Chrome Shelled Regios том 5

  — А... у...

  — Да говорю же, незачем так волноваться. Вы ведь уже гуляли вдвоём.

  — Но не проводили целый день вместе.

  — И не проведёте, у него тренировка.

  Наруки говорила спокойно, и Мэйшэн тоже начала успокаиваться.

  — И это ничего? Не помешаю?

  — Не помешаешь, поэтому и берём. Если мы предоставим готовку тебе, не придётся беспокоиться о питании.

  — Понятно...

  Мэйшэн постепенно начала понимать свою роль. Готовить. Как всегда. Так она поможет Лейфону и его товарищам в тренировочном лагере. Только и всего. И ничего особенного. К особенному она не готова.

  — Просто готовить?

  — А я тебе что говорю? — кивнула Наруки, усмехаясь.

  — Наивные! — вмешался в разговор новый голос.

  — Ми... у нас серьёзный разговор, не лезь.

  — Ой, кошмар! Что это за тон? Я протестую.

  — Перестань. Веди себя прилично.

  — Я вам что, маленькая?! Ну-ка... — крикнула Мифи и кинула в рот ломтик со стола. — Вы вообще не о том. Как можно упускать? Такой шанс...

  — Какой ещё шанс?

  — Узнать про Небесный Клинок, — пояснила она, и Мэйшэн почувствовала тяжесть в груди.

  Однажды к ней по ошибке пришло письмо. Почтальон случайно доставил ей письмо, предназначенное Лейфону, от девушки по имени Лирин. Мэйшэн понимала, что читать его нельзя — но прочитала. В письме упоминался "Обладатель Небесного Клинка". Похоже, так называли Лейфона в Грендане.

  У каждого города свои титулы для выдающихся военных. В её родном городе Йолдеме, например, каждый военный стремился попасть в Орден Перекрёстка — туда брали только лучших. Обладатели Небесного Клинка тоже явно представляли собой нечто подобное. Мэйшэн не удивилась, что Лейфона наградили подобным титулом. Она знала, что Лейфон сильный. Но что же тогда произошло в Грендане?

  Однажды она уже хотела спросить, но в панике наделала глупостей. Мэйшэн боялась тогда, что Лейфон вообще перестанет с ней общаться, но этого не произошло. А теперь страх сделать ещё больше глупостей мешал задать вопрос.

  — По-моему не стоит, — нахмурилась Наруки. — У каждого есть одна-две вещи, о которой он не захочет говорить, верно? Лейтон уже рассказал бы, если б мог.

  — Логично. Но только... Не легче ли строить с ним отношения, когда знаешь его тайны? — заметила Мифи, и Наруки хмыкнула. — Я же вижу. Когда закончился тот бой, ты сильно задумалась, да? Уж не связано ли это с Лейтоном?

  — Вовсе нет. А даже если и так, разве я потеряю ваше доверие, если не расскажу?

  — Ты расскажешь то, что можешь рассказать.

  — Вот видишь. Почему так нельзя действовать и с Лейтоном?

  — Ну очевидно же. Мои с тобой отношения устроены иначе, чем мои с ним.

  — И в чём разница?

  — Я знаю, например, что ты плакала, когда писалась.

  — Что?! — покраснела и совершенно растерялась застигнутая врасплох Наруки. — Н-ничего я не плакала! И вообще, это всего один раз было...

  — Плакала! Навзрыд, с беспомощным видом. В три ручья. Ой, как сейчас вижу. Ты тогда...

  — Молчать!

  Наруки вопила, Мифи дразнилась. Оказавшаяся между ними Мэйшэн могла только постанывать.

  — Я что сказать-то хотела! — кричала попавшая в захват Мифи, хлопая по удерживающей её голову руке. — Я не к тому всё это, а про то, что мы с детства друг друга знаем. И даже если появятся один-два секрета, мы всё равно друг другу верим, потому что знаем как облупленных. А с Лейтоном не так. Мы его не знаем. Не знаем ничего о его жизни до приезда в Целни. Вот и хотим узнать, верно? Тебе разве не интересно?

  — Мм... — замешкалась Наруки, и Мифи выскользнула из захвата.

  — В общем, я хотела сказать, что раз мы хотим узнать Лейтона, надо узнать и Лейтона гренданского. И точка! Есть хочу! — высказалась она и вылетела из кухни.

  — Мда, что хочет, то и говорит, — проворчала раскрасневшаяся Наруки, сердито глядя вслед убежавшей в гостиную Мифи. — Мэй, ни о чём не волнуйся.

  — Угу.

  Но Мифи попала не в бровь, а в глаз. Лейтон в Целни всего полгода. Лейтон, которого они знают, вырос в Грендане. Это беспокоило. И Мэйшэн завидовала девушке по имени Лирин. Потому что она знает о той его жизни.

  Но... не много ли она хочет? Сомнение крепко засело в душе Мэйшэн. Быть может, из-за этого ужин получился не лучший. Наруки с Мифи, наверное, почувствовали, но промолчали. Потому что верят в неё? Или потому что жалеют?

  Она вдруг перестала что-либо понимать.

 

 

* * *

 

  Кто-то ткнул Лирин пальцем в лоб, возвращая к реальности.

  — Что делаешь?

  Перед собой она увидела перегнувшуюся с другого края стола Синолу.

 

  — Доклад... вообще-то.

  Они сидели в библиотеке. На столе стоял библиотечный переносной терминал, на экране отображался длинный список научной литературы. Лирин как раз просматривала его, чтобы скопировать нужное для доклада.

  — Уу...

  — Чего?

  — Нуу... просто ты в одну точку смотрела. Ты хоть заметила, когда я здесь появилась?

  — А?

  Не все материалы разрешалось выносить за пределы библиотеки, и часть помещения отводилась под чтение и самоподготовку — здесь стояло множество больших столов, за которыми занималось после уроков множество студентов. Лирин и сейчас окружали студенты.

  Да, стол был большим. На столе, опираясь на локти, лежала Синола. Стоявшие в середине терминалы и принадлежности других студентов она бесцеремонно подвинула. Лирин почувствовала на себе взгляды присутствующих.

  — Эй! — вскрикнула она и с ужасом поняла, что надо бы потише. — Ты что делаешь?

  — Ну... ты вообще знаешь, что я тут довольно долго? Скоро уже неловко будет... — спокойно сообщила Синола, чуть покраснев.

  — Так слезь сейчас же!

  Не в силах выдерживать недовольные взгляды, Лирин бросилась к выходу.

  — Суровая какая. Подожди, — догнала Синола Лирин, когда та шла возвращать терминал. — Ты ничего вокруг не замечала, я и забеспокоилась.

  — Пожалуйста, выражай беспокойство более прилично! — возмутилась покрасневшая девушка, когда они вышли из библиотеки.

  — Оо, ты мне льстишь.

  — Объясни ради бога, каким образом это можно принять за лесть.

  — Ладно тебе, не ворчи. Я тебя накормлю.

  Лирин шагала вперёд, устав спорить, но Синола не отставала.

  — Спасибо, не надо. Ты поведёшь меня в какое-нибудь роскошное заведение, где я буду сидеть как на иголках.

  Лирин привыкла к бережливости и регулярно обедающую в дорогих ресторанах Синолу понять не могла.

  — О, хочешь чего-нибудь подешевле? Давай, хочу сходить в одно место.

  — А? Посто...

  Но тащившая её за руку Синола дослушивать не стала.

 

  Синола притащила Лирин в парк неподалёку от остановки.

  — Так вот ты о чём?

  Бумажный свёрток грел руку. Остановка находилась перед школой, а рядом выстроились заведения. Улочка была спасением для студентов, живущих самостоятельно — здесь можно было найти всё, от повседневных товаров и продуктов до дешёвого полноценного питания и деликатесов.

  То, что они сейчас держали в руках, продавалось в одном из этих магазинов — в стоящем на этой улочке вагончике.

  — Да, хотела попробовать, — торжественно заявила Синола и развернула бумагу.

  Внутри оказалась булочка, обжаренная в масле и посыпанная сахаром.

  — Сразу видно, что ты богатая.

  Синола никогда не ела жареной булочки... Лирин со вздохом развернула свою и тоже начала есть. Булочка таяла во рту — она приятно пахла, была мягкой на ощупь и сладкой на вкус. Её не пережарили и явно не использовали старое масло. Лирин давно не ела таких булочек — оказалось очень вкусно.

  — М, вкусно. Здорово, да? — удивлённо сказала Синола, доедая первую булочку и доставая следующую.

  Лирин почувствовала, как проглоченный кусок пробудил аппетит.

  Так они и сидели, пока не съёли всё — Лирин чувствовала себя уютно рядом с Синолой, приговаривавшей "вкусно, вкусно".

  — М, маловато, — пробормотала Синола, слизывая сахар с ладони.

  — Нет, многовато.

  В её свёртке было, наверное, вдвоё больше булочек, чем у Лирин. Синола съела их за то же время, и ей ещё мало. Глядя на её идеальную фигуру, Лирин вздохнула.

  — И как ты ухитряешься держать себя в форме?

  — Немного спорта, — исчерпывающе ответила Синола.

  Лирин простонала и погладила живот.

  — Итак, не соизволите ли теперь поведать Синоле-сэмпай о том, что вас гложет? — спросила Синола, глотнув только что купленного ими горячего чаю и посмотрев на Лирин.

  — Что?

  — Всё те же проблемы? Как оно?

  — Ну, я бы не...

  — Или дела двигаются? И продвинувшись, принесли новые проблемы?

  — Да нет же...

  Но Синола вела разговор так, будто и не слышала отчаянных попыток Лирин всё отрицать.

  — Знаешь, раньше ты была как в воду опущенная. А последнее время тревожная какая-то, то резко краснеешь, то мрачнеешь вдруг — туда-сюда прыгаешь, как кузнечик.

  — А...

  Сама она того не сознавала, но, похоже, для Синолы выглядела именно так. Лирин представила, какой её видят окружающие, и резко смутилась.

  — Итак? Что тебя беспокоит? Сестрёнка поможет.

  — Нет, я... — начала она, но потом, поколебавшись, передумала. — Я хочу повидаться с одним человеком.

 

 

* * *

 

  Пришло время тренировочного лагеря.

  Они вышли из трамвая и пошли вдоль фруктового сада. Ветер время от времени доносил сладкие запахи, а когда сад кончился, вокруг раскинулась открытая местность.

  — Ух ты... — вырвалось у Лейфона, когда его взору предстало огромное поле.

  На плече он нёс спортивную сумку с одеждой и прочими нужными для проживания вещами, а в каждой руке по набитому под завязку мешку. Там лежали продукты, которые он с девушками купил перед выездом. Шедшая рядом Наруки была нагружена примерно так же.

  — Просторно... — выдохнула удивлённая Мэйшэн.

  По ту сторону оставшегося за спиной сада находилось искусственное озеро — когда-то Лейфон с подругами видели его из ресторана. Это зона сельской местности, для работ сельскохозяйственного факультета. Вдали виднелась большая теплица — она сверкала, отражая солнечный свет. Нина говорила, что здесь мёртвый сезон, и сейчас ничего не выращивают. Так что в меру активные тренировки особого вреда не нанесут.

  Посреди поля стояло одинокое здание. Там и будет лагерь.

  Они шли по тропинке, и здание всё увеличивалось. А дойдя, поняли, что оно просто огромное.

  — Вот и вы.

  Встретившая их у входа Нина забрала у Лейфона продукты. Она поблагодарила Мэйшэн за предложенную помощь, и та ответила чуть слышным, осипшим от волнения голосом. Перед тем, как войти вслед за ней, Лейфон поднял взгляд на здание.

  — Большое.

  — Ага, — проследила за его взглядом Нина. — Им пользуются студенты сельскохозяйственного, когда здесь живут, так что оно вмещает двадцать человек.

  — Здорово.

  — Район большой, так как снабжает Целни пищей. А подобные здания есть в разных частях производственной зоны... Нам сюда.

  Она привела их на кухню, и там они положили продукты в холодильник. Потом Нина рассказала, кто в какой комнате будет жить, и все разошлись раскладывать вещи.

  — Сегодняшний день ушёл на то, чтобы добраться и расположиться, а завтра готовься работать, — сказала она напоследок и ушла показывать дорогу Наруки и Мэйшэн.

  Лейфон отправился в указанном направлении, самостоятельно нашёл свою комнату и выложил вещи. Когда он отдёрнул штору и посмотрел в окно, солнце уже клонилось к закату.

  — Мы на краю города.

  Высота второго этажа позволяла увидеть обод. Отсюда открывался совсем иной вид, чем тот, что Лейфон наблюдал каждый день — из школьного здания первого курса или его общежития — казалось, он переехал в другой город. Он где-то далеко — это ощущение вдруг стало очень отчётливым. Когда он стал Обладателем Небесного Клинка, ему и в голову не могло прийти, что он уедет в школьный город. Он был наивен. Что и говорить, он, пожалуй, уже тогда принимал неверные решения. Так сказала Нина. Можно ведь было как-то по-другому? Наверное, она права. Тогда и Лирин не пришлось бы пройти через всё это.

  Вместе с раскаянием пришло чувство одиночества.

  — Как там Лирин?

  Возможно, одиночество вызвано и размером комнаты. Здесь стояло три кровати в ряд. Обычно тут ночуют студенты сельскохозяйственного, допоздна работающие в поле. А теперь он один. О собственной комнате он мечтал со времён приюта. Там тоже была большая комната и в ней ряд кроватей, на которых все спали. А сейчас в общежитии двухместная комната целиком в распоряжении одного Лейфона. И подселить никого не планируют. Он, конечно, доволен, что в его распоряжении столько места — что там, что здесь. Наверное, простор этой комнаты напомнил ему такой же простор комнаты приюта.

  — Мда...

  Лейфон мотнул головой, отгоняя приступ сдавившей на мгновение горло ностальгии. Он прекрасно понимал, что никакими сожалениями прошлого уже не вернуть. Он показал простым горожанам... что случается, когда Обладатель выходит за рамки. Как теперь смотреть им в глаза?

  Пока в голову лезли всякие глупости, прибыли Шарнид с Фелли, и Лейфона позвали.

  Тренировка была совсем недолгой. Зала, как в тренировочном комплексе, здесь не было, и тренировались в поле. После захода солнца единственным источником света оставались огни здания. Они немного позанимались спаррингом в темноте и на этом закончили.

  Мэйшэн перед ужином была очень скованна, но все, конечно же, пришли в восторг от её кулинарных талантов, и она, к облегчению Лейфона, наконец, успокоилась.

  Потом они некоторое время сидели в главном зале и болтали. Нина с Шарнидом играли в "полководца" — разработанную военным факультетом настольную игру для развития тактического мышления. Мэйшэн разговаривала с Наруки, Фелли сидела в углу и читала привезённую с собой книгу.

  Лейфону заняться было нечем, и он стал наблюдать за игрой. Доски были расчерчены на клетки, на них расставлены фигуры, и цель игры заключалась в том, чтобы, разгадывая движение фигур противника и двигая собственные, победить вражеского полководца. У каждого игрока своя доска, устроенная так, чтобы не видел противник. На доске расставляются и двигаются фигуры.

  — Терминал в район B-6.