла испуганно, на помощь домовике бежать готовая, да взгляд ее злой поймав, на месте стоять остался. Нехорошо это было — в действо чужое вмешиваться. Тем более, когда артефакт драконий на спине на моей таился...

— Стой! — продолжила крик свой ведьма вымышленная, когда первый лоскут сарафана зеленого к ногам-то ее упал, да хозяйку свою до пояса оголенной стоять оставил, — Отпусти, ирод вымышленный, пока сам это сделать можешь! Не смей, слышишь?! Не... — и быстрое, почти плавное, движение рукой, после которого рубаха белая под натиском рук маговских рвется, заставляет домовику-то замолчать и изумленно закончить спустя мгновение: — Смей.

И вот Дрэг-то спиной к настоящей ведьме находится, но она почти видит, как брови его светлые в изумлении приподнимаются, глаза голубые на грудь девичью показательно смотреть отказываются и, когда рычание его глухое по коридору-то разносится, я перестаю сомневаться в своей правоте. На сцену, разворачивающуюся в коридоре все еще смотрю, и одно понимаю — в ярости нынче дракон.

— Повернись! — приказывает тихо он.

Указ кое-кто относительно спокойно-то выполняет, да только ругательствами крепкими гада покрывать все равно успевает. Злиться еще и глазищами зелеными своими зло сверкает, но ирод плешивый этого будто бы не замечает. Руками своими он спину ведьминскую оглаживает, артефакт драконий ищет, да, ясное дело, найти его не находит.

— Не понимаю, — бормочет спустя некоторое время, — Что же тогда?.. — и говорить мигом прекращает.

— Насмотрелся? — едко как-то выдает из себя домовика местная, явно разозленная поведением гадом маговским, — тогда верстай в столицу свою, урод окаянный, да думать забудь о ведьме честной, ясно тебе? Исчерпан договор наш, горемычный! Я свое дело сделала, и ты уйди подобру-поздорову, пока сам ходить еще можешь.

И походкой гордой ведьмочка ненастоящая из рук цепких вывертывается, да уходит ко мне поспешно, пока Дрэг-то ее отпускает. В комнату мою врывается, и только иллюзия испаряется, мне выдает:

— Давно меня так не щупали!

Я взглядом благодарным ей отвечаю... И походкой гордой ведьмочка ненастоящая из рук цепких вырывается, да уходит ко мне поспешно, пока сам Дрэг ее отпускает. В комнату в мою врывается, и только иллюзия испаряется, честное выдает:

— Злодей он, конечно, Яруся. Да только родной почитай почти, ведьминский злодей-то. Мать его инициацию ведьминскую прошла почти, да его под сердцем-то в ту пору уже носила. В день последний выбыла и то воле драконовой. Как сейчас помню, молодая она была, хрупкая, в защите нуждалась, да болела еще постоянно. Я ей молока разогретого дам бывало, так лучше девке станет, но нет-нет и опять хворь какую подцепит. А в тот день так вообще разболелась баба. Бледная пришла, исхудавшая вся. Я ей: "Сходила бы к лекарю, матушка, глядишь и получше станет", а она мне: "Мочи нет моей уже, теть Матрен, чужим здоровье-то доверять. Вот ведьмочкой стану, да сама себя исцелю. Может, и хворать потом даже не буду". Да только выяснилось позже, что судьба-шутница зла на девку была. С драконом ей путь жизненный пройти предстояло, от любви неразделенной мучиться, да от страсти от общей сгорать. Ребенка-то она ему родила, счастье семейное на три годка всего обрела, а потом странники из Мира теневого за ней пришли. А там дело известное: соблазнили бабу жизнью мирной, да за собой увели. Во как! И покоиться девка с миром сейчас в земле пускай, да только сын ее на те же грабли, что и отец наступать решился. Драконам душа наша ведьминская — загадка ведь, Ярусик. Ты не слушай горемычного-то этого, не значат артефакты их магические для вас, ведьмочек, ничего. Губят они только, да зло в семью приносят. Сердце свое слушай, интуиции доверяй, да магам не верь. И жизнь долгую, счастливую тогда проживешь...

Я взглядом ей изумленным и отвечаю. И понять одного только не могу: мне это зачем все?

— Раз последний мага видеть собираюсь я, — говорю, — и встреч больше общих допускать не буду. Пускай в столицу свою возвращается, а я обо всем, об этом, как о сне страшном забывается, все забуду!

Взглядом мне хитрым отвечают, да слова умные снова сказать спешат:

— Все маги, Яренок, существа коварные и расчетливые. Ты в ловушку их раз попала, улыбкой на любезность ответила, а там уже действо за действием и не замечаешь, как детей общих уже растите, да счастью своему нарадоваться не можете. Только чувства-то в сердце ведьминском поселились лживые, ненастоящие! Не верь ты им, Яруся. Ох, не верь! Все дракон сделает, чтобы своего добиться, да мнения ведьминского только слушать совсем не станет.

— Точно? — уточняю у домовики.

— Как пить дать, — кивает та. — Мать его жизнь короткую прожила, да не зря странниками соблазненной стала. Плохо ей с ними было. Плохо!

Я молча внимаю советам женщины мудрой, да только все равно связываться с Дрэгом больше-то не хочу.

— Он уйдет сейчас, — сообщаю, — и в жизнь мою больше совсем не вернется.

Сверкает глазищами своими домовика в ответ и сказать что-то снова спешит, не успевает только. Стук в дверь громкий ее опережает, да слова следующие не она уже произносит:

— Ярослава? — слышится из-за двери, — Тут ли ты, ведьмочка?

И все, что успевает сказать тетя Матрена это:

— Помни слова мои. — И она быстро же исчезает.

А я дверь открывать спешу. Не держать же гостя столичного в коридоре? Да только:

— Ярина я, — заявляю Дрэгу, — Ярославой отец меня назвал, да не прижилось это имечко мне. Ярькой все звать начали и попривыкли. А ты чего пришел?

Зла в глазах голубых сейчас, как не бывало. Светлые они у него, с едва заметным синеватым оттенком, от отца доставшимся, видимо, и зелеными вкраплениями от матери. Красивые, в общем-то, но драконьи. Я точно видела, как цвет их поменялся, да не спешила бояться только. Не грозит ведьмочке опасности никакой на территории пансионской. Магия тут блокируется в проявлении любом. Поэтому:

— Заходи, коль пришел, да выражайся быстрее. Спешу я уже. Время меня поджимает.

И главное, невозмутимой быть, спокойной, тогда и подозрения все отпадут.

— Может, тогда провожу? — предлагает столичный гад, да улыбкой ведьму одаривает: — Когда-то ты не отказывалась...

— Когда-то — это не сейчас. Но идем, — соглашаюсь я. Все равно кушать надо.

И меня из комнаты-то вытаскивают, ручку свою на талии девичьей укладывают, да ведут куда-то. Ведьме это сразу начинает не нравиться, посему:

— Руку убери свои, гад, — любезно прошу, — да чего надобно тебе говори, а то хорошим это не увенчается!

Предупреждению внимают, конечности свои с тела чужого убирают, да по-доброму как-то, в тон ведьмочке, молвят:

— Ярослава, где чешуя?!

И сразу ясным становится, что любезности на этом закончились. И дальше в разговоре будут только крики. Меня это не устраивает. Я бровки свои поднимаю, да голоском елейным интересуюсь:

— Это все, что тебе от ведьмы надо?

Кое-кто, кто всего минуту назад добрым-то был, в мага злого тут же превращаться изволит, глазищами своими на меня смотрит и выдает:

— Нет, не все.

Тогда я интересуюсь:

— Что еще? — и да, тоже грубой становлюсь. Нехорошей такой, злой, потому что: — Ну, не знаю я, где артефакт этот! Ведьмам старшим, как велено было, отдала, да не видела больше его!

И, конечно же, нагло вру. Только сегодня утром в отражении зеркала аккуратную золотую чешуйку в форме капельки, приросшей к моей спине, я честь лицезреть имела. Но... не всем об этом знать ведь обязательно, так? Поэтому:

— И не смей на меня кричать, — говорю, — Кто мне потерянные полгода жизни вернет-то, а?

У кое-кого желание спорить со мной тут же и отпадает.

— То-то же, — заявляю сердито я. А в ответ слышу искреннее:

— Виновата сама.

И уйти поскорей спешу, до глубины души врагом свои обиженная, да только:

— Погоди, — взывает тихо он. И... и... мольбе маговской я-то внимаю, да близко подходить не спешу. Безопасней так будет, на расстоянии разговор наш вести, чтобы друг друга поубивать мы совсем не смогли и живыми отсюда вышли.

— Ну, что еще? — интересуюсь у мага строго, показательно так руки на груди скрещивая, да на часы настенные поглядывая. Время, мол, оно утекает, а ты до главного еще не добрался.

Дракон намеки мои не понимает. Хмурится, в лицо мое зрит недобро и говорить, видимо, не спешит. Это ведьмочку удручает. Ждет она, ждет минут несколько, да, в конце концов, не выдерживает:

— Я, правда, не знаю, где чешуя, — признает, — но, коли найти изволю, сообщу. Все ли это?

И ответ свой слышу мгновенно:

— Нет, не все. — И для особо непонимающих Дргэг даже поясняет: — Понимаешь, чувствую я ее. Близко артефакт древний где-то, а понять, откуда волны магические исходят, не могу.

Ведьма думает примерно с минуту и уточняет:

— А я тут причем? — и недоброе какое-то чувство проскальзывает в душу ведьминскую. Неужели догадался обо всем этом маг?

Мне дарят еще один не особо добрый взгляд и интересуются:

— А украл артефакт магический кто? А луну изображать добрую половину ночи меня заставил кто? А ведьмам кто приказал меня охранять?! — и зло звучат слова эти, несправедливо настолько, что я вновь удивляюсь:

— Неужели я?!

И кто-то становится очень злым. Настолько, что не будь я ведьмой, прямо тут меня бы прибыли. А так... только приблизились скоро очень, да в лицо мое выдохнули:

— Ты! И ты мне все прямо тут сейчас и расскажешь!

— Все-все? — уточняю справедливости ради. И, кивка утвердительного дождавшись, говорю: — не должно было, конечно, такому случиться, но произошло это событие коли, то и противиться уже поздновато будет. Я, Ярослава-Ярина Кощей, в семье, где родители магией не обделенные, ведьмою родилась. Это событие, мягко сказать, отца моего не обрадовало. Детей ведь трое у него всего получилось: я, да братья мои старшие, а наследником у нас в роду младший ребенок становится. Должность Бессмертного я, получается, унаследовать должна была. А коли вышло все так... некрасиво... Вот, что делать с ведьмочкой необученной?! — задаюсь вопросом.

— Убить! — тут же в ответ слышу недовольное, да взглядом злым сама ему отвечаю:

— Слова не путай! — говорю. — Любить, как раз, нас, ведьмочек, надо, а убивать тогда уже магов! — и прежде чем фразу колкую дракон сказать успевает, я продолжаю: — Так вот, образования необходимого в доме отчем дать мне, конечно же, не могли, да и признать за ребенком, магией обделенным, право наследства должности этой, тоже нельзя было. Тогда родители мои делают все, чтобы у дитя их будущее светлое было... И... только исполняется ведьмочке пять годков, в пансион они ее и определяют. — Я замолкаю, да в глаза маговы долго смотреть изволю. — Продолжать? — интересуюсь спустя пару мгновений.

— Не надо, — видимо, успокоившись уже, выдыхает гад. На пару шагов от ведьмы отходит и снова спрашивает: — Артефакт мой где?!

Я глаза свои к небу-то возвожу, да прошу искренне:

— Отстань, а?

И уйти поскорей спешу. Все-таки обед уже скоро кончится, а одна ведьма в моем лице так и не поела.

Путь до столовой преодолеваю одна, но вхожу туда вместе с магом. Под общее удивление и затихшие разговоры спокойно подхожу к прилавку, еду себе там набираю и только уходить собираюсь, возмущенное слышу:

— А мне?!

В итоге, возвращаюсь и вынужденно еще один поднос еды собираю, его подхватываю, Дрэгу вручаю, да к столику свободному подхожу. Под взглядами ведьминскими на место на свое сажусь и к магу спокойненько так обращаюсь:

— Как поесть изволишь, свалишь, — говорю ему, — и чтобы больше на территорию ведьминскую не являлся! Коли нет тут артефакта магического твоего, людей честных беспокоить нечего!

И в ответ слышу уже надоевшее:

— Чешуя моя, ведьма, где?

Глаза я свои вновь закатываю и молчу. А что еще говорить мне, если намеков простых дракон не понимает, а банальное "ну не знаю я" не воспринимает?! Правильным ответом было бы встать и уйти, если бы ведьмой я вредною не была. А так мне молчать приходится долго и упорно. До поры той, пока гад не вздыхает и догадку свою вслух не произносит:

— Не скажешь? — устало вопрошает он, и дождавшись пока головою я радостно кивну, глазища свои наглые хитро щурит: — Но знаешь?

— Нет, — в тон ему отвечаю и говорю: — И узнавать не буду.

На роже маговской проскальзывает обида, но ведьма внимания на это не обращает. К кушанью своему возвращается и ситуацию быстро обдумать спешит. В конце концов, магу если сейчас поддаться, то ровен час и он догадается обо всем, посему:

— Ты уйти должен будешь, — сообщаю быстро, — спор наш окончен и больше дел общих мы тобой не имеет.

— Я понял, — успокаивают мигом меня, но в глаза смотреть не спешат. Впрочем, мне этого и не надо. — Но ты же понимаешь, что вещь эта мне очень важна?

Понимаю. Более того, все прекрасно осознаю, но помочь уже, правда, ничем не могу.

— И что ты предлагаешь? — узнаю. Говори мне, мол, а я тебя может и поддержу.

Глаза синие на против моих яростно вспыхивают, но произносит дракон спокойно:

— С магией училище проследить, — я брови вскидываю, и меня тут же успокаивают: — Часа хватит.

Я замолкаю и думать теперь изволю. Устроить-то это можно, но... надо ли мне оно? Месть моя лишней ведь не была, да и спора условия свои я честно выполнила. Для чего же тогда помогать?

— Дрэг, ты же понимаешь, что содействовать в этом я тебе не должна? — уточняю сурово.

— Более чем, — мне говорят, — но вам, ведьмочкам, артефакт мой без надобности, а мне он... очень скоро может пригодиться, — и в глаза мне, главное, гад этакий смотрит, слова свои произнося. Огорчить, видимо, хочет. Но я только уточняю:

— Уверен ты в этом? — и даже думать не думаю, кому дракон плешивый чешую свою хочет лепить.

Кое-кто подается вперед и серьезно так заявляет:

— Более чем.

Теперь я тем более помогать не хочу! Но глазки свои прикрываю, да буркаю:

— Часа точно должно хватить? Ведьм юных спроводят в мае в числах последних практику проходить, старших на каникулы после экзаменов-то отправят, тогда и школа свободной будет. Коли договориться удастся мне с Благодатью Мухоморовной, тогда извещения жди. Нет коли, тогда даже думать о помощи ведьминской не думай, понял? — дожидаюсь согласия и продолжаю: — Тогда я пошла.

И уходить, действительно, только хочу. Потому что...

— Ярослава? — летит ведьме в спину.

Она оборачивается и совсем недобро, в связи с настроением испорченным, спрашивать изволит:

— Ну что еще?! — и взгляд маговский ответный ловит, да слышит едва тихое:

— Спасибо, — и улыбка украшает красивые губы мага.

Я киваю ему нагло и ухожу. В конце концов, Дрэгу не обязательно знать, что делать мне это приходится не для него...

* * *

И, казалось бы, когда маг с пансиона уже спроважен, а безумная практика осталась давно позади, ведьмочка может позволить себе отдохнуть, книгу, например, почитать какую, просто прилечь поспать, с подружками пообщаться или новости последние обсудить. Но увы и ах, дела кому-то оказались стократ важней! И вызов в кабинет главной наставницы застал меня уставшую ровно в тот момент, когда сон готов вот-вот был уже настать. Я, глаза свои вновь открывшая, была, честно сказать, недовольная, но, ведьмочку юную отослав, одеваться опять решила. Платье ученическое сменило сарафан зеленый, ленту темную в косу в свою вплела, перчатки тонкие место на руках заняли, да туфли на каблуке невысоком были последней частью моего наряда. Я в зеркало посмотрела, да довольной осталась видом своим внешним, так за дверь и вышла.

Благодать Мухоморовна, чей кабинет на рабочем этаже располагался, меня уже давно ожидала. А стоило только шаг на порог мне сделать, так и вовсе поторапливаться приказала, на место у окна усадила и спрашивать быстро изволила:

— Ну и как все прошло? — и глаза такие честные сделала, будто сама того и не знала.

— Нормально прошло, — честно ответила ведьма. — Быстро, безболезненно, все живы, а главное, магу у нас понравилось, — и ехидно сказала: — к нам в гости еще раз просится.

Состояние мое недоброе наставница главная тут же и поняла. Глаза свои зеленые живо прищурила и уточнила:

— У нас или у конкретной ведьмы кощеевского племя?

Я сразу молчать и начала. В действительности Дрэгом того не уточнялось, да и знать мне этого особо было не надо, но все-таки, ради справедливости, я произнесла:

— Таки оно и не ваше дело! — и гордилась собой примерно секунд двадцать. Все то время, пока Благодать Мухоморовна сдерживала смех, а когда она рассмеялась, гордыня сама моя и исчезла. — Зачем я тут? — уточнила совсем недобро.

В руки мне тут же протянули одно письмо:

— От родителей, — оповестили, все еще улыбаясь, — Видимо, тобою они горды.

Кивнула. Ведь не смотря ни на что, с мамой и папой мы общались довольно хорошо, в дочери своей души они не чаяли и успехами ее гордились, как своими.

— Я могу идти? — уточнила. Ну, так... ради интереса. Ведь говорить и, правда, нам было не о чем, и для обсуждения тем новых ну совсем не нашлось.

Мне подарили еще один долгий взгляд и сказали:

— Потом уйдешь, — и, подумав еще минуток пару, добавили: — вопрос у меня к тебе, Яря, есть. Один всего, да серьезнее его, не нашлось пока.

Я важностью момента-то и прониклась, ровнее села, руки на коленях сложила и, как ведьмочка показательная, слушать готова была. Дело известное ведь, что просто так выражениями такими наставница наша ну совсем говорить не станет. Значит, серьезное приключилось что, безопасность моя под угрозой или дела государственные до нас дошли.

— Что-то случилось? — тихо спрашиваю. За себя особо-то не боюсь. Знаю ведь, что защитят ведьму глупую взрослые, если что. А вот ради девок маленьких на все готовой была. Беззащитны они у нас, надоедливы, да как сестры только: жизни своей без них мы уже не видим. И если нападение какое случилось, пансион наш сожгут послы государственные тут же, а девы младшие этого просто не переживут, ведь каждой второй ведьмочке, зачастую, даже вернуться не к кому. Но...

— Все хорошо, — уверяет меня Благодать Мухоморовна, и нехорошие, грустные мысли тут же выветриваются из моей головы. Не бывать никогда такому, чтобы царь наш батюшка приказал гонцам своим училища наши сжигать, да учениц рыженьких убивать, — Поговорить я с тобой хотела, — сообщает ведьма мне и добавляет: — Серьезно поговорить.

Я головой-то своей киваю, да информации важной жду. Все-таки что-что, а будущее мое не за горами, и речь, понимаю, идти будет именно о нем. Ведь артефакт магический — не то, с чем шутить ведьмочке юной стоит. А коли вышла ситуация такая, избавляться от украшения этого надо, пока, к счастью, к носителю новому оно намертво не приросло. Но мне что-то делать с чешуей с драконьей было уже слишком поздно. За годок прошедший, что на спине моей она таилась, можно было не только успеть прирасти к ней намертво, но и под нового хозяина полностью видоизмениться...

— Ярина! — окликает меня снова наставница наша и, дождавшись, пока взгляд свой я на ней сфокусирую, говорит: — Коли слушать не будешь, век жалеть об упущенном потом суждено тебе, ясно? Внимай словам моим, девочка, да одно только помни: опасное дело с огнем играть. Ох, опасное, но выхода когда нет, приходится всем рисковать. Ты готова рискнуть? — мой решительный кивок, — Тогда слушай. Место в природе есть такое, где по сказаниям старым, стыки миров проходят. Магии там, конечно, нет, но если армия целая колдовать удумает, то все полягут. Долгие века над загадкою этою лучшие люди думали, да только к решению верному не пришли. Жизни в местах тех никогда не было, и доступ туда поэтому был закрыт. Шли года, пролетали тысячелетия. И вот спустя почти целую вечность первая активность по ту сторону места этого была замечена. Там появился человек. И настолько... неожиданно, что община магова верить не верит в это. А там где один человек есть, всегда, конечно же, есть другой. Понимаешь, Яря? А за людьми, про магию не ведавшими, нужен присмотр ведьм.... Кандидатуры лучше тебя, девочка, еще пока не нашлось, а времени уже остается мало. И коли сложилось так все... удачно, что тебе спасение от плена драконова требуется, а миру информация о месте том, то сама судьба в это вмешалась. — И длинный, жалости преисполненный, взгляд на меня, — ты поедешь?

И мое неуверенное:

— Нет! — разрезает тишину, повисшую на мгновение в комнате. Я думаю перед этим не долго, и даже не уверена в правильности своего решения, но произносить стараюсь все так, чтобы сомнений не у кого не осталось. — Я туда не поеду.

Обвести вокруг пальца Дрэга — дело простое, а оставить его ни с чем будет проще, если я хотя бы останусь при этом жива.... И не умру от рук какого-нибудь дикаря до этого. Все-таки путешествия — занятие стоящее, но путешествие на стыки миров? Это не по мне. Я — ведьмочка домашняя, люблю тепло, уют, свою метлу и больше всего обожаю жизнь! Поэтому:

— Спасибо за предложение, — говорю, не поднимая от пола взгляд, — но это не для меня.

И главное, честно все говорю, да не верят все снова мне. Спокойной улыбочкой награждают, да молвят тихо:

— Ты подумай, Ярусечка, чего с плеча рубить начинаешь? Денечков-то пару еще осталось, времечко, значится, тоже есть. А открытия, девочка, они подождут. — И нежное: — Магу своему скажи, что через денечка два пусть приходит к нам, школа тогда будет уже пустой. А ты иди, Яренька, отдохни езжай, с родителями пообщайся, а как решение окончательно примешь, ко мне воротись, да слово точное говорить изволь. Поняла? — почти строго.

— Поняла, — кивок.

— Ну, тогда можешь идти.

От нежных, почти ласковых слов в исполнении наставницы нашей, в мозгу моем ведьминском подозрения появляются. Но встаю я быстренько и уйти поскорей спешу. Все-таки отдых в доме родительском — не то, к чему у нас принято допускать во время каникул летних. И игнорировать шанс общения с ними я лично была ну совсем не намерена.

Поэтому и ушла.

И вот дело оно интересное — отказаться от путешествия дивного я отказалась, а обдумать решила уже все потом. И в комнате своей возле зеркала небольшого сидя, я одно все понять хотела — ведьме-то главной это все нужно зачем? С одной стороны ведь, маги — наши пресловутые враги, а, значится, помощь им ведьмнская ну совсем не нужна, а с другой ... уж больно меня напрягало предложение по исследованию земель новых, предоставленное мне. По успеваемости ведь на потоке нашенском первою я никогда не была. В середине тешилась, да и тем всегда довольная оставалась. Тогда девочек, первые кто места получал, на задание это логичнее все же призвать было бы. Но чести этой удосужилась только я. Из того вопрос: почему? И так и сидела ведьма бы юная до поры до той, пока не ответила на него, но в руках бумага ее зашуршала, ручками девичьим сильно сжатая, и очнулась я в тот миг. На письмо родительское посмотрела, про дела свои мигом вспомнила и заняться ими тогда решила. Двое суток — не такой уж и большой срок для обещания с племенем кощеевским, чтобы можно было его игнорировать. А мне предстояло еще переделать кучу всего. И первым делом узнать то, что так старательно на листке бумаге выводил мой родитель.

В общем, — да-да! — конверт я поспешно вскрыла, взглядом по строчкам ровным сама пробежалась и узрела, собственно, само послание. Оно и гласило:

"Ярослава! — дальше следовало тридцать три восклицательных знака и один-единственный вопрос: — Совесть, доченька, есть? — с тем же ответом на него: Так вот это у нас семейное! Глупости непродуманные мы вершить, конечно, умеем, а вот отвечать за них так и не научилось все наше семейство, девочка! Все, Ярочка! Кроме тебя! Наставница твоя мне обещала наглую ведьму, без совести и доводов разума. Идеальную наследницу, Яря! Так вот что в понимании ведьминское слово "наглая" обозначает? Хорошо! — и следом: — Люблю свою ведьмочку, — а потом: — обнимаю и целую. Дома поговорим! — и от мамы слов парочку: — Ыы! Ха-ха-ха.... За какую часть тела ты его так подвесила, что болтался он в небе безоговорочно ночку целую, да все рыпаться побоялся? Не говори! Догадалась я! Ыы! Молодец, доченька! Так держать!"

И на том послание родительское прерывается. А я еще сижу минут парочку после, улыбаясь глупо, но зато счастливо...

Полет на метле считается счастливым только тогда, когда ведьмочка, в частности в моем лице, до места назначения долетает целой и полностью невредимой. К сожалению, это удается не всегда и в таком случае, как мой, легче скорее убиться, чем добровольно и беззащитно сунуться в обитель магов повторно. Я свою жизнь суицидом заканчивать не собиралась. Более того, прожить хотела еще хотя бы парочку десятков лет. И, чтобы раньше времени не умереть от рук гада драконьего, первой моей остановкой стала ювелирная лавка, в которой полностью осознано юной ведьме еще только предстояло прикупить нужную для нее защиту. Ведь всем-всем известно, что в отличие от нашего пансиона, в Магической Академии магию можно было не только увидеть, но и прикоснуться к ней руками. Сделать это, конечно, могли не все, но вероятность того, что кто-то все-таки сможет обнаружить на мне чешую, была просто очень большой. Рисковать я была не намерена. Поэтому стремглав и летела, совершенно безумно врываясь в пушистые облака, с громким смехом опрокидываясь вверх ногами, ну совсем не боясь с метлы упасть и наслаждаясь каждым мигом этого безумного полета. Точно зная, что когда-нибудь даже это у меня отберут...

Приземлилась я полностью красивой. С горящими от азарта глазами, веселой, какой-то шальной, улыбкой и полностью растрепанными волосами ведьмочка выглядела именно так — красиво. На такую и прохожим не грех обернуться, и внимание не грех обратить, и даже улыбку в подарок мне подарить тоже не будет считаться чем-то плохим. Я лишний раз (ну на всякий случай) осмотрела свое отражение в витрине одного магазинчика, убедилась, что выгляжу... ну не так, как обычно, и смело вошла в ювелирную лавку. Быть обманутой где, кстати, тоже совсем не боялась. Все-таки кого-кого, ну а ведьмочку обмануть было делом почти невозможным — магию мы почти за версту учуять можем. И здесь, например, она ощущалась ароматами цитруса и корицы. Мне не понравилось, но делать с этим ну совсем просто было нечего, потому что лавка эта была единственной нормальной во всем нашем городе...

— Я могу чем помочь? — тихий, девичий голос, мигом прервал мои размышления. И я поймала себя на том, что последние пару минут тупо пялюсь в лицо, видимо, самой хозяйке этого помещения, морщу нос и незаметно озираюсь по сторонам.

— Вы должны мне помочь, — уточняю спустя минуту и добавляю уже потом: — Ведь я здесь ищу защиту.

На круглолицем лице на первой взгляд необычной барышни мелькают эмоции, которые она, видимо, и спешит подавить. Удивление, страх, любопытство — все, что я успеваю 'прочитать' прежде чем у меня интересуются:

— И от чего?

Говорю я почти нейтрально:

— От осадочного проявления магии в организме. — И проясняю: — Год назад меня пытались так спасти.

Понимающая улыбка:

— Вы излечены?

И мой твердый ответ:

— Конечно. Я — ведьма.

Запах цитруса и корицы начинает надоедать. Столь неприятно мне не было даже на прошлой практике...

— Давайте посмотрим, что вам подойдет, — говорит продавец.— У нас как раз только-только появился новый... товар.

Магические артефакты — вещи, вообще, дорогие. Но ради собственной защиты я снова готова рискнуть.

Незаметно, но морщу нос:

— Хорошо. — Иуже понимаю, что здесь мне не подойдет ничего. Слишком уж неприятно будет пахнуть это ее... волшебство.

— А у нас есть новинки, — продолжает вещать все еще продавщица, — Понимаете, мы сотрудничаем с некоторыми учебными заведениями царства и вот только сегодня нам завезли артефакты из Магической Академии. Юные маги годами трудились над ними, чтобы вы и ваша семья были полностью защищены! Хотите на них посмотреть?

Я киваю:

— И возможно даже купить.

Благо, меня понимают.

— Тогда пройдемте, — и в соседнюю комнату-то ведут, за прилавок становят, вопрос задают:

— Какую защиту? — и в глаза даже ведьме смотрят. Та молчит, что ответить не знает, да лепечет только:

— Посильнее бы.

Тонкие губы магианны искажаются в форме улыбке:

— Тогда вот эту берите, — и протягивает она мне ну уж очень сильно вонючий артефакт. Фу, противный. — Не подойдет, — говорю, — другой сильный дайте. — Дают другой и: — Тоже не то. — Сообщаю.

Я ведьма вредная. Мне не только качество, мне еще и комфорт нужен. А то как вещь эту носить, если запах постоянно покоя давать не будет?

— Третий подайте, — приказной тон, капризный срывается с губ моих. Я почти вижу, как женщина эта в список врагов своих меня записывает, да только все равно тихо глумлюсь: — Хотя и то, конечно же, будет плохим. — И — да-да! — правду говорить изволю.

Значится, и в Магической Академии таланты поизвились. Плохо дело. И чем же от гада маговского спасаться теперь буду? Комнату осматриваю, да даже кочерги никакой не нахожу. Тогда решаю:

— Самые дорогие артефакты давайте. Те, которые точно защитят ведьму юную, да в обиду никому не дадут. Важно это, понимаете? Чтобы и в глаза броско не было, и броней хорошей век прослужить могло.

Что-то подобное озарению проскальзывает в выцветших глазах молодки, когда вскакивает она и вон из комнаты нестись несется. А возвращается со шкатулкой уже и словами мне наставление дает:

— Опасное дело это, госпожа ведьма. Но выхода нету совсем коли, то и к такому прибегнуть можно, — взгляд на меня, — Вы мне скажите только: сильно ли допекает вас гад гремучий, да помочь кто чем точно не мог?

— Эх, не мог, девушка, — горько вздыхаю.

— Тогда вот, что слушай, — ко мне накланяются, будто тайну поведать хотят и быстро-быстро слова заветные молвят: — Есть в мире этом раса такая, кто слова доброго никогда не скажет, но проблема насущная коли, то всегда помогут. Чешую они всю свою жизнь растят, да для избранной своей золотую приберегают. Берегут, как зеницу ока, а когда встречают ту, с которой жизнь всю прожить готовы, ей отдают. Бережет она их года долгие от напастей всех, от магов злых и существ зловредных всяких, а время когда приходит к хозяину своему невесту сама приводит. Выход твой только таким вижу я, ведьмочка. И возьмешь коли вещь эту, пути обратного не ищи.

Я почти чувствую, как глаз мой дергаться и начинает. Ох, не здравой была идея с артефактом защитным этим. Ох, не здравой! Мало того, что артефакт один на спине на моей таится, так и другой еще предложить пытаются.

Ну, что за жизнь-то у меня, а?

— Давайте, — говорю, — Все давайте. И эту брошь вонючую, и ту ленту алую, и даже то кольцо изумрудное заворачивайте, — и взмаливаюсь: — Только про драконов больше не говорите мне, ясно?

И вот стою я такая вся из себя понятая, рыжая и взволнованная, да одно понимаю все более точно — женщина это дело-то говорит. В чешуе спасение ведьмочка теперь уже видит и план более точный в голове своей быстро готовит. А когда понимает все, еще говорит:

— И чешуйку одну дайте мне, — и добавляет: — Буду творить справедливость!

Таким образом, и артефакты защитные постоянно носить не надо, и от мага избавиться легче простого будет. Ведь удастся все скоро если, то потом жизнь спокойную я проживу. О как! И о драконе об этом, как о сне страшном помнить буду: коротко и только то, что был он когда-то в жизни моей такой. Чешуйчатый, синеглазый и очень — ну прямо очень! — наглый. Родной почти даже! Вот!

Из ювелирной лавки выхожу прямо-таки слишком довольная собой, на метлу на свою взбираюсь и дальше лететь поскорей спешу. День-то целый еще совсем не окончился, а дел у меня осталось чересчур — даже слишком — много. И одна только мысль ведьму тревожит — остановку следующую сделать придется в пристанище маговском, что тоже совсем не есть хорошо. Хотя благодаря защите, купленной так предусмотрительно заранее мной, дело это может пройти стократ быстрей.

Я лечу. Лечу спешно и так, чтобы скорее на место нужное мне прибыть, от обязанности своей страшной скорее избавиться и забыть про нее на день целый, пока времечко нужное не придет и назад выдвигаться не пора будет. Лечу так, что птицы стороной облетать пытаются, дабы не повредить бы себя ненароком. Лечу быстро настолько, насколько метла моя вообще лететь может. Поэтому и настигаю академию нужную в самый что не на есть краткий срок, аккуратно к земле спускаюсь, а дальше уже пешком до ворот следую. На пальце моем безымянной кольцо изумрудное таится, к темному платью ученическому брошь защитная креплена — и в безопасности ведьма, кажется, да вот волнение свое все равно усмирить не может. Мимо ворот проходит, во дворе оказывается, на магов на юных смотрит, да нужного найти не пытается. Знает точно, что после ночки долгой спать он сутки целые будет. Поэтому сразу к нему и идет...

Отовсюду ловлю на себе удивленные взгляды, за спиною своей слышу ошеломленный ропот, глазами толпу расступающуюся вижу, да препятствовать этому ну совсем не смею. Вперед иду, желанье одно лишь в душе тая — чтобы все это поскорее кончилось, и улететь я спокойно смогла. И не то, чтобы страшно мне стало вдруг. Нет. Среди магов этих половину лета прошлого провести ведьме юной пришлось, поэтому страха уже точно нет. Воспоминания только, да и те будто дымкою серой подернуты. Тогда ведь все быстро столь и случилось, что запомнить в подробностях дело это мне ну совсем как-то не пришлось. Не до этого ведьме было!..

— Ты готова ехать туда, девочка? — спрашивала меня тогда Благодать, сидя в доме своем на кресле широком. Волосы ее рыжие в пучок-то и были заплетены, а глаза зеленые, как сейчас помню, взволнованность лишь выражали.

— Готова, наставница, — смиренно голову свою опускала я.

Вызывала женщина всех перед отъездом прямо, наставления последние говорила, да цели все новые проговаривала, запомнить их заставляла, выучить прямо-таки и ей их все-все рассказать. А когда упускала чего еще ведьмочка, она сетовала:

— Ох, и помрешь среди магов, Яречка! — да я только глупой была, не верила слову мудрому, отрицать все изволила и повторяла:

— Никак нет, Благодать Мухоморовна. Выживу я, как есть выживу, и домой живехонькой-то вернусь! — и да, как всегда, не угадывала. Говорю же, наивною ведь была, в доброту маговскую верила, да не так все совсем представляла! В мечтах моих как ведь, оно все добрым, пушистым и милым было: и если магом ты звался, то благородным ну точно был, а если ведьмой кликался, значит, статусу своему соответствовал. И так даже жить мне проще было. До определенных, конечно, времен.

— Я могу вам помочь? — тихий голос вырывает ведьмочку из ее раздумий, и она вынужденно просто останавливается. По сторонам глядит, да одно только с точностью понимает — думать пока изволила, до места ей нужного добралась. Хорошо для меня, конечно, слаженно. И мужчину что встретила этого — тоже хороший знак.

— Да, конечно, — говорю рассеянно, — Понимаете, — запинаюсь, — мага я ищу. Высокого такого, с волосами платиновыми, да глазами синими. Дрэгосом его еще кличут, но вот не знаю я точно настоящее ли имечко это, нет? — и взгляд глаз зеленых, страдания полных, — Есть здесь такой, не знаете случаем?

Брови темные собеседника чудного моего приподнимаются, когда говорит удалец уверенно:

— Существует на свете он. — И улыбается, — Драконом маг уродился.

— Да, — подтверждаю и интересуюсь: — а найти мальца как мне? Коли ходить тут, понимаете, буду, до вечера не найду, — и взор свой к полу-то опускаю. Смущаюсь, мол.

Темные, как ночь без луны, глаза макушку мою минуточек парочку изучают, а потом хозяин и говорит:

— Отчего не сказать, скажу, — и почти хитрющее, — девушке вроде вас вечера стоит дома в компании приятной-то проводить, а не по заведениям подозрительным шастать, драконов разыскивая там. Могу предложить свою.

— Что? — и я даже удивляюсь.

— Мага, говорю, вами разыскиваемого здесь сейчас нет. Скрылся удалой утром еще и не появлялся больше. Но, позвольте, вам дам совет.

И ведьма кивает:

— Дайте.

Ко мне наклоняются, да в лицо ведьминское выдыхают:

— Если ночью этот индивидуум вам недодал, то просто забудьте его, у драконов ведь так бывает, а я, так уж и быть, с радостью исправлю недоразумение. — И от оригинальности шутки своей гад даже заржал на всю округу.

Ведьма же разозлилась:

— Даже представить боюсь, откуда познания такие из... жизни драконов, — намекаю я и: — В предложениях таких не интересуюсь.

Все маги — самовлюбленные гады. Не стоит такому даже удивляться. Я разворачиваюсь и уйти собираюсь уже, когда крик настигает меня.

— Ярина! — и по лестнице сломя голову несется Кожим Светляк собственной, почти рыжей, персоной. Мне почти видно, как в глазах его карих ярость появляется, прежде там никогда не бывавшая, да руки, познавшие драку-то не одну, видать, в кулаки сжимаются. — Отойди от нее! — отрывисто приказывает он и столь же зло добавляет, когда повиновения нет: — Черт возьми, Адриан, — выдох, — лучше так отойди!

— А то что? — ленивое, но ну совсем не мое. Ведьма, на дерзость такую не способная, сбоку стоит, да понимает, что спокойно-то жизнь свою маги прожить не могут, оттого и мрут, как мухи те в жаркий день.

Светляк-то к нам быстро сам приближается и у меня узнает ласково:

— Он тебя не обидел?

— Нет, — говорю. Что на магов-то обижаться? — Он меня пальцем ведь даже не тронул, — уверяю и прошу тихонько: — Не кричи.

Кое-кто мигом-то и успокаиваться, ведьму к себе притягивает, в висок ее целует и молвит медленно:

— Хорошо это, Яренька. Ну, не тронул что. А то сейчас бы он тут не стоял.

Я, конечно, не верю, что вред Кожим ему причинить может, но молчу. Куда там дракону этому ростом своим с Адрианом тягаться! Тот выше на голову целую, в плечах своих шире, да и старше, кажется, даже на целую кучу лет! По крайней мере, глаза его темные светом таким лучатся, будто хозяин их вредный много за жизнь свою повидал.

— Меня сейчас стошнит, — заявляет ехидно он и на объятья наши с нескрываемым скепсисом смотрит. — Предложение в силе, — подмигивает, собственно, мне, — Ну, я пошел, — говорит самому Светляку. И трубку табачную из кармана штанов достав, с ней же вразвалочку и уходит.

А мы с наполовину рыжим драконом таки остаемся один на один. И ситуация эта, честно сказать, меня очень сильно начала напрягать. Взгляд свой зеленый я в сторону-то отвела и спрашивать едва слышно хотела:

— А Дрэг-то сам где?

Ведь мне лично совсем не верилось, что дракон это позже меня в академию вернуться мог бы. Вылетел же, почитай, сколько часков назад-то? Много! Значится, и вернуться он раньше меня должен был! Ан нет! Я уже и с вестями радостными сюда подоспела, и с товарищем его рыжим сто раз поздоровалась, и с новым магом одним познакомилась, а нужного все равно нет. Что-то совсем не то...

— Где Дрэг? — интересуюсь ну слишком громко. И любопытство в душе тая, по сторонам озираюсь, да, дело известное, Дрэгоса не нахожу.

— А нет его, — спокойно так отвечает драконов дружок, — Отлучиться обязан он был по делам известным, семейным. И вернуться вот все еще не успел, — и взгляд на меня лукавый, да вопрос хитрющий задается следом: — А тебе-то чего тут надобно?

Ведьмочка руками разводит, шаг назад от рук загребущих делает и тише уже говорит:

— Ничего, — едко так произносит, — А вот товарищ-то твой плешивый, кажется, в пансионе у нас кое-что потерял. Дело известное, старческое, я не обвиняю. Да вот только претендовать он изволил на поиски магические. С этим у ведьм сложнее. Но я договорилась. Так вот ты тогда другу своему и передай, что коли артефакт этот ему все еще нужен, тогда через денечка два пусть искать его и приходит. Коли нет, то тебе волноваться не о чем. Понял? — жду кивка. — Спасибо, — сухо благодарю и разворачиваюсь, уйти поскорее дабы. Да только:

— Яря! — окликают повторно ведьму, за руку хватают, да к себе ближе тянут. Глаза кое-кого сразу же округляются и:

— Руки убери! — кричит разозленная ведьмочка, к личному пространству своему относящаяся ну очень бережливо. — Светляк! — восклицает, стоит только существу наглому лапищами своими лицо мое девичье обхватить. — Не смей! — уже конкретно угрожает, глазища свои зло прищурив.

— Я все передам, — насмешливо отвечают ведьмочке и, легонечко чмокнув оную в нос, собственно, отпускают ее и сваливают — да-да! — первыми.

Мне только и остается, что тихо ненавидеть всех магов за это и смотреть на отдаляющуюся спину одного. Благо, месть я уже придумала. Так что пускай пока остается жить...

* * *

И вот, когда проблема осталась всего одна, да и то пока мной не решенная, ведьма решается-таки лететь домой. Воздух вокруг нее уже стал прохладным, ночным, но она его не замечает: вперед все глядит-глядит, да земли кощеевские разглядеть старается. В темноте, резко опустившейся на эти края, выходит оно не сразу, но лишь только нужное ей замечается, радуется, как дитя этакое.

К земле я спускаюсь живехонько, родные пейзажи рассматриваю с радостью, счастья своего на лице не скрываю и выгляжу самой довольной ведьмой на целом свете. Ведь дело одно, когда родителей видишь своих почти каждый день, а другое, когда раз в несколько лет и то в сопровождении взрослых, более опытных, ведьм. Правда, в последний раз, когда вот так мне позволили сюда прилететь, мамочка им всем доступненько так объяснила, что в пособниках при общении с дочерью она не нуждается и что ведьмы все старшие могут идти маршрутами тайными и не возвращаться в дом наш с условиями такими больше совсем никогда! И лето то, наплевав на правила строгие, я провела — впервые! — в кругу семьи. Общалась с братьями, помогала папе иглу волшебную в утку прятать и чай вечерами пила не с учителями пансионатскими, а с родной, между прочим, матерью. Было, правда, весело до поры до той, пока Благодать Мухоморовна осенью уже не объявила мне, что больше вообще к семье не допустит, если поведу себя хотя бы еще так раз. И слово свое она, кстати, сдержала — родителей я два года не видела. Во как! Но оттого было не удивительно даже то, что сюда я вообще спешила! В конце концов, даже маги по ведьмочкам заскучать могли. Во как! Что уже там говорить, когда все это происходило наоборот...

В общем, лишь солнце к закату начало клонить, ведьма была уже дома. В самом опасном и в самом захватывающем месте, которое только могли сыскать проходившие здесь (и выбравшиеся отсюда) когда-то путники. Правда, родня моя гостей никогда не терпела, поэтому и ходили тут люди редко. Оттого зато тихо было, светло и уютно. На южной стороне нашего дома испокон веков прорастали сады. Особой любовью к ним прониклась моя мамуля, потому они и не были никем уничтожены. С другой стороны, чтобы попасть в жилище требовалось преодолеть сначала водную гладь, а потом потоптаться еще и в иле, что сделать, конечно, могли не все, поэтому издавна дом кощеев считался почти неприступным. Ну, а сухая сторона (именно та, на которой стояла я) занимала столь небольшой участок земли, что поместиться сюда могли разве что два-три худых человека. Остальное же сплошь и рядом было усеяно ловушками. Потому и подступать к дому было небезопасно.... Но моих родителей все устраивало. Более того, ни съезжать, ни менять в своем образе жизни они, видимо, не хотели. Да и куда им там! Маги же, как известно, пешком куда-то ходить не ходят, телепортами пользуются и в миг тот же в нужном месте оказываться изволят. То ли дело мы, ведьмочки! Часы тратим только на то, чтобы добраться до места нужного. Что уже там говорить о тех, у кого метелок нет вовсе?! Тем приходиться стократ хуже. Но мы на то и ведьмы, чтобы реагировать быстро и не жаловаться вовсе. Потому я молчу... И о том, что артефакт дивный на спине моей от глаз чужих сокрыт, молчу и о том, что мне вот-вот совершить охота, и даже про ту историю, которая в прошлом году еще приключилась. Во как! Благо, не подозревает о том никто точно-то, а я... Нет, не вру. Просто недоговариваю...

Практику ведь, как известно, проходить должна ведьма каждая. И коли год необходимый настал, то от участи этой совсем не избавиться. В группу одну, состоящую из двух (а порою и трех даже) магов, входить должна всего-навсего одна ведьмочка. И сразу к этому привыкают далеко не все...

В тот год мне повезло больше всех. Конечно же, в шутку сказано, ведь появится совсем молодой, да еще и без всякой магической защиты в академии, кишащей магами, сможет не каждая. А вот я смогла!.. Ну, не по вине собственной, правда что то сделано мною было. Но вот как сейчас помню, день тот выдался солнечным, ни единой тучки на небе не было, не единого облачка. И, казалось бы, ничего не предвещало такого исхода событий. Ничего. И ведьмочка хоть и боялась еще немного, но страх этот был не удушливый. Не такой, коим обычно пугают нас в пансионе. Просто волнение, да и то вызванное понятной для всех причиной, появлялось в моей душе. Ничего более.... Ну, или почти ничего.

И хотя переживания тоже, как известно мне, чувства бравые, я их показывать не должна была. Не оттого, что мы, ведьмы, из себя смельчаков строить вздумали, а оттого просто, что иначе выжить среди магов не удалось бы вовсе. Мало того, что существа эти глупые чувств проявлять себе не позволяют вовсе, так и не уважают проявления этого в людях. Пускай и подстраиваться под устрой жизни маговской ведьмочке было не надо, задачу дали сложную ей, выполнять которую без правил известных всем было нельзя, поэтому я старалась хоть немного походить на девушек, магией не обделенных, и не бояться. Входило трудно-то, но... лучше же, чем могло?

В общем, день тот задавался в начале солнечным... Кое-кто улыбался, боязни свои скрывая, да чтобы полностью погрузить с головою ведьмочку в жизнь маговскую, даже гадал. Конечно, была то отнюдь не я. Ведь лежала немного поодаль, на траве, и когда до восхода оставалось совсем чуть-чуть, говорила Горынычу тихо-то:

— Маги, Кирюша, все-все злые будут там?

Ветер, едва колыхал в утро то карты колодные, волосы змеевы были заплетены в косу тугую, а хозяин их отвлекаться, казалось бы, вовсе-то не хотел. Лишь буровил чуть слышно мне:

— Большинство, Яренька, большинство. — И к занятию он возвращался вновь. Ведьмочка не отвлекала, ведьма смотрела на горизонт, где серые стены Магической Академии потихоньку начинали загораться красным, и думала, что самый волнующий день в ее жизни уже настает. Не страшилась она его, правда что, просто ждала...

— Ты их не зли никого лучше там, — буровил Кирдык иногда сурово, на меня взгляд бросал, и снова к занятию своему возвращался, — Они не пунктуальны, но к воротам иди раньше срока положенного. Старшие все равно не спят, поди там уже долго. День этот трудный будет...

Кивала в ответ я тогда:

— Трудный, — и вновь в раздумья тяжкие погружалась. Тяжело все-таки ведьмой быть. Ох, тяжело. И от магов спасения нет, и среди их общества жить приходиться, и спасать мир магический иногда даже надо. Во как. И лишь для существования спокойного трудиться приходиться. Ибо пока мага впервые не увидишь, не поговоришь с ним с глазу на глаз, не познакомишься, любопытство наше ведьминское спокойно-то жить не даст! Так и будет оно мучить ведьмочку до скончания веков ее, если та ни разу с существом коварным этим не столкнется. И лишь после того, как эта стадия будет пройдена, наступит другой, более веселый период в жизни ведьмы — изучение. Потому как известно всем, что хуже коварства магового может быть только рыжий человек, в ком коварства этого вдвое больше, чем у всех вместе взятых магов.

Оказывается, что пока я стояла и думала, солнце уже приблизилось к горизонту, вот-вот готовое за него нырнуть, по всей территории кощеевской усадьбы зажгли свечи, так любимые моей мамой, и жизнь как раз только-только там у них начиналась. То, что свободные от законов маги привыкли вести ночной образ жизни, знали, пожалуй, немногие. Но те кто были в это посвящены, давно смирились. Ведь легче от магии избавиться вовсе, нежели отучить ее детище от чего-то. Упрямые они, маги эти. Ох, упрямые! Потому так нелюбимы всеми. Но я, в общем-то и не жаловалась. Какой на то толк, если меня все равно бы никто не послушал? Оттого приходилось молчать. Смотреть на небо, подсвечиваемое закатом, и ничего не говорить. А когда пора выходить таки же настала, улыбнуться, пробормотав тихо:

— Пущай все случиться с миром! — и удалиться. Ведь мы, ведьмы, как никто другой, не любили прощаний. Более того, постоянно старались их избегать, но когда того не выходило, просто невыслушивали ничего в ответ.

Это был явно не тот случай. Кир молчать же совсем не умел:

— Карты, — полетело тогда мне в спину, — Карты, Ярина! — и пока я старательно ничего не слушала, пояснил: — Карты увтерждают, что произойдут большие перемены. — А потом тихое: — будь осторожна, — и: — Пущай.

На то и распрощались. Кто же знал, что все это так правдиво? Ну, точно не я. А то бы к совету дружескому, быть может-то, и прислушалась. Но нет... Быстрее луна бы загорелась на небе вновь, нежели бы я успела все изменить и поступила тогда иначе... В общем, сожалений о содеянном у меня не возникало. Я не грустила и не переживала по поводу того, что когда-то пришлось совершить. Я отчетливо понимала, что даже если бы был шанс все изменить, поступила тогда бы точно также. Поэтому даже эти воспоминания не вызывали горечь. Скорее наоборот, легкую улыбку и налет печали. Ведь ни тех приключений, ни жизни среди магов больше не будет. И хотя и меня, и всех остальных ведьм учили ненавидеть этих существ, многие (а я знаю очень многих!), уйдя со школьного двора предавали вековую ненависть. Увы, только в моем случае все было совсем не так...

Но обо всем по порядку.

Загнав воспоминания в дальний угол сознания и обязавшись подумать об этом позже, я улыбнулась, вновь посмотрев на темнеющее небо, и мысленно подготовилась к встречи с родителями. То, что ни братьев, ни каких-то других жителей нашего дома, в усадьбе давно уже нет, было и без того понятно. Слуги — маги (чаще всего законопослушные) трепетали даже от мысли о встрече с моим отцом. И нет, он не был таким уж страшным. Наоборот, в зеленоглазом, немного курносом мужчине, с веселым взглядом и чуть-чуть раскосыми глазами, Кощея признать мог не каждый. Но вот репутация его столь положительной и обманчивой не казалась. Предельно ясно же было понятно, что стоит лишь только его разозлить, как беда придет незамедлительно быстро. И беда эта всегда и для каждого будет разной. И чтобы ее избежать, слуги старались смыться из нашего уютного домика задолго до того, как проснется отец. Ну, а что касается братьев, так те в другом измерении проходят учебу в одном из сильнейших учебных заведений. Дома, вообще, бывают редко. И настолько довольные тем, что забота мамочки все-таки имеет границы (а именно заканчивается она там же, где и заканчивается наш мир и начинается новый), менять они ничего были не настроены. Папа не протествовал. В принципе, мама тоже. Пока что у них была я и куча проблем, связанных с дочерью и накопившихся за последнее время. А потом, когда до старших сыновей дело дойдет, ведьма повеселится. Ну, а пока... Известие о совершеннолетии младшей наследницы рода Кощей, начало облетать землю. А вместе с ним и появлялись первые кандидаты, претендующие не только на мою руку и сердце, но и на выгодное положение, которое безусловно будет их, как только свадьба эта совершится. Ведьма с таким положением дел была не согласна. Мои родители, конечно же, тоже. Поэтому уже заходя в родное имение, я точно знала, что ни радостных встреч, ни грустных прощаний ждать не приходится. Ибо когда дело касается защиты нашей семьи, ни о каком проявлении чувств и речи идти не может. Холодный расчет и уверенные, резкие и неоспоримые слова — все, что обычно в таких случаях допускал отец. Сегодняшний день явно не был обычным. Иначе оное и не объяснишь... Сегодняшний день же явно не был обычным. Иначе оное и не объяснишь...

В общем, территория усадьбы была пустой тихой и ни единой души, кто бы не боялся появления моего отца, видно не было. Встречал меня, как ни странно брат (первое удивительное событие этого вечера). То есть он-то просто мимо шел, когда на его многострадальную рыжую голову и свалилась с метлы сестра. И мое громогласное:

— Ой, — которым и сопровождался полет с между прочим не малой высоты, было прервано криком:

— Ярусик! — а следом и не менее радостным, но тихим: — Мы тебя не ожидали!

Следом мягко на землю и спикировала метла, теперь уже на мою голову навалившись небывалым грузом.

— Я себя сама не ждала, — призналась ведьмочка честно, сама поднимаясь, да брату пытаясь помочь. Тот подскочил раньше нас с метлой еще правда, и глазищами своими голубыми, как на чудо этакое сверху смотря, уточнил:

— Ярусик?! — и в голосе его было замечено недоверие. Учитывая, что не виделись с ним мы последние пару лет, объяснить его я могла. Ведь ведьма не только выросла, ведьмочка похорошела, волосы отрастила и вообще, повидала ну очень многое. Правда, брату того было-то знать не дано. Жизнью моей он не интересовался. Более того, и про свою никому не рассказывал, поэтому...

Я удивилась в ответ.

— Не похожа? — уточнила тихо. — Что, совсем? — улыбнулась лукавр. — Дамир? — протянула, пока ответа не было. — Ты привыкнешь? — сделала вывод и едко добавила: — Не переживай.

Подействовало очень странно. Потому как после крика:

— Яруся! — меня заключили в объятья. Да в такие, что сразговор наш тут же пришлось прекратить, ибо в них я не то, что говорить, дышать не могла. Зато потом, когда ведьмочку отпустили, она показательно обиженно проговорила:

— Я тоже тебя люблю, — но таки не выдержав, улыбнулась: — и тоже по тебе скучала.

Ведь это-то точно ложью совсем не являлось. Более того, слова прозвучали столь искренне, что сомневаться в нмх было бы просто глупо. Потому брат (мой старший, между прочим, брат) только прикрыл свои глазища, улыбнулся и, потрепав ведьму по волосам (как щенка какого-то, честное слово!), заявил:

— Я знаю, сестренка. Знаю. — Произнесено это было с грустью. Но внимания никакого на это не обратив, кое-кто подскочил прямо так на месте, вспомнив о чем-то важном, и отобрав у ведьмы все сумки и метлу, потащил ее за собой. На ходу лишь уже прокричал: — У нас свободных минут-то осталось совсем чуть-чуть, — виновато добавил: — Времени на приготовления нет, — и следом раздраженным меня добил: — Потому сватать тебя так, Яренька, будем. Ты девочка красивая, глядишь, сразу кому-нибудь отдадим.

И то, что слава семьи нашей-то шла далеко впереди нас всех, братика, видимо, не волновало. Потому как здравомыслящие на такой поступок бы не решились. А тех, кто только ради выгоды в этот дом приходил, мы все (все!) на дух не переносили.

Поэтому лишь только в наших рыжих головоньках план возникает, мы синхронно как-то и останавливаемся, оборачиваемся и друг на друга смотрев с минуту где-то в обратном направлении движемся. Ибо там, куда первоначально идти хотели мы, Аллира ищи — не найдешь. А так, ну коли один мой брат дома-то затесался, то и его близнец где-то тут поблизости ходит. Нужно его поискать хорошенечко только или...

— Ярина?! — дождаться, пока он сам нас быстрей обнаружить сможет. Имение-то большое, тут и найти друг друга проблематично, и не заблудиться при этом сложно. Но Лир-то самый-самый старший из нас троих, потому и Духи местные ему подчиняться изволят. Так, видать, нас он и обнаружил. То есть обнаружили домовые, а братец просто на зов явился. Тем, честно сказать, и лучше. — Ярина! — снова окликнул меня Аллир, и пришлось-таки обернуться.

За время, прошедшее с нашей последней встречи, он изменился больше, нежели свой близнец. Хотя бы тем, что волосы свои — темные (не столько рыжие, сколько у нас с Дамиром) — он все-таки решился отстричь. И это смотрится по-другому, по-взрослому. Но мне оно очень нравится. Я почти полюбила это.

Но ведьма таки не будет ведьмой, если не возмутится:

— И кому мне теперь заплетать косички! — и, не проследив, как на губах ее братьев появляются улыбки, не добавит: — Эй! Я серьезно!

Только ее высказывания, как и всегда, серьезно никто не воспринял. Ну-ну. Я еще отомщу.

Между тем, вот совсем не спрашивая, но и не услышав должного возмущения, меня оторвали от одного брата, и прижав к другому, снова не давали дышать. Потом и вовсе не выдержали, закружили в воздухе, озарив пространство вокруг нас радостными криками и визгами (сугубо моими), и после уже отпустили довольные.

— Не суди его. Он решил другие части тела в длину отрастить, — опосля подмигнул мне Дамир, — Ну, вместо волос, — и убийственный взгляд Аллира-то вмиг поймав, прошептал: — потом расскажу.

Кивнуть-то в ответ я кивнула, но вот только как не смеяться-то я не знала. Ибо стоило только на миг мне тогда отвернуться, как за спиной бы послышалось шипение и звук ударов. Подрались бы они, как мальчишки какие-то, глазом не моргнув даже бы. Во как! Поэтому я смех-то в себе подавила, и вместо того уточнять изволила:

— Что вы так рано в наше измерение прибыли?

Занятия-то у них закончатся только в конце месяца этого. А раньше никого не отпустят даже. У магов все строго ведь: лишнего им не позволяют, свободы не дают, да все по правилам жить заставить пытаются. Выходит, конечно, не всегда, но в большинстве своем результат из этого есть какой-то. Не всегда положительный, правда что, но все-таки... это тоже результат,

— Так что вы задумали? — уточнить решила ведьмочка. Вдруг ответ пропустила-то...

Аллир глазища свои закатил, руки скрестил и тему перевел:

— Вопрос в другом, что задумали вы?!

Это и вправду было важнее...

Благо план наш коварный был продуман уже до мельчайших деталей. Моего вмешательства он не требовал, — только хитрость и спокойствие Лира нужны были, — но я все равно присутствовать захотела. Исподтишка подсмотреть, да посмеяться, быть может, вдоволь. Потому как после трудных суток такое завершение рабочего дня оказалось бы весьма кстати. Да к тому же и Дамир от того не откажется...

Родителей, как оказалось, дома не было. Потому эти двое так рано сюда и явились. Мол, как хотите, мальчики, а проблемы сестры должны быть решены к нашему возвращению. И ни минутой позже, поняли? Понятно оно понятно-то, да вот только решать это как не знаючи? Думали они, думали и уже за мной вылетать хотели бы, как ведьма сама в дом родительский заявилась. Так и решили мы проблему небывалую вместе.

А теперь вот сидим. Я и Дамир на другом конце дома и через тарелочку с яблочком наблюдаем за событиями, в зале творящимися. А Аллир как раз таки там гостей наших и поджидает, кресло папино занявши, да в окно со скуки-то глядючи. Рано мы все разрешили. Очень рано. Еще минут семь оставалось до времени назначенного, как все подготовлено было. Потому мы позиции свои выжидающие позаняли и молча ждали.

А пожаловал к нам вампир. Худющий, клыкастый, да плюс к тому же еще и бледный, он, казалось бы, этим своим бесцветием с темнотой, окружавшей его, слиться мог. Но нет... Вместо того гордой, чуть похрамывающей походкой гад-гадский приблизился к брату моему, который за сценой этой тоже внимательно наблюдал. И ведь мало того, что бракованного вампира подсунули ведьме, так еще и подслушивать запретили вовсе. Смотри, говорят, ведьмочка, да слово молвить не смей, пока взрослые маги судьбу твою вершить будут. И удалились тогда они вместе. Димка хмурый потом вернулся уже, молча рядом сел, обнял, к себе притянул и, ни слова не говоря, за происходящим наблюдать со мной вместе начал. Так недовольный и просидел до поры той, пока вампир в комнату не вошел. Потом дернулся и:

— Все хорошо, — прошептал.

Я только вот ему не ответила. То ли не веря, то ли еще не доверяя магии полностью, просто кивнула и продолжила молчать.

Ну, конечно, все будет хорошо. Как же тогда иначе?

Мой потенциальный жених ушел, когда солнце давным-давно исчезло за горизонтом, Дамир когда начал уже засыпать, а родители вот-вот должны были вернуться домой от чертей. Измотанный долгим разговором Аллир был довольнее всех живых. И лишь только за спиной вампира слуги закрыли дверь, он, смотря мне в глаза через блюдце магическое, прошептал:

— От меня чтобы, ведьмочка, ни на шаг!

Конечно же, я не послушалась. Опасность быть выданной замуж так просто ведь тоже пройти не могла, но и задержаться в доме и остаться при том незамеченной — задача почти неосуществимая. Лично я знала два только место, которое в отцовском имении было незащищенным — комната родителей и комнаты братьев (они, сами понимаете, не нуждались в защите), но туда я ходить не собиралась, потому и была в относительной безопасности. О чем братьям своим и заявила. Те аргументы сестры выслушали, кивнули, и лишь только я спать направилась, явно что-то задумывать начали. Но день все-таки выдался тяжелым. К тому же ни днем, ни уж тем более ночью ведьме поспать не удалось. Оттого только голова ее коснулась подушки, она сразу же и уснула. Вот тогда странности и начались.

Нет, я, конечно, знала, что не все маги обладают типичными способностями подчинения четырех стихий. Бывают, конечно, и исключения. Но вот в сон мой даже за время жизни в Магической Академии никто вторгаться не смел! Потому как сны — дела личные, мечтания такие, о которых днем даже нам, ведьмочкам, днем думать страшно. А к частному мы, как известно, относимся с очень и очень серьезной охраной: близко к себе чужих не подпускаем, к ним сами не подходим, а главное, что магию в большинстве своем стороной обходить думаем! Оттого и первой моей реакцией на осознание того, что в дрему мою кто-то вторгся, была злость. Да-да, та самая, от которой нечисть сама под ножи лезет, только ведьму злющую на горизонте завидев. То есть, нет, вначале было осознание, что кто-то вместе со мной в этом сне есть, потом запах дыма, присущий явно чьей-то магии, это подтвердил, и уже после, когда я точно убедилась, что не одна, наступила злость. Да такая, что будь там, кто потрусливее сбежал бы давно, а так...

— Какие эмоции! — донеслось едкое замечание из-за моей спины, — Какая страсть! Госпожа ведьма, вы, должно быть, мне льстите.

Я резко обернулась, чтобы посмотреть в черные, как смоль, глаза нежданного посетителя. И да, это был Он. Тот самый нарушитель не только ночного спокойствия, но и вор женских сердец. Благо, знакомы мы с ним давно — с тех запамятных времен, когда ведьма училась с ним, поэтому опасности никакой не было... Вроде как. Вот только:

— Для чего пожаловал? — уточнила я недружелюбно. Говорю же, есть у меня свои причины, чтобы и его не любить точно так же, как и всех остальных будущих магистров того потока учеников. И они отнюдь нерадостные.

Красивые черты лица (а спорить с тем, что маг был очень красив, бессмысленно) исказились явно не в ярости. Из нас двоих злой оставалась только ведьма, да и то, как видимо, ненадолго, потому что эти существа к чужой злости, в общем-то, невосприимчивы. А уж тем более, Аррос. Ему вообще всегда и на всех все равно. — Так зачем пришел-то? — уже более спокойно уточнила ведьма, потому как в процессе разглядывания друг друга ответ просто-напросто не прозвучал.

— А, — будто одумавшись, маг широко улыбнулся и заявил: — У нас, ведьмочка, проблемы.

В ответ даже ухом не повела. Тоже мне! Удивил!

— Конкретнее? — уточнила спокойно после, — Проблемы меня, знаешь ли, на каждом углу поджидают. — И даже руки на груди скрестила. Ты, мол, либо выкладывай, либо проваливай вон отсюда, пока я сама гнать тебя не решилась.

Серьезность моего вида, конечно же, не восприняли. Но и смеяться как-то тоже вмиг перестали. Тем даже лучше, а то с веселящимся магом вообще говорить невозможно! — Серьезные, — к слову, как и с таким, спокойным. — Понимаешь ли, ведьмочка, разговор к тебе важный есть... был, но уже пропал.

— Отчего же? — нет, мне неинтересно, просто ради приличия уточнила, — И куда он делся?

До сего момента расслабленный маг поднапрягся, брови свои нахмурил, лоб почесал и только после ответил:

— Кто? — будто заметив во мне что-то нечеловеческое, рассеянно как-то не сказал даже, пробормотал.

— Вопрос твой, — усмехнулась. Вот как на магов, оказывается, воздействовать надо — полным безразличием, да вопросами, ради соблюдения этикета заданными.

Ответа не звучало долго. Вместо того взгляд черных, как смоль, глаз исследовал мое тело. Медленно прошелся по ногам, животу, груди, задержался на лице и руках, разве что, и только потом прозвучало желанное:

— Он остался, ведьмочка, — поведали мне мягко, — Но к нему добавился еще один, — быстрый взгляд, брошенный снова будто бы невзначай, — и еще... несколько.

Настало время напрягаться теперь уже мне, потому как из собственного опыта я лично знала, что не к добру даже то, что маги чего-то не ведают. И пусть боги их явно создавали только для защиты окружающих, они явно эволюционировали и потянулись в знаниям. Не к добру оно будет! Помяните потом мое слово. Ох, не к добру.

— И что же? — но говорю уверенно, несмотря на рой мыслей в голове кружащих, голос мой не дрогнул, в глазах не потемнело. И вообще, я оказалась ведьмой сильной. С иммунитетом к маговому интересу, о крайней мере, уже точно. — Что тебя в этом волнует? — насмешливо узнаю. Ну, маг, пытающийся у ведьмочки разузнать что-то, смешно же. Или одной только мне? Потому как Аррос веселье свое растерял, да и вообще вел себя нетипично... И ведь оно и немудрено! Столько сил на вторжение в чужой сон потратить, да и потом еще говорить пытаться. Это, между прочим, многого стоит. Но магов жалеть в мои привычки не входит, потому я стою также все, в ответ на гада глядя и ничего не говоря. Следующее слово же остается еще за ним.

— Я объясню, — прислонившись к стене, наконец, произносит маг и, глаза на секунду прикрыв, говорит: — Понимаешь ли, Ярька, эта территория — место нейтральное, без магии, оттого и скрыть всякие там... артефакты ты не можешь. — Пауза, — Это как я заметил.

Вот сразу я знала, что не к добру это все! Но мы, ведьмочки, тем и славимся, что до последнего защищаться можем. И даже когда выхода нет, в нас надежда еще остается. Горит, маленьким огонечком, и повод только ей дай, как разгорится большим пожаром.

Оттого я глаза свои большие распахиваю и молвить негромко смею:

— Так вот как ты обо мне думаешь, — заявляю почти обиженно, — Что же... Ты не так заметил. Никаких... артефактов, кроме тех, что для защиты положенных, на мне нет. Все? Теперь будь добр, покинь мой сон!

Теперь уже ехидничать начинает маг:

— А чешуя драконья тоже для защиты положена? — молчу. Нет, ну не говорить же мне правду всю ему? — Ведьма, — тянет гад этот, — Хорошо, Ярина, чья она?

Год целый тайну я эту ото всех скрыть пыталась, и еще столько же пробовать буду, пока вовсе не придумаю, как от нее избавиться. И вот только, когда свободна буду быть может ему признаюсь. А сейчас:

— Кому-то, возможно, положена, — заявляю уверенно, — Но не мне. Я вообще ведьма типичная — хочешь если, то обхитрить могу, хочешь коли, я околдую, но чешую ото всех на себе скрывать? — старательно передергиваюсь, — это не по мне!

И ведьмочке даже верят. Ну, начинают, по крайней мере. И лицо гада уже озаряется улыбкой, и глаза его кажется даже светлеют, но когда он произносит:

— Отличненько! — я напрягаюсь вновь. Знаю же, что нехорошее что-то скажет. — Тогда замуж за меня идешь.

Я вот какой позе стою, в такой замираю.

— Что ты сказал? — и думаю уже, что послышалось, но:

— Говорю же: проблемы у нас, ведьмочка. — Объясняют он тихонько мне. — А коли ни брат твой отказать мне не смог, ни мы поводов для отказа с тобой не нашли. Что же тогда тянуть?— Мой глаз, кажется, даже дергается от перспективы быть замужем за... вампиром, но никем этот жест не замечается. Более того, кое-кто продолжает: — А что? Тянуть время, Яренька, смысла нет. Свадьбы с тобою нам все равно не избежать, потому... Предлагаю сыграть ее ровно через месяц вечером, — и воодушевленно меня даже обнимают, — Согласна на это ты, ведьмочка?

Я даже пугаться на мгновение думаю. Ну, вдруг это, правда, всерьез говорится им.

Но лишь слова последние произносятся, и взгляд черных, как смоль, глаз в мой впивается, понимаю, что фальшь это все.

Оттого и не верю. Помню же, что и у него избранница год назад была какая-то вроде, потому:

— Чего ты добиться хочешь? — я говорю.Точно уверена же, что не просто так он все это мне говорил, да и явился и не затем вовсе. Не то что-то в этом есть, ну.

— Так, чешуя у тебя? — мой вопрос нагло так игнорируют, признания ждут, да в глаза не смотрят. За спину все поглядывают и молчат, молчат, молчат... Долго, в общем. И хотя слово вроде как и остается за мной, жду я именно его продолжения фразы. Ну, потому что сама отрицать ничего уже не вижу смысла, но и в открытую говорить тоже не должна. Вот скоро... Совсем скоро это все кончится, и мы поговорим. — Ты потому так рано тогда ехала, Ярь? — голос как бы мага и как бы гада понижается, и мне почти кажется, что в его интонациях я слышу волнение. Благо, о том не задумываюсь, ибо догадка осеняет уже и меня, но для начала: — Это из-за Дрэгоса? — слышу вопрос и следом уже уточняю сама:

— Ты мне скажи... Он... он здесь?

Ведь страшнее одного мага, неожиданно узнавшего правду всю, может быть только тот, от которого правду эту старательно целый год скрывали, несколько часов в глаза врали и вообще, ничего не говорили! Оттого мое восклицание более чем оправданно. И если все это время дракон был здесь, то... то бежать ведьмочке срочно надо. Куда угодно! Скрыться бы только лишь. Но... — Нет его, — клыкастенько улыбается Аррос, и я даже, кажется, успокаиваюсь. Но следом слышу: —

Сейчас позову.

И... и...

— Не смей! — выкрикиваю раньше даже, чем успеваю сообразить. Но менять потом уже поздно, клыкастый все-все расслышал. Взгляд его потемнел, и он, веселясь, правда что, констатировал:

— Так это все-таки из-за него. — правда, прозвучало скорее угрозой. Ну да, разговаривать с гадами так просто спокойно нельзя. Они же слабое место найдут и давить на него будут, пока своего не добьются. И лишь опосля успокоятся, когда поймут только, как были они неправы. Но будет уже слишком поздно...

Вот, как, к примеру, сейчас.

— Чего еще тебе, ирод, надо?! — прошептала бессильно я. Не оттого, что тайна была раскрыта, а потому, что глаза мои все еще видели его лицо смазливое. И без того уставши за последние пару дней, советы маговы, которые точно последуют после обнаружения тайны этой, ведьма бы вынести не смогла. Оттого и: — Уйди, — попросила тихо: — И если тебе хоть немного дорога память моя, то молчи же ты, Аррос. Мы вместе с ним кашу эту заварили, вместе и разберемся. — Я помолчала минут парочку и лишь после продолжила: — Скоро все это закончится, — и отвернулась.

Тишина была долгой. Но и она того, кажется, стоила.

— Тайна за тайну, — наконец-то сказал ведьме маг. — Если тебе хоть немного дорога моя память, Ярослава, то ты промолчишь про способности эти во мне.

Кивнула. Ну, а что еще оставалось делать?

— Пущай, — говорю тихонько.

И то же я слышу в ответ.

Ох, и не от большой любви к себе я проснулась так рано, а от переживаний, что на душе таились. Ибо очень уж взволновал меня как и приход этого ночного гостя, так и то, что он обо мне узнал. Точно теперь я вам говорю, что не хватит ему сил сохранить тайну эту и не рассказать ее дракону. Ох, не хватит! Оттого действовать надо быстро...

Защищен пансион наш от магии. Ух, защищен! И снять, чтобы защиту эту понадобится много сил и терпение главной ведьмы. Благо та, чтобы защитить учениц от магов согласна на все-все-все. Потому план мой, уверена, она поддержит. То есть с этим проблем возникнуть совсем не должно. Но куда вот девать чешуйку, привезенную мной издалека, это вопрос другой. Ведь маг, а тем более такой, заметить мог ее и не заметить, но узнать, что поблизости где-то вещь его, думаю, ему было бы под силу. Тут же я вспоминаю и слова драконьи, сказанные мне уже днем вчерашним, те, в которых он признается, что рядом где-то артефакт его древний, магический, а точно где он, понять маг, конечно, не мог. В идеале, чешуйка, естественно, есть на мне, но практически никому этого неизвестно, потому и будет найдена вещь эта, как Дрэгос высказал, недалеко от места того, разговор этот где состоялся. И я, полная решимости, с постели своей поднимаюсь и уже через минут парочку, вон из комнаты выхожу. Новый день — новые возможности! Ну, подумаешь маги, дурные тревожат. Так есть же и другие, хорошие. Такие, как родители мои, например, братья или Кирдык. И пускай, что половина из них — злодеи. Это не меняет того факта, что они все равно для меня остаются самыми-самыми лучшими!

На том и порешив, о произошедшем ночью я стараюсь больше не вспоминать. В конце концов, если маг даже и расскажет все-все дракону, у меня всегда будет выход — сбежать или не сбежать...

Новый день солнечными лучами радовать нас отнюдь не спешил, да и погода, столько дней продержавшись теплой, испортилась быстро, в один миг. Небо заволокли тяжелые тучи, которые вскоре должны были излиться холодным дождем, ветер срывал с деревьев листву, волоча за собой ее по земле, и настроение моих домочадцев оттого, честно сказать, было не самым лучшим. Так рано проснулась не только одна я. В одной из комнат нашлись не спящие также браться. Заняв по креслу возле камина, каждый из них в тишине думал о чем-то своем и на мое дружелюбное:

— Привет, — ответ я услышала далеко не сразу. Ну, то есть заметить меня заметили, но вот сказать что-то ведьмочке не сказали. Минут парочку тишину не нарушал никто, а когда от Дамира донеслось:

— Ну, ты что не спишь? Рано вставать еще. Поняла я, что каждый из них еще даже и спать не ложился. Но спорить с магами — дело, как известно, пустое. Потому и оправдываться-таки приходится все же мне:

— Не спалось. — Говорю я честно, — Кошмары.

Ну, вампир в ведьминском сне — это же кошмарно, не так ли? Вот и я посчитала так, оттого опять не врала. Улыбнулась только едва-едва, да по сторонам глянула, будто то что-то должно мне дать.

— Родители дома? — приблизилась к камину. Холодно же.

— Не так давно, — понял мое состояние Аллир и, найдя где-то плед, мне протянул: — Накинь на себя, — говорит, — Заболеешь.

Этого делать, сами понимаете, было совсем нельзя. Потому и спорить я не решилась. На плечи ткань теплую лишь накинула и ждать начала. Ну, вдруг братья таки решаться мне что-нибудь хоть сказать.

Тишину Лир нарушил спустя только пару минут, когда ведьма удобненько села с ним у камина и задумалась уже было о своем. Мысли отнюдь нерадостные снова поспешили залезть в мне в голову, но, изгнав их оттуда быстрей, я думала о том, чем хотела заняться в будущем. Учеба дальнейшая, конечно, светить мне уже не могла — в Академиях учатся только маги, но и на месте всю жизнь одном просидеть тоже особо-то не хотелось. Поговаривали ведьмочки в пансионе, что за морем есть учебное заведение, где и таких как я наравне с магами обучать ворожбе изволят. Но ворожба — дело, конечно, скучнейшее, потому и спешить я туда не спешила. Предпочла бы лучше дома отсидеться, пока времена темные не пройдут и до поры той, когда дракон обо мне забудет. Но когда это будет еще? Неизвестно. Могла я, конечно, и с братьями в мир другой заявиться. Не факт, правда что, что не сгорела бы при переходе, зато там точно было бы интересно. Но... жизнью своей превыше всего дорожить наученная я вряд ли на такое вообще бы когда решилась.

За такими размышлениями и застал Лир меня своим:

— Встань с пола, Ярина! — и даже не дожидаясь моей реакции, ведьмочку подняли сами, на колени к себе усадили и дальше спрашивали больно спокойно уж: — Что известно тебе об Арросе де Кавана?

Ничего, конечно же, было мне неизвестно. Ну, сами подумайте, что я могла узнать о маге с которым вместе несколько месяцев проучилась в одной академии.

— Бабник, — не задумываясь, проговорила я, — Развратник, да и вообще вампир. — И мгновением дальше: — А что?

Аллир предпочел молчать. И ладно! Тоже потом ничегошеньки вам не скажу. Бездушные братья. Ох, бездушные. Мало того, что видятся со мной редко, так еще и при встрече не говорят всего. Вот от них в другой раз интересное что-нибудь скрою и потом наблюдать в стороне буду, как любопытство и их гложет. И планами своими коварными будучи занятой, я едва ли не пропустила тихий ответ Дамира:

— Это он приходил вчера.

Ну... Секрет оказывается вот каким у них был. Ну, тогда, братики, живите. Я давно уже это знаю.

Но, конечно же, изображать приходится удивление. Обещала же гаду молчать про его способности, значит, и слово свое сдержу.

— Да ну?! — говорю очень тихо я, как всегда бывает, лишь только ведьма не верить всем начинает, — Нет, нет, нет! Даже не думайте! — а затем: — Я за него не пойду!

Это, естественно, очевидно. Но вдруг кто-то об этом решил забыть. Так вот я и напоминаю:

— Нет!

Мы, ведьмы, обычно однозначны в своих решениях. Редко бывали случаи, когда мнения наши менялись. В основном же, всю жизнь на одном только принципе мы основывали и с ним же на тот свет уходили. Вот как рождались с ненавистью лютой к магам-то, так и в землю ненависть эту за собой уносили. Во как! Правда, сейчас меняться времена уже начинают и какое-то хрупкое подобие дружбы между нами все равно появляется. Доверие что ли некое. Тайное пока еще, неизведанное. И, надеюсь, продержится оно ох как долго-то, ибо страшное дело, война эта. Гиблое. И побежденным из нее все равно никто не выберется. До последнего вздоха воюя, так и погубим две расы сильные. И допускать этого нельзя. Потому ненавидеть-то мы ненавидим, а сотрудничать все равно друг с другом пытаемся.

После этих мыслей мне и вспоминается, что разговор наш еще не закончен и что на реплику мою явно уже ответили что-то.

— Так о чем мы? — невпопад оттого и узнаю. И взглядов парочку возмущенных поймав, отвечаю: — Ну, думаю много слишком. Что поделать? Натура ведьминская так устроена. Не тебе меня судить, ладно?

Нет, ну а что они! Ведьмочки для того природой и созданы, чтобы рассуждать, просчитывать свои шаги и, мысли в голове скрывая, иногда о них вспоминать.

— Так что? — почти обиженно узнаю. Маги все-таки... Они такие... такие... маги! Потому и 'почти', что дуться на них невозможно. Ибо:

— Ты еще такой ребенок! — клыкастенько улыбается один из представителей семейства Кощей (я не вижу кто, отвернулась. Ну, обида же). — А затем слышу умиленное: — Ярь! — и следом: — Иди обниму?

Вот! Вот теперь вы понимаете, да? Невозможно обижаться тут! Невозможно! Потому что помимо того, что они маги, они еще мне и братья, на своем горьком опыте наученные тому, как со злющей ведьмой возиться.

Но все равно я бубню:

— У, ненавижу, — и почти сразу же улыбаюсь: — Так о чем мы?

Инцидент явно же был исчерпан. Просто сложно порой, когда в одной семье не только одаренные магией люди рождаются, но и обычные, правда, с рыжей копной волос. Это я на себя намекаю, а не на Дамира. Не сомневайтесь, они оба маги.

— Так что? — повторяюсь спустя пару секунд, молчание потому что затягиваться начало. — Мы о чем-то вообще говорим? — уточняю. Время же еще раннее, но к подъемам с зарей привыкнув, мне уже сильно хотелось есть.

— Говорим, — моего настроя, видимо, снова не разделяли. — Я вопрос задавал тебе вот о чем: о вампире об этом услышать ты где могла? И да, пауза, — на этот раз моя, — затянулась надолго тоже, ибо вопрос этот ведьмочку, честно сказать, смутил. Не в том смысле, правда, в котором подумал, должно быть, брат, лишь только завидев такую реакцию на его слова, а в том, что не планировала им я не врать. Не хотела! И боги это видели, и духи тому свидетели, но:

— Понимаете, — осторожненько начала, — Дело это давнее, иною почти забытое. Потому... Ну, не помню, — и глазки в пол опустила даже. Стыдно мне, мол, понимаете? Стыдно!

Но на самом же деле, в голове моей вновь начали появляться старые воспоминания. Как сами понимаете, не вовремя. Оттого я и прислушалась к дальнейшему разговору, а не начала погружаться в них. Вспомнить успею потом... Тем более, время для этого еще найдется.

— А что? — так как вопроса все ждали именно от меня, пришлось говорить начинать первой. Ну, а что еще делать, когда два взгляда, неотрывно следящих за твоими движениями, выражают конкретное недоумение? Нести полную чушь? Задавать вопросы. Хотя одно другому, конечно же, не мешает, как ведьмой, мною предпочиталось лучше второе. Я и спрашивала: — О чем вы думаете? — а потом еще добавляла: — Ну, скажи! — в приказном порядке, естественно, это было. А как еще с ним обходиться? Маги неразговорчивы, пока их не разговоришь, не выбесишь и не прикажешь. Злить братьев было бесполезно, говорить они и так не собирались, потому выход был очевидным. А реакция на него нет.

— Фу какая, — улыбнулся весьма неожиданно Лир и для непонятливых даже сказал: — Врать нормально не может.

И вот как мне после этого с ними общаться?

— Магию применили, — конечно, с обидой констатирую я итак очевидное. Но продолжать не могу, потому как если запах магии братьев мне не знаком (им запрещено колдовать рядом с ведьмочкой было когда-то папой), то вот мамину узнаю из тысячи... И едва только заметным становится аромат спелых яблок, замолкаю. Месть сама ведь уже надвигается за меня! Но приходит она не сразу, сами понимаете, первым из огненного вихря выходит наша родительница. Единственная и неповторимая (а еще по существу самая добрая, но из-за замужества невольно ставшая злой) Василена Прекрасная. Кстати, тоже рыжая, столь же высокая, красивая и самая-самая лучшая. Мое лицо обиженно завидев лишь, интересующаяся:

— Обидели уже, ведьмочка, да? — и обнимающая опосля столь крепко, что кажется, чуть-чуть еще и перелом кое-кому обеспечен точно. Мама у меня с виду только хрупкой ведь кажется, а так... силою с кем угодно померится может. Магической только, правда что. И увидеть осадочный след колдовства для нее и вовсе проблемой не будет. Более проблематично разобраться, конечно, чей он — братья же близнецы. Но и тут не проходит и пары секунд, как не вижу я, чувствую негодование. И случиться неисправимому бы, да молвит как кто-то тихо:

— Не стоит, — а следом грустное очень еще добавит, — Пожалуйста.

Слушают все меня не напрасно. Я ведь сама отомстить смогу. Ведьмой-то родилась все же, а не каким-то там существом без защиты, за себя постоять неспособным.

— Вы над Яренькой не глумитесь, — читая мои мысли как будто, понятливо говорит сыновьям-то своим родительница, — Она хоть и слабой с виду кажется, но бой любому такой дать сможет, что этой ночью вы вместо луны в небесах-то болтаться будете. — Губы ее озаряет шальная улыбка, и шепотом несется следом: — Непонятно еще за какое место туда прикрепленными! Ведьмочки, знаете ли, с фантазией развитой. Яренька?

Ну, ругаться теперь не будут. И то хорошо.

— Да, мамуль? — говорю спокойно так. Интерес интересом, а доверия к магам нет! Права мои хоть и защищают родители, но неизвестно еще, что там братья узнать успели. Мы, ведьмы, магией и не обладаем, но размах ее возможностей известен нам не понаслышке. Не раз с ним ведь сталкиваться мне приходилось. Оттого и теперь стоит быть аккуратней.

— Я одного вот понять не могу, — забыв про оскорбленных, на вид вроде, братьев, все внимание мама уделяет мне, — Где дракон-то тебе дорогу успел перейти?

Ох! Список, перечислять если, окажется очень большим. Но если кратенько, то:

— На практике, мама, нынче ведьмы и маги проходят практику вместе, — не вру же, главное. — Там я познакомилась с рядом... интересных особ. Там же и этот... учился Дракон.

В принципе, говорить так о том не запрещается. Главное, тайну свою не выдать и не задеть тему эту никоим образом. А то последствия могут быть... весьма (весьма!) неоднозначными.

— А разногласия? Ну, возникли у нас единожды. Благо, они разрешились вовремя и забылись. — Я улыбаюсь. — Ну, мною так это точно.

Хорошо, что не информировали маму о том, где и как ее дочь проводила прошлое лето. Это сейчас бы было совсем некстати. Ведь если братьям я правду не сказать могу, то родительнице соврать совесть моя не позволит. Потому и не вру. Честно все говорю, лишь моменты некоторые недоговаривая. Ну, например, забыться-то все забылось уже давно, правда, вспомнилось после этого раз так... триста! Если, конечно, не больше.

— Ладно уж, коли не врешь. С кем не бывает. — Прерывает мой мыслительный процесс мама, — А как вышло так не расскажешь?

Увы.... Но:

— Как-нибудь в другой раз, — улыбаюсь в ответ я слабо, — Боюсь, мальчикам то будет неинтересно. — И взгляд уверенный в их сторону даже бросаю. Мол, смотрите какая заботливая! А вы со мной так поступать нехорошо вздумали! Эх... была бы у магов совесть. Или хотя бы что-то подобное ей. Жизнь бы стала, глядишь, намного проще. А так:

— И то верно, — доносится со стороны родительницы немного огорченное замечание, но скучать в этот раз ей не позволяют братья. Ибо... Ну, не одна же я хорошая дочь? Дамир вон тоже довольно неплохой... сын. Нагловат, правда что. Но кого это в семье, где только одна я получеловек, волнует? Вот именно, никого. Потому на его замечание:

— А к нам вчера вампир приходил, — мама реагирует спокойно. Ну, про меня забыв то есть, свое внимание концентрирует на сыновьях, и спустя секунду мы слышим еще и добавление: — За Ярькой! — Так, по идее, должно интригующе получиться было. Но вышло скорее очевидно. Потому что реакции со стороны родительницы нет совсем. Она опосля произнесла только еденько так:

— Удивили! — и согнала Аллира с кресла. Мол, нечего тут рассиживаться, лучше встань и постой. Для здоровья оно полезней будет. А потом взгляд на него еще бросила и добавила: — О тебе же забочусь!

Ясно стало, в общем-то, издевается. Но делать нечего, Лир послушно запыхтел, встал, да и разобиделся после. Дамир за спиной же его усмехнулся, за что и поплатился тоже:

— А ты сестре место уступи! — приказала мама ему. — А лучше вообще спать иди! Всю ночь же, глядишь, караулил тут?!

Чего? Я глаза свои округлила, и интересоваться изволила:

— Нам угрожало тут ночью что-то?

Мы, ведьмы, сами понимаете, выводы неверные делать любим. Но то и понятно, эмоциональные слишком же, человечные. А вот маги... Им совершение поступков таких не свойственно. Они у нас злые, расчетливые и до ужаса просто глупые. Тем не менее, братья мои такими отнюдь не являются. Потому я за них и пугаюсь... на первые пару мгновений. И лишь после зова Дамира к нему подойдя, слышу:

— За тебя же боялись, глупая, — он улыбнулся, — Вампир окаянный в любую секунду явиться назад бы мог, а ты бы со сна от него и не защитилась.

Я бы и так, и так оборониться совсем не смогла. Но оно и не важно. Об этом и без того всем известно.

— И что, он явился? — Знаю ответ сама, но так подозрений не будет хотя бы, ведь мое любопытство раннее меня родилось.

— Эм, нет, — рассмеялся едва Аллир, — Только всю ночь просидели зря.

Оно и не мудрено. Но...

— Мне за прошлые сутки тоже поспать удалось чуть-чуть. Я, между прочим, спокойствие мирных граждан охранять изволила. Так что не плачь, Лир, и ты когда-нибудь отоспишься.

— Говорю я ему уверенно. Знаю же точно, что учиться чуть-чуть в мире ином им осталось. Вот когда покончат с учебою этой, тогда и спать будут, а сейчас извольте...

На минут парочку комнату оглушает тишиной. Я на нее никак не реагирую, молча сижу, да то на огонь, то на часы поглядываю. Время еще раннее, совсем раннее, но коли мама здесь, так а папа наш где тогда? Дело ведь всем известное, они просыпаются вместе, завтракают вместе, да и из дома уходят тоже вместе. Хмурюсь я и оглашаю вопрос этот вслух. Интересно мне все же это...

По инерции, наверное, или просто по привычке в первые мгновения не происходит совсем ничего, но стоит лишь мне задуматься о том, тихо ли я вопрос этот произнесла, как услышала мамин ответ:

— Он вот-вот должен уже подойти. — И, взгляд свой на часы бросив, она продолжила: — Ты мне скажи лучше, доченька, что о вампире поганом думаешь?

Честно? Давно я о нем забыла, и вспоминать даже не хотела. Но если тема о том зашла, то почему бы не тихонько не ответить:

— Он больше не появиться, — а потом еще не передернуть плечиками и не добавить: — С ним братики разобрались.

Глаза родительницы нашей ну очень хитро блестели, когда она произносила:

— О да! Очень... интересными методами. Кто план придумывал не подумал о том, что играть на семейных традициях честно, но что и у вампиров эти самые традиции весьма-весьма специфичны. — Родительница закусила нижнюю губу, стараясь, видимо, не рассмеяться, и обвела нас веселыми взглядами: — Кто, кстати, план этот выдумал?

Мгновенно недоумевающие взгляды скрестились на мне. А я и сама об этом честно ничего не знала! Но смелость взяла спросить первой:

— А что, собственно, не так?

Улыбка, появившаяся все-таки на губах мамы, и ответ:

Улыбка, появившаяся все-таки на губах мамы, и ответ:

— А то, зломордушка мамина, что как и оборотням, вампирам-то все равно, по сути, на ком и когда жениться. Сама подумай, нечисть же выбирает жертву, не задумываясь об ее поле, да и воины на войне убивают абсолютно всех без разбора. Так какая разница вампирам тогда кому жизнь ломать?

Я задумываюсь всего на мгновение, но и этого времени мне хватает, чтобы усомниться в ее словах. Всем конечно известно о странностях магических рас, но чтобы так оно было все... Сомневаюсь. Оттого и интересуюсь:

— Ты уверена?

— Точно тебе говорю, — получаю логичный ответ Хорошо. Пусть оно будет так. Не в моих правилах этих существ осуждать. В конце концов, опасность угрожает теперь не мне, да и в Арросе я уверена полностью. Поверьте мне, уже убедилась, что он предпочитает... дам. Но...

— Кхм, — все равно краснею, — Лир. Извини...

По комнате разносится веселый смех нашей родительницы и тут же ей вторит усмешка Дамира. Невесело только мне, да и самому претенденту на будущее замужество.

Неловко как-то оно получилось. Но надеюсь, меня простят.

Завтрак подают только ближе к обеду, когда не только я поспать повторно успела, но и папа уже домой заявился, и мама отправила братьев спать, и те повозмущаться успели даже. Погода, конечно же, не изменилась, но то, что вся семья в кое-то веки собралась вместе, радовало лучше, чем теплое летнее солнце! Потому когда я после повторного (дневного на этот раз) сна спустилась к... обеду, прежней тишины в доме не наблюдалось. Да-да, ради меня был введен даже другой режим дня. Обеденная зала (поменьше, конечно, той, что у нас в пансионе) была уже полностью подготовлена для предстоящей трапезы, не столь большой стол был просто-напросто переполнен всякого рода едой, а стулья заняты членами моей семьи. Дожидались, видимо, только меня. И вот... стоило ведьмочке только явиться, как разговоры тут же стихли. Все ясно. Опять меня обсуждали.

Со времени нашей последней встречи с братьями прошло, по минимуму, часа четыре, но это не помешало им подскочить, словно впервые увиделись, и по очереди, конечно, затискать младшую сестру. Будто кукла я им, ей богу! Дальше быстро поцеловала маму, и, когда дело все-таки дошло до папы (он, конечно же, все это время за мной следил) не выдержала, обняла и его. Чтобы вы знали, такое позволялось только мне. Он у нас объятий вообще-то не признает. Но тут удержаться просто нельзя. Сами подумайте, я ведь ведьма. Относительно добрая, к тому же. Как в таком случае удержаться?

— Привет, малышка, — меня чмокнули в кончик носа и тепло-тепло мне улыбнулись. — Не обижали?

Призадумываюсь на один момент. Показательно, как бы, но отвечаю предельно честно:

— Нет. — По крайней мере, теперь мы с братьями квиты. За их же... безопасность я спокойная тоже! И в ответ интересуюсь: — С чертями там... все в порядке... как бы? — Ну, они с мамой вчера же их навещали, да? Значит, что-то произойти должно. Но вот что... Меня посвящать никто не хотел.

Самый злой (но это же не значит, что и любимый, правда?) маг нахмурил свои темные брови, да на меня исподлобья глянул:

— Кто проболтался? — и прозвучало-то ох как недобро. Сразу ясно стало, что не поздоровится тому, кто сказал мне это. Но я же ведьма умная, поэтому, так уж и быть, правды не выдам. Мне вообще-то братья еще нужны. И живыми желательно!

— Сам говорил, — улыбаюсь милехонько. — Что проблемки у них небывалые, что решать надо бы, а... ведьмы поблизости нет.

Помнится, в прошлом году, мне говорили, близняшек пускать к рогатым не решились, когда они практику в землях кощеевских проходили. Девчонки чертей ненавидят, потому и не поехали к ним. Мне же с этим справится стократ проще, учитывая из какой семьи я произошла. Да и любопытство, к слову, страшная сила.

— Так что? — интересно же, правда, — Нет? — и ответа пока жду, взгляд свой от папиного не отрываю. Долго-долго смотрю так. Что удивительно, глаза у него тоже зеленые. Не столь яркие, как мои, темнее на пару тонов, но и это красиво... очень.

— Я со всем завершил... там, — говорит, как бы нехотя, папа. Ах, ну да. Неужто столь сильный маг не смог бы справиться с такой ерундой.

Снова замираю и снова дарю улыбку. С какой?

— И что там было? — а рогатых решаю потом увидеть. Видимо, это не столь уже важно, раз все проблемы папою были решены. Просто то, что только ведьмам подвластно, маги не видят. В смысле, не замечают. Или просто не хотят замечать. Сами подумайте, кто захочет выполнять за врага его же работу? Хотя сейчас, в мирное время, с этим, казалось бы, как-то легче справляться, все равно от старых предрассудков избавиться оказалось сложнее, чем полагали мы. Но я довольна. По крайней мере, моя семья условия перемирия соблюдает (иначе к ним бы меня не пустили точно).

— Ничего особенного, — в этот раз уже более спокойно отвечает папа, — Ну, по крайней мере, на мой взгляд.

Ясно, то есть в дело ведьма таки должна вмешаться.

— Я посмотрю, — говорю спокойно, сдержанно, как профессионал. И даже ведь не улыбаюсь. Ну, оттого, какие мысли забрались в мою голову, просто грустно становится.

— Не переживай, — мне дарят еще один поцелуй, на этот раз целуют в макушку, и бережно сажают за стол. — Ничего там страшного нет.

Ох, уже эти тайны. И когда они прекратятся?

Улыбаюсь натянуто и произношу тихонько:

— Я знаю, папочка.

В конце концов, ничего смертельного мне и не доверили бы! Интересно, а это достойный повод, чтобы начать мстить? Ловлю на себе взгляд папы и понимаю, что нет.

Эй, я не жалостливая, ясно? Просто чрезмерно осторожная.

Много времени поиски чего-то... неведомого занять были не должны. Ну, хотя бы, потому что нас трое, а неведомое всего одно. Но что-то я сильно сомневаюсь, что в братьях будет хотя бы какой-то толк. Папа же найти ничего не смог, значит, и эти двое помочь не смогут. Да и чертей в округе нигде нет. Интересно, встретим хотя бы одного? Оглядываюсь — кругом леса и ни одного, даже самого малюсенького домика, нет, — значит, никого не встретим. 'Оттого и печально' — решаю я и продолжаю ждать дальше. Так как переправляться порталами ведьмам нельзя, а кроме метлы иного способа передвижения у нас нет, взобралась я на свою верную метелку и полетела туда, где, собственно, договорилась встретиться с братьями. Думала, еще они ждать меня будут! Прилетаю и ни одного, ни второго нет. Подстава, думаю сперва, точно подстава! Нет, ну не могли же они позднее меня явиться? Или могли? Осматриваюсь — точно нет. Значит, без них неведомое искать придется.

Но для начала черти. Все мои знания о них ограничивались рогами (конечно же, не моими) и пятачком (естественно, тоже), поэтому, думаю, увидев хотя бы одного из их представителей в лесу от бесенка его отличить смогу. А если все племя пытаться найти, то точно не обнаружу. Ибо в краях этих рогатые, в отличие от ведьмы, всю жизнь прожили, потому и пути отступления знают. Да и доверять я им не могу — времена у нас сейчас такие, опасные.

И где близнецов этих носит? Снова смотрю по сторонам и ну точно не рядом со мной! Доверяй им еще после этого. Обижаюсь? Ну да, есть чуть-чуть, потому что едва только помощь нужна, они исчезают. А на улице, между прочим, холодно. Мне бы расправиться быстрее со всем этим и отогреваться домой лететь. Но нет! Я стою и пытаюсь сообразить, что делать дальше. План на ум приходит, сами понимаете, неожиданно. Точнее, не так. В начале мне удается заметить то, что кусты, на момент моего прилета стоящие где-то поодаль, неожиданно начинают приближаться. Ну, все, думаю, выносите ведьму, у нее глюки. Потом вспоминаю, что это, в конце концов, земли кощеевы, а тут мне бояться нечего. Слышу:

— Думаешь, ведьма? — тихий шепот такой.

— Больно спокойная, — и ответ ему.

На меня, похоже, кусты охотятся. Не выдерживаю, улыбаюсь. Будто они нервных ведьм видели когда-нибудь.

— Она рыжая, — вмешивается еще один голосок.

— Ты когда заметить успел? — доносится едкое. — Все на одно пялишься.

Тут, главное, не засмеяться и подыграть вовремя. Это я уже знаю. Все существа магические такие похожие. Что черти, что маги в лицо никогда не смотрят. Все им энергию бы мою, да тело...

— Эй, а она улыбается, — замечают за мной.

— Что? Заметила? — самый главный там видимо тот, чей голос я первым услышала, нервничает и приказывает: — Отступаем!

И три пары маленьких ножек появляются из-под листвы в явном намерении скрыться вместе со своим укрытием...

Вот тут уже не выдерживаю я. Нет, смеяться, конечно, не начинаю. Помню же, что и рогатые оскорбиться на это могут. Но вот уточнить изволить мне никто не мешал:

— Это вам тут ведьма нужна была? — потому я и спросила. Интересно же, не ошиблась ли.

А в ответ еще и услышала огорченное:

— Все-таки заметила, — и прямо следом донеслось еще одно восклицание: — Из-за тебя это все, — но вот дальше была уже тишина. Уверенная такая, долгая. И все бы ничего, если бы и ее не прервали: — Ведьма? — адресовано было, как видимо, мне.

— О, и еще какая, — быстро сказала. Ну, вообще-то мне холодно. И я даже не удивлюсь если завтра проснусь с ангиной, но если сейчас не то сказать что-то смогу, то все, на морозе, получается, я стояла зря. Оттого говорю односложно: — Нужна? — но с намеком таким, мол, решайтесь скорей. Главное, не показывать, что они мне нужны, больше чем я им. Куст снова зашевелился, когда послышался звук удара:

— Не говори с ней! Врет она! Все врет!

Ах, ну да. У нас в царстве же каждая вторая на метле летает. Мне даже становится обидно, но больше все-таки холодно.

— Она рыжая! — оправдывается кто-то там, — И глазища ее зеленые.

А еще я с метлой и жуть какая злая. Хотя этого знать вам, конечно, не надо. Разбежитесь еще. Вообще, не ожидала, что черти могут быть столь маленькими и для прикрытия выбрать себе всего один... куст. Да еще и поместится туда втроем!

— Мало ли таких, — шепоток-то злой очень, — Колдунья, быть может.

Лестно-то как обо мне отзываться могут. Но нет...

— Ведьма я! — говорю, — Точно ведьма. Метла даже есть. Помогать прилетела. Ведите к главному или сами свои проблемы решать будете. — От негодования даже ножкой топаю. Ну, правдоподобнее чтобы было.

И как с колдуньей меня спутать можно? Они же темненькие и глаза у них черные, и магией обладают, и в ворон превращаются! А я только на метле летаю и на морозе мерзну.

— О, он так и сказал, — снова шепот и вновь он не тихий, — Вредная говорит, нетерпеливая. Как узнаешь, не перепутаешь.

— Она, полагаешь? — еще один, тот самый, главный который, точно не верит.

Его я и побью, значится, первым. Даже улыбаться уже не хочется. Холодно же.

— Ну, я улетаю, — заявляю вредно. Теперь уже, когда ведьму во мне распознали, посредничать точно можно. Да и на метле точно теплее будет. Как-никак, она должна оберегать меня. И от морозов в том числе!

Куст застывает, споры свои прекратив, в недоумении. Ну да, я с характером, но и вы все-таки не куст. Так что либо выбирайтесь оттудова, либо пора лететь мне.

— Ведьма?

— Да, точно-точно. Видишь, злиться уже. — И одна рогатая мордочка все-таки показывается из своего укрытия.

Но клянусь эти черти самое смешное создание магического мира. После золотых драконов, конечно. Говорят, свое происхождение они ведут от животных. Наверное, от оборотней, если на то пошло. Никогда этим не интересовалась, теперь, думаю, начать узнавать бы стоило. В конце концов, я ведьма, а значит и ведать мне стоит многое. Это, безусловно, хороший опыт...

Если говорить о рогатых в двух словах, то я оказалась права, рассуждая о них тогда, еще в самом начале моего мини-путешествия. Ведь у них правда есть рога и правда есть пятачок. Причем такой, что пол-лица занимает. Маленькие, круглые глазки, смешные усики, торчащие в разные стороны над, предположительно только, ртом. Ног нет, их заменяют копыта, а вот рука оснащена как раз таки маленькими пальчиками, как у ребенка. Про одежду говорить нечего, лишь штаны, натянутые по самое ни хочу, спасали волосатеньких от мороза. И больше совсем ничего. Маленькие, кругленькие, смешные, в общем, твари эти. Теперь у меня нет вопросов. Такие действительно могли заползти целым племенем в этот куст.

И пока я бессовестно рассматривать это... создание изволила, оно мне вполне человеческим голосом говорило:

— День добрый, дева красная! — Это я, наверное, от мороза покраснеть успела уже. — Куда путь держишь? Заблудилась в лесу, поди?

Гостеприимный какой он, однако. А там еще пара таких же сидит.

— Вам ведьма нужна была? — уточняю. Нас просто так ведь позвать не могут. По крайней необходимости только. Работа же наша следить за равновесием, за балансом всего злого и доброго, что есть в мире этом. Не допускать, чтобы люди про магию ведать начали, столкновения нашего мира с другим, да и просто отслеживание разломов материи мира. Ведь коли случится это, то страшное что-то начнется. Потому просто так, шутки ради, ведьм призвать не могут. И больно мне интересно, что в этот раз произошло.

— Так давеча еще вызывали-то. — Пожимает сей черт плечами.

Год целый уже прошел, наверное, если не больше. Интересно, почему никого не прислали? Практику же близняшки когда проходили тут, ясно стало, что проблемки есть в этой области. Но, увы, неопытных ведьм допускать до работы было опасно, потому их отозвали отсюда. А взамен сюда никто и не прибыл.

Интересно оно выходит... Но и я ведь скромная.

— Лучшую из лучших выбирали, — задумчиво говорю и нетерпеливо так интересуюсь: — Ну, что у вас там?

Теперь-то я выпускница. Значит, я подросла, и доверять мне задания такие можно. По крайней мере, на то я надеюсь. Зря что ли столько лет училась? Еще два чертенка из кустов вылезать, как видимо, было не намерены. Зато тот, который вылез, в моем обществе вполне комфортно себя чувствовал. В смысле, уже осмотрел, думая, что незаметно делает это, ухом повел задумчиво и молвил:

— Ну, точно ведьма!

Доказала-таки! Интересно, что помогло придти ему к таким выводам? Вы поняли, это сарказм.

— Тогда пройдемте, — предложили мне, ладошкой указывая, куда, собственно, идти. Насколько я могла судить, в той области как раз находился местный... пруд. И строений никаких там точно быть не должно. Но делать нечего, пришлось разворачиваться и топать туда. Это единственный шанс, в общем-то, согреться.

Вот так с метлой наперевес ведьма и познакомилась с чертом. Два других вылезти так и отказались. Оттого по лесу шла я, мой сопровождающий и преследовал нас куст, который лишившись одной пары ног, заметно прихрамывал. И выглядело это, мягко сказать, смешно, но я не смеялась. Говорю же, обидеться могут еще, бросить меня тут одну. И что тогда, без информации домой лететь что ли? Нет, это не по мне. Потому я, закусив губу, старалась не улыбаться даже когда слышала:

— Ай! Ногу свою убери! — звук удара, — Больно же!

— Хвост свой при себе держи! — громкий смех, — Фу! Как от него воняет!

— Прямо иди! Прямо! Да куда ты прешься? — очередной виток вокруг какого-то камня и: — Да не ори ты! Выжили же.

Без лишней пары ног ходить в этом прикрытии было явно неудобно. Но помогать своим товарищам рогатый так и не полез, шел себе спокойненько, да слова лишнего не говорил. А еще говорят, что черти самый смешной народ. Мол, они самого дьявола рассмешить могут. Чепуха. Забавный в них только внешний вид...

До самого озера наш путь сопровождался пререканиями, доносившимися из кустов. Лишь только же мы его настигли, они стихли всего на мгновение, а потом продолжились вновь:

— Пс, — это был зов, — Пс, Первый, сюды глянь, Первый! — чертенок, кто со мной беседы на той поляне вел, обернулся. Интересно, это имя у него такое? — Ты ее правда туды вести захотел? — беззаботно пожал плечами. На его мордашке, вообще, ничего прочесть было нельзя. Никаких эмоций. — Пс, Первый! Первый, — и подойди еще более тихим шепотом: — Она, кажется, нас засекла.

Ладно, в некоторых ситуациях они по глупости своей смешны. Но им простительно. Создания магические же. Магия, как известно, высших существ отупляет. Что уже говорить о нечисти?

Я улыбнулась, отвернувшись, так чтобы незаметно стало, и позволила им шушукаться за моей спиной. Пускай говорят. Мне главное согреться, работу свою выполнить и домой живой вернуться. И начала ведьмочка озираться. Ну, что сказать? Пусто тут. Как и полагалось. Хотя... черти же где-то живут? Не зря же они меня сюда притащили. Или зря? Вдруг убьют? Судя по тем разговорам, что доносятся из-за моей спины, они на убийство способны вряд ли. На них бы самой по неосторожности не наступить и не раздавить. Мелкие же черти очень. Опасно и дружбу с ними водить, хитрые потому как. Вот и решай теперь — доверяться таким или нет.

Пока думаю, голоса за спиной смолкают, и ко мне снова приближается этот бесстрашный черт. Те, что в кустах сидят, там сидеть и остаются, а этот кланяется и уточняет:

— Вы подготовились к транспортировке? Удивляюсь, но говорю откровенное:

— Нет. — Меня же никто не предупреждал. И что эта самая подготовка в себя включает? Куда транспортироваться будем? Неужто и вправду не здесь черти живут? Интересненько.

— Нет? — брови (или что это за наросты тогда над глазами?) у черта удивленно приподнимаются и: — Я бы все-таки посоветовал вам раздеться, — говорят откровенно мне. У вас еще есть пару минут.

Я замираю и даже думать не хочу, где после этой трансформации окажусь. Страшно? Нет. Любопытно только, да и холодно. О чем и сообщаю рогатому в ответ на его предложение раздеться. Знаю же, что не из плохих помыслов он посоветовал это. Значит, так правда надо. Ну, я надеюсь. А то хорошим это точно не окончится.

На мое удивление мордашка черта приобретает какое-то удивленно-растерянное выражение, и он произносит:

— Мы это исправим, когда вернемся.

Стараюсь даже не удивляться. Ну, что еще от них ожидать можно? Всего лишь мелкая нечисть, которая, по ходу, умеет управлять погодой. Что может быть обыденнее этого? Только, наверное, ведьма, которая умеет видеть магические потоки или, вообще, что того хуже, научилась колдовать. Интересное, такое возможно? Хотя я бы пробовать не пыталась. Мне мои рыжие локоны важнее всяких там экспериментов. Это снова сарказм.

И вот пока я думать изволила, ветер и вправду стих, вода в озере закипела (но я не знаю, магия ли это чертова или подводные жители там взбунтовались) и закрутилась в одну воронку. Зрелище — устрашающее. Но зато от него теплом повеяло. Чудеса, да и только. Нет ну вот что за лес? И черти здесь водятся, и братья попадают и ведьмы мерзнут. Нормально что-нибудь произойдет? Убеждаюсь — нет. Потому как только водоворот достигает больших размахов, мне сообщают:

— Телепорт готов.

Стараясь не выглядеть напуганной и вообще храбриться, Я спокойненько так узнаю:

— И что, нужно шагать туда? — и понимаю, что на такое ну точно вот не решусь. Мало того, что это опасно, так и оснований для доверия рогатым у меня нет. Они же погоду менять собрались! Чего им стоит убийство всего лишь одной ведьмы?

Мой новоиспеченный знакомый, кажется, даже не удивлен. Видимо, не я первая, не я последняя, кто так... удивлен.

— Не шагать, — нравоучительно проговаривают мне, — а прыгать. Прямо с разбегу. Вот теперь уже точно не решусь. Не решусь, говорю, опасно занятие это. Но интересное же. И почему черти на поверхности земли вообще не живут? Чего их под воду постоянно тянет? Вопросы, вопросы, как та вода, крутятся, крутятся в голове и.... И я решаюсь. Все-таки моя работа — спасать беззащитных существ. Хотя такие ли они беззащитные?

— Я останусь живой? — так, ради интересна, уточняю. Впервые же встречаюсь с такими телепортами. Но в ответ получаю лишь кивок и недовольный взгляд. Мол, поторопитесь, ведьма, быстрей, быстрей!

Сами понимаете, моя история а этом не заканчивается, хотя в тот момент, когда я величественно, как и положено ведьме, водружала свое тельце на метлу, казалось что вот он пришел конец. Благо, что ветер стих, а тон не знаю, чем бы вообще такое путешествие закончилось. Но то, как оно началось уже неприятно. Помнится, мы с метелкой тогда даже не думали, чтобы бояться еще больше не начать, просто переглядывались и ныряли. Хорошо, что еще под водой не задохнулись и ничего не запомнили. Видимо, одна из нас таки осталась без сознания. То ли убили ее, то ли еще что, не знаю. Но стоило мне уже потом открыть газа, как от этого ужаса не осталось и воспоминаний. Над головой было синее-синее небо и...

И вот уж действительно — в тихом омуте черти кроются.

Вот, правда, если бы мне разрешили лежать и не шевелиться, то после всего того, что пришлось только что пережить, я бы так и сделала. Ведь теплое летние солнышко считается верхом мечтаний после холодной, практически морозной, стужи нашего... мира. К тому же, торопить ведьму явно был никто не намерен. То ли посчитали, что она уже давно умерла, то ли план был у них таков — завести ее сюда и бросить. Благо, со мной была метелка, поэтому было не очень страшно. Скорее, любопытно... Ну и да, все еще холодно. Видимо, не так давно я здесь оказалась, чтобы успеть окончательно согреться. Тем даже лучше. Значит, черти успели не слишком далеко сбежать.

В общем, если перенос мне вначале показался страшным, то сейчас я уже понимаю, что страшного в нем ничего не было. Зря боялась. Гораздо страшнее было оказаться в незнакомом месте без знакомых мне людей. Так и заблудиться можно, и сбежать не к кому и вообще... страшно. Подумала я об этом, подумала и решила-таки открыть глаза и подняться. Лежать — только время терять понапрасну. Глупо.

И с чего я вообще решила, что мой рогатый сопровождающий бросил меня? Вон в паре метров всего лежит, столь же мокрый и волосатый и, видать, гораздо позже некоторых прибыть сюда изволил. Хорошо это, что лежит. Значит, у меня есть времечко на осмотр близлежащих территорий. В конце концов, отныне я на работе!

Если бы это место можно было назвать моим измерением, то я с полной уверенностью бы заявила, что это — драконьи земли. Но поскольку они считаются полностью закрытыми, да еще и расположенными в горах, то нет. Увы, точно нет. Горы-то тут, конечно, имелись. На горизонте, темно-синяя полоса яро виднелась на фоне красно-желтого круга солнца, но вот до них пролегала равнина. Пустошь. И то там, то тут были разбросаны небольшие дома, домишки, в которых и должна проживать, по идее, рогатая нечисть. Интересненько...

От размышлений меня отрывает тактичное покашливание, доносящееся как раз с того места, где всего пару минут назад бессознательно лежал черт. Помогать ему я не решилась. Все-таки существу, способному справляться с изменением погоды, вряд ли был опасен такой... безобидный, на первый взгляд, способ перемещения. В конце концов, у рогатого в предках точно числились маги, а те, как-никак, отличаются повышенной живучестью. К сожалению или к счастью ли, увы, понять было не суждено. Да и не до этого как-то было все — больно сильно я была занята своими переживаниями. Не думалось мне и о том, как назад перебираться придется, ведь второго такого путешествия моя ведьминская натура вряд ли пережить сможет... Перспектива снова быть намоченной и выброшенной на берег совсем не радовала. Поэтому я огляделась еще раз, чтобы удостовериться в своих догадках по поводу моего местоположения, и украдкой вздохнула... Если это драконовы земли, то до дома и впрямь далеко.

— Это чертова пустошь, — будто прочитав мои мысли, черт, про которого я снова, кстати, успела забыть, вздохнул: — Мы здесь в холодную пору время проводим.

Информация, однако, не помешавшая улыбке расползтись по моему лицу, была поистине любопытной. Вот оно, оказывается, где черти зимуют. Будем знать...

— И зачем вам это? — уточнила я. Знаю ведь, что если бы не это загадочное нечто, мешающее спокойному существованию не только моего родителя, но и мелкой нечисти, отец про рогатых даже бы и не вспомнил. Добрый он у меня все-таки, понимающий. Так что же тогда чертей не устраивает? Щурю глаз и смотрю пристально так на одного из их представителей. Правду он точно не скажет, но может хоть совесть взыграет? Нет?

Молчит. Ну да, о чем это я? Совесть у существа магического — это, конечно, редкость. Хотя должны же быть исключения? Должны. Только вот встретить-то их можно где? Увы, вопрос этот остается без ответа. Главным образом потому, что я не решаюсь на то, чтобы озвучить его вслух. Вместо этого, уже вполне насладившись молчанием, продолжаю:

— Пошли уже.

На что мне довольно так сообщают:

— Мы почти на месте! — и что-то вот мне подсказывают, что довольство это вызвано не тем, что я сама идти предложила, а тем, что наконец-таки отстала. Веселые у меня знакомства, конечно, ничего сказать не могу...

Хотя нет, один вопрос задать все-таки стоит:

— А те двое, что в кустах прятались, с нам что, не пойдут? — интересно ведь, правда. Я же их так и не увидела! Вдруг не все черти на друг друга похожи? Отличаются, может чем? Мне хотелось бы посмотреть. Но...

— Нет, — спокойно сообщают мне и рушат тем самым надежды. У! Беспощадные!

Не реагирую никак. Пускай вот идет теперь и думает над... А над чем, собственно, может думать черт? Каковы у него вообще заботы? Быть может, он семьянин? Или вообще того хуже, не просто нечисть, а самый настоящий маг? Присматриваюсь — нет, точно нет. Тот бы уже давно себя выдал своими повадками, а этот вроде как... спокойный, благородный такой себе черт. Безобидный, пока что, правда, но, думаю, это еще ненадолго. Поймет он лишь только, что не смогу я, возможно, справиться с опасностью, чертям грозящей, так сразу же обозлиться. А пока... Пока радоваться надо, что сопровождающий мой в хорошем расположении духа.

Представьте себе дыру. Большую такую дырку, появившуюся где-нибудь на бумаге, в тетради, на альбомном листе или в книге. Представили? А теперь вообразите кляксу. Какая она может быть? Некого темного-темного цвета, а главное — расползающаяся по всему тому, что удалось затронуть. Так вот если эти два образа вам хоть удастся соединить в один, то получится именно то, что удалось увидеть мне. Черная дыра, пугающая своими размерами, расползалась прямо под моими ногами. И клянусь, что если бы не метла, поддержка которой помогала противостоять ветрам, засосало бы меня в этот черный омут. Но нет, устоять удалось, а избежать потрясения — нет. Ведь точно не так в пансионе нам описывали разломы в ткани реальность. Ой, не так. Ну, во-первых, их видеть дано только ведьмам. В этом же случае поглазеть на мою работу пришли многие-многие черти, а они, я уверена, не заметить этот ужас точно не могли. Во-вторых, подобный разлом — вещь магическая. А в этом месте магией ну совсем не пахло. Причем говорю я это в прямом смысле данного слова. Ведь запахом обладает абсолютно все. Так нас тоже учили, кстати. И вот либо врали, либо что-то скрывали.... Или эта дыра — явление не магическое. Но в таком случае ее могли создать либо артефакторы, что вряд ли, потому что уж больно строгие критерии допуска у чертей, либо проклятийники, что очень и очень странно. И страшно. Но я бояться вообще в таких ситуациях не должна, потому что страх мешает думать. Поэтому его и быть было не должно.

Так рассудила, и решилась на единственное возможное мне в тот момент — на проверку. Умные ведьмочки так, конечно, не поступают, но вот любопытные ведьмы весьма отчаянны. Меня ни к первым, ни ко вторым отнести было нельзя. Тем страшнее. Терять, значит, будет нечего. Покивав своим мыслям, я задалась еще одним немаловажным вопросом: почему сего не заметил папа? И еще одним: куда все-таки делись братья? Но ответа на них, честно если, найти не могла. Да и не успела. Поняв, что время на размышление мое окончилось, рогатый (тот самый, сопровождавший меня) спросил:

— Красна девица, ну, вы поняли что-нибудь? — Кажется, имечко его.... Первый, да?

И вот что мне на то сказать?

— Конечно, — кивнула быстренько и уточнила: — Попадал ли туда кто-нибудь?

Уточнять куда именно, к счастью, не пришлось. Иначе бы я не дала точного ответа на это.

Со стороны чертей вначале не донеслось ни звука. Смешные они все-таки, маленькие и нелепые. Хоть и с довольно... устрашающими талантами. А потом кто-то выкрикнул:

— Эй, а куда делся Черт Ученый? — и все загоготали. Из общего шума я поняла одно — некто все-таки пропадал. И оттого, кажется, даже становится интересней.

В любом случае, вреда... это нечто мне принести не должно. Даже если там сидит монстр, в чем я сомневаюсь, со мной будет метелка, благодаря которой с легкостью можно будет улететь назад. Если раньше, конечно же, не сожрут. Но я постаралась об этом не думать и лишь спросила:

— И что черт тот еще не вернулся?

Ответом стало отрицательное покачивание головой. Интересно...

— Ну, тогда и меня не ждите. — Зачем нечисти давать надежду? Не знаю же, что там. — Быть может и я не вернусь.

Слаженный вздох, — да-да, все замолкли, — и тишина сопровождали меня в новое... путешествие? Благо, на этот раз происходившее без всяких там водных переносов. Хотя ударилась я опять...

И вот чего вы ждете? Расходитесь! Вот в тот момент я умерла. Или так только показалось? Не суть! Факт в том, что это... перемещение было немного болезненнее прошлого. Наверное, потому что попутные ветра плюс еще разгон самой метелки и небольшое расстояние от телепортатора до земли не дало возможности остановиться вовремя и мы (в смысле я и метла) со всей набранной скоростью врезались в... пол.

Осмотрелась — ну точно, пол. А также так же стены, потолок и небольшая, мигающая под ним огненная сфера, заменяющая, видимо, свечи, позволили определить, что я нахожусь в обычной комнате. Я надеялась на что-то более эпохальное, если честно, но и так сойдет. Особенно, если учесть жесткость моего приземление и то, что меня совсем не ждали. А кому ждать-то? Выхода, как и входа, к слову, здесь не наблюдалось. Значит, судя по всему, это было ловушкой. Любопытно. И кому тут могла понадобиться ведьма? В смысле, кто этот самоубийца?

Я села. Огляделась еще раз, подумала и попробовала не паниковать. Выбираться самой, конечно, здорово. Особенно если это удастся сделать живой, но если что, то папенька точно знает, куда и к кому я направилась. А его, поверьте мне, бояться стоит. Поэтому вряд ли меня решаться... похищать таким образом. Да к тому же та дыра не давала покоям чертям. И вот полез один — не вернулся. Но умер ли? Надеюсь, что нет. Помощь сейчас бы была весьма кстати. Я попыталась вспомнить все, что знала о ловушках подобного типа. Зря, что ли столько месяцев занятия вместе с магами-первокурсниками посещала? Точно нет. Жаль не поумнела от того только. Очень жаль...

Иллюзия. Эта мысль столь неожиданно посещает меня, что невольно вздрагиваю. Конечно! Ну, что же еще может тревожить чертей, не быть заметным для ведьм и совершенно безопасным для всего? Маг-иллюзионист! Магия в первозданном виде! Именно она не обладает абсолютно никаким запахом и может подстроиться под абсолютно любую окружающую среду. Интересно.... И кто же может им быть? А главное, что ему нужно прятать? Раз смогла попасть сюда я, раз где-то поблизости бродит черт, что нас может объединять? Ведь у иных и мысли не возникло прыгнуть сюда, правильно? А вот мы полезли. Значит, привлечь нужно было именно ведьму и именно черта. Теперь вопрос: почему? И вот самое печальное в ситуации этой было то, что ответом как на этот вопрос, так и на многие другие я не располагала. Оттого и становилось грустно. Объединять же ведьмочек и рогатых могло лишь только какое-то общее дело. Я постаралась вспомнить все то, что знала о подобных сделках, но на ум ничего не шло. Ведьмы никогда не сотрудничают с магическими существами! Никогда! Мы помогаем только друг другу, поддерживая и без того хрупкое перемирие...

Метелка валялась неподалеку от того места, где упала я. Видимо, ей досталось больше. Бедняжка. Решила я и поняла, что рассиживаться нечего и надо искать выход. Если это иллюзия, то логичнее всего то, что с ее помощью что-то хотят скрыть. Видимо именно мне и предстояло узнать, что именно. Честь весьма сомнительная, признаюсь вам. Но делать нечего. Не сидеть же здесь вечно? У меня на утро месть запланирована. Пора выбираться! Но для начала — найти союзника. Глядишь, так и будет легче. Но на метлу пока рассчитывать не стоит, она восстановиться, как минимум, через пару часов. Поэтому действовать и нужно осторожно. И что главное — быстро. Благо, план у меня уже созрел. Оставалось его только воплотить. И выбраться отсюда. Желательно, конечно, живой. Ну а там уже как получится...

Ради этого и приходиться осторожно подниматься. Ощущения не из приятных. Сами подумайте, я ведь недавно упала. Дело обошлось, конечно, без переломов, всего лишь ушибами. Но оттого не легче. И, тем не менее, я встаю. Не подвиг, знаю. Но улыбаюсь. Если сумела не запаниковать, то смогу и с остальным справиться. Нужно всего лишь найти черта. Того самого, кто раньше сюда меня попасть смог. По одиночке отсюда не выберемся. Потому и... кричу. Что еще остается? Я же в ловушке. Как видимо, не одна. Дверей нет, окон нет. Стены лишь, да и те не настоящие. Хотя все равно кажутся крепкими.

— Черт, — возоплю, — Ученый! — Кажется, так они его сородичи называли, да? — Ты же тоже сюда попал? — тишина, — Отзовись! — взмаливаюсь почти, но ответа не слышу.

Что же... Глупо надеяться, что мне поверят прямо так. Магические существа весьма недоверчивы. Про нечисть вообще молчу! Они хоть и обладают весьма... сомнительными способностями, но защитить сами себя не всегда способны. А эти так вообще... Доставалось им, видимо раньше. Очень сильно доставалось. Иного объяснения лично я найти не могу.

Но продолжаю орать. Вдруг кому-то надоест, и ведьму так просто возьмут и отпустят?

— Послушай, — говорю, — Можешь не верить, но я тут тоже... не по своей вине. Нас затащили сюда, понимаешь? И пока не найдем то, что скрывается в месте этом, дыра нас отсюда не выпустит, — я уверена, что кто-то меня услышит. Ну же, давай, отзовись!

Проходят минуты... Ответа нет. Ну, не мог же рогатый этот попасть туда же, куда и я, и скончаться от неизвестно чего? Опасности нет! Нам просто необходимо нечто найти и выбраться. Нечто найти...

Что же стены эти могут скрывать? Проходят минуты... Ответа нет. Ну, не мог же рогатый этот попасть туда же, куда и я, и скончаться от неизвестно чего? Опасности же, в общем-то, нет! Нам просто необходимо нечто найти и выбраться.

Но вот что же стены эти могут скрывать? Загадка. И ответ, сами понимаете, неизвестен. Тем и печально. Я ведь всего лишь ведьма, а не специалист по всяких там магическим ловушкам. Одной, значится, и выбраться не смогу. Помощь мне нужна, понимаете? Помощь! А кто разбирается в этом лучше, чем существо магическое? Правильно — маг. Вот маги пускай и спасают. А я пока тихонько посижу...

И уже будучи полностью решившейся на отчаяние, я собираюсь сдаваться, как слышу голос:

— Вы и есть та самая ведьма?

Естественно после такого об отчаянии и речи идти не должно! Самая — не самая, но факт фактом я — ведьма. Оттого и:

— Да, — радостно восклицаю и ради приличия лишь говорю: — А вы же и есть тот самый ученый черт? Ну, который сюда попал... не так давно, правильно?

Тишина в этот раз недолгая, ну и ответ, соответственно, положительный. Говорила же, выжил он! Опасности в месте этом нет, но и времени остается не так уж много... До заката, в смысле. Поэтому действовать нужно как можно скорее. Я уверена, что у нас получится.

И заявляю:

— Послушайте! Нет, вы должны меня точно послушать! Это место — иллюзия. В этих стенах что-то скрывается. Понимаете? Мы не выберемся, если не начнем сотрудничать. Помогите мне это найти. — А затем выдавливаю: — Ну, пожалуйста.

Я не знаю, за какой стеной скрывается этот рогатый, но отчетливо слышу смешок:

— Догадалась, значит, — а следом, — Ты не так глупа.

Ну, спасибо!

— Я ведьма, вообще-то! — говорю тихонько, чтобы раздражения моего услышать нельзя было, но добавляю громко: — Так вы тоже поняли это?

— У меня ушло больше времени, — мигом мне говорят.

Ну, киваю. И что оно дальше? Не очень-то и общительный этот черт. Мог бы уже рассказать! И вообще, объявиться сразу.

Решено! И его побью. Вот выберемся только отсюда и сразу побью! А пока буду относиться с терпением и пониманием. В конце концов, он маленький и беззащитный! А я не одна. У меня хотя бы метла бессознательная с собой имеется. На том и порешив, медленно выдыхаю. Тут, главное, не злиться. Ведь это я сделать успею потом.

Сейчас надо направить все силы на то, чтобы выбраться. И, повинуясь этой железной логике, уже открываю рот, чтобы задать новый вопрос, как слышу:

— Я вообще-то высшая форма нечисти, — зловредно заявляет все тот же голос. Полезная информация. Сейчас полагается начать бояться? Или что?

— А я ведьма, — в тон ему отвечаю, — Подвид: вредная. И, поверь мне, тебе со мной не повезло больше.

Дальше мой собеседник не говорит ни слова. И я спокойно себе продолжаю:

— Итак, — правда, в этот раз говорю тише, но уверена, что за стеной меня слышно. — Покамест мы не найдем то, что здесь скрыто, нам отсюда не выбраться. Оттого предлагаю работать слажено, без всякого рода... глупостей.

— Например, каких? — насмехаются надо мной.

Игнорируй, ведьм, игнорируй.

— И без всяких тупых вопросов, — продолжаю. Нет, ну мне домой попасть как можно скорее надо, а он смеется! Еще чуть-чуть и папенька забьет тревогу и тогда его... милые сородичи погибнут все! Мне же не хочется массового убийства? Ну, точно нет, потому говорю: — Ты никаких странностей тут не заметил?

И снова в ответ тишина. Я даже понять не могу, с какой стороны от меня черт заперт, чтобы знать, откуда если что его вызволять!

— Один вопрос. — Говорит он, спустя пару минут. Голос опять звучит с издевкой.

Я серьезнее некуда. И спокойнее некуда. И вообще умница-красавица. Только бы не убить его по выходу отсюда...

— Задавай, — почти что скриплю зубами. Интересно, этот звук можно услышь.

Смешок. Снова. И еще один. Но такую вольность, как смех, рогатый себе все-таки не позволяет. Не смотря на ситуацию, смеяться хочется и мне. Только смех этот выйдет скорее истеричным. Потому слушаю и молчу.

— Ярослава Кощей? — собственно, сам вопрос.

Как узнал только?

— Ярина, — все равно поправляю. Не поймите меня неправильно, так оно просто привычней.

— Младшая и единственная дочь Кощея Бессмертного? Рождена в конце весны двести шестнадцать лун назад? — слышится некое шуршание и черт продолжает: — О! А прошлым летом проходила практику в Магической Академии, куда была направлена после того, как одна ведьма сломала ногу. — И снова все тот же звук, — Скрываешь на себе чешую драконью, — Все-таки смех и: — Очень интересная биография, ведьма. А ты знала, что неспроста артефакт этот тебя выбрал... — Смех смолкает, превращаясь в хрип. И я, побледнев, узнаю:

— Как узнал?!

Теперь я точно обязана его убить. С такими подробностями о моей жизни, он жить не должен. Ладно. Шутка.

Но мой вопрос игнорируют снова.

— Книга, Яренька. — говорят вместо того довольное, издевательское: — Ты хотела что-то найти? Мне повезло это сделать раньше. Ну, давай, девочка, что с твоим гениальным планом дальше?

И лишь только рот для возмущения вновь открыв, я смолкаю. Чтобы там не было в его руках, в этом скрыта вся моя биография. Нехорошо получается... Ведь по ту сторону стены обо мне знают все, а мне ничегошеньки о черте этом неизвестно! Вдруг он вообще маньяк? Лысый? Лихой какой-нибудь? Прокаженный? Или что того хуже, магию подчинять себе может? Вот вызовет сородичей своих сейчас, те сбегутся, а сделать ничего не смогут. Зачем народ огорчать?

Этим я себя успокаивать и пытаюсь. Если в книге этой скрыто все-все, то и поймет нечестивый, зачем эту тайну все скрыть пытаюсь. Добрая я слишком, понимаете ли. Просто угрожать ему не хочу. Да и нечем особо. Метла вон до сих пор не проснулась. Предательница...

— Ну, — тяну медленно, — Будем знакомы. — И замолкаю, — Что думаешь делать дальше?

Информация то эта ох какая! Такую магам показать не стыдно, и шантажировать такой не жалко, и просто держать при себе не опасно. Но черту удается меня удивить:

— Дема, — тихо представляется он и продолжает: — Выхода нет — придется отдать владельцу.

Очень интересно. И кто владелец? В принципе, после того, как догадки мои оказались неправдой, я уже ничему не удивлюсь. Даже если стена это сейчас разрушится, и по ту сторону будет сидеть дракон, а не черт. И это все окажется лишь уловкой, придуманной для того, чтобы вывести ведьму на чистую воду. Или припугнуть.

Но ничего, увы, не происходит. Даже маломальского движения с той стороны мне совсем не слышно. Может, просто я так измотана, чтобы замечать незначительный шум? Почему-то именно сейчас навалилась усталость. Прошли ведь всего лишь сутки, а моя жизнь уже изменилась. И снова все из-за этого мага. Вечно вот все он портит...

— Проблема одна, — снова едкий смешок, — Надпись гласить: "Отдать книгу ведьме". А вот какой именно, этого не уточняется.

Будто он тут много ведьмочек видит!

— Пока что я тут одна, — заявляю я зло, с насмешкой. Сам дальше, мол, додумывай. Да поскорее! А то скоро уже закат...

В моей голове мысли сложились сразу. Сами подумайте, запихнули сюда нас не зря? Не зря! Книгу черту вручили? Вручили! То есть искать ничего не пришлось. Осталось только владельцу ее законному вернуть, да и разрушить уже эту... клетку. Ведьма средь нас одна. Догадайтесь кто? Одно напрягает только. Значит, не для сокрытия чего-то это место готовилось, а для передачи этого самого кому-то еще, явно незнакомому. И если там именно история моей жизни, то что-то затевает неладное. Начеку надо быть, поэтому и помалкивать, чтобы родителей лишний раз не беспокоить. В конце концов, хотели бы на меня напасть — давно бы напали. А тут нет, тут другое что-то намешано...

— Я должен ее просто отдать? — отвлекает меня все тот же голос. Вначале я не понимаю о чем он даже, но потом киваю, позабыв, что не увидит меня собеседник мой. А ему согласия, видимо, и не нужно. Он явно негодует, ведь неожиданно зло говорит: — Да забирай!

И вот тут стена эта и начинает рушиться. Интересная магия тут у них. Словесная, что ли? А это что, песок? Нет, ну вот кто так ловушки строит? Теперь же тут пыльно будет! А я пыль не очень люблю. Точно пожалуюсь кому-нибудь, как только выбраться отсюда смогу. А пока... Ну, потерплю пока. Что же еще остается делать?

Невесело что-то совсем. Мало того, что с родителями времени немного совсем провела, так еще и книгу ту, что явно не для меня предназначалась, перехватила. И еще с чертями познакомилась. Формально даже спасла. Ну, если после того, как скрываемая этой иллюзией вещь ко мне в руки попадет, эта дыра исчезнет, то спасла. А если нет, то придется на месте этом магам работать. Должен же быть от них хоть какой-то толк? Не все же одним ведьмам трудиться, правда? Я ухмыляюсь невесело своим мыслям, и едва только последняя песчинка касается земли, поднимаю глаза.

Черт — он и в Кощеевых землях, и в Империи Зла и даже в параллельной вселенной останется чертом. То есть тем же низеньким, бородатеньким созданьицем со смешными глазками и рогами, которого я умудрилась встретить в лесу. Так полагала я. Ситуации же (в который раз?) удалось меня удивить. Ведь прямо передо мной стоял... человек. Рогатый... немного, правда. С человеческими глазами, человеческим носом, руками, пальцами и даже без копыт (последнее так вообще обидно! Просто больно смешные звуки они издают ими, когда ходят). Он ухмылялся, и взгляд его был брошен в мою сторону. Добавлю — полный интереса взгляд. И лишь только я завершила осмотр своего нового неприятеля (а я не люблю заведомо всех магов), поинтересовался:

— Как только в голову пришло своровать чешую?

А, значит не все в этой книге написано? Плохие тогда писатели те, кто ее составлял... Раз не знают обо мне этого. Я же не вызывалась, помните? Это стало целью моей практики, которую я тогда завалила.

Но отвечать, естественно, я не стала. Пусть понимает сразу, что ведьмы существа достаточно вредные. И не вам, чертям, с нами в этом тягаться...

— Не твое дело, — гордо вместо того заявила и даже голову для уверенности подняла, чтобы в глаза взглянуть (рогатый оказался высоким!), — Книгу давай уже. И разойдемся.

Нужный мне предмет как раз лежал в дальнем углу, на соломе. Интересно, это для меня или для Демьяна ее постелили тут? Больно щедрые нам попались... похитители что-то. Скучно даже. Зато поразмыслить есть над чем. Например, почему именно мы попали сюда? И кому нужна информация обо мне? Кто они такие, чтобы добывать ее? И кто, главное, смог ее собрать?

А тишина, тем временем, начинала затягиваться. Следующие слова же были не за мной вроде. Или за мной?..

Опять я задумалась!

Кивнули мне:

— Забирай, — и без тени насмешки следили, как я пошла выполнять указанное действие. Мы, ведьмы, народ не сильно гордый. Сами пару шагов сделать можем.

Книга оказалась примечательной. Не столь тонкой, как полагалось для той, что скрывает в себе некие тайны, но и не слишком тонкой. Примерно, такой, какой была моя ученическая тетрадь — триста пятнадцать листов (и их постоянно мне было мало!). Внешняя отделка простенькая: строгая коричневая обложка и буквы прямые такие, будто бы по линейки выводимые, гласили 'Автобиография'. Я присела на ту же солому, на коей лежал фолиант, и устало прислонившись к стене, приоткрыла издание...

Очередное неожиданное событие настигло меня в тот же миг. Ибо произведение вдруг озарила яркая вспышка, от которой пришлось даже прикрыть глаза, чтобы не ослепнуть, и после на том месте, где только-только было выведено 'Ярослава Кощей — ведьма в первом своем поколении' появилось надпись 'Рогатая нечисть — Демьян, или Черт Ученый'.

Пониманием исказилось и лицо названного. Он как раз успел подойти и воззриться с удивлением на меня.

— Также сталось и в тот момент, когда появилась ты, — пояснили мне. Оттого даже лучше. То есть информацию на ведьму никто не собирал. Это хорошо. Значит, живее будут.

— Это хорошо, — кинула я и еденько так добавила: — Не одному же тебе в чужих биографиях рыться. Вот и я сейчас... почитаю.

На самом деле и в мыслях моих не было открывать эту книгу. Ну, по крайней мере, в таких целях. Но черт, как видно, думал совсем иначе, дернулся от моих слов и вырвал этот объект из моих цепких ручек. Пугливый, однако, черт!

— Мала еще, — аргументировал он свое поведение, и я кивнула. Да— да, мол. Все равно же еще прочту. Теперь даже интересно стало.

Следующий метаморфоз с этим проблемным изданием случился тут же. Уже знакомое на сияние, от которого я снова прикрыла глаза, озарило комнату и черт, стоявши уже, попросил меня уравнять положение. То есть встать и вообще прочесть, что ей (книге) в этот раз нужно.

Пришла моя пора усмехаться. А еще Ученым зовет себя. Эх, черти-черти!

Но делать нечего — пришлось подходит. На обложке теперь было выведено 'Инструкция'. Интересно, к чему? Не уточнялось. Попыталась открыть книгу — не открывалась. Ну, тогда я разозлилась (ну, что за секреты у книги) и брякнула:

— Вручи ее мне! — не знаю, отчего такая мысль вообще появилась в моей голове, но раз, когда я сама ее брала, эта комната не исчезла, значит, теперь ее должны мне отдать. Желательно добровольно. Ну, от добровольного согласия Дема же стена разрушилась, правильно? Наверное, и сейчас тот же принцип.

Благо, черт хоть немного смышленый попался. С актерским талантом даже. Это ирония же, вы должны понять. Какие актеры из чертей? Я и про шутов уже не уверена, а тут... Это. Актеры. Да не, не может такого быть.

— Забирай, — с каменным выражением на лице заявил он и вытянул руку. Книга лежала на ней. И вот точно помню, что в тот момент призадумалась еще, брать или не брать? По глупости своей взяла разве что. Ох, по глупости.

Едва руки мои соприкоснулись с обложкой, иллюзия исчезла. Да! Оказалось все достаточно просто. Мы стояли на том же месте, примерно на пару часов позже и ни единого черта на горизонте больше было увидеть нельзя. Собственно, как и той самой дыры, пугающей своими масштабами. Это был... Интересный опыт. Об этом подумала я и... Настала пора экспериментов. Рука моя была убрана. Миг — и уже знакомая комната. — Извини, — оправдалась, смотря в округлившиеся глаза черта. Какого они у него цвета? — Метлу забыла.

Тот в присущей ему манере усмехнулся и прошептал:

— Ведьма!

Возвращаясь уже, заявила:

— Черт, — и в этот раз окончательно отобрала книгу и рогатенького. Кажется, он не обиделся. Да и на что, собственно? Кстати, рогов своих лишился на выходе. В смысле, на поверхность попал уже без них. Поэтому и на черта был не похож вообще. Обычный парень чуть старше по возрасту меня. Ровесник, моих братьев. Как и они, наверное, одарен магией. Имеет свою жизнь в другом измерении и тут оказался просто случайно. Ну, я надеюсь. Иначе как он забудет о том, что вычитал в моей биографии?

— Ты же понимаешь, что должен молчать? — произнесла на выдохе я. — Это тайная информация, — пояснила. — Личная.

Ему же знакомо это слово? Ежели нет, то зачем он скрывает свою принадлежность к нечисти? В любом случае, ответы на эти вопросы мне узнать было не дано. Потому как явились, — угадайте кто! — не поверите, братья. Вот так и помяни лихо...

Обиды я на них не держала (уже). Они бы все равно в этой ситуации мне не помогли.

Только бы мешались. Черт посмотрел за мою спину и на первый раздавшийся оклик ответил:

— Тебя.

Мне это было известно и без него. Но я все равно кивнула и прошептала тихо:

— Спасибо.

Он усмехнулся и молча побрел в другую сторону.

Вот таким, собственно, и стало мое знакомство как со всеми чертями, так и со одним отдельным, предельно загадочном представителем класса высшей нежити. Ну, что я могу сказать? Черти — они везде черти. Но готова поспорить, что таких как наши, никто и нигде не видывал.

Думаю, если посмотреть на горизонт, то нас с метелкой было видно издалека. Мы с ней летели в нескольких метрах от земли и выглядели, мягко сказать, загадочно. Чуть ниже, по земле уже, вышагивали двое юношей. И помимо родственных уз нас связывало нечто большее — веревка, одним концом которой удерживали мое летательное средство (я если не обделать, то та так вполне могла), а другой находился в цепких руках одного из моих братцев.

Как я и обещала (а врать, если помните, я не особо люблю), обижаться на них я не стала. Просто ни сказала слов приветствия, ни обняла и вообще показательно всем своим видом игнорировала. Вы сейчас удивитесь, приподнимите брови в немом вопросе и не выскажите своего недоумения, просто потому что к моим странностям давно привыкли. Я надеюсь. Зря, что ли я уже столько всего рассказала? Так вот, поймите, у меня тоже было железное алиби. Я читала. А точнее, думала о том, чтобы почитать, но, увы, совсем другие мысли сманивали мою ведьминскую натуру. Они оказались предпочтительнее.

Так вот, о завтрашнем дне. Чтобы в пансион успеть прилететь до рассвета, придется выдвигаться сегодня вечером. Это уже запланировано. Но вот на обсуждение всего того, что я планировала времени, оставшегося до заката, будет совсем-совсем не хватать, поэтому я поразмыслила и решила, что как только закончу со своими делами в пансионе, вернусь домой. До выпускного же время еще там будет? Благо, сдавала я в первом потоке учениц и до лета успела справиться. Так удастся как можно больше времени провести в кругу родных и заодно скрыться от дракона. В конце концов, кто как не папа, в случае чего, сможет меня от него защитить? А он сможет! Но к нему обращусь я в самую последнюю очередь. В том случае, если выхода совсем-совсем не останется. А иначе.... Ну, стыдно мне понимаете рассказывать ему эту историю... полностью! Оттого буду и молчать до той поры, пока правда сама не всплывет. И решать свои проблемы буду пытаться сама. Вот как сегодня. Справилась же при поддержке черта этого? И без него тоже надеюсь справиться.

Вообще, если посмотреть на мое лицо поближе, заглянуть в глаза, то увидеть там можно целую гамму противоречивых эмоций. Мы, ведьмы, вообще будто сотканы из них. Но из-за того, что во мне и магова кровь течет, то я особое противоречие. Рыжее и немного волнующееся. А вы попробуйте от дракона его артефакт скрыть? Попытаться обмануть и ни разу (повторяюсь, ни разу!) ему не попасться. Тут умение нужно хотя бы такое, как мое. Можно чуточку лучше.

И вообще, никто не подскажет как от этой штуки, что на моей спине избавиться? Что-то мне подсказывает, что ее даже вместе с кожей теперь от себя не отдерешь. Тем и грустнее.

Вот о том я и думаю, пока наша пешая и немного летучая процессия продвигается обратно к дому. Неинтересно что-то мне. Грустно как-то. Надо бы все-таки почитать эту книгу. Но для начала:

— Мы так и будем пешком идти? — недовольно интересуюсь я. Нет, не обижено. Просто из вредности. Но мой голос звучит спокойно. — Если отсюда пешком до дома идти, то, пожалуй, мы даже с рассветом не доберемся.

Ответа я, в общем-то, и не жду. Стоит ведь только нам от чертей уйти, так сразу метлу мою и отпустят. Ну, и меня заодно с ней. А пока выбирать не приходится. Кроме молчаливого полета и да, помалкивания. Ибо если у меня настроение преотличное, то вот братики явно чем-то недовольны. Совесть, наверное, гложет их от того, что сестру бросить в лесу удумали. Али все-таки приключилось что? Непонятно. И говорить об это явно никто не хочет. Ну и пускай! Мы, ведьмы, тоже народ занятой. Ни минутки свободной найти не можем, ни секунды. Оттого и читаем в полете. А что? Это со мной, между прочим, разговор тут никто не поддержал! Значит, вполне можно игнор допускать в ответ. Такую позицию я и занимаю, отгородившись полностью от всего мира и открыв таившийся в руках моих томик книги.

Инструкция, говорите? Ну и чему она может меня научить? Точнее чему тому, что мне еще неизвестно?

Заходя вперед, я отвечу вам на этот вопрос всего лишь одним словом — многому!

Но обо всем опять-таки по порядку.

Думаю, в этом месте моего небольшого рассказа о собственной жизни должно появиться описание эмоций. Ну, или хотя бы того, что я надеялась или ожидала увидеть в этой книге. Согласитесь, инструкция — понятие растяжимое, так? Так. Но мое высказывание может показаться вам до банальности простым и понятным, ведь маги — существа непредсказуемые. (Особенно те, кто такие штуки делать умеет). Значит, предвидеть то, что написано в этом произведении, я не могла. Потому и эмоций никаких не испытывала. Только любопытство, да и то уже давно стало неотъемлемой частью моей личной жизни. Не обессудьте. В этом мире же все интересно!

Обложка у книги осталась коричневой? Нет. Ее цвет изменился на пару оттенков и стал грязно-зеленым. Не очень красивым. Но выбирать же мне не приходилось. Размеры ее поменялись? Нет. Все та же величина, соизмеримая с шириной моей вединической тетради. Только страницы немного желтые, — от старости, видимо, — хотя это не имело большого значения. Ну и количество страниц? Осталось все тем же. Конечно, считать я их не начинала, но примерное число уже было мной названо раньше. В общем, когда я открыла фолиант, и он снова засветился знакомым голубоватым сиянием, ничего особого не изменилось. И главное, на меня никто не посмотрел. Будто нечто, что видоизменяется каждый раз, когда до него дотрагиваются, в наших краях привычное дело! А если итак то что? Обернуться же и посмотреть на дела сестрицы своей нельзя. Сложно! У, маги какие нынче, понимаете, да? Бессердечные. Хотя, конечно, это я в шутку. Заметь же в моих руках инородный какой-то предмет, магия которого явно не имеет объяснений, меня бы лишили всего. Не только книги этой таинственной, да и свободы полнейшей. Ведь говорить о том, что произошло на поле, возле дыры той, я наотрез отказалась. И правильно сделала! Меньше знаешь, как говорится, крепче спишь.

И, поскольку, мне-то бессонница не грозила в ближайшее время, я вздохнула и решительно открыла самую первую страницу. Там же должно было быть полное название произведения. Одно какое-то, по крайней мере. Но, увы, определенности я не наблюдала. Авторов явно было у этой книги много, ибо то косым, то прямым почерком, то с уклоном в левую, то в правую сторону значилось одно общее слово 'Инструкция', а вот дальше...

1. Как сделать ведьму доброй.

2. Как заставить черта побриться.

3. Как выжить в Академии Магии.

4. Как не убить в себе человека.

... И еще множество пунктов подобного содержания, благодаря которым мой взгляд становится недоуменным. Ну, и какой от этого толк? Я присмотрелась, тринадцатая, последняя, строка оставалась свободной. И вот либо на ней никто ничего не успел написать, либо это назначалось сделать мне. Ничего иного на ум почему-то не шло. Интересно, можно ли считать эту мысль правильной? А если нет, то как же тогда иначе, если произведение попало именно ко мне в руки? Я должна его кому-то еще передать, наверное. Или прочитать предыдущие инструкции и сделать какой-то вывод. Ведь ничего другого в книге-то нет... Любопытно. Очень, я бы даже сказала, любопытно, учитывая то, что и отдавать ее особо-то некому. Никому ведь не понадобиться книга с сотнями страниц, из которых лишь одна только почти что исписана. Тут другое что-то должно быть сокрыто. Только вот вопрос: что? И ответ на него не звучит, так как я даже понятия не имею, для чего фолиант этот мне был дан. А главное — кем. Не каждому ведь дано такую облаву на ведьму устроить, загнать туда черта еще и книгу подбросить. Значит, работал какой-то неслабый иллюзионист, у которого вот точно есть вся информация. Найти бы его, а там и ответы будут. Кому-то же надо было, чтобы книга эта у меня оказалась. Ну, она вот теперь у меня. А дальше-то что?

Интересно, а инструкции для инструкций вообще выпускают? Я бы не отказалась от одной такой...

Обдумать бы мысль эту мне. Глядишь, и приведет она меня к верному решению. Ан нет! Не успеваю я сделать это, ибо голос прозвучавший далеко за пределами моего мира, уточнял:

— Яруся, ты что там читаешь?

И из-за этого мне пришлось и прекращать раздумья. Вопрос задавал же брат. Причем какой именно, я различить не могла. Но отвечать на него вот точно не хотела, потому как правильная мысль была уже так близко.... Но так быстро забыта! Вот нельзя от размышлений ведьм отрывать. Нельзя. Мы же злыми тогда становимся, расстроенными. Недовольными даже. И ну очень уж жутко вредными.

— Ничего! — показательно так закрыв фолиант, заявляю я. В конце концов, не читала же. Правда, не читала. Только думала, да и то без завидных успехов. Точнее, успехи бы были, не прерви меня в тот момент братья. Мои размышления же завели бы куда-нибудь? Завели. Ну а оттого, что мысль утеряна, я и вредная. От этого, а еще из-за того, что я все-таки ведьма...

Но и отсутствием прямого ответа моих братьев тоже никогда нельзя было огорчить. Особенно, если они и без того выглядели грустнее прежнего. Я подумала, чем столь нерадостное настроение могло было быть вызвано, и ни к какому разумному выводу не пришла. Но и докапываться до правды я не решилась. В конце концов, если это нечто не очень личное, я была бы точно посвящена. А значит... Когда интересно, я стану тетей? Или хотя бы подружкой невесты? Я же подружусь с их избранницами, правда? А они с моим... кем-то ну явно нет. Маги же, как известно, народ не самый дружелюбный. Впрочем, это и не от них зависит...

Пока мы медленно передвигались по чертовой пустоши, солнце уже почти дотронулось до горизонта. А когда вдали показались родные земли, и вовсе наполовину скрылась за ним. Теперь уже и мне становилось грустно. Времени оставалось все меньше. Там же, по-видимому, откуда я попала к чертям, мы с братьями распрощались. Дальше был обратный полет домой. Ничего нового и интересного не происходило. Только тонкая пелена облаков закрывала мне весь обзор земли под ногами, ветер колыхал выбившиеся из косы волосы и первые звезды потихоньку являлись на замену солнцу.

Ночь становилась ближе. А значит, вот-вот уже что-то должно было произойти.

Мне лишь интересно — что?

Глава вторая.

Как убежать от дракона?

Если пытаться вспомнить те мысли, которые заполняли мою чудную рыжую голову после отлета в пансион, то я точно сказать не смогу, какими именно они были. Грустными ли? Веселыми? Может быть, я вообще ни о чем не думала и спала? Смотрела вдаль? Молчала? Встретила ли кого по пути? Н помню. Долгий день, поток разных мыслей, черти эти — все утомило. Я явно устала и надежду на скорую кончину всех этих дел давно уже не испытывала. Еще предстояло так много всего решить, ждала целая куча проблем и одну из них я собиралась решить уже на рассвете. Но, чтобы вновь не утомлять вас своими переживаниями и раздумьями, что не давали покоя моему сознанию на всем протяжении обратного пути, расскажу-ка я что по интереснее. Может, и вспомню заодно, почем магов должна опасаться, а не помогать им с поисками потерявшейся чешуи!

Вот живут себе некоторые ведьмы спокойно, никого не трогают, а потом раз и неожиданно заболевают! Конечно, такое случается редко, но вот если оно происходит, то все — участи другому кому-то не миновать. Особенно, накануне практики. В общем-то, я уже начала рассказывать свою историю полностью, не утаив практически ничего. И как я попала в Академию Магии, и какая цель у меня там была, известно было лишь только ведьмам. Не магам. Узнай они, что моя задача состояла в том, чтобы выкрасть у дракона древнейший артефакт, не пустили бы даже на свою территорию. А так... Ну, первый круг защиты прошла-то я, в общем-то, беспрепятственно. Утро же было ранним, и нечисть, от кого и оберегали учебное заведение, уже давно вся спала. Спали и маги, кто на карауле сидеть ночью должны были. Мне пришлось их не тревожить. В конце концов, учебный день только вот начался. А он для них уже выдался трудный. Мы, ведьмы, народ добрый, поэтому пускай спят. К тому же, дорогу и так найти удалось. Зря, что ли столько лет меня картографии учили? Нет, не зря, думаю, быть может когда-то она мне и пригодится. Но в тот момент карты при себе у меня не было, поэтому я поступила единственным возможным способом — пошла на звучащие вдали голоса. А в правильности своего решения убедилась значительно позже...

Пропускной пункт — это то место, через которое должен пройти каждый маг, который хочет покинуть родное учебное заведение. Причем вернуться назад он обязан обязательно после прошествии четырех часов от захода солнца! Те, кто не поспел к положенному часу, ночевать должны либо в городе, либо у вторых пропускных ворот. Халтурить не удастся — с этим у них все сложно. Так вот, к чему я это все-таки веду, одного из таких... прогульщиков в то утро мне удалось поведать. Он был злым, высоким, не рыжим (значит, о родстве с ведьмами речи и не шло) и помогать я ему совсем не должна... была.

Не должна! Я ведь это уже сказала? Тогда повторюсь: не должна! Но долгий перелет, та же самая злость (ведьм, вообще-то, встречать должны, когда они прибывают на практику. Путь же лежит через лес (а там нечисть всякая, от которой не каждый сможет себя защитить), да и доброта простая как-никак роль свою сыграть могла. И случись неповторимое, в общем-то, если бы не банальный случай...

По порядку, пожалуй, будет немного понятнее.

Завидела одинокую фигуру я еще издали. Ну да, не рыжую, но зато злую и напряженную. Она стояла, оперившись на высоченный забор, и спокойно курила. Кто еще не понял, так то был маг. Самый настоящий живейший маг! Мне приходилось видеть подобных, конечно, ранее. Но не столь близко и не столь разозленных.

Первые слова, которые он мне тогда сказал, были:

— Она не пускает.

И, что самое удивительное, я всего лишь хотела пройти мимо. Не помогать. Просто пройти. Но отчего-то остановилась и бросила спокойное:

— Не пускает, — а потом растерянно добавила, — конечно.

Мой собеседник оказался вампиром. Нет, это не странно, когда при смешении двух рас, рождается некто со способностями и одной, и второй половины своей родни. Поверьте, гораздо страннее, когда в семье рождается ведьма, а все предки ее были магами. Это неописуемое явление, но оттого не менее интересное. Столкнуться с ним можно очень-очень редко. Но вот моим родителям, как видимо, повезло.

Мне подарили один ленивейший взгляд, внимательно посмотрев в глаза и на волосы, и так, ради интереса, прозвучало:

— Стихия Огонь?

Ах да! Именно представительницы этого потока магии очень редко рождаются рыжими. Но зеленоглазые зато точно только ведьмы. Удивительно! Глупый! Необразованный маг! Да чему их только здесь учат?

— Почти что, — попыталась натянуто улыбнуться, хотя вышел скорее оскал. Не стоит сравнивать ведьмочку с магнессами. Ох, не стоит. Пора бы отсюда уйти. Не пустят так если, так лучше штурмом потом брать буду. К тому же, моя метла при мне. Так чего же тогда бояться? Все эти маги же беззащитны против хорошо обученной метелки и ее разозленной хозяйки. И, поверьте, я разозлюсь, если не доберусь до кровати как можно быстрее. Ночка же еще та выдалась!

И красноречиво так, молча обогнув мага, указав тем самым, что наш разговор окончен, я пошла, собственно, туда, где меня уже ожидали проблемы. Точнее, одна весьма невысокая, полненькая, что удивительно лысая (!), проблема. Меня предупреждали о странностях местного населения, но чтобы так вот... Плохи дела, товарищи. Магическое население, оказывается, совсем из ума выжило. И как с ними жить?

Об этом я только подумала, на лице же не отразилось ни одна эмоции. Ну, я — прирожденный дипломат, не правда ли? Нет! Потому как пока обзор мне доступен был со спины, мое самообладание поражало, но стоило лишь этой... женщине повернуться, как оно явно дрогнуло. Не от страха, конечно. Ведьму, вообще, очень сложно оказывается напугать. А от удивления.... Живейшего такого, крупномасштабного удивления. Ну, Благодать Мухоморовна! Ну, удружила!

Завидев меня, старушка заулыбалась:

— Яренька, — но лишь стоило за моей спиной прозвенеть колокольчику, извещающему о приходе еще одного зрителя этого спектакля, как понеслось: — Я же сказала! Не пускаю! — (хлопок рукой по стене, от звука которого я вздрагиваю) — Да сколько вам повторять одно и тоже можно-то! Нет! Нет! И нет! Не пройдете вы у меня! — дальше следуют непонятные мне фразы на незнакомом языке и снова слова: — Даже не проси.

Вообще, не собиралась. Мне бы переварить это все...

Теперь познакомьтесь, Людмила Путятина — бывшая наставница юных ведьм. Под ее руководством я постигала свои первые вершины и под ее же чутким надзором падала с них. Ведьма в третьем поколении, с длиннющими волосами и нескончаемым набором сказок. Да мы ее любили всей группой! Всей группой же и рыдали, когда она исчезла. Очень мудрая и строгая учительница, хорошо относившаяся к магам. Так вот, оказывается, куда доброта ее эта довела. И волос больше нет. Почему? Известное дело! Ведь раскроют скорее натуру в ней ведьминскую иначе. Зеленые глаза в сочетании с рыжими кудрями! Ясное дело, тут ведьм тоже не особо жалуют. До той поры, пока она нужной не становится. Вот после этого маги не только в свои иллюзии поверят, да еще и расскажут их всем. Спокойным таким, самоуверенным голосом заявят:

— Она — Кайла. — И останутся наблюдать, как глаза бедной женщины округляются. Не знаю, что это значит, но думаю нечто явно нехорошее. Иначе же скучно жить. — Мы нашли ее. — Говорит вампир. И вот я его лица не вижу, но точно знаю, что он еденько так изволит ухмыляться. Тут ведь явно что-то нечистое! Сказал бы еще кто, что именно — цены бы человеку этому не было, а так никто не объяснит добровольно же. Ух! И почему метелку с собой пронести не захотела сразу? — Ну, так мы пойдем? — все тот же самодовольный тон. Меня и без него пропустили бы после расспросов!

И кто такая Кайла? И почему она — это я? Отчего Людмила Путятишна не знает, что сказать? За каким диким плющом, маг этот столь самоуверен? Ответ на эти и многие другие вопросы мне еще мне предстояло узнать. А пока, меня аккуратненько так подтолкнули вперед, а потом и вовсе выволокли за дверь.

Следом понеслось довольное:

— Ну, вот и все. И что я раньше не додумался? — явная насмешка звучит в его голосе и: — Пошли, Кайла, нам требуется твоя помощь. Я, кстати, Аррос.

Вопрос. Как намекнуть магу, что он ошибся? Как не выдать в себе ведьму? А главное, как выжить в Магической Академии?

Потому как, смотря на огроменное здание, возвышающееся передо мной, я в тот момент впервые осознала, что в этом совершенно чужом мире магов и магии я совершенно одна.

Кстати, в то время книга с инструкциями была бы не лишней. Но, увы, познавать всю глубину тупости магов мне посчастливилось совершенно одной. Я не стану говорить о том, что случилось дальше по одной простой причине — это надолго. И еще да, мы прилетели.

За почти двое суток моего отсутствия не изменилось ровным счетом ничего. Да и что может поменяться в пансионе, который за свои сотни лет существования сохранил свой первозданный облик? Разве что развалиться совсем после того, как дракон сегодня тут либо совсем ничего не обнаружит, либо найдет то, что искал и отстанет, наконец, от меня. Ведь за это полгода именно по его вине мне пришлось не выходить из родного учебного заведения, и жить, получается, все время в нем. Практика — первый раз за это время, когда я показалась в городе. Но и этот день маг смог испортить. Хотя я не обижаюсь. Не мне же пришлось полночи в небе болтаться, правильно? Значит, было-то все не так уж и плохо. Ну, для меня, в смысле.

За такими размышлениями я не заметила, как мои губы растянулись в улыбке. И на взлетную площадку я приземлялась уже в хорошем расположении духа. Осталось только посетить родные пенаты и можно приступать к моей маленькой мести. А точнее, к попытке добиться свободы. Иначе мне не видать не только спокойного жития, но и свободной жизни!

Благодать Мухоморовна, как ни странно, исполнила свое обещание — маленькие ведьмочки все были разогнаны по домам, большие отправились сдавать очередные экзамены, наставницы, видимо, все отсыпались, и лишь два человека, уверена, не спали точно — наша главная ведьма, которая утреннее время всегда уделяет полетам, и, собственно одна из ее нерадивых учениц, которой повезло сдать экзамены в первом потоке учеников. Это я на себя намекаю, если вдруг кто не понял. До прилета дракона я должна была уже отбыть восвояси, поэтому времени оставалось совсем чуть-чуть. Его можно было потратить на то, чтобы переодеться и спрятать купленную заранее чешую в какое-нибудь неприметное место. Этим и занялась. В этот раз платье было синим, лента в волосах оставалась зеленой, короткие перчатки, которые просто нельзя было не одевать, походили под цвет платья, и такую же ленту, как и в моих волосах, я повязала на метлу. Еще одна мера необходимости. Не думали же вы, что я Дрэгосу просто так позволю в своих вещах копаться, правда же? А то, что первым делом он в мою комнату полезет сомнений не оставалось. Маги же все предсказуемы! Теперь оставалось решить вопрос по книге. В принципе, с этим могла помочь Благодать Мухоморовна. Кто-то, а она-то точно такое должна знать. Но к ней идти не хотелось. Помня еще, что должна дать ответ на ее предложение о путешествии том... Не готова к такому еще я! Пока не пойду. Значит, сама разберусь чуть позже с проблемой этой. А пока з

асуну куда-нибудь чешую, и сокроюсь в городе.

Но стоит лишь об этом подумать, как раздается стук в дверь. И какого-такого самоубийцу принесло сюда в такую рань?

— Мэти, ко мне, — говорю тихонько уставшей, видать, метле. Ну да, а вы что думали? Оживленные предметы не устают только в сказках. В нашем мире даже магия неидеальна. Что уже там говорить о ее носителях? Но, увы, законную передышку моему летательному средству я дать не могла. Ибо стук мне не показался. Более того, он повторился и в этот раз даже прозвучал настойчивее. Выхода не оставалось. Пришлось бежать. Потому что путем несложных вычислений я смогла представить, кто мог заявиться в такую рань. Но догадка, к сожалению, не обрадовала. И, вообще, те времена, когда ведьмы были рады магам, давно прошли, и больше, надеюсь, не повторяться! Так что да, улетать мне приходилось через окно. Но с гордо поднятой головой и с чистой совестью. В конце концов, Дрэгоса в то утро я увидеть не ожидала, наша встреча не планировалась и я к ней была не готова. Ну, а если мои вычисления оказались ошибочными, то извиняйте. Мы, ведьмы, народ пугливый. И нашими предками тоже были люди!

В общем, да. В столь раннее (даже по моим меркам) время, мне пришлось покидать родную комнату и спешить воплощать планы в жизнь. К сожалению, времени не осталось и на другие дела. А их тоже было немерено. И вот помните, совсем недавно я собиралась прятать чешую в близлежащем саду, что на ведьминском территории расположен? Ну, помните? Явно нет. Так вот и не думайте даже вспоминать. Я поменяла свое решение. Слишком просто для ведьмы скрыть магический артефакт на виду у всех. Да еще и так, что о нем никто знать не будет. Гораздо сложнее прокрасться в местное хранилище и подложить его туда. Что я и собиралась сделать... Почему это сложно? Доступ к этому тайному месту имеют отнюдь не все. Ну, надеюсь, в число избранных мне удалось попасть. Хотя, нет. Конечно, нет. Никаких избранных существует. По сути, попасть в это тайное место могут только некоторые учителя. Да и то не факт. Но мне повезло. Я знакома с тем человеком, которому никакие замки не страшны. Правда он за свои услуги шоколадки требует... Сейчас ее у меня, конечно, с собой нет, но в скором времени добыть сладость я смогу. Потому... Только лишь мои ноги касаются земли, я тут же проговариваю слова заветные:

— Теть Матрен! — а звучат они тихонько, — Теть Матрен, помоги по службе-то старой, а?

Под землей знаю, что все-все слышно, потому повторять не решаюсь. Путь занять долгое время же может. Оттого и помалкиваю, пока из-под земли не появляется домовиха заветная. Странная она. То вообще на зов не приходит, то тут как тут заявляется. Да еще и с бровями нахмуренными и взором злющим. Что произошло-то? Чего разоралась? — зло произносится ею, — Убирать комнату твою не собираюсь! Сама громила, сама и разгребай теперь. Это все, что ли? Тогда я пойду.

Стоп! Стоп! Не понятно мне. Мои пенаты почти блистали от чистоты своей, когда я уходила. Ясное дело, ведьмы беспорядок терпеть не могут. Но что не так-то? Об этом я думаю и непроизвольно хмурюсь. Значит ли это, что кто-то в моих вещах порылся? Наверное, да. Не сами же они по комнате разбросались? Но неужели маг тот настолько глуп, что догадаться не мог об отсутствии его чешуи в моей комнате. Кстати, фон магический еще даже не отключен. А точно ли это тогда дракон был? Из своего опыта знаю же, что он не полезет в чужие вещи без спроса-то. Наглый-то наглый он, но воспитанный правильно, видимо. Разве что по злости своей, да и то поводов для нее нет. Больше, по крайней мере, их точно нет. Оттого я и начинаю сомневаться. Кто же тогда там был?

Но отвечаю домовой с уверенностью такой, что любой актер позавидовал бы:

— Нет-нет, я сама там потом уберусь, — заявляю, — книгу просто искала одну. Теперь нашла и... Теть Матрен, помоги!

Ее взгляд, кажется, стал даже добрее. Ну, конечно, стремление к знаниям ею всегда одобрялось. Это мне ловко удалось придумать. Да и к тому же доказательство есть — инструкция в руках моих находилась, когда я стук тот услышала и когда решения принимала поспешные. Так что и во вранье меня не заподозришь. Одна проблема только теперь... Шоколада нет! Да и откуда ему взяться-то? Еще даже базар не открыт, чтобы купить его!

— Должна будешь, — буркает домовиха, но в глазах ее я ясно вижу зарождающийся интерес. Интерес — это хорошая гарантия полной отдачи делу, да и не подведет меня теть Матрена. Никогда же не подводила...

И я вкратце излагаю ей весь свой план. Он, кстати, ясен как день: дракона обдурить, подсунуть ему чужую чешую и самой скрыться на некоторое время где-нибудь. Желательно, с братьями в родном имении. А потом и работу найти можно будет. Учиться же дальше ну точно уже не пойдешь...

— Риск велик, — заявляет, светясь почти, домовиха. — Может, признаешься лучше во всем ему?

Точно нет! Да я из всех вариантов этот последним выберу.

— Лучше умру тогда, — говорю. И мы обе знаем, что не обманываю. Понимаете, брак с драконом — это, быть может, и не так страшно. Гораздно ужаснее, последствия такого союза. А я, увы, к ним не готова...

— Гордая, Ярька, ты. Гордость тебя и погубит, — вздыхает женщина, но руку вперед протягивает, — Давай сюда чешую.

Ну, вот и все. Дело в шляпе! Послушно вручаю тете Матрене чешуйку и слежу, чтобы артефакт этот, как велено, не касался ее голой кожи, и... ухожу. Следующий пункт в плане — скорее скрыться с места преступления, как будто меня тут и не было. Но для начала.... Надеюсь, есть у меня пару минут еще до того, как явится сюда Дрэг? Все-таки я надеюсь, что то был не он. Магией же еще пахнет в воздухе, но не до такой степени, чтобы снимаемая защита могла избавить меня от волнения об обнаружении золотой чешуи. А волнения, знаете ли, объяснимы. Кажется, в комнате я забыла то, что было куплено мною как раз для сокрытия драконьего артефакта. Видимо таки придется вернуться назад и столкнуться еще и с беспорядком, который учинил там непонятно кто. Напоминание: разобраться в причинах этого... недоразумения и наказать виновника. В конце концов, никто не имеет права нарушать мое личное пространство. Пускай это даже и маг-убийца! Шутка. Магам-убийцам это делать разрешено. Только вот, пожалуй, не так часто!..

Конечно, в тот момент такие мысли в моей голове появились сугубо от нервов. Сами посудите: я не железная. И появившаяся вдруг не пойми откуда книга, неясного происхождения, некто, ворошащий мои вещи, и дракон, кто ну точно ослушается и явится в неположенный срок, а раньше, — все это ну точно не могло не волновать рыжую и независимую меня. Тем не менее, я не я, если даже в такой ситуации не буду выглядеть спокойной, умиротворенной и чуточку гордой. Впрочем, мне опять пришлось перескочить. Давайте обо всем по порядку.

Решив, что по земле ходить — только время зря тратить, после ухода домовихи я вновь оседлала свою метлу и полетела в родные пенаты. Там собиралась надеть на себя забытые артефакты, найти необходимые доказательства того, что кто-то лишний явно был в моей комнате, постараться понять, кем именно этот лишний был и сбежать в город. Но, поняв, что такой план будет долгим, решила поступить иначе. А точнее если, разделиться. Пока метла быстренько будет летать за артефактами, я посещу волшебное блюдце и просмотрю на нем последние события, творившиеся в моей комнате. Как хотите, но если этим нежданным посетителем не был дракон, то моей фантазии не хватает на подозрение кого-то еще другого. Да что у меня кроме чешуи найти можно? Ученическую тетрадь? Метлу? А кому они нужны? Ведь последняя подчиняется только хозяину, а первую открыть можно только с моего позволения. Я разрешения такого никому не давала и уж тем более давать его не собиралась. А большего найти в комнате той нельзя...

Вот так, руководствуясь этими рассуждениями рано утром, на той самой поляне, где всего пару дней назад собирался мной ведьминский круг, я осталась одна. По солнцу определила, что времечко к семи уже приближается и потопала к заветному блюдечку. Чувствую, только оно сможет помочь в ситуации этой.

... Яблочко по блюдечку-то катиться, слова ведьминские исполняя да показывая мне все то, что сама, собственно, и запросила. А именно мой милый, родимый дом. Но не тот, в котором вся семья Кощей уже много лет проживает, а тот, где я одна столько лет науки познавала, вечерами темными одна сидела, где жила, в общем, на протяжении годов этих... Показывает как я быстрой походкой в родные пенаты влетаю, как мечусь по ним, в поисках всего необходимого, как замираю перед шкафом в поисках одежды нужной и как всего спустя пару мгновений вздрагиваю от рокового того стука в дверь. По лицу моему пробегает сомнение и между бровей залегает тень. Что же меня беспокоит? Ясное дело! Кажется мне, что это дракон пришел. Но нет. Едва только я вылетаю в окно, злосчастная дверь распахивается, являя взору моему весьма интересное существо. Интересное именно тем, что оно полностью (или почти) невидимо. Когда со стола моего слетают очередные вещи, в свете солнечных лучей я замечаю едва заметный отблеск седых волос. Интересно. И кто же это мог быть? Ведь в духов-то я не верю, магии не доверяю, а ничего особенного, повторюсь, найти в комнате нельзя. Разве что... Существуют же духи-хранители, правильно? Интересно, а в драконовых семьях такие есть? Ибо есть подозрения в моей голове, что именно Дрэг подослал это... существо. Увы, я пока не уверена в расе этого... искателя. Знаю только я то, что при встрече ну точно его метлой пару раз ударю. Чешую они искать вздумали! В моей комнате! Вещи перерывать! Ух, я им. Всем им. Надоели. Меня окружают одни проблемы. И вот когда, кажется, с одной я уже разобралась, так появляется другая. Маг-убийца. Заказывали? Нет? А вот он появился, раскрушил мою комнату и... исчез. По крайней мере, ученическая тетрадь, что зависла в воздухе, удерживаемая чьей-то рукой, упала. Дальше явно последовали шаги, распахнулось окно и все прекратилось. Остался лишь беспорядок, сквозняк и мое портящееся настроение в реальности. Но если дракон не появится, то чем же тогда занят он сам?

Движимая любопытством, я говорю яблочку:

— Стоп, — и пользуясь тем, что метлы все еще нет, продолжаю: — Покажи мне Дрэгоса. Того самого дракона, кто пару дней назад тут свои... причиндалы разыскивал.

Но не успевает магический предмет даже шевельнуться, как за моей спиной раздается:

— Кхм...

Кажется, наша встреча была заранее предопределена. Или просчитана. Я не знаю кем, но винить себя точно не буду! Время еще раннее! И это именно он явился сюда раньше положенного. Значит ли это, что у меня еще есть шанс сбежать с достоинством? Нет или?.. Я оборачиваюсь и.... Нет, точно нет. Ибо дракон плешивый стоит в дверях, а в руках его находится моя Мэтлиель. Не очень веселая перспектива — остаться в присутствии врага без главного своего оружия. Но, в конце концов, я не ведьма, если не стану бороться до последнего вздоха своего. Поэтому во взгляд — удивления, в голос немного дрожи и испуганно надо вскричать:

— Да что ты с ней сделал, ирод?

Главная защита — это нападение. К тому же, еще и лучшая возможность скрыть страх, вдруг взыгравший в моей душе. По понятным причинам, впрочем, он появился там. Я — барышня, конечно, задумчивая, рассеянная, но не до такой степени, чтобы оставлять защиту свою без присмотра. Метла — отличный охранник. Но, видимо, обессилив совсем, она вырубилась в полете, когда несла мне мои артефакты, упала наземь, если не на самого дракона (а если и так, то ударила она его, надеюсь, сильно) и в таком бессознательном положении оказалась прямо передо мной. А еще сильная и независимая, называется! Палка с колючками!

Дрэгос мои размышления слышать не мог. Во-первых, оттого, что магический фон хоть уже и ослаб, но не отключился полностью. Во-вторых, его способности магические к чтению мыслей не располагали. Он, конечно, их не читал, но наморщился знатно. От крика моего, наверное. А потом и вовсе пробормотал:

— Да забери ее, — и уже еденько так добавил: — У меня свои крылья есть. Ага, частично плешивые крылья-то. Ибо часть одна их на моей спине скрыта была. И если это станет известно, то не миновать мне расправы. Не миновать! Потому уходить надо, пока время есть. Бежать и не оборачиваться. И вот честно если, то так бы я поступила. Поступила бы... Поступила. Но:

— Ты чего явился так рано? — спросила как истинная леди. А сама в тот момент думала, как бы до двери добраться и остаться нетронутой магом. Потому как если догадки о наличии его чешуи на моей спине мы развеяли еще пару дней назад, то сделали это явно не до конца. Или в его голове уже появились новые... Я не знаю. Но выбираться же как-то надо было. И аккуратно, почти незаметно, крадучись, я направилась к дверному проему. Вообще, Дрэгос сегодня выглядел весьма безобидно. Нет злости в глазах, только усталость, нет агрессии и какой-то ненависти ко всему. Будто не маг он, а человек... обычный. Увы, точно знаю, что такое состояние его будет продолжаться недолго. До той поры, пока не раздаться хлопок и магический фон исчезнет полностью. Вот тогда появится и агрессия. А сейчас... Я не дождалась ответа. Но подобралась достаточно близко и запросила:

— Давай метлу.

От него прозвучало тихое:

— Ты не улетишь.

Но почему-то мне показалось, что это приказ. Пришлось грустно взглядывать на часы, и замирать под тяжелым взглядом все того же дракона. Ох, кто бы знал, как я его не люблю!

Когда с гляделками (а это были именно они) стало покончено, и мой взгляд, по крайней мере, снова обращен куда-то вдаль, было сказано невеселое:

— Ты не улетишь, — а к этому последовало еще и пояснение: — Она сейчас вообще обессилена.

А то я этого понять не могла. Маги! Вот вечно они думают, что самые умные. Несправедливо.

Но я де ведьма изворотливая? А когда надо еще и покорная. Поэтому руки на груди скрестила и не скрывая своего негодования узнавать изволила:

— Что тебе надо?

Ибо да, подозрения уже возникли. Вы поймите, маги тихи только в двух случаях: когда мертвы и когда выведать что-то надо. К сожалению, первое к Дрэгосу не относилось, а то, что он узнать хочет, сказать не могла. Много риска. Поэтому едва только эта пелена смирения из его глаз исчезла, а в меня понеслось насмешливое:

— Серьезно? — не реагировала никак. Ну да, старше из нас двоих он. Но маги! Они как дети. — Ведьма, где чешуя?

Если не поторопиться, то ответ на этот вопрос станет явным. А его последствия еще более неприятными. Мне, естественно, не нужны были ни обнаружения, ни последствия, только:

— Метлу, пожалуйста, мне верни, — и: — Извини, но все, что я обещала, я выполнила. — Конечно, прозвучало заявление гордо и надменно. Но мы же враги! Или давно уже нет?

Время. Время! Почему мне его не хватает? Я оглянулась — чуть меньше пяти минут — и посмотрела опять на дракона. Тот в упор на меня. Недоразумение плешивое. Сказал бы хоть что? Но слов ответных так и не поступало. Ждала я их до поры той, пока осознание не накрыло, что, мол, все, в путь пора. С метелкою или без, но надо уйти. И повинуясь этим мыслям, прощалась с драконом, слов не роняя. Ну, просто кивнула на прощание, и протиснуться между дверью и ним хотела (пространство же было!). Это и оказалось моей ошибкой.

Ну да, банально, но факт... Искр в тот момент не возникло, никаких бабочек в животе, чтобы вы понимали, тоже. Только страх, да и тот удалось побороть. Увы, не сразу.

Я же уже говорила, что ненавижу магов? И почему тоже объясняла? Ну, тогда запомните еще кое-что: эти гады наслаждаются вашими страхами. В прямом смысле! И если вы видите противоречивые эмоции у мага на вашу реакцию, просто смиритесь и запомните, все магические существа — чуть-чуть сумасшедшие. К сожалению, не в хорошем смысле.

Вот так, стоя тогда прижатой к двери, я понимала, что со свободой либо придется прощаться, либо бороться, как и полагает ведьмам, до последнего вздоха. Не удивитесь, если я выберу второй вариант? Надеюсь, что нет. Ибо только улыбка сползла с губ мага и едва слова были готовы сорваться с его губ, я уронила скупую ведьминскую слезу и заявила:

— Всей душой тебя ненавижу! — ну, хотя бы не соврала.

Ведьмы! Есть тут вообще ведьмы? Не повторяйте моих ошибок — не целуйте нелюбимых.

Особенно, если нелюбимые маги. Особенно, если эти маги еще и драконы, а на вас их чешуя. Не целуйте!.. И меня не вините. Другого выхода просто не нашлось. Иначе бы гад метелку не отпустил, а та в свою очередь, от прикосновения с полом бы не очнулась.

Хлопок, оповещавший о том, что магическая защита спала, и все мои тайны теперь не только известны, но и видны, был ожидаем. Вот не люблю магов. Но порой их тупость даже я уважать готова. Ибо дошло до дракона не сразу, в первые мгновения он вообще был полностью занят мной, но вот потом-таки замер, глазища свои синющие распахнул и... Ну да, последовал удар уже моей метлы.

Я была только рада. Это безобразие должен же кто-то был прекратить. Не целуйтесь с нелюбимыми, еще раз я вам говорю. Даже на пользу обществу, даже ради прекращения конфликтов! Не надо. И пока череда ударов не стихла, не бегите. Нужно же высказать гаду все. Что теперь терять-то? К тому же, магию свою он использовать не имеет право. Мы же почти родные люди! Родных бьем только мы, ведьмы, да и то из большой любви. И в доказательство своих... чувств я отыскала глазами большую вазу. Она очень весело звякнула от удара о магову голову и полетела осколками на пол. Вслед за ней упало и драконово тело.

Ну да, я люблю делать прощания эпичными.

* * *

А спустя пару минут я, Мэти и верховная ведьма сидели в кабинете последней и в гнетущей тишине все никак не могли придумать, что делать. Страх спал, ступор куда-то исчез тоже, и только грустные мысли лениво появлялись в моей голове. Как видите, не всегда все идет по планам ведьмочек. Не всегда мы из-за этого и расстраиваемся, и этот случай был как раз таким, когда я понять не могла, стоит ли грустить, сдаваться, или продолжать двигаться дальше. Может, вообще в монастырь уйди? Несмотря на риск, перебраться в другое измерение? Выход же всегда найдется, главное выводы правильные делать уметь.

Итак, что я имею? Злого дракона, его чешую на своей спине, книгу-инструкцию с полупустыми страницами и много-много мелких, простых проблем. Не так плохо, как могло оказаться на самом деле. Но что же мне с этим делать? Можно, конечно, сбежать из страны. Никакой гарантии это не даст, да и ведьм на чужих территориях не особо жалуют, поэтому лучше одна я сбегать не буду. Можно, сесть и переговорить с драконом. Знаю, конечно, что пути назад после этого не будет, но, быть может, хоть законный обладатель этого артефакта знает, как от чешуи меня избавить? Думаю, ему-то это будет под силу. Да и не вредный он вроде как... Безнадежный, глупый, злопамятный, но не столь вредный, каким мог бы оказаться на самом деле. Но я не могу доверять свою жизнь ему все равно. Поэтому стоит придумать нечто другое. Такое, что и защиту обеспечит и что скроет меня хоть на какое-то время. Тогда я успею успокоиться, обдумать все здраво, вернуться и только потом уже поговорить с Дрэгосом. В конце концов, мы оба виноваты в том, что наша история имеет такой сюжет.

— Ты скрываться должна, — вздыхая, произносит главная ведьма, вырывая меня тем самым из моих размышлений. Сегодня она как никогда противоречива: сурова и довольна собой одновременно. Ну, а еще бы! Ее ученицам уже в который раз магов обдурить удается! И пока, главное, безнаказанно. Что ей еще для счастья-то надо? Законы, разве что, нарушить, но и это мы, я уверена, сделаем. — Ты подумала над моим предложением?

Кстати, да. Как вариант еще предложение Благодать Мухоморовны можно рассмотреть. Чем не вариант, когда выхода ну совсем уже нет? Исследование земель новых — дело конечно, скучное. Но... Ярька-первооткрывательница звучит вроде неплохо. К тому же, это еще один повод магам нос утереть. Я же буду первой ведьмой, кто туда попал, правильно? Магические недруги наши только потом заявятся. Эта идея, должно быть, не так плоха, как казалось вначале. Али сама судьба вмешивается? В том положении, в котором оказалась я, любое предложение по спасению рассматриваться должно. Умереть от рук дикарей или от рук мага? Первое, кажется, лучше. Но все равно... ненадежно все это.

— Другого послать никого нельзя? — мы не гордые, сами знаете, но интуиции доверять горазды. Ну, незачем нам, ведьмам, общине маговом помогать. Незачем! Значит, тут интересы и моих рыжеволосых товарищей присутствуют. А какие у них могут быть интересы? Я не знаю! Не знаю! Но попытаюсь разузнать это, видимо, в будущем.

Наставница дарит мне один предельно жалостливый взгляд и говорит:

— Знаешь, Яренька, чешуя драконья — штука опасная. Сама тебя к гаду со временем приведет. Он терпением отличаться не будет, но подождет. И вот когда тебе совсем уже невмоготу без него станет, ты помянешь мои слова и вспомнишь предложение это, ибо маг поиграет с тобой и выбросит, сломав жизнь твою. А артефакт этот к нему тянуть будет, с ним сводить все... Ты не выдержишь, Ярина. Не сможешь. Любовью своей обожжешься, и соблазнят тебя Белые Странники.

Ну, хотя бы ими любима буду. И то неплохо. Ну, буду же?

— Понимаю, маменька, — молвлю я и взгляд от рук своих сцепленных не поднимаю, — Но и вы меня поймите. Теперь конец такой мне неизбежен. Он доберется до меня либо сейчас, либо попозже. И единым отличаться встреча та будет — длинною волнений моих, беспокойств и о жизни этой. Может, кануть пора уже? Поговорить с проклятым и на том покончить? Или к папеньки обратиться? Папенька вступиться, наставница. Точно-точно... Да и братья мои одну меня не оставят.

Взгляд Благодати злым и холодным делается и в миг тот, когда я продолжить уже хочу, она перебивает:

— Ты погибелью общины ведьмовой, Яря, станешь, коли думать так будешь. Отцу твоему дело до этого не будет. Сдаст он тебя дракону, да и совесть мучить его не будет. Ты скрываться, девочка моя, должна. И не показываться свету хотя бы пару месяцев!

Конечно, мои родители за меня вступятся, но чем обернется такая защита для моей семьи? Я не знаю. Одно только сказать могу — рисковать не намерена. Только в крайнем случае обращусь к братьям, а пока самостоятельно справляться станусь.

Как видите, выхода не осталось.

— А другого укрытия искать нельзя? — тяжкий вздох сопровождает слова мои.

— Нет, Яренька. В мир другой бежать разве что.

Тоже не выход. Ведьм и там не особо любят.

Я понять пытаюсь, отчего задумка эта опасной мне кажется, но ответа не нахожу.

Была не была...

— У меня все равно другого выхода нет, — сообщаю прискорбно и не смотреть стараюсь, как губы наставницы нашей растягиваются против воли ее в улыбку.

Гадко, противно. А что поделать? Жить-то всем хочется...

Интересный факт. Первоначально Дрэгос в мои планы вообще не входил, но лишь только завидев его при нашей первой встрече я уже поняла, что он станет большой проблемой. Так что я не вру и врать не буду, говоря, что чешую его я забирать не собиралась. Мы оба виноваты, что эта история имеет такой сюжет.

Прошла ровно неделя с того памятного момента моей первой встречи со здешним магом. К счастью, с этим вампиром мы больше не встречались. Хотя, поговаривают, он исчез на практике. Местное население спокойно приняло в свои ряды ведьму. В смысле, все оказалось не так плохо, как мной ожидалось. Мне выделили отдельную комнату в общежитии при условии, что жить в ней я буду одна до той поры, пока все второкурсницы не вернутся с практики. А там посмотрят, сколько их в живых осталось и если много, то подселят сюда кого-то еще. Это перспектива была не страшной. Тем более, я привыкла уже к косым взглядам и к постоянному проживанию среди магов. Занятия приходилось посещать, кстати, с Огненным потоком учениц, уходя заниматься к лекарям только в тех случаях, когда ими отрабатывались всякие магические приемы. Но и это не страшно. Адептами лекарственного дела оказались в большинстве своем девушки скромные и тихие, поэтому мы быстро нашли с ними общий язык и установили даже что-то вроде дружественных отношений. В общем, этот период жизни оказался весьма познавательным. Меня все устраивало, и, в общем-то, я не жаловалась.

Тот день выдался ну... обычным. Таким же солнечным и душным, как и его предшественники. Я встала, как всегда, на заре, оделась, умылась и пока мои новые одноклассники спали, из комнаты не высовывалась: духи-хранители меня не очень полюбили, и разгуливать без сопровождения было весьма опасно. Но часы на главной башне пробили половину седьмого и послышались первые шаги. Магово утро проходило по принципу 'главное встать — потом проснемся'. Для меня это было необычно, но со временем пришлось привыкнуть. Тот день выдался знаменательным еще тем, что второкурсницы наконец-то вернулись с практики. Теперь кто-то, возможно, нарушит мое одиночество. Впрочем, это было не так важно... Я и без того знала, что для того, чтобы выполнить необходимое задание придется с кем-нибудь подружится. Усложнялось еще все и родом магии нужного мне дракона — землей. Самой нераспространенной стихией, которая когда-либо доставалась магам. К тому же, ее носители хмуры, расчетливы и необщительны. Ситуация, проще сказать, с самого начала сложилась как-то не так. Но пора было уже начинать действовать, и поскольку я сама на это решиться никак не могла судьба сама решила взять все в свои руки.

Ну да, ко мне кое-кого подселили. Нет, не так, кое-кого просто вернули в свои законные владения, а там оказалась я. Снова не так. Кое-кто хотел воспользоваться своими законными владениями и ну просто не ожидал увидеть в них ведьму. В общем, смотрите сами...

С замками в Магической Академии было на удивление плохо. Как факт они существовали, но на практике оказывались непригодными для применения. Немудрено! Ну, сами подумайте, какой — такой убивец рискнет сунуться в обитель к самым сильным существам этого мира ради какой-то зловредной цели? Разве что тот, у кого выхода ну совсем не осталось (как у меня, например) или же тот, кто просто не понимает, к кому полез. К тому же, дети, одаренные магией, с детства умеют пользоваться магическими замками. И защита местного имущества была основана именно на них. Ну, а поскольку я ведьма магией обделенная, мне подобрали именно ту комнату, где замок был самым обычным (то есть ручным) и надежным. И вот жила я себе в этих пенатах неделю целую, не тужила, а потом заявились ее хозяева и, мягко скажем так, удивились. Это со слов соседки моей я уже говорю.... Сама я тогда даже не сообразила, что происходит. Магию же только по запаху определять могу. Да и то этих запахов в учебном заведении было столько, что без артефактов специальных, я задохнулась бы. А тут аромат смородины вдруг различила четко, как и удар о дверь и тихий, но слышный в столь раннее время стон, шорох, выкрик, слова:

— Открой-ка дверь лучше ты. — И смех. Тихий, но такой понимающий. Даже я прониклась, кажется, в тот момент. И да, каюсь, с места не сдвинулась. Больно красноречивыми были звуки, доносившиеся из-за двери. Впрочем, смех скоро тоже стих, пару минут царила блаженная тишина и вот, когда мне уже начало казаться, что это все только глюк, по воздуху распространился запах дыма. Дверь и в этот раз не поддалась.

— Тут не заперто, — тогда гласил мужской голос, и ручка была одернута пару раз. Мне этот голос показался отчего-то знаком. Но, не заостряя внимания на этом факте, я опять-таки замерла, и шевелиться была не намерена. Просто ради интереса.... Ведь у тупости магов слагаются легенды, а тут я воочию имею честь ее наблюдать. Неужели никто не додумается воспользоваться ключом? Или ключ только один и тот у меня? Вряд ли... Замок-то обычный целый, значит, им кто-то пользуется. Не зря же он тут остался? Или зря?

Впрочем, на тот момент я еще и додуматься не могла, что слова про глупость магову не просто словами являются, а правдой. И вот весьма интересная закономерность: наукам-то их тут учат, да видать не мирным никаким вовсе. Ибо только магу думать надоело, любопытство его явно растворилось, как пропала и дверь. Ну, точнее ту просто выбили. Вот так вот я и познакомилась со своей новой соседкой. Она на момент нашей первой встречи выглядела, скажем прямо, не очень прилично. Хотя девушек с магией это не смущало, а я и вовсе уже привыкла. Говорю же, о странностях магов легенды слагают. А тут какая-то блузка? Да и та разорвана. По здешним правилам это не самое плохое, что могло произойти с ее одеждой, да и с ней самой в коридоре... или в этой комнате, не окажись тут меня.

Кстати, об этом. Наличие подселенца в помещении никого не удивило. Да-да, и сама аловолосая девушка, и ее маг, в котором я смогла различить того самого вампира, с которым имела честь в свой первый день познакомиться, удивления особого не выразили. Только Аррос нахмурился и огрызнулся:

— Ты магический замок сразу открыть не могла? — только подтвердив то, что и доказательств особых не требовало. Не тому его тут научили. Ох, не тому. Оттого победу он одержать сможет, да только с нашей, ведьмонской, помощью и справиться. Чуть-чуть умней оказалась его подружка:

— Она ведьма, Аррос, — и улыбнулась, — Ты что, не видишь?

Мне оставалось лишь только закатить глаза и прервать минуту тишины, последовавшую после этих слов. Странные все-таки они. Наличию нежити, вокруг стен их учебного заведения не удивляются, а от простой ведьмы глаза округляют. Я что, хуже тех самых умертвий? Да вроде нет. Ну, а что тогда?

— Мм, привет, — а впрочем, не о том думаю. — Ну, я прохожу практику здесь и магии видеть не могу, поэтому не открыла. — И легкомысленно, под стать им самим, пожимаю плечами: — Придется заменить дверь.

Честно сказать, ситуация эта была странной. Более чем странной. Но не зря же меня столько лет учили держать своими эмоции под контролем? Хоть где-то этот навык мне пригодился.

— Кэлина О'Дэйр. — Представляется моя новая соседка, — и радостно улыбается: — Будем знакомы!

Конечно, будем. У нас теперь выхода нет...

От размышлений отрываюсь уже привычным для себя способом. А точнее, откликаюсь на зов. В этот раз зовет меня Благодать Мухоморовна, делая это, видимо, давно. Взгляд ее выражает недовольство, а сама она явно хочет выразиться как-то нехорошо, но завидев мою заинтересованность и осмысленность, вздыхает и как-то вяло говорит:

— Опять все прослушала?

Я... киваю, не задумываясь, и жду. Воспоминания — вещь противная, честно скажу, но и без них обходиться нельзя. Особенно мне. Особенно в этой истории.

— Ты зачем, спрашивается, раны маговы перевязала, ведьма? Коли ударила, так заботиться о нем не стоило. Сбежала бы, да и истекал бы он кровью. Все равно такого так просто не убьешь.

Ах это...

— Сглупила, маменька, — признаюсь, якобы постыдившись. — Я просто как кровь увидела, испугалась очень... Помер бы гад плешивый на полу у нас, а Совет Маговский и обвинил бы вас во всем. Что тогда делать? — и старательно тяжко вздыхаю. На самом деле после того первого раза, когда Дрэгоса в крови всего увидела, выносить больше виды такие не могу. И чтоб не помер гад раньше срока тогда ему помогла, сейчас помогла, да еще коли будет подобное помогать буду. Потому что... Не знаю почему. Просто так оно точно будет и все тут.

— Глупая, Ярька, ты еще. Молодая. — Благодать Мухоморовна глаза свои устало прикрывает и спустя минуту продолжает: — Улетай отсюда, да затаись где-нибудь. Маги с тобой искать пойдут место это неведомое, да не бойся только твоего туда не допустят. Точно решено это. Стыки миров названия не носят. От предков наших сказочных они не сохранилось, а в книгах теперь значатся как "То, не знаю что". Ты наблюдать, Яренька, за ними должна. Теперь ты в месте том ведьма главная, понимаешь? В обиду людей своих не давай, но и магии они увидеть не должны. Там неведомое что-то появляется, девочка. А что неведомо, то опасно. Улетай, Яря. И постарайся быть осторожной. — Она в глаза мне глянула и с усмешкой так заявила: — Ну, хотя бы чуть-чуть.

Мною воспринялось это как комплимент. Но обещание я дала. Как же без этого?

Вот таким образом и началось мое путешествие. Самое интересное в нем было то, что стыки миров эти на картах, оказывается, видеть могут только маги. Да и то на специальных, магических. Я же, как нормальная ведьмочка, разглядеть там ничего не могла, поэтому первым делом, прикупив на всякий случай эту вещицу (вдруг здравомыслящего мага удастся встретить?), отправилась... в библиотеку. Мне все равно теперь терять нечего. Значит, можно и почитать. Шучу. В то место я пошла сугубо ради одного очень важного дельца. А точнее, за информацией. Кто-то же должен был перерисовать эту карту у магов, правильно? Вот ее мне и надо найти...

Библиотекой оказалось весьма тихое и светлое местечко, расположенное на окраине городка, куда я прилетела ближе к полудню того же дня. По моим подсчетам, дракон, если вздумает меня искать, в эту сторону точно не додумается перенестись. Это же почти рядом со столицей. Никакая здравомыслящая ведьма добровольно сюда не сунется. Кроме меня, конечно. Да и народу тут точно больше, нежели в тех областях, где проживаю я. Так что если что меня могут защитить и даже спасти. Поэтому решение было обоснованным ну и почти логичным. А вот действия мои, как раз таки нет. Ибо в библиотеку я прилетела за одной информацией, а вот искать в ней решила совсем другую, не менее важную. Книга, что найдена была накануне, все еще оставалась загадкой. И ее надо бы было решить первой. В конце концов, вещь магическая. Глядишь и там что полезное скрыто будет....

Как позднее оказалось, ничего. Никакой информации. Честное слово, ведь я прочитала немало о других книжках, а нужной информации о своей найти не смогла. Тяжкое это дело — поиск того, что либо засекречено, либо вообще впервые в свете появляется, да я что ли зря ведьма что ли? Выход найду, главное подольше подумать. Но... Ох, сколько же еще ожидает проблем! Мне бы вот хоть одним глазком пути перемещения мага отслеживать, чтобы скрываться от него пока до нужного места не доберусь. Все-таки трудно быть одной. Трудно, но так даже лучше...

Я набираю новую стопку книг теперь уже в поисках нужной карты и иду садиться за стол. Помощи ждать не от кого не пришлось, да и спросить, в общем-то, оказалось не у кого. Тот юный ушастый дроу, который едва-едва достиг совершеннолетия, обладал знаниями точно такими же, какие были в доступности у меня, и при всем своем желании помочь вряд ли бы смог. Книга, применения которой вообще, кажется, нет, тоже была бесполезно по крайней мере до той поры, пока я не научусь ею пользоваться. И надеяться приходилось только на мои силы. Радовало только, что место это антимагическим куполом накрыто было, что означало, что если дракон полетит в этом направлении, то найти меня сможет далеко не сразу. Я же чем только не защищена...

И как сидела я грустная за столом этим, книжки пролистывая, да некоторыми моментами интересуясь, так и сидела долго еще бы, если бы в окне не заметила Тень. Давайте это существо, что вначале мной принято было за Духа Хранителя семьи драконьей пока так называть, ладно? Ибо точно пока охарактеризовать я это не могу... Так вот, Тень эта все еще была полупрозрачной, все еще были видны рыжеватые волосы из-под темно-серого капюшона и белые, почти бесцветные глаза. Если это призрак, то при жизни он явно был слепым. А если это не дух, то, надеюсь, хотя бы не посланник плешивого дракона. Что-то мне не очень хочется быть пойманной сразу же после своего очередного побега.

— Вы кого-то ждете? — в мои мысли вторгся новый участник этих событий, и я, кажется, отвлеклась.

Да-да, очень жду спасения. Но, увы, мне его никто не окажет. Так что не вмешивайтесь, товарищ, я доживаю свои последние минуты жизни в тишине. Или в почти тишине... Не знаю. Об этом я, естественно, только подумала. Ведь было бы очень странно произнести эту фразу вслух.

— Нет, что вы? — я улыбнулась, — Я тут... читаю. — и посмотрела в окно. Пока продолжалась эта милая беседа, Тень не сдвинулась с места. Тем даже лучше. Может она мне всего лишь кажется? Ну, знаете, от волнения и не такое привидится может.

Зеленоглазый дроу выглядел весьма... старомодно для нашего мира. В смысле, не поймите меня неправильно, но было что-то в его взгляде этакое.... Такое, древнее. Зря я подумала, что он едва умнее меня. Кажется, этот парень прожил намного больше, чем можно даже представить.

— А, ну тогда, извините, — он неловко прикрыл глаза, пробормотал: — Но вы должны покинуть наше заведение. Понимаете, та леди очень требует вас. — И бросил взгляд как раз в ту сторону, где стояло это неизвестное мне существо.

Очень интересно. Кажется, все в этом мире объединились против меня.

Ну, хорошо.

— И кто она? — я попыталась говорить как можно спокойнее. Правда. Но, наверное, от нервов мой голос звучал стократ звонче обычного. Страшна та ситуация, в которой ведьма не знает, как себя повести. И вот мне с одной стороны было страшно, с другой — любопытно. Кинув очередной взгляд за окно, я заставила себя сидеть на месте и не ерзать. Тень оставалась неподвижной.

— Она сама вам все объяснит, — голос паренька сорвался также, как и пару мгновений назад мой, — Пожалуйста, выйдите к ней! Если ее разозлить, она поубивает тут всех!

Чтобы вы понимали, помимо нашей парочки в библиотеки никого больше не было. Но мурашки все равно пробежались по моей спине. Призрак-убийца? Этого мне еще только не хватало.

Видя нервозность дроу, пришлось подняться. Я не хочу, чтобы хоть что-то угрожало народу из-за меня.

— Я ухожу, — подхватив метлу, кажется, мне удалось выглядеть спокойной. Но у меня оставались вопросы. Тут главное не бояться, а пойти и задать их тому, кто точно ответит на них. — До свидания. — Пробормотала, — До новых встреч. — И вышла под полуденное солнце.

Этот день становится все более интересным.

Должно быть, вы сейчас подумали о том, что страха я совсем не испытывала. Зря. Ведь страх-то был, прямо скажу, немалым. Мои трясущиеся руки и коленки заметить не смог бы разве что плохо видящий. Ну, а поскольку по моим подозрениям эта тень таковой и являлась, то именно она этого и не видела. Прохожие же, что редко заполоняли улицу, исподтишка бросали на меня удивленные взгляды. И пускай! Мне было очень страшно. Но главное то, что я собиралась с этой боязнью справиться. А чтобы сделать это, надо было взглянуть своему страху в глаза. Ну, и угадайте теперь, как я поступила? Что? Думаете, не рискнула? Увы, признаюсь, вы правы. Просто я оказалась не такой проворливой, как Тень. Она заприметила меня раньше. И кажется именно в ту минуту, когда это произошло, время во всем мире остановилось.

Все еще думаете, что мне не страшно? Почти. Я в ужасе. Ибо стоять незамеченной — это одно, а оказаться под взором строгих, почти белесых глаз — нечто другое. Более ужасающее, сюрреалистичное и неестественное. Особенно, если владелец этих глаз может быть и слугой самого дракона, который в данный момент является для меня врагом номер один. Поэтому мои эмоции вполне оправданы и объяснимы. К тому же, ни происхождение, ни род, ни раса этой самой Тени мне неизвестны. А я — ведьма. И я ненавижу все неизведанное. Потому и не знаю, как себя в такой ситуации повести. Шевельнуться? Окликнуть? Попрыгать на месте, чтобы привлечь внимание? Или сесть на метлу и просто улететь отсюда? А какова тогда вероятность, что это чудище меня опять не найдет? Вот именно, ее нет. Оттого и в побеге не вижу смысла... Ну, не буду же я тут до скончания времен стоять и бояться? Надо, ведьма, надо что-то сделать. Время в запасе же лишнего нет? Нет. Поэтому плечи свои распрямляй, голову вверх поднимай и не бойся. Если бы Тень хотела тебя убить, она бы давно уже это сделала. Вы тут пару минут уже друг на друга смотрите.

Вот так вот я на это и отважилась. Точнее, вот так вот я и заставила себя отважиться и пойти на этот странный шаг. Страшно? Ну, конечно. И в плен к дракону не хочется, и умирать, кажется, еще рановато. Но, тем не менее, я делаю осторожно пару шагов и, выглядя совершенно глупо, произношу:

— Должно быть, это вы меня искали?

Без магического купола под головой я чувствую себя уязвимой и голой, но стойко выдерживаю ироничный взгляд, брошенный исподтишка на меня, и впервые задумываюсь о том, как мы сможем с Тенью говорить. Если я звуки произносить могу, то из ее рта вырваться может разве что шепот, да и тот будет едва различимым.

Глупая, глупая ведьма!

О себе только вечно думаю. И как в такой ситуации прикажете поступить? Этот призрак-убийца не отстанет же от меня, пока желаемого не добьется. А чтобы понять, что ему надо, следовало бы завязать хоть некое подобие разговора. Нужна книга. Где-то я слышала, что таким существам подвластно управление предметами. Глядишь, если добуду бумагу, чернила и перо, нам удастся поговорить.

— Поняла, — говорю, отвечая на ироничный взгляд, — В вас магия хоть чуточку есть?

Кажется, телекинезом владеть могут даже самые слабые маги. Иными призраком не назовешь. Недоуменность в белесых глазах и неуверенный, но все-таки хоть какой-то кивок. Кажется, это нечто настроено вполне мирно. Значит, оно не от мага и мага и убивать меня не намерено. Тогда вопрос в другом: что ему вообще надо?

— Сейчас вернусь, — произношу и топаю в библиотеку. Этот день интересный, не спорю. Но мне бы не мешало выспаться, а не разбираться с всякими там призраками— убийцами. Тем более, после пережитого недавно ужаса. Да у меня до сих пор руки трясутся. Бедная, бедная ведьма.

Назад в библиотеку не вхожу, врываюсь и тут же сталкиваюсь с тем самым зеленоглазым дроу. Он без слов мне вручает все необходимое, но не дает листа. Фу, какой экономный. Ладно, у себя где-нибудь найду.

— Вы мне скажите только одно? Оно, то есть то, что там на улице, что? Мой голос тихий и взволнованный. Надо бы остановиться где-нибудь, прикупить некоторых вещей, что необходимы в дороге, и выспаться. А не со странными созданиями связь налаживать.

— Это До Сье, — пожимает плечами мой собеседник и напоминает: — Ну, она ждет.

Будто ее имя мне о чем-то и говорит. Вздыхаю и выхожу назад. Может, с этим удастся покончить быстро? Ибо до вечера осталось не так много времени, а я не то, что карты не обнаружила, ответов на необходимые вопросы не нашла. А впереди же еще ожидает полет и поиск того места, о котором даже маги привыкли говорить шепотом...

Тем не менее, эти мысли не помогут мне наладить связь с Тенью, поэтому я их отбрасываю, и продвигаюсь — куда? Правильно — к тому самому существу, которое не так давно перевернуло вверх дном все, что было в моей комнате, и которому теперь я вынуждена помогать. И что оно там, интересно, искало? Вот это сейчас и узнаем. Подхожу я близко. Не потому, что смогла побороть свой страх, а потому, что не видела смысла его демонстрировать. Подошла, всмотрелась в глаза даже не шелохнувшейся за это время Тени и спросила:

— Вам писать-то, надеюсь, удастся? — в вопросе прозвучала надежда. Ну, не охота просто еще и пытаться расшифровывать чужие письмена. Времени, говорю вам, и без этого не хватает! И, дождавшись чужого кивка, открываю ту самую книгу, которую вчерашним днем вручил мне черт и которая, похоже, не имеет никакого значения в этой истории. Ну, сами посудите, какой толк от артефакта, что, к примеру, должен отводить от своего хозяина глаз, но не выполняет этой функции? Красивое украшение — только и всего. Вот и это, кажется, просто обычная книга с весьма интересным названием, придуманным кем-то для того, чтобы привлечь внимание ведьмы для какой-то определенной цели. Уж, честно, не знаю для какой, но если я права, то кому-то это сделать удалось. Я поверила.

— На, — говорю поэтому, — пиши. Чего тебе надобно и зачем ты за мной следишь?

Но До Сье не шевелится. Даже не думает этого делать. Ну, вот и поговорили. Кажется, призракам есть дело, какую бумагу своими письменами марать. Очень интересно. А чем эта-то ей не подошла? На дороге появляется еще одна тень. Оборачиваюсь и наблюдаю зеленоглазого дроу, держащего в руках так необходимый нам лист бумаги. Но едва успеваю произнести слова благодарности, как слышу:

— О, вы уже и сами догадались. Прекрасно. Просто прекрасно.

И вот эти слова служат сигналом к действию. Ибо Тень именно после них начинает рассыпаться. Так вот я и понимаю, что она была не Духом. Она — нечто, что должно существовать не в пределах этого мира, что хочет вернуться домой и что ее дом — эта та невзрачная, магическая книга, которую мне удалось так недавно найти. Кто не понял, так это красивое описание происходящего. А ели серьезно, то в один момент я увидела мерцание, связывающее До Сье с фолиантом, а в другой момент этим мерцанием стала сама Тень. Стала им и растворилась в книге.Собственно, в этом обличии больше я ее и не видела. Зато с этого момента на свет появилось нечто новое, невообразимое, не поддающееся никаким объяснениям не только со стороны ведьм, но и со стороны самих магов. Но обо всем по порядку.

Моя реакция на произошедшее была вполне объяснимой. И хотя то состояние, в которое впала я, шоком назвать было нельзя, удивлением это было точно. Правда, продлилось оно недолго. Едва только процесс, творимый с инструкцией, прекратился, ко мне пришла мысль о том, что это могло привлечь внимание не только библиотекаря, но и тех магов, кто в этот момент проходил мимо, кто заметил произошедшее из окон своего дома или тех, кто работает где-то рядом. Поэтому задерживаться долго теперь здесь нельзя, маги-то книгу магическую и отобрать у ведьмы право имеют. Оттого я воровато оглянулась по сторонам и осторожно, так будто вещь эта в любой момент исчезнуть может, подобрала фолиант с земли. Его обложка была горячей, но остывала быстро. Пока я шла в обратном направлении к библиотеке, она полностью охладилась и пред моим взором предстала надпись 'Для умных и не очень ведьм'. То есть я не зря полагала, что сие произведение специальное ведьминское? Тогда вопрос: почему оно досталось именно мне? Кто это так подстроил? И почему какой-то маг знает об это больше меня, ведьмы?

Последний вопрос был важен особенно. Ибо чувствовало мое сердце, что этому зеленоглазому дроу есть, что скрывать. И это было бы не моим, если бы это ушастое существо не показало свои знания о До Сье. А теперь, когда я знаю, что ему что-то известно, я намерена сделать все, чтобы он этой информацией поделился со мной. И я не ведьма, если мне это не удастся.

Светлое уютное помещение библиотеки за последние минуты никак не изменилось. Да даже ровные стопки книг, оставленные мной раньше, лежали на том же месте! А вот дроу нигде не было видно. Я посмотрела по сторонам, прошлась по помещению пару раз, тихо спросила:

— Тут есть кто-нибудь? — и ответа не дождалась.

Ну, значит, сбежал все-таки. Не мог же он мне причудится?

На мой зов некто другой. Это я поняла уже потом, когда повернулась и заметила его строгий, изучающий взгляд. Мы, ведьмы, с домовыми вообще дружны, но этот, казалось бы, старенький дяденька, раздувшийся от своей важности, был ко мне слишком недобр. Он и сказал:

— Нет никого. Чего изволите?

На мгновение я даже опешила. Просто домовые обычно обитают в старых замках, где много пространства для их раздолья. А это место.... Не такое оно и древнее. Кажется, у него даже нет своей истории. И что этот бородатый мужичок тогда тут забыл?

Естественно, вслух я этот вопрос не задала. Не мое это, в общем-то, это дело. Но для себя отметила, что нужно больше узнать о домовых. Мало ли, может я чего-то о них еще просто не ведаю?

— Тут мужчина работает. Дроу. Высокий такой, с зеленим глазами. Магические способности не использовал, но, полагаю, он маг земли. Не подскажите, где мне можно его найти? Задумчивость — вот та эмоция, что промелькнула в глазах старика. Но следом она сменилась интересом. — Колдунья, что ли? Фу ты! А волосы что рыжие? Призраков видать, что ли можешь? Был тут один таков, да помер еще до наступления Темных Ночей. Поздно ты, девушка, спохватилась. Нет его уже тут давно. И что теперь прикажите с этим делать? Я же поклясться готова, что видела зеленоглазого живым и здоровым.

— Спасибо, дядюшка, — улыбнулась. Этот старик точно что-то скрывает! Его глаза блеснули и он вновь исчез. Ушла и я. Ну, не оставаться же на одном месте.

Жизнь — это движение. И надо всегда двигаться дальше. Тем более, время, выделенное мною для поиска информации, уже давно утекло. Я водрузила свое уставшее тело на метлу и воспарила вместе с ней в небо.

Нас еще ждут великие дела! И новые, другие, проблемы...

* * *

Странно? Конечно! Безумно! Но, согласитесь, оттого ведь не менее интересно.

Дальнейшего плана или хотя бы приблизительного видения того, как должны развиваться события, признаюсь, у меня не было. Честно скажу, даже мыслей не появлялось, что делать дальше. Поэтому я бездумно летела на своей метле, смотрела вдаль и пыталась решить, что сделать первым — написать объяснительное письмо родителям или найти безопасное место и поспать. Ведь коли никаких планов нет, то можно же позволить себе такую слабость?

Вообще, если быть абсолютно честной, то ситуация, в которой я оказалась, была мутной. Не оттого, что за мной по пятам может следовать дракон, а оттого, что предложение Благодать Мухоморовны, подвернувшееся так удачно, не имеет никаких уточнений. Ну, сами посудите, ведь мы, ведьмы, привыкли все делать спланировано. Серьезно, никаких отклонений от планов, спланированная почти поминутно жизнь — это то, чего привыкли придерживаться мы. Конечно, сумасшедшие планы тоже имеют место быть, но все же... Меня отправили на поиск того, о чем известно одним лишь магам! При этом ни карты, ни какой информации даже дать не дали! Летай, Яренька, по свету, говорят, да ищи то, не знаю что. Мне-то не сложно, я-то найду. Но расходятся такие принципы выполнения работы с нашими, ведьминскими, согласитесь. Вот и чувствую я, замешано тут что-то еще. И это что-то еще помянет меня недобрым словом. Ох, помянет.

Выбор был сделан в пользу сна. К тому же, я подлетала к месту, где магия была недоступна — едва заметное мерцание купола в лучах дневного солнца было заметно издалека. Туда и держала путь. Город, судя по пустым улицам, был людским. Но мне это даже нравилось. Мало кто из людей знает про существование ведьм, значит, даже если и увидят рыжую меня, не выдадут. Гостевой дом тут был один — невысокий двухэтажный домик с соответствующей надписью нашелся в конце самой широкой улицы. Двери, как полагается, были закрыты. Я вежливо постучалась и стала ждать. По людскому времени сейчас ночь. Не удивительно, что хозяева еще спят. Вообще, мне тут нравилось: чистенько, светленько и уютно. Вот бы и то место, где когда-нибудь и я стану главной ведьмой, было таким. Впрочем, полагаю, какое оно, это место, я скоро узнаю.

От таких дум меня и отвлек быстрый топот ног с другой стороны двери и звук щелкнувшего замка. В проеме явилась девушка, кто вряд ли старше меня. Русые волосы, карие глаза, веселые веснушки и слишком крупный для ее личика нос — типичный представитель человеческого вида. Вместо привычного для меня приветствия я учтиво ей поклонилась так, как это принято у людей, и вопросила:

— Переночевать позволите?

Ответом стали те же действия, кивок и распахнутая дверь. А тут нечего так, миленько.

Комната была небольшой, но достаточно просторной и светлой. Почти все пространство занимала большая кровать и длинный, высокий шкаф. Также тут находился стол, светильник, стояла тумбочка и около окна я заметила кресло. Все самое необходимо для таких путешественников, как я. Расположив свои немногочисленные пожитки, я решила с письмом для родителей разобраться после того, как проснусь. А на ночь, чтобы не расслабляться, еще раз попытаться вникнуть в тайны, найденной мною книги. После того, что с ней проделала Тень, логично же, что должно что-то было бы измениться? Но самое первое место в списке планов занимал душ. Им-то я и занялась. И только воротившись назад села на исследование того, что в этот раз уготовило для меня это странное книжное издание. С виду оно оставалось прежним, но, увы, это меня и не радовало. Хотелось бы уже поскорее до конца решить эту проблему и посвятить себя более важным делам. Поэтому я сердито выдохнула и, не ожидая никаких изменений и на страницах фолианта, открыла его. Вот тут-то как раз перемены и затаились. К примеру, исчезли надписи, которые украшали первую страницу ранее. Вместо них появилось лаконичное и уже знакомое 'Книга для умных и не очень ведьм', год издания не сообщался, но я и без того догадалась уже, что ее появление на свет принадлежи примерно к седьмому году Темного Времени и, скорее всего, выдумывали ее эльфы. Далее было еще веселей. Помимо того, что книга приобрела новое название, в ней появился и новый текст. Он-то и не радовал тоже. В моей жизни в последнее время вообще одни только разочарования и, чувствую, так продолжаться будет еще долго, поэтому не удивляйтесь. Строка гласила: 'Вот теперь-то и познакомимся', а следом6 '(Укажите имя)'. Наверное, именно в тот момент я особенно четко начала понимать, что ничего хорошего ждать еще долго не стоит. Ведь такое мне смог бы сказать человек, но никак не книга. Пускай она будет хоть двести раз волшебной!

В общем, итог: я не была напугана, наоборот, интерес надолго обосновался в моей душе, но.... За неимением с собой пришлось отбросить это занятие и посвятить себя более полезным делам. Поспать.

Снов я, увы, не видела. Так уж получилось, они мне иногда вообще не снятся. Но проснулась я бодрой и почти счастливой. В такие моменты жизнь всегда кажется легче. Но в следующий момент приходят воспоминания и, да, момент снова становится разрушенным. За окном еще было светло.

Мой отдых явно продлился не больше пары часов. Оказывается, и этого было достаточно. Поэтому я вздохнула, потянулась и невидящим взглядом уставилась на потолок.

Сколько проблем меня еще ожидало. И как мне не хотелось их решать!

Планы на день сегодняшний оказались безумно просты: написать письмо родителям, объяснится обо всем с ними и лететь дальше на юг. Если о местонахождении этого загадочного места не знают ведьмы нашего края, то другим точно что-нибудь, да должно быть известно. Именно это я собиралась выведать у них. Но для начала — завтрак. Или что там сейчас по расписанию?

Оказалось, ужин. Можете записать это, как еще один пункт списка моих недостатков. Я не умею ориентироваться во времени. Но, уверена, больше подобного вам писать не придется. В остальном же я идеальна. Шутка. Конечно же, нет.

В общем, настроение было бодрым, почти счастливым. Мой почерк — твердым, уверенным, а история, которая была сочинена накануне мной, как оправдание перед родителями, почти правдивой.

Так что, если не оглядываться назад, поводов для грусти не было. Ну, почти. Все-таки неизведанность будущего напрягала. Хотя это вроде как и другая история.

В ближайшем магазине летописных принадлежностей мною была куплена чернильница и перо. Еще одна хорошая новость к этому дню. И мне уже не терпелось заниматься изучением До Сье, но, увы, в полете это делать невозможно. Поэтому я аккуратно убрала письменные принадлежности в сумку и взлетела. Секунда отдыха подошла к концу. Меня снова ожидают великие дела.

Моя новая соседка по комнате оказалась весьма тихой и спокойной девушкой. Но, увы, только в те моменты, когда она спит. В остальное же время энергии Кэлин могла позавидовать даже ее родная стихия — Огонь, ибо, если эту взбалмошную девчонку таковой называть нельзя, то иного определения ей я дать не могу. Правда, несмотря на мой тихий нрав, нам удалось сдружиться. Ну, именно той дружбой, которая вообще возможна между магом ее уровня и мной, обыкновенной ведьмой. И хотя мы вели совсем разные образы жизни, все складывалось... удачно. Ну, или почти. Были, например, такие моменты, когда мне прямо так нетерпелось вернуться в родные края, забыть об этой Академии и не вспоминать о ней боле. Но эти случаи были столько редки, что, поверьте, даже упоминать о них бы не стоило.

Зато этот момент — один из переломных. Помнится, был темный, спокойный вечер, когда мы лежали каждая на своей кровати и думать не думали о неловкости молчания, что повисло в воздухе. Кэлина что-то вышивала на уже порядком потрепанной канве (ага, несмотря на странность и буйность ее натуры, это занятие было одним из ее любимых), а я выпрямляла прутики на своей метле. Эта предательница явилась накануне вечером, и летать напрочь отказывалась. Обиду на нее я в душе-то своей затаила, а ухаживать все равно за ней пришлось. Поэтому я старательно завязала бант и вот, занялась прутьями. А в комнате тем временем была тишина, и стук в дверь, прозвучавший как гром среди ясного неба, был слышан нам вполне отчетливо.

Странненько.

— Мы кого-то ждем? — уточнила на всякий случай я. Ну, просто у нас договор, все гости с согласованием соседа по комнате должны приходить. Лично меня никто ни о чем не предупреждал. Так что же тогда? Кто мог пожаловать в столь поздний час?

Пока я думала над этой мыслью, стук повторился. Вместе с ним прозвучал и ответ Кэлин:

— В такой вечер? Ну, точно нет.

Благо, маги не сильно волнуются насчет замков. С этим у них все просто: мысль, щелчок и дверь открыта. Поэтому буквально через пару секунд мне удалось увидеть того, кто посмел нарушить мое спокойствие. Им оказался первокурсник, кажется, повелитель водяной стихии. Мы с ним пересекались пару раз в коридорах Академии. Это был спокойный маг, с голубыми глазами, характеризующими его принадлежность к магам Воды, невысоким, правда, все равно чуть выше меня, и с доброй, открытой улыбкой. Завидев на кровати меня, он даже подарил мне весьма застенчивую улыбку и бросил взгляд на Кэлин. Разговор явно намечался с ней.

Ну, конечно, кого интересуют ведьмы? Хотя, это мне было даже на руку. Я опустила глаза и продолжила свое занятие. Пришел маг? Пускай приходит дальше. Есть дело — надо его закончить. Потом, если надо, переспрошу Кэлин, о чем шла речь. Если она захочет мне, вообще, рассказать.

Я так честно подумала и даже подслушивать не хотела, но, увы, уже первый вопрос привлек мое внимание. Ибо звучал он так:

— Кто из вас кайла? — а в моей памяти, к сожалению, были свежи воспоминаний об этом слове. Ну, меня так Аррос назвал в день нашего знакомства, помните? Мне так и не удалось узнать его значение тогда. Может сейчас это удастся сделать? Нет. Но Кэли явно поняла, о чем речь. Поэтому едва только маг этот надоедливый был выгнан вон, вопросила ее уже я:

— Это о чем он таком говорил?

Девушка закатила глаза и сказала мне очень тихо:

— Не забивай свой мозг. Небось, опять с драконом приключилось что. — И заметив мой решительный взгляд, усмехнулась: — Нет, ты помочь ему ничем не сможешь.

Увы, мы с метлой думали совсем иначе, но на замечание аловолосой даже не шелохнулись. Просто я, как обычно, думала, а Мэти изображала вполне тихий и спокойный веник. В принципе, у нее это выходило лучше всего. Поэтому дальше последовала тишина и... Мы затаились.

Прошло, по меньшей мере, пятнадцать минут, как стук в дверь опять повторился. На этот раз только он был более решительным и замок в этот раз открылся... ну, сам. Только перед этим по комнате разлился уже знакомый запах пепла, и я уже точно поняла, что в этот раз пришел Аррос. Правда, не обрадовалась, эмоций не показала, но уже в тот момент поняла, что без профессиональной ведьминской помощи ему не обойтись. Дракон, говорите? Что же, это хороший повод исполнить свою миссию и сбежать.

Вампир, вторгшийся в наши покои, принес с собой плохое настроение, и едва уловимый запах сигарет. Он кивнул нам сдержанно, почти незаметно и заявил:

— Ярина, нужна твоя помощь. — Заявление адресовано было, естественно, мне. Я медленно оторвалась от своего занятия и удивленно переспросила:

— Что, прости?

Сами понимаете, эмоция была наигранной. Но, тем не менее, удалась на славу. Маг крепче сжал зубы и процедил:

— Помоги мне. Там... человек умирает. Нужна помощь, срочно.

Ну, это дело святое. Не умереть, а помочь умирающему. Это даже можно назвать обязанностью каждой ведьмы, и я была даже готова. Но, сами подумайте, с чего бы мне это делать? Ведь:

— В Академии столько целителей. Неужто не один не смог оказать помощь больному? — прозвучало все также удивленно и чуточку может жалко. Но только потому, что понимание ответственности моего задания обрушилось именно тот момент. Я же не только должна обдурить всех магов, но и украсть незаметно нужное, скрыться с добычей быстренько и улететь. И все это надо будет сделать, представьте себе, сегодня. Вот, прямо сейчас! Всего лишь через пару минут. Да меня не то, что паника захватила, ужас объял. Благо, мне удалось его не продемонстрировать, скрыть, а спустя пару мгновений еще и подавить. Вот она я молодец какая, видите? Шутка.

— Он сейчас... обессилен. А ты единственный лекарь на тысячи шагов в округе, кто не обладает магия.

Я подняла брови. Ну-ну. Маг без энергии умирает! Сразу же! Вот берет и покидает этот мир в тот же миг. Вечно мне вечно врут!

— Тебе некромант нужен, — я вздохнула и вернулась к своему занятию, — Прости, я бессильна. Повисла тишина. Удивленный взгляд, направленный в мою сторону со стороны Кэлин, был ощутим почти кожей. И я даже представляла, о чем она думает, но глаз поднять не решалась, пока не прозвучало честное:

— Он лишился своих сил. Ну, почти выгорел. Резервы на нуле. Нужен человеческий врач. Маги помочь не могут. Вот зачем нас маги ловят и используют. Мы — источник чистой, первобытной энергии. Как энергетический коктейль, которые говорят алхимики перед боем, только эффективнее. Но что-то мне подсказывало, что дело не только в этом. Тем не менее, я кивнула, подхватила метлу и поднялась.

— Веди.

Даже если это обман, мне нельзя было ни бросить умирающего, ни упустить шанс знакомства с драконом. Такой шанс выпадает единожды. Нельзя же им не воспользоваться, правильно? Кэлин пошла тоже. Видимо, тот, о ком шла речь, был знаком и ей. Но вопросов не задавала, просто держалась рядом. Я и сама еще не понимала, что значит эта самая кайла для драконов, но собиралась узнать это очень скоро.

Если вам хоть чуточку был интересен момент моего знакомства с Дрэгосом, то это он самый и есть. Я впервые его увидала в комнате, окровавленного, со спутанными волосами, при смерти. Помню, было распахнуто настежь окно, как мне потом объяснили, этим обеспечивался доступ к Воздуху — его родной стихии. Две кровати — одна была застелена полностью и даже никем нетронута, а на другой валялся дракон. И много, много магов, стоявших вокруг и в любой момент готовых предотвратить трансформацию. Было уже порядком темно, но на бледном лице Дрэга застыла гримаса боли, ресницы дрожали, лоб покрыла испарина. Мне кажется, он не спал. Но самое ужасное было в том, что некоторые умники пытались излечить его магией. Потом они, конечно, поймут, что делали неправильно, но пока что... Пока что явилась я.

К явлению ведьмы маги отнеслись со скепсисом. Некоторые усмехнулись и в своей обычной манере отпустили пару шуточек, типа:

-О, ты нашел нам девочку?

— Хороша, одолжишь на ночь?

— Тут их даже две! Вот, теперь заживем!

Я мысленно попыталась запомнить их лица, но впоследствии они выветрились из моей головы. Значит, были не так важны.

Другие, в основном маги из целительного факультета улыбнулись и кивнули, а третьи.... Ну, те пытали тело дракона своими огненными разрядами и, видимо, этим пытались заставить его жить. Ну да, маги изобретательны на тему пыток. Что тут сказать. Но я скромненько всем кивнула и вопросительно посмотрела на вампира. Тот все еще был хмур. Нерадостно. Сквозь толпу магов, окружавших окровавленное тело дракона, самостоятельно я бы не пробралась. Мне повезло, меня провели, и моим глазам предстал... ну, ужас. Диагноз был очевиден — магическое истощение. Вампир прав, помочь мог бы только человеческий врач.

— Ему нужен уход, а не магия, — тихо сказала я. — Уберите кровь, зашейте рану, она пока сама не затянется, постарайтесь не допустить возникновение жара и, в конце концов, прекратите беднягу пытать. Он живой, — я указала на жилку на шее, трепыхание которой было едва заметно, — По крайней мере, пока.

Удивитесь! Ко мне не прислушались. Мои слова сопровождал усилившийся запах озона, и едва только я закончила говорить, магия осуществилась.

Глупые! Глупые маги! Нет, я бессильна. Бороться можно с любыми существами, но не с этими! Они слишком глупы, тупы, самонадеянны и...

— Отошли все, — спокойно произнес вампир.

И, слава Духам, такие не все.

Вот его-то слова слушать стали. По крайней мере, на шаг отступили точно.

— Ты уверена в этом? — вопрос полетел мне.

— Конечно, — уверено. Я не ведьма, если ошибусь. — Ему-то надо всего сутки, максимум, двое, Стихия вернется в него и все излечит. Я... я научу вас, если хочешь. — Мой голос дрогнул, и пришлось замолчать. Странно, но я думала, что этот маг должен жить не только потому, что он — часть моего задания. Просто... Ну, так надо было и все. Наверное, это инстинкт.

— Нет, — Аррос был непоколебим, — Ты останешься с ним и станешь заботиться... Что тебе нужно для этого?

Что? Нет! Это в мои планы не входит. У меня же лекции, занятия. Да я вообще не этого дракона хотела обокрасть. Зачем мне он?

В моих глазах загорелась решительность.

— Рина, пожалуйста, — тихий голос из-за спины вампира принадлежал Кэлин. Ей я не могла отказать.

— Теплая вода, бинт или что найдете. Желательно что-нибудь чистое. Закройте окно, воздух сейчас не поможет. До поры, пока магия в него не вернется, он — человек. А люди, понимаешь ли, слабые, — я попыталась улыбнуться, — Позовите алхимиков, мне понадобятся некоторые препараты. И если он все-таки не выживет, меня не вини, ясно? Я не заинтересована в его жизни, ясно?

Вампир как-то недобро усмехнулся и сказал что-то похожее на:

— Тогда я сделаю все, чтобы изменить твое мнение.

В общем-то, этого не требовалось. Говорю же, отчего-то я считала, что маг должен жить. Значит, так оно и будет. Так оно и вышло...

— Все всё слышали? — Аррос повысил голос, и все внимание снова было обращено на него, — Тогда все вышли вон, и пошли искать необходимое. Мы должны заставить его жить. Вон она — легендарная сплоченность магов. Спустя две минуты комната была пуста. В ней осталась только я, если честно шокированная происходящим, Кэлина, ничем не удивленная, и вампир, хмурый, как никогда.

Ночь обещала быть длинной.

Все необходимое насобирали быстро — ведро воды, несколько тряпок и даже бинт. В запасе у здешнего алхимика нашлась даже зеленка, что тоже очень меня порадовало. Окно было ввернуто в прежнее, чуть приоткрытое, положение, люди выпущены из комнаты, свет зажжен и дальше жизнь этого бледного создания, которое впоследствии принесло мне много проблем, полностью зависела от меня. Рана была не сильной, но кровоточащей. Еще большей потери крови, сами понимаете, допустить нельзя. Это может сказаться плохо на драконе, когда он очнется. Но в моих силах было сделать все, чтобы его состояние не ухудшилось. Забота о больных — дело привычно. Нет, серьезно, всему тому, что я делала в ту ночь, нас научили уже давно и довели эти навыки до автоматизма. Маги способны к хорошей регенерации, но не в такие моменты, когда почти истощены. Самое ужасное в это ситуации было то, что дракон, имя которого мне так и не сказали, был в сознании. Лучше бы он уснул, честное слово. Но магией сон навеять на него нельзя, а если использовать снотворное, то понадобится, наверное, лошадиная доза, чтобы сон был достаточно крепким. Поэтому мои движения были осторожными аккуратными. Почти ювелирными. К полуночи дело было завершено. Оставалось ждать. Но уснуть, последовав примеру Арроса и Кэлин, было нельзя. Мало ли что может случиться. А вот дракону поспать бы следовало.

Я присела на край кровати и тихо спросила:

— Эй, ты меня слышишь? — уверена, что он в сознании и бодрствует, — Знаешь что, попробуй-ка ты уснуть. Тебе, серьезно, это необходимо. Ты помнишь, что с тобой произошло? Магическое истощение — дело нешуточное. Попытайся отдохнуть. Магия скоро вернется и тогда процесс регенерации восстановится. — Ресницы моего больного едва заметно шевельнулись, и я поняла, что он пытается открыть глаза, — Нет, не надо. Спи. Я... я буду тут. Это обычное ранение. Оно не грозит твоей жизни. Ничего не грозит ей, пока есть те, кто о тебе заботятся.

Тело мага, кажется, немного расслабилось и в процессе моей речи дыхание его стало ровным. Если это существо не спало, то виртуозно изображало это. Так случилось, что я ему поверила, улыбнулась и тихо пробормотала:

— Меня Яриной звать. Если что надо, попытайся дозваться. Я услышу.

Ну, вот так вот, собственно, и познакомились.

Знала бы я тогда, к чему эта встреча приведет, бросила бы помирать. Серьезно. Но сделанного не воротишь, поэтому жалеть уже поздно. Маги — существа коварные, сами знаете. Им и доверять, и верить нельзя. Но, к сожалению, некоторые про это забывают. Моя ученическая тетрадь — логичнее ее называть, конечно, книгой, ибо больно много информации скрыто в ней — нагрелась. Это свидетельствовало о том, Благодать Мухоморовна исполнила-таки свое общение и хоть какую-то информацию о предстоящей встрече мне прислала. Хорошая новость. Значит, вскоре мне предстоит увидеться с магами и уже вместе с ними отправиться на поиски этого загадочного места. А пока моей главной задачей остается поиск информации. С этого день и начнем... Следующее место, где мне суждено было остановиться — Южные Поселки. Такое место, почти на самом краю Царства, где проживают одни только ведьмы. Тут же и основан еще один пансион. Серьезно, куда не глянь — везде видна рыжая макушка и сияние зеленых глаз. Маги обычно избегают это место, поэтому, если что, находиться тут безопасно. По легенде сама Мать Прародительница создала эту крепость. Немудрено, что не одни силы за столько веков так и не смогли ее разрушить.

Некоторым ведьмочкам моя персона была уже известна. Я с радостью заприметила парочку знакомых лиц и помахала им. Мне приходилось тут бывать пару лет назад, по обмену, поэтому неудивительно, что меня здесь знают. Ну, а год назад вообще стоял вопрос о моем окончательном переводе в это место. Тогда меня спас только случай, а точнее, долгосрочная болезнь. А теперь вот она я, почти выпускница ведьминского пансиона, пришла в это место за помощью. Ибо нигде больше помочь мне никто не сможет. К тому же, тут и преподаватели старше, а соответственно и мудрее. Многие из них родились еще даже задолго до окончания Северной Войны. Кому как не им знать тайны этого мира? Вот именно, больше некому. Поэтому решив рассуждать здраво и не задерживаться надолго, я спланировала наземь и, оглянувшись, осторожно толкнула ворота. Воспоминания — конечно, вещь важная. Но куда важнее жить настоящим днем. Тем более, в такой ситуации.

Узнавали меня, правда, многие. Но вот подходить решались лишь единицы. В народе слава обо мне ходила недурная, хотя факт того, что я училась вместе с магами целое лето, свое дело, конечно, сделал. Мудрые ведьмы понимали, что то был не моя воля. А совсем юные ведьмочки, ни разу не видевшие еще мага, бросали в мою сторону жалостливые взгляды и шептали друг другу что-то исподтишка. Выглядело это весьма смехотворно. Тем более, знали они только слухи. Я повторюсь, если скажу, что место это старинное? Одно из самых старых на нашей земле. В округе — одни леса, тишина и деревья, столь же древние, как здешние Духи Хранители, возвышаются высоко-высоко в небо. Поговаривают, когда-то Южное море простиралось до этого края, а сейчас оно за много-много шагов отсюда. Но в кромешную ночь, в тиши, услышать звук волн иногда можно. Само учебное заведение является, по сути, крепостью. Но я его вижу огромным кирпичным квадратом с пустым центром. В этом центре расположен двор, небольшой парк, много-много яблонь и беседок. Это место основано самой Матерью Прародительницей в очень далекие времена. Но существует оно, сами понимаете, по сей день. А управляет этой красотой Людвига — главная ведьма Южных земель. К ней я и направлялась. Благо время уже вечернее. Ее заботы как раз должны были кончиться.

С ней мы не виделись — сколько? — ну, примерно, два года. Но за это время она не капельку не изменилась. То есть осталась все той же зеленоглазой невысокой учительницей со строгими чертами лица и неизменными пучков волос, из которого постоянно торчало несколько прядей. Взгляд ее был холодным всегда, но на учениц своих она голоса никогда не поднимала. Я вообще, не уверена насчет того, может ли эта женщина кричать. Но, поговаривают, с нашей Благодатью Мухоморовной они дальние родственники. И если это правда, то да, может. Но информация эта недостоверная, поэтому ей я не верила. Ведь слухи — штука весьма странное. Благо, меня научили когда-то правильно отбирать информацию. К сожалению только, я не всегда так делаю.

О моем приходи уже прознали, так что сюрприза не вышло. Зато хорошо получилось приветствие и радостная тирада, которая последовала следом. В комнате вместе с Людвигой находилась еще и ее прелестная дочка — Уния. Она совсем ребенок, тоже ведьмочка, и ну точная копия своей мамы. Хотя будет ли она такой же, не факт. Но, надеюсь, Уни ждет хорошее будущее.

Заняв ребенка игрушками, мы сели пить чай. Тогда-то и состоялся этот серьезный разговор.

Первой начинала я. Ну, не поймите меня неправильно, но момент был неловким, и мне хотелось поскорее покончить с этим.

— Вообще, мне нужна помощь, — тихо сказала я, устремив свой взор на огромную чашку и затаившись в ожидании ответа. Кажется, прошло чуть меньше секунды, прежде чем он, наконец, прозвучал:

— Случилось что-то серьезное?

Вот это я понимаю забота.

— Пока еще нет, — честно произнесла, — Но все, конечно, может быть. По моим следам идет дракон. — И решилась-таки поднять глаза. Ну и чего вы ожидали? Людви сидела с улыбкой! Ведьма!

— Скажи мне одно, тот самый? Конечно! Конечно, нет.

Хотя мы, вообще, о каком?

Я неопределенно пожала плечами и нахмурилась. Что ей вообще известно? Точно знаю, что с помощью блюдца и яблочка посмотреть события тех дней нельзя. Маги совестливые, постарались.

Значит, слухи? А что обо мне в мире ведьминском сейчас говорят?

— Тот, что в небе недавно висел, — быстро сообразила я, — Мести хочет. А мне дела до нее нет. Скрыться надо, понимаешь? Вот отправила меня Благодать туда, не знаю куда. Информации нет, карты нет, скрыться, сама понимаешь, надо. Вот и пришла я к тебе за помощью. — Речь была пылкой, но, повторюсь, правдивой. Людвига — третий человек, которому бы я стала доверять. Тут врать незачем.

В глазах моей собеседницы появился интерес. С ним же она произнесла:

— Пустые земли? Там, поговаривают, человеческая активность запримечена, а ведьма местная померла. Знала я ее, хорошая была, но на старости лет сдурела бабка совсем.

Это частое явление в нашем мире, к сожалению. Не удивляйтесь. Мало какая ведьма сохраняет ясность ума к приближению смерти.

Меня заинтересовало другое:

— Пустые земли? — это было уже что-то.

— Ну да, на картах магических их увидеть можно, но копии есть в Совете.

Удивительно, правда? Участок земли в магическом мире, где магии никакой нет. Абсолютно. Еще слухи ходят, что это остров, меняющий свое местоположение. А главное, никто не знает, где его найти. Кроме тех ведьм, конечно, кого туда направляют.

Очень интересно. Загадочно даже, можно сказать. И зачем Благодать Мухоморовна меня тогда туда послала? Что за миссия это такая?

— Что, совсем никак? — удивление просквозило в моем голосе. Ну, не верю! Не верю! Ведьмы обычно не поступают так неорганизованно. Значит, есть другой выход. Только каков он? Я задумчиво откинулась на спинку стула и уставилась в окно. До заката надо улетать.

— Ты к Совету не ходи. У них свои ведьмы есть, служебные. Если попасть туда хочешь, собери лучше магов всех стихий. От них пользы точно больше будет. А они-то там мне зачем? От них же одни проблемы. Хотя, кажется, нечто подобное говорила и Благодать. Может, правда, помогут тогда?

— А маги зачем? — интересуюсь тихонько. И в ответ жду пояснений, но Людви только неоднозначно пожимает плечами. Ну, хоть что-то ведьмам же должно быть неизвестно, правильно? Ладно. Маги так маги. Помнится, мне как раз должна была придти информация о них. Там может что-то и будет? Таким образом, в принципе, я узнаю все, что мне следовало бы знать. То есть карту добыть нельзя, стыки миров расположены где-то в районе Пустых Земель и магические существа мира сего едут со мной не как балласт, а как помощь. Неплохо все продумано, однако. Только все равно непонятно для чего главной ведьме Северных Земель стыки миров пригодились. Ну, ушла с Белыми Странниками тамошняя ведьма, следует ее заменить тихонько и все. Для чего магов отправлять? Людская активность не опасна же. Или опасна? Хотя может Благодать Мухоморовна и вправду просто обо мне заботиться, и я зря на себя накручиваю?

Поняв, что пауза начинает затягиваться, я откидываю эти размышления и решаюсь узнать еще кое-что. Но для начала достаю До Сье. Ну да, мой следующий вопрос именно о ней.

— Об это книге что-нибудь вообще известно?

Ясно же, думаю, что раз спрашиваю, она не так проста, как кажется? Увы, заставить ее работать у меня так и не получилось.

— Что это? — Людвига хмурится и смотрит с вопросом. Интересно, у меня хватит времени, чтобы рассказать ей о произошедшем тогда в Чертовой Пустоше? Вообще, не должно. Поэтому я пожимаю плечами и быстро проговариваю:

— Книга магического содержания, мне не подчиненная. Периодически меняет свое название на корешке и надписи на нескольких первых страницах. А когда я нашла ее впервые с одним... ну, чертом, он видел там информацию обо мне. Всю, начиная с рождения и по смерть. И также, должно быть, и я. Потом там была графа 'Инструкция' и тринадцать пунктов вниз, притом последний был пустым. А сейчас это 'Книга для умных и не очень ведьм'. — Я показываю на обложку и жду ответной реакции. Людвига не спешит ее мне демонстрировать. Хмуриться и молчит. И прежде чем ее слова разносятся по комнате, проходит, как минимум, минуты три. Я за это время успеваю допить свой чай.

— А с чего эта книга вообще должна тебе подчиняться, Ярина? Ты же не маг, чтобы уметь управлять ею. Должно быть, надо было оставить ее у того черта. Кто он, кстати?

Хороший вопрос.

— Ученый, — говорю, — Думаешь, эта книга предполагает использование магии? Она же...

Ну, попала к ведьме. Ко мне, понимаешь? А у меня магии отродясь не бывало. Собственно, именно поэтому я и ведьма.

В этот раз молчание длиться еще дольше. В моей голове крутятся миллионы догадок и мыслей, но высказывать я их не спешу. Чревато будет. Наконец, Людви произносит:

— Я не знаю, как это объяснить. Вообще, произведения магического содержания обычно подчиняются тем магам, в которых магии больше. Ну, это резервом называется. Но эта книга древняя, поэтому тут все по другому может быть. Знаешь же, что по легендам первые ведьмы магией обладали? —

Вообще-то, впервые слышу. — Так вот, может это произведение просто с тех времен сохранилось. Ну, а поскольку ты в первом поколении ведьмочка, скорее всего, в тебе энергии магической больше, чем даже в том черте.

Это было бы логично. И я даже верю в это пару секунд. Да только все равно! Как заставить это тогда работать? Мне же это важно, а не то, почему До Сье попала именно ко мне. Я жмурюсь и не отвечаю. Ну, ясно же, что и Людвига пролить свет на эту тайну уже не сможет. Придется, видимо, самой разбираться.

— Спасибо, — в конце концов, произношу тихо. Хотя, конечно, не такой помощи я ожидала.

Главная ведьмы Южных Земель улыбается лукаво так и уточняет:

— Так что там с эти драконом?

Странно сказать, но мне интересно это самой.

На этом самая важная часть нашего разговора заканчивается. Вывод: даже ведьмы помочь разобраться с проблемами мне не смогут. Придется-таки самой.

Той информации, что прислала мне Благодать Мухоморовна, было на самом деле немного.

Если точнее, то магов было, действительно, четверо. Знакомых имен я не обнаружила, поэтому складывалось все как нельзя удачно. Сейчас вот уже как пару часов я нахожусь в полете, путь держу на западную столицу, где мне еще предстоит купить лошадь и встретиться с магами. Добираться будем пешком.

Прошли почти сутки с того момента, как дракону стала известна моя тайна. Интересно, уже пора подводить итоги? Или еще можно ожидать подвоха с его стороны? Затаился ли он? Ждет, пока объявлюсь первой? Добраться бы уже до этих стыков миров и забыть о происшествии этом, как о страшном сне забывается! Я задумчиво прокручиваю в голове события последних дней и понимаю, что вам, должно быть, пока ничего не понятно. Увы, но также и мне. Значит, будем разбираться вместе. Времени еще много.

Когда первые лучи солнца начали касаться макушек леса, моя рыжая персона уже почла своим визитом западную столицу нашего царства — Корелу. Да, не удивляйтесь, исторически сложилось так, что официальная столица у нас одна, а неофициальных еще несколько. Вот прямо сейчас я посещаю одну из них. Чтобы вы понимали, это относительно небольшой городок, но тоже весьма древний. Он расположен на перекрестках многих торговых путей и имеет огромную значимость для страны, но, увы, народа тут проживает не так уж много. Да и горожане в основном только люди. Хотя и ведьмы, и маги по долгу службы тут все равно присутствуют. Некоторые повстречались и мне. Наверное, шли с дежурства. Порядком подустав от бесконечных перелетов, если честно, я хотела только одного — сна. Но позволить себе этого не могла. Вот-вот ожидается встреча с магами, а у меня даже лошади нет, костюма для верховой езды. К тому же, стоит подготовиться морально: маги — не те существа, с кем легко найти общий язык. Поэтому, когда я скажу, что первым делом пошла покупать одежду, не вините меня. В конце концов, я тоже девушка! И мне тоже требуется отдых!

Как уже оговаривалось ранее, Корела — людской город. А люди в нашем мире ведут преимущественно ночной образ жизни. Это я к тому, что в столь ранний час торговые лавки были еще открыты. Я забрела в одну из них и познакомилась с чудной девушкой Анной. Она-то и помогла мне управиться со всем быстро. Но костюм для верховой езды пришлось одевать все-таки сразу. Он представлял собой платье из тонкой ткани с прилагающимся к нему пиджаком и перчатками. Еще я купила шляпу, чтобы если что скрывать волосы. Ну и брюки. Вообще, носить их разрешено только женщинам-магам. А для меня, как для выходца из пансиона ведьм, такое элемент одежды был запрещен. Я взяла его на крайний случай. Мало ли, пригодится еще кому...

Следующее, что следовало сделать — купить лошадь. Пожалуй, то единственное, в чем я смогла справиться сама. Ведь наравне с полетами на метле, меня учили и верховой езде. А помимо этого еще стоило бы приобрести и недоуздок, и чомбур, и уздечку, и седло, и попону. Но, как ни странно, на это ушло меньше времени, чем на выбирание нужной одежды. Милый паренек — Тимин — врать не умел, да, видимо, и не собирался. Поэтому мы быстренько подобрали мне самого быстрого коня — Шайку, быстро договорились о цене — семнадцать серебряников и подобрали необходимое снаряжение.

Ну, и как думаете, кто первым явился на место встречи? Не я. Маги уже встречали меня горестным молчанием и нехорошими взглядами исподлобья. Как дети, честное слово. Тем не менее, то, что это мои сопровождающие я поняла сразу. Ну, просто в столь ранний час мало кого можно было встретить на окраине города с огромными сумками, в которых явно хранились припасы. Даже я столько не набирала! Вообще, моя сумка хоть и обладала некоторыми... способностями, была наполовину пустой. Там лежало-то всего ничего: ученическая тетрадь, До Сье, несколько комплектов одежды и запасы воды. Эти же собрались, будто нам с ними в пути целые года проводить. Несмотря на эти прискорбные и разочарование, которое последовало за ними, я заставила себя улыбнуться и произнести:

— Привет. Я — Ярина, — а фамилию говорить не стала. У ведьм ее вообще не должно быть. Это я, как обычно, исключение.

Мне ответили несколькими улыбками и тишиной. В принципе, я уже сама к тому моменту догадалась кто есть кто. У меня была информация на них еще вчера. И представления не требовалось.

Но магам же это не известно, да? Поэтому светло-русый обладатель магии Огня заявил первым:

— Якоб. — И улыбнулся. Ух, шустрый, однако. Аккуратнее с ведьмами надо, умник! Помимо волос, которые и выдавали в нем принадлежность к его Стихии, он обладал еще и характерным цветом глаз — светло-карием. Почти желтым. Но это я заметила потом. В первую же нашу встречу отметила высоту его роста и запах магии. Это была гарь. Впоследствии от этого... аромата меня начало еще и тошнить. Поэтому пользоваться родной стихией ему было строго-настрого запрещено. Что еще не поняли? Ну да, меня назначили главной!

Следом шаг вперед сделал воздушник. С некоторых пор я эту стихию вообще недолюбливаю, но эмоций выражать было нельзя, поэтому пришлось все также улыбаться на слова:

— Ярослав, — и медленно кивать. Нетипичное имя для мага. Интересно. Как и все обладатели этой стихии, он тоже особо не выделился. Почти что белые волосы и серые глаза — характерная черта воздушников. Я на него даже внимания не обратила. Кивнула. И перевела взгляд дальше.

Не люблю я теперь магию Воздуха.

За ним шел водник. Невысокий парень моих, наверное, лет с темными волосами, отливающими на солнце синеватым цветом и почти такого же цвета глазами. Его имя — Ян. По-моему мы с ним даже виделись тогда, год назад. Но так прямо вспомнить и удалось. Я подумаю об этом позже. И последняя заключительная часть этого представления порадовала. Просто магом Земли оказалась девушка, кто с виду старше меня на года примерно два. Ей я улыбнулась по-особенному тепло. Кто-кто, а я, как девушка, знала, что ей этот поход дастся ну очень сложно. Тем не менее, ответной эмоции не последовало и вскоре стало понятно почему:

— Она немая, — тихо произнес со стороны Кошир. Очень интересно. — Ее имя Бариса. И она ну... болеет. Поэтому не понимает тебя пока.

Кивнула. Ну, конечно. Тогда ей вдвойне сложно.

— Привет, — улыбнулась опять я и повторила: — Ярина. Будем знакомы.

И почти все ответили тем же. Надеюсь, мы сможем дожить в мире хотя бы до места назначения и не поубиваем друг друга раньше. В конце концов, цель-то у нас одна. По крайней мере, я на это надеюсь.

Итого имеем: четыре мага, применение которым еще найти надо, несколько мелких проблем, таких как, например, До Сье, и одну большую и крупную беду, которая ко всему прочему оснащена еще крыльями и чешуей. Как разбираться с ними? Думаю. Ну а пока.... Едем. Увы, в тишине. Как понимаю, набрали всех из разных учебных заведений, поэтому так быстро привыкнуть ко всем удастся только мне. И то только потому, что я ведьма и мне по профессии это положено. А так... ну, ехали. Ну да, в неком неловком молчании. Ничего, привыкнем. В конце концов, магов со мной в этот раз всего несколько и они не окружают меня на каждом шагу, как это было в прошлом году. Все не так смертельно, как мне казалось вначале. Жить можно. Еще один момент — До Сье. Пора заканчивать с этим вопросом. Просто так магическая книга в руки ко мне попасть не должна была. Значит ли это, что я в свою очередь, как посредник, должна передать ее еще кому-то? А если и да то кому? Я посмотрела по сторонам и поняла, что не этим существам точно. Не магам. Так кому еще, человеку? Сложно. Все оказывается слишком сложно. Или это просто я на себя накручиваю?

— Ярина!

Поняв, что взгляды моих сопровождающих направлены на мою скромную персону, я снова не успеваю довершить эту мысль. Вместо этого откладываю размышления и спрашиваю:

— Ну, что еще? — просто все жизненно важные вопросы были решены заранее. Что им от меня еще надо-то? Маги! Нечего самостоятельно решить не могут.

— Барисе нужна капля твоей крови для установления связи.

Кажется мне или не все так просто с этой девушкой? Хотя если надо, то почему бы и нет? Эти размышления занимают пару секунд, в процессе которых на меня не смотрит, кажется, даже ленивый.

— Клинок давай, — вздыхаю. Вечно у этих магов все не просто, — И куда вам ее надо?

Одни проблемы. Кругом одни проблемы! Ненавижу кровь. И магию ненавижу. И магов тоже.

Продолжение следует...

И да, мне интересно ваше мнение о книге. Серьезно, интересно! Так что, если не сложно, поделитесь им со мной.

Тоже самое касается ошибок с несостыковками. И они тоже очень важны мне!