| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
55-я ОПЛВЭ, Корсаков
Ми-14, Ми-8, Ми-6
при формировании в 1983 г. указывается 20 Ми-14 + 8 Ми-8 + 2 Ми-6; для ПЛО ключевыми были прежде всего 20 Ми-14
Охотское море — Симушир
передовая авиагруппа / вертолётная площадка в районе бухты Броутона, Кратерный
Ми-14ПЛ, Ми-14ПС
для сезонного развёртывания указывается 3 Ми-14ПЛ + 1 Ми-14ПС; более ранняя подтверждённая перегонка 1983 г. — 2 Ми-14ПЛ + 1 Ми-14ПС
Материк
51-я ОПЛВЭ, Новонежино
Ми-14, Ми-8, Ми-6
точная численность в 1986 г. требует уточнения
Материк
710-й отдельный корабельный противолодочный вертолётный полк, Новонежино
Ка-25, Ка-27ПЛ; с 1985 г. также Ка-29
точный парк ПЛО не установлен; известно, что в 1986 г. 10 Ка-27ПЛ были переданы из полка в Сызрань
На самой гряде развёртывались гидроаэродромы и вертолётные площадки. Особенно интересен Симушир. Бухта Броутона была не только передовой базой кораблей: туда выдвигалось звено Ми-14ПЛ, а саму бухту периодически посещали Бе-12. Вместе с 55-й ОПЛВЭ в Корсакове это создавало самостоятельный вертолётный слой на сахалино-курильском направлении. В упрощённом виде авиационная схема выглядела так: материк — дальний поиск; Камчатка и Сахалин — региональный поиск и прикрытие баз; Курильские площадки и корабельные вертолёты — локализация контакта непосредственно у рубежа.
Надводные силы ПЛО
К концу 1986 года в составе ТОФ можно выделить 91 надводный корабль, имевший противолодочные возможности и потенциально пригодный для ПЛО. Но формальная цифра завышает реальный специализированный ресурс: 27 кораблей относились к явно устаревающим проектам 50, 56 и 204, ещё 9 были крупными кораблями дальнего действия либо имели преимущественно иные задачи. После такого отсечения остаётся 55 специализированных противолодочных кораблей.
Объединение
Состав специализированных сил ПЛО
Итого
Прямое подчинение ТОФ
3 × 1134А; 4 × 1134Б; 4 × 1155; 1 × 57А; 4 × 61; 2 × 1135; 1 × 1135М
19
Приморская флотилия
4 × 1124; 6 × семейство 159
10
Сахалинская флотилия
2 × 57А; 3 × 1135М; 6 × 1124; 6 × семейство 159
17
Камчатская флотилия
4 × 1135; 1 × 1135М; 4 × 1124
9
Итого
3 × 1134А; 4 × 1134Б; 4 × 1155; 3 × 57А; 4 × 61; 6 × 1135; 5 × 1135М; 14 × 1124; 12 × семейство 159
55
Сахалинская и Камчатская флотилии вместе имели 26 из 55 специализированных кораблей ПЛО — почти половину состава. При этом наиболее крупные БПК и значительная часть океанских кораблей оставались в прямом подчинении ТОФ, прежде всего в структурах 10-й оперативной эскадры. Поэтому оборону Охотского моря нельзя сводить только к силам двух прибрежных флотилий: при необходимости флот мог усиливать район кораблями из других соединений. При этом корабли с Камчатки или Сахалина тоже привлекались к несению боевой службы. Например, СКР «Разумный» из Камчатской флотилии в 1975 году работал в Атлантическом и Индийском океанах и прошёл за поход около 35 982 миль.
Основные соединения и базы
На Сахалине и Курильской гряде важнейшими пунктами были Корсаков в заливе Анива и бухта Броутона на Симушире. В качестве передовых пунктов использовались также Байково, бухта Байкова на Шумшу и бухта Зоркая на Итурупе. Для Симушира подтверждена постоянная передислокация 137-й БрКОВР в 1981 году; для Шумшу и Итурупа корректнее говорить о пунктах базирования и передового обеспечения, не приписывая им без дополнительных данных постоянный состав конкретной бригады.
137-я БрКОВР особенно хорошо показывает назначение такого передового узла. Её задачами были борьба с иностранными подводными и надводными кораблями, пытавшимися проникнуть в Охотское море, обеспечение развёртывания своих подводных лодок через Курильские проливы и ПЛО ближайшей зоны. При этом в доступных материалах пока нет столь же хорошо подтверждённого поимённого эпизода, в котором корабль 137-й бригады длительно сопровождал конкретную иностранную ПЛ. Это не опровергает её назначение, но не позволяет подменять организационные задачи реконструкцией событий, для которых пока нет источника.
Главное здесь — не путать штат и реальное применение. Организационная принадлежность определяла управление и тыл, но оперативный наряд собирался под задачу. МПК, СКР, подлодки и авиация разных соединений могли сводиться во временные поисковые группы и использовать передовые базы без формальной смены подчинения.
Стационарная гидроакустика: от базы к морскому театру
Стационарные гидроакустические средства в СССР существовали задолго до появления зрелой концепции Охотского «бастиона». Однако ранние системы решали главным образом локальную задачу — оборону военно-морских баз, подходов и отдельных важных районов. В 1970—1980-е годы начался переход к более дальним и распределённым системам наблюдения.
Система
Период / статус
Что представляла собой
Значение для общей картины
«Волхов»
принята в 1956 г.
береговая пассивная ГАС; для ПЛ на 10 узлах указывается дальность более 10 км
типичный ранний комплекс ПЛО военно-морской базы
«Кура»
принята в 1962 г.; модернизирована в 1967 г.
до 10 якорных автономных пассивных гидроакустических постов; позднее питание и передача данных по подводному кабелю
уже не одна береговая антенна, а локальное поле наблюдения вокруг базы
«Лиман»
принят в 1968 г.
протяжённый пассивный рубеж: более 140 автономных ГАС, объединённых подводным кабелем
важный шаг от отдельной ГАС к распределённому барьеру
«Амур»
принят на вооружение в последующий период
береговая шумопеленгаторная система с вынесенной в море крупной цилиндрической антенной
дальнее пассивное наблюдение на подходах к базе или району
«Амга»
принята на вооружение
стационарный ГАК; подробности в открытых источниках ограничены
показывает, что стационарная линия не ограничивалась одной-двумя опытными системами
«Лиман-М»
принят в 1977 г.
первая советская стационарная инфразвуковая ГАС
попытка использовать низкочастотные дискреты для резкого увеличения дальности
«Агам»
позднесоветская действующая система
большая низкочастотная планарная приёмная антенна; для камчатских позиций известна конфигурация примерно 100 × 7,5 м и 2400 гидрофонов
наиболее наглядный пример мощной стационарной системы дальнего обнаружения на ТОФ
МГК-608
испытания завершены в октябре 1991 г.; межведомственные испытания в 1993 г.; принят уже в РФ в 1996 г.
стационарный пассивный комплекс нового поколения; позднейший МГК-608Э использует несколько донных линейных ФАР и цифровые кабельные линии
ближайший к завершению результат позднесоветской программы распределённых стационарных систем
«Днестр»
ОКР с 1974 г.; госиспытания завершены уже после распада СССР
активно-пассивный стационарный ГАК сверхдальнего обнаружения, работавший совместно со специальным кораблём-носителем мощной излучающей части
попытка выйти за рамки локальной обороны базы и построить систему дальнего освещения подводной обстановки
Эта эволюция показывает, что проблема СССР заключалась не в отсутствии гидрофонов, больших антенн или понимания преимуществ низких частот. Труднее оказался переход от отдельных рубежей к масштабной интегрированной сети, постоянно освещающей целый морской театр.
Для ТОФ это особенно заметно. Исследование его инфраструктуры указывает, что береговая система наблюдения концентрировалась в Камчатском, Совгаванском и Приморском районах; к 1990 году в составе береговой системы наблюдения числилось лишь три гидроакустических комплекса. В открытых материалах при этом не просматривается крупный стационарный барьер, перекрывавший Курильские проливы.
Это не доказывает отсутствия любых отдельных гидрофонных постов. Подобные системы могут быть засекречены до сих пор. Но совокупность признаков — известная концентрация береговых комплексов у основных баз, отсутствие подтверждённой линии через проливы и длительное дежурство ДПЛ проекта 877 на вероятных маршрутах прохода — хорошо согласуется с выводом, что Курильский противолодочный рубеж создавался прежде всего манёвренными силами, а не сплошной донной сетью.
НИИ «Атолл» и системы нового поколения
Создание в 1976 году специализированного НИИ «Атолл» показывает, что проблема осознавалась. Институт разрабатывал стационарные системы четвёртого поколения с цифровой передачей данных по протяжённым кабельным линиям, ЭВМ и цифровой обработкой сигналов; в 1979 году он стал головной организацией Минсудпрома по этому направлению.
В числе тем фигурировали МГК-608, «Тропа», «Сангар», «Андромеда», «Север-Актиния», «Посейдон», «Норд», «Атлантида», «Днепр», «Нептун-1», «Нарва-1» и другие. Значительная часть работ была прекращена и не превратилась в серийные комплексы, но программа не была чисто бумажной. Проводились морские экспедиции, а в районе Нового Афона работала экспериментальная система «Посейдон—Вятка» с двумя протяжёнными линейными антеннами «Север» и векторной антенной «Вятка».
Наиболее законченной стала МГК-608: испытания завершились в октябре 1991 года, межведомственные — в 1993-м, на вооружение комплекс был принят уже в Российской Федерации в 1996 году. Архитектура поздней МГК-608Э — несколько донных линейных ФАР, цифровые кабельные линии и береговой вычислительный комплекс — хорошо показывает направление позднесоветского развития, хотя её конкретные характеристики нельзя механически переносить на вариант конца 1980-х.
«Днестр» и корабль «Камчатка»
Отдельной линией развивался СГАК «Днестр» ЦНИИ «Морфизприбор», ОКР по которому началась в 1974 году. Система предназначалась для обнаружения подводных лодок на дальних подступах к побережью и сочетала стационарную приёмную инфраструктуру с мощной активной частью.
Для размещения излучателя и энергетического оборудования построили специальный корабль освещения подводной обстановки проекта 10221 «Камчатка». Его заложили в январе 1985 года и ввели в строй 25 октября 1986-го; корабль вошёл в состав ТОФ. При водоизмещении около 5,6 тыс. т он имел дальность порядка 13 тыс. миль, автономность 90 суток и ангар для двух Ка-27.
Концептуально это была уже не «ГАС у входа в базу», а разнесённая активно-пассивная система театрового уровня. Однако законченной советской боевой системой «Днестр» стать не успел: государственные испытания прошли уже в 1993 году. Для середины 1980-х его следует рассматривать как перспективное направление, а не как действующий элемент бастиона.
«Агам» и цена обработки сигнала
Камчатский «Агам» — наиболее наглядный пример крупной действующей стационарной системы ТОФ. После аварии АС-28 в 2005 году в открытой печати появились данные о планарной антенне порядка 100 × 7,5 м с примерно 2400 гидрофонами, соединённой кабелями с береговым постом.
Дополнительный интерес представляют воспоминания разработчиков экспериментальной аппаратуры «Дельта-АС» («Мера-А»). По их утверждениям, при подключении к антенне «Агама» в испытаниях 1984, 1987 и 1988 годов новая сверхнизкочастотная обработка позволяла обнаруживать и классифицировать подводные лодки, включая американскую ПЛА типа Los Angeles, на дистанциях до 190 км.
Эту цифру нельзя принимать за штатную боевую дальность «Агама»: источник представляет собой воспоминания участников, а не опубликованный акт испытаний. Более того, сами авторы подчёркивали резкую разницу между результатами экспериментальной и штатной обработки. Именно поэтому эпизод важен: возможности большой антенны определялись не только её физическим размером, но и способностью аппаратуры выделять слабые низкочастотные сигналы. Это хорошо объясняет позднесоветский акцент на цифровую обработку и новые методы классификации.
Советская система и SOSUS
К 1980-м годам американская система находилась на другой стадии развития. SOSUS представлял собой сеть океанского наблюдения с донными массивами на ключевых направлениях Атлантики и Тихого океана. Её дополнила мобильная система SURTASS, использовавшая специальные корабли с длинными буксируемыми низкочастотными антеннами. В поздний период холодной войны стационарные и мобильные средства были сведены в более широкую Integrated Undersea Surveillance System — IUSS.
Смысл этой системы состоял не просто в дальнем обнаружении. Береговая обработка позволяла передавать ориентировку мобильным силам — подводным лодкам и самолётам P-3, которые уже локализовали контакт и брали его на сопровождение. Иными словами, стационарный датчик был первым звеном цепочки обнаружение → корреляция → наведение → локализация → слежение.
К концу СССР советская сторона имела мощные отдельные стационарные ГАС, протяжённые рубежи и серьёзную программу распределённых систем нового поколения. Но в открытых данных не видно сети, сопоставимой с SOSUS/IUSS по географическому масштабу и зрелости интеграции. Основная масса реально развёрнутых советских средств по-прежнему была ориентирована прежде всего на защиту баз и отдельных важных районов, тогда как американская сеть уже решала задачу поиска целей на океанском театре.
Для Охотского моря это различие принципиально. Если бы Курильская гряда была перекрыта зрелой распределённой гидроакустической сетью, на долю мобильных сил чаще приходилась бы лишь локализация уже обнаруженной цели. Реальная же структура — ДПЛ проекта 877 на рубеже, МПК и СКР, свои АПЛ, Ил-38, Ту-142, Бе-12 и Ми-14 — указывает на систему, где сам поиск и поддержание рубежа в значительной степени оставались задачей манёвренных сил.
Вывод
К середине 1980-х Охотский «бастион» нельзя представить ни как непроницаемую крепость, ни как просто море, прикрытое несколькими местными бригадами. Это была многослойная система, в которой взаимодействовали стратегические и многоцелевые АПЛ, дизельные лодки, крупные БПК, сторожевые корабли и МПК, береговая и корабельная авиация, передовые пункты базирования и ограниченное число стационарных гидроакустических комплексов.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
