Идеальная подстава

Владемар встал, широко расставив ноги и сложив руки на груди, остальные столпились за ним. Десятки глаз с любопытством разглядывали меня. Барт остался чуть в сторонке и перевязывал порезанную руку белой тканевой салфеткой. Видимо, успел прихватить по пути с одного из столов. Красные дорожки крови протянулись до самого локтя. На меня он не обращал внимания.

Все чего-то ждали. Но чего именно — я поняла, только когда из-за угла дома послышалось глухое рычание. Один из охранников, так же одетый в камуфляж, вел на длинных поводках трех существ. Они передвигались по-обезьяньи: то ли на четвереньках, то ли на двух ногах, помогая себе удлиненными руками. Крупные тела сплошь покрывала густая коричневая шерсть. А вот морды были волчьи. Из оскаленных пастей капала слюна. Безумные горящие глаза смотрели только на меня. Таких чудовищ я раньше не видела даже в фильмах ужасов.

— Правила у нас остались прежними, — чуть повернулся к гостям хозяин особняка. — Ставке дается фора в пять минут. Потом я спускаю гончих. Передвижения ограничены только границами моей земли, — он слегка усмехнулся, — то есть места хватает. Впереди проложена тропинка. От нее, конечно, можно отклоняться и срезать углы, но помните, что на деревьях закреплены флажки. Ставка должна принести все пять флажков. Если она принесет хоть на один меньше — проиграла. Если она вообще не вернется...

Владемар вскинул бровь и посмотрел на Барта. Тот как раз заправил свободные концы салфетки под повязку и поднял голову:

— Всем все понятно. Мария Николаевна, бегите!

Я не могла отвести взгляда от мохнатых чудовищ. Те рвались ко мне, жадно вели носом, натягивали поводки. У них были человеческие глаза. О, боги, что это за существа?!

— Время пошло, — заметил хозяин особняка, взглянув на наручные часы.

Мои ноги словно приросли к земле. Эти твари казались чем-то средним между волком и человеком. Они сгорали от нетерпения погнаться за мной. Неужели их специально тренировали для того, чтобы потом спускать на людей? Я слышала про подобные развлечения богатых, но никогда не думала, что приму участие в травле.

Ах, Барт! Ах, мерзавец! Конечно, он не хотел оставлять меня в живых, после того, как я задавала вопросы о Магистре. Но привел свой замысел в исполнение по-дьявольски тонко. А может, он вообще в сговоре с этим Владемаром. Слишком уж легко тот согласился на сделку. И если посмотреть, Барт здесь совсем ни при чем. Потом будет с печалью в глазах рассказывать о голодных чудовищах в странном особняке, куда приехал со своей любовницей-секретаршей на выходные. И ведь все поверят! Потому что когда найдут мой труп, увидят кружевное и красненькое белье, в которое я вырядилась специально для него! А такое белье женщины надевают только с одной целью — когда им предстоит с кем-то спать.

— Бегом! — вдруг рявкнул Барт, вырвав меня из оцепенения.

И я побежала. В голове словно включился секундомер. Пересечь освещенную лужайку — три секунды. Скрыться за деревьями — еще две. Утоптанная тропинка виляла из стороны в сторону. Поворот. Еще поворот. Десять секунд. Прыжок через большую сломанную ветку. Боль в ногах. Двадцать секунд. Громкое рычание где-то за спиной. Мама дорогая!

Чем дальше я убегала от особняка, тем становилось темнее. Деревья сгущались. Тропинка таяла в жухлой осенней траве и пропадала под опавшими листьями. Становилось понятно, что сюда добегают не все. Я перепрыгнула кочку. Споткнулась. Упала на колени. Порадовалась, что на мне джинсы, и поэтому ноги я не разбила. Но было больно. Рычание. Закололо в боку. Барт. Сукин ты сын. Рычание уже ближе. Еще кочка. Развилка у трех деревьев. Куда? Сюда. Кажется, сюда. Ничего не видно.

Флажок! Я пробежала мимо, когда боковым зрением увидела закрепленный на шершавой коре кусочек белой ткани. Пять секунд, чтобы вернуться обратно и сорвать его. Темное мохнатое тело совсем близко между деревьев. Мама дорогая! Флажок — в карман. Руками — за ветки, подтягиваясь, чтобы перепрыгнуть канавку. Рычание.

Барт!

Мама!

Алка!

Кто-нибудь!

А там был склон. Я не заметила. Покатилась кубарем прямо под небольшую горку. Все вокруг мелькало. Болело в разных местах. От падения присыпало листьями. И тут в голове очень четко раздался голос Барта.

'Два метра вправо — решетка. Должна открыться'.

Я замерла.

Технический спирт, неужели ты меня накрыл в такой неподходящий момент?! Мне тут спасаться надо, а не глюки ловить.

Наверху раздался топот. Чудовища кружили, не могли понять, куда я делась. Ничего, скоро поймут. Вон как носами фыркают. Сейчас учуют мой запах...

'Я сказал, два метра вправо!'

Глюк не глюк, а я осторожно перекатилась вправо. Пальцы нащупали холодный металл вместо твердой земли. Надавила — поддалось. Решетка беззвучно ушла вниз. В черную дыру. Несло сыростью и холодом. Мне туда не хотелось. Рычание. Эх, была не была...

Оказалось что-то вроде туннеля. Ни зги не разглядеть во тьме. Что там? Новые чудовища? Барт в моей голове продолжал командовать.

'Вставайте на ноги. Я положил вам в левый карман куртки фонарик. Бегом! Времени нет. Они сейчас направятся к следующей базе'.

Спорить с собственной галлюцинацией — последнее дело. В кармане оказался крохотный фонарик. Света мало, но достаточно, чтобы разглядеть грязь под ногами и не вписаться в стену. Я побежала.

Коридоры, коридоры, коридоры. Бесконечные развилки, ответвления. Здесь рычание не преследовало меня. Голос Барта, сухой, резкий, направлял. Он же заставил меня остановиться. Над головой пробивался тусклый свет. Еще одна решетка.

'Это новая база. Флажок в пяти шагах. Не теряйте ни секунды. Оборотни где-то там. Выскочить, схватить — и обратно'.

Оборотни? Жаль, остановиться да переварить информацию некогда. Но раз уж я так четко и правдоподобно галлюцинирую, почему бы просто не принять этот факт. Оборотни так оборотни. Не все ли равно, кто решил сделать из меня котлету?

Решетка поддалась так же беззвучно, как предыдущая. Я в два прыжка достигла нужного дерева, и только тут сообразила, что не выключила фонарик, которым пользовалась в тоннелях. Три существа с трех разных сторон одновременно бросились ко мне.

Зубы одного из них выдрали клок моей куртки в тот момент, когда я мешком свалилась в черную дыру тоннеля. На ходу выгребла из кармана скомканные тряпки-флажки и сбросила испорченную одежду, чтобы не мешала. Барт в моей голове, как назло, заткнулся. Сейчас бы его дружеский совет или хотя бы анекдот в тему не помешали. Потому что одна тварь свалилась внутрь следом за мной, и только крупные габариты заставляли ее с трудом протискиваться между стенами там, где я свободно бежала.

Две другие, очевидно, остались на поверхности. Мохнатое чудовище за моей спиной билось, рычало, но продвигалось. Направо. Налево. Напра... а ладно, налево. Еще раз налево. Барт! Барт!

'Прекратите паниковать. Вы отклонились от курса. Два раза направо и потом все время прямо до упора'.

Тьфу ты, слава Богу.

'Дальше придется по поверхности. Система вентиляции здесь заканчивается'.

Так вот где я металась! В системе вентиляции. Честно говоря, это больше напоминало казематы. Нет времени думать, кто все это построил, когда и зачем. Нет времени...

Твари ждали меня у выхода. Как только я опустила решетку, две зубастые морды просунулись в проем, капая слюной на мое лицо. Мерзкая вонь заставила отпрянуть. Где-то сзади приближалась еще одна. Барт снова молчал, как убитый. Вот так жизненная коллизия!

Я прижалась к стене, загнанная в угол. Прощай, дорогой Михаил Юрьевич Лермонтов! Мы с тобой классно проводили время в пыльном кабинетике липовой курьерской конторы под руководством непойми кого. Аллочка, вспоминай меня хоть иногда! Дорогой Бартоломей Иваныч, чтоб тебе икалось до самой смерти за то, как ты со мной обошелся. Не палец тебе отрезать надобно, совсем не палец...

Барт в моей голове то ли хрюкнул, то ли откашлялся.

'В правом кармане вашей куртки маленькая круглая коробочка. Откройте ее и бросьте в них. Не промахнитесь. Другого шанса не будет'.

Я расхохоталась так, что твари удивленно замерли на несколько мгновений. Наверно им еще никогда не попадалась такая веселая котлета.

— Какой карман?! — выкрикнула я, не переставая истерично смеяться. — Я сбросила куртку километр назад!

Барт в моей голове сказал одно слово. Но оно было очень неприличное.

Вот и третья тварь подоспела. Из бокового коридора высунулась мохнатая морда, принюхалась, клацнула зубами. Я швырнула в нее фонариком, попала куда-то промеж глаз. Тварь дернулась. Сверху, из проема шлепнулась на пол одна. Вторая. Я безвольно разжала кулак со скомканными флажками. Для чего теперь эти бесполезные тряпки? Не получилось...

Что-то тихонько звякнуло о землю. Потребовалось несколько мгновений, чтобы сообразить — эта серебристая тускло поблескивающая в полумраке вещица и есть коробочка, о которой говорил Барт. Видимо, вытаскивая впопыхах флажки из кармана куртки, я сгребла и ее, даже не почувствовав.

Все случилось одновременно. Твари прыгнули. Я нагнулась. Схватила коробочку. Одним движением сняла крышку и подбросила вверх. Раздался звук, как будто кто-то наступил на пустой картонный пакет из-под сока. Глаза обожгла вспышка, такая яркая, что я невольно повторила то самое слово, недавно сказанное Бартом. В воздухе запахло мазью 'Звездочка'. Такой меня натирали в детстве.

Как ни странно, чудовища оказались абсолютно дезориентированы. Они отпрыгнули назад, прижались к стенам и жалобно заскулили. В голове тут как тут раздался усталый голос Барта:

'У вас десять секунд, чтобы выбраться. Закройте за собой решетку и сможете остальной путь проделать шагом'.

Я не заставила упрашивать себя дважды. По шатающимся железным скобам вверх, на свободу! Какое яркое звездное небо в просветах между ветвями! Какой вкусный ночной воздух!

Я упала на колени, задрала голову, дышала и глотала его, все еще не веря в удачу. Барт не обманул. Он помог мне!

'Вы не могли бы поторопиться?'

Легок на помине.

По сравнению с тем, что пришлось пережить, поиск остальных флажков показался детской игрой. Я умудрилась даже выйти к особняку с нужной стороны. Пришлось заслонить глаза рукой от света прожекторов. В темноте леса зрение отвыкло.

У входа в полном одиночестве, если не считать охраны, меня поджидал Барт. Он оперся рукой о стену, перенес вес на одну ногу и задумчиво смотрел в пол. По-прежнему без куртки, в светлой футболке с короткими рукавами, несмотря на осенний холод. Как долго он тут стоит? Из окон особняка звучала музыка, слышался смех. Меня никто больше не ждет живой?

— Я спасла ваш мизинец и завтра же увольняюсь, — сообщила я сердитым голосом, и тут же осеклась: у Барта был странный взгляд.

Мне доводилось видеть такие в студенческие времена в клубах. Сухие покрасневшие глаза, слишком блестящие и слишком пустые. Я нахмурилась, пытаясь понять, что происходит. Барт шагнул ко мне, вырвал из рук флажки и направился к дверям. Движения у него тоже были странные: резкие и немного нескоординированные. Ни тебе 'спасибо', ни тебе 'я сейчас вам все объясню'. Я только растерянно пожала плечами. Пришлось идти следом. Не оставаться же на улице.

Сказать, что Владемар удивился — ничего не сказать. В его темных глазах вспыхнула досада, злость, изумление и, наконец, насмешка, призванная сделать хорошую мину при плохой игре. В присутствии гостей Барт бросил на фуршетный столик пять грязно-белых флажков и протянул раскрытую ладонь:

— Ключ. Извинения можешь оставить при себе.

Владемар кивнул подручным. Принесли ключ с металлическим брелоком в виде цифры '14'. Барт буквально выхватил его из рук, так куда-то торопился. Подхватил наши сумки.

— Идемте, Мария Николаевна.

Пошел не оборачиваясь. Я засеменила следом, протискиваясь в своеобразном коридоре из длинноногих красавиц, который широкими плечами прокладывал начальник. Почти добралась до лестницы, когда меня ухватили за локоть и дернули в сторону. Гости тут же смешались, отрезая от Барта. Я потеряла его из виду и возмущенно вскрикнула.

— Не торопитесь, вы — героиня вечера, — с придыханием шепнул в ухо Владемар.

Его сильные руки втолкнули меня в небольшой, как раз на двоих, лифт с зеркальными стенами. Двери закрылись, кабина поехала вверх. В трехэтажном особняке наличие лифта было просто пафосным криком моды, не более.

Я мысленно воззвала к Барту. Помогал же он мне в лесу. Неужели не заметил, что я потерялась в зале? Но учитывая его странное состояние, мог и не заметить. Слишком уж торопился этот самый зал покинуть. Темные глаза хозяина особняка прожгли меня, а руки — прислонили спиной к зеркальной стене. Поверх его плеча я видела отражение: худощавую спину, обтянутую черным пиджаком и свои огромные испуганные глаза.

Барт молчал.

— Не откажетесь выпить со мной в моих комнатах?

В голосе Владемара зазвучали бархатные, воркующие нотки. Указательный палец слегка приподнял мой подбородок. Я не поверила ушам. Он меня соблазнял!

— У вас полный зал моделей. Почему я?!

— Хочу понять, за что вас выбрал Ловец, — палец скользнул вниз по шее до ключицы.

— За ноги, — пробормотала я, чувствуя, как другая его рука ложится на мою талию, как раз где край проклятущей короткой футболки, и начинает подниматься по телу вверх.

А я вся такая в кружевном и красненьком. Вот умора.

— Не-ет, — усмехнулся Владемар, — тут что-то еще. Как вам удалось убежать от моих гончих?

Я облизнула пересохшие губы. Были ли подсказки Барта галлюцинацией? В оборотней от испуга я поверила легко, так почему бы не поверить в возможность моего начальника общаться со мной на расстоянии? И стоит ли говорить об этом Владемару? Конечно, нет. А вдруг он посчитает, что это проигрыш? Конечно, посчитает. Поэтому и заманил меня в лифт, а не за красоту мою неземную. Хочет просто пряником или кнутом выведать, в чем секрет.

— Я... не знаю как. Мне просто везет. По жизни.

Ну да. Как утопленнице.

— Как вам удалось? — снова прорычал Владемар. Его темные глаза стали почти черными.

Лифт звякнул и остановился. Двери открылись.

— Нам пора, — тихонько напомнила я, увидев в проеме картину на стене коридора.

— Никуда мы не пойдем, пока не скажете.

Несмотря на видимую худобу и изящность, хозяин особняка оказался довольно силен. Обеими руками он сжал мою грудную клетку так, что ребра затрещали. Ну и где всезнающий Барт с его фонариками и световыми джедайскими бомбами? Почему он не предусмотрел это?

— Я пожалуюсь Барту!

— О, поверьте, он про вас уже забыл.

— Мне больно! Я буду кричать!

— На помощь придут только мои люди.

Я беспомощно трепыхалась, придавленная этим монстром к стене. Неужели Барт про меня забыл? Почему не помогает сейчас? Тут же подоспел готовый ответ: потому что Скачки я уже выиграла и больше не нужна. Это было даже обиднее, чем вежливые взгляды сквозь меня, которыми Барт награждал в офисе.

Владемар успел утомиться от борьбы и перешел к более решительным действиям. Он широко открыл рот, и стали видны длинные белые клыки, выглядывавшие из-под верхней губы. Вампир?! Мама дорогая!