"Последний танец Миры" (Мир пяти богов 6)

Пенрик, быстро оценивший ситуацию, усмехнулся про себя. Надо отдать должное этому Бастарду. Он прошептал Аделису и Никис: — Подождите здесь. Возможно, мне удастся найти для нас приют на ночь. — Он вздернул подбородок и шагнул вперед, игнорируя вопрос Никис — Что? — и Аделиса, — Мы не можем взять туда Никис!

— Мадам Зирэ? — позвал он самым ласковым голосом, когда она попыталась закрыть дверь за компанией топающих ногами и ворчащих прачек.

— Извините, господин, сегодня вечером мы закрыты, — небрежно начала она, когда Пенрик шагнул вперед, в свет фонаря у двери. Она посмотрела ему в лицо, и ее глаза расширились. — Очень, очень сожалею!

Он улыбнулся в ответ от всего сердца. Проститутки, в конце концов, были среди паствы этого Бастарда. Наряду с пиратами, предположил Пен, но он не думал, что у него сложатся хорошие отношения с последними, независимо от того, присягали они богу или нет. — Ах. Я пришел не как клиент, а в поиске работы. Могу я войти и продолжить разговор?

Она моргнула. — Мы раньше не держали парней ради любви к этому Бастарду, но это не значит, что не могли бы начать. У вас есть опыт? Не то чтобы это было обязательно. Я могла бы вас обучить. — Уголки ее губ поползли вверх.

Пенрик прочистил горло, чтобы заглушить понимающий смешок Дездемоны. — Ах, не такую работу. Насколько понимаю, вас беспокоит неприятная вспышка личных паразитов. У меня уже был опыт борьбы с такими вредителями в подобных домах. Я храмовый волшебник, ученый... Джуралд. — Он подписался: лоб — губы — пупок — пах — сердце, чтобы перечислить пять богов, и еще раз стукнул по губам, прося особого благословения Бастарда.

Ее темные глаза стали острее. С такого близкого расстояния Пен разглядел, что она была несомненно красивой пожилой женщиной. Ее платье было скорее благородным, чем вызывающим, если не считать украшенного жемчужинами широкого зеленого пояса на талии, который привлекательно поддерживал лиф. — Вы слишком красивы, чтобы быть кем-то ученым, — возразила она.

— Я мог бы привести вам научный аргумент, но, честно говоря, думаю, что для меня было бы быстрее просто продемонстрировать свои навыки. И вы сможете судить сами. — Он продолжал ослепительно улыбаться. — Если я не смогу выполнить свою работу так, чтобы она вас удовлетворила, вы мне ничего не будете должны.

— И сколько я буду вам должна, если вы это сделаете?

— Не слишком дорого, просто кров для меня и двух моих, — он быстро прикинул, — слуг на ночь. Мы неожиданно оказались в Сози, не имея, э-э, ресурсов, которые ожидали получить здесь, и должны как-то обходиться.

Ее глаза снова сузились. — Почему бы тогда не пойти в Храм, о, ученый жрец? — Неопрятный, стоящий на пороге ее дома, одетый и, вероятно, пахнущий как работник с фермы, он определенно не был похож на жреца.

— Это долгая история. — Которую ему лучше придумать как можно скорее. — Это было связано с кораблекрушением, — попытался он объяснить, но потом понял, что у него есть вариант получше. — Храм Сози, как вы, наверное, знаете, сегодня вечером очень занят улаживанием трагической вражды между двумя местными семьями.

— О, — сказала она. — Да. Это. Молодые дураки. Хотя старые дураки еще хуже. — Она фыркнула. — Не скажу, что они получили по заслугам, потому что никто не заслуживает того, чтобы потерять своего ребенка, но остается надеяться, что боги преподали им урок, в котором они отказывали кому-либо еще. Все в городе устали от их вражды и беспорядка. — Она уступила дорогу и открыла дверь.

Пенрик поблагодарил ее и поспешил обратно, чтобы забрать Никис и Аделиса.

— Я странствующий ученый волшебник, вы двое — мои слуги, и мы недавно потерпели кораблекрушение... где-то, — прошептал он на беглом инструктаже. — Вот почему у нас нет ни багажа, ни денег. Я только что взялся избавить дом от нашествия, э-э, насекомых-вредителей в обмен на ночлег.

— Каких именно? — спросила Никис.

Аделис сдержанно ответил: — Клопов.

— Ой? Судя по ее разговору с прачкой, я бы предположил, что здесь лобковые вши.

Пенрик подавил смешок Дездемоны, когда Никис проплыла мимо него. — Может быть и то, и другое, но я могу стать проклятием для любых паразитов. Помните, вы слуги. Усталые, тихие слуги. Охранник и служанка. Которые держатся особняком.

— Ты угадал первую часть, — проворчал Аделис, следуя за ней. — Кораблекрушение? Ты же знаешь, что мы в восьмидесяти милях от берега, да?

-Мы долго шли, — ответил Пен, подавляя раздражение. Аделису, возможно, не нравится, что его снова взяли в актеры, но роль охранника должна стать для него меньшей проблемой, чем вдова. Если он соблаговолит сотрудничать.

Переступив порог, Пенрик снова подписался богам и пробормотал: — Пять богов благословляют и оберегают этот дом от всякого зла. — И нас тоже. — При этом жесте изящные выщипанные брови хозяйки дома приподнялись, что было небольшой уступкой вере в его самопровозглашенное призвание.

Она повернулась, сняла с настенного кронштейна шест с крючком и с его помощью достала фонарь над дверью, прежде чем снова закрыть ее с громким стуком, задвинув засов. — Это послужило своей цели, — пробормотала она. — Это работа нашего привратника, но сейчас он занят тем, что таскает воду. — Она жестом пригласила своих новых гостей следовать за ней.

Дом вполне мог принадлежать богатой семье, прежде чем обрел свое нынешнее назначение. Просторный, но не слишком роскошный. Планировка, как увидел Пенрик, когда они последовали за Зирэ внутрь, была типичной для этой страны: каменное здание, входной атриум с мозаичным полом, затем атриум большего размера со вторым этажом комнат, расположенных вокруг него на галерее. За небольшим, обнесенным стеной садом располагалась отдельная постройка для кухни, прачечной и бани. В саду был собственный колодец, и там бурлила оживленная жизнь: люди носили воду и дрова для кипячения воды в котлах под строгим руководством прачек. Царило впечатление раздражения и суеты. И все чесались. Пенрик подумал, что это не похоже на вечерние приемы, которые обычно устраивались в этом саду.

В безнадежных усилиях поставить диагноз Пенрик спросил: — Не знаете ли вы, когда начались ваши нынешние проблемы?

Зирэ пожала плечами. — Возможно, месяц назад. Это была либо группа торговцев, либо несколько новых солдат из казарм. А это значит, что мальчики, несомненно, вернут их нам в подарок.

Аделис поморщился, без сомнения, представив себе военную сторону происходящего. Пенрик подумал, не стоит ли ему поделиться несколькими советами по дипломатичной обработке клиентов от вшей, которые он накопил еще в Мартенсбридже, когда его, как целителя-волшебника, приглашали разобраться с подобной эпидемией в некоторых местных заведениях. Это положило начало его необычному образованию, о котором он, конечно, и мечтать не мог в дни своего отрочества в горах кантона. У него появилось много новых интересных друзей. И более близкое знакомство с куртизанкой Мирой из Адрии, образом давно умершей пятой наездницы его демона, которая, в некотором смысле, жила в его голове вместе с остальными членами ее странного сестричества. Он подозревал, что скоро снова попросит у нее совета.

Для уничтожения внешних паразитов не требовалось такой деликатности, как для уничтожения внутренних. Они с Дез уже настолько натренировались, что, вероятно, могли бы сделать это, просто прогулявшись по дому, но он полагал, что лучше устроить достаточно показное представление, чтобы хозяйка поняла, что он вообще что-то сделал, и оценила его по достоинству. Обычно он, скорее, наоборот, предпочитал осмотрительность. Здесь им понадобится признание. На самом деле, когда у него будет время, ему нужно будет придумать способ, как сделать свою магию видимой для неискушенных наблюдателей, возможно, с помощью какого-нибудь светового шоу. Может быть, у рыночных жонглеров найдутся какие-нибудь уловки, которые он смог бы применить.

Пенрик, пробормотала Дез. Взгляни на это.

Его внешнее зрение внезапно дополнилось ясновидением, и он огляделся, гадая, не заметила ли Дез отделившегося призрака. Застарелые пятна от этих потерянных душ были настолько распространены, что он обычно заставлял Дез не отвлекать его, чтобы не пугать спутников, постоянно уворачиваясь от того, чего они не могли видеть. Но при всей остроте своего видения он также наблюдал души тех, кто еще был жив, слившиеся с их телами в жутком кружащемся ореоле жизни и света. Ему казалось, что такое сокровенное божественное зрение не должно быть даровано простому человеку, но он научился пользоваться им еще в те времена, когда был практикующим целителем. Практикующим слишком много, хотя это не принесло совершенства. Сейчас Аделис был в основном темно-красного цвета, стресс и гнев хорошо сдерживались, никаких противоречий. Как бы это ни раздражало Пена, он оценил прямоту этого человека. Никис — он украдкой взглянул на нее — посинела от усталости, сквозь нее пробивалась спутанная нить густого зеленого беспокойства, от которого он очень хотел бы избавить ее, если бы только у него нашелся способ.

Нет, сказала Дез. Взгляни на мадам Зирэ. Левая грудь.

Она была обычного цвета, скорее синего и зеленого, но он сразу увидел черное пятно хаоса у нее на груди. Это знакомое смертоносное яйцо... О. Он сглотнул. О, Дез, лучше бы ты мне этого не показывала. Это была еще одна причина, по которой он избегал пользоваться ясновидением. Вся эта невыносимая боль, исходящая от окружающих его людей — как боги и святые могли вынести такое знание?

Опухоль все еще в капсуле. Шанс есть. К облегчению Пена, Дез позволила разрушительным видениям исчезнуть. Иначе мне не стоило бы тебя беспокоить. Может быть, займешься ею позже?

Возможно. Пен перевел дыхание и заставил себя снова обратить внимание на окружающую обстановку. Мадам Зирэ с сомнением посмотрела на спутников Пена, которые следовали за ними — Никис с их мешком со скудными пожитками и целительским чемоданчиком Пенрика, Аделис, снова надвинувший шляпу на лоб, сжимал в руках сверток, который выглядел в точности как связка оружия.

— Не могли бы мы сначала отвести моих слуг в нашу комнату? — предложил Пенрик. — Они очень устали.

— Мм, да, — задумчиво произнесла Зирэ. Она взяла подсвечник со столика у лестницы, зажгла его от другого подсвечника и повела их в маленькую галерею над входом в атриум. Войдя в спальню, зажгла пару свечей, стоявших на полке, и еще пару — в красивых зеркальных настенных подсвечниках, и искоса взглянула на Пенрика. — Как насчет этой?

Помещение выглядело неопрятным; после быстрого осмотра Дез сообщила: Здесь оживленно. Она проверяет тебя.

— Здесь... чисто? — спросила Никис, в сомнении остановившись на пороге.

Пенрик махнул рукой и с наслаждением ощутил знакомое легкое тепло, разлившееся по телу, когда Дез избавилась от паразитов. — Теперь да.

— Ах. Спасибо вам, ученый Джуралд. — Сразу вжилась в отведенную ей роль, ха. Она улыбнулась и уверенно вошла, Аделис последовал за ней.

Судя по тому, как Зирэ смущенно поджала губы, ее больше убедила вера Никис, чем скороговорка Пенрика.

Никис поставила чемоданчик и подняла мешок, набитый своей одеждой, к этому времени уже изрядно испачкавшейся. — Могу я присоединиться к вашим прачкам, мадам? То немногое, что мы спасли с места крушения, давно пора постирать не в морской воде.

— Конечно. Спускайся, когда будешь готова.

Из атриума донесся пронзительный женский голос, зовущий Зирэ по имени, и она поморщилась.

— Мы скоро придем за вами, — сказал ей Пенрик, и она кивнула и поспешила прочь, чтобы разобраться с очередным домашним кризисом.

Пенрик закрыл за ней дверь. На умывальнике в комнате стояли таз и кувшин; он воспользовался моментом, чтобы ополоснуть лицо и руки, сказав Никис и Аделису: — Аделису стоит держаться в этой комнате, подальше от чужих глаз. Нам лучше договориться, где потерпел крушение наш корабль?

— Мыс Кроу — наиболее подходящее место, — предложил Аделис.

— Хорошо, значит, я прибыл, скажем, из Тригонии. Пытаясь добраться до, — Пенрик мысленно просмотрел карту, — Тасалона. После крушения я больше не садился на корабль, и ни один капитан не взял бы меня на борт из-за морских суеверий о том, что волшебники на борту приносят несчастье.

— По-видимому, это подтвердилось, — пробормотал Аделис.

Пенрик проигнорировал это. — Итак, мы направились на запад по суше. Вы двое не так давно со мной. Что должно позволить вам ответить "Я не знаю" на большинство вопросов обо мне.

— Вы наняли нас в Тригонии, — предложила Никис, проникаясь духом этого предложения. — Мы просили немного, потому что пытались вернуться домой, в Сидонию. Должны ли мы по-прежнему оставаться мужем и женой?

— Вы уже были ими. Лучше поменяйте это. Вернитесь к брату и сестре?

Никис, опустившаяся на колени, чтобы разобрать грязную одежду, кивнула.

Аделис скрестил руки на груди и скептически посмотрел на него. — Почему ты путешествуешь?

— По делам Храма, — тут же ответил Пенрик. — Которые, конечно, я с вами не обсуждал. Вы думаете, я...

— Шпион? — весело спросила Никис.

— Сумасшедший? — предположил Аделис.

— Призван как целитель, — Пенрик подавил этот полет фантазии или комментарий. — Чтобы лечить кого-то важного. Или умеренно важного, я полагаю. Но, на самом деле, если вы просто говорите о делах Храма и смотрите свысока на своего собеседника, этого обычно бывает достаточно.

Губы Аделиса дрогнули. — Это подтверждает то, что я давно подозревал о служителях Храма.

Пенрик отмахнулся от этого и наклонился, чтобы помочь Никис с ее уже рассортированными свертками.

— Нет. — Она оттолкнула его руки. — Я не разрешу вам, пока Дез не скажет.

— Мне гораздо лучше, — запротестовал Пенрик, но поднялся с пустыми руками. — Хотя я бы предпочел закончить эту ночную работу как можно быстрее. Я почти без сил. Не в буквальном смысле, — поспешно добавил он, когда Никис подняла на него встревоженный взгляд.

Аделис подхватил ее и свертки на руки и открыл перед ними дверь.

— Постараюсь принести нам немного еды, — сказала она ему.

— Не споткнись на лестнице, — вполголоса крикнул им вслед Аделис. — Или о язык Пенрика.

* * *

Пенрик догнал мадам Зирэ внизу и попросил ее провести его по дому из комнаты в комнату. В доме, на удивление, не было клопов, но попутно он попросил Дез уничтожить местных блох, мух, шерстяную моль и все их яйца из каждой щели, шкафа, сундука и складки ткани, не забывая его главную мишень — вшей. Почти все домашние были заняты в саду и прачечной, помогая в стирке, что позволяло ему оставаться в тени и избавляться от всех паразитов разом. Трогательно, радостно пошутила Дез, обретая равновесие. Пен отговорил мадам Зирэ представлять его или даже показывать его своим подопечным, поскольку у него начала вырабатываться новая идея.

Прислонившись к колонне атриума в тени, скрестив руки на груди, он заметил ей: — К счастью, вы чисты.