Академия Магического искусства. Тайна забытого зелья

— Думаю, вы уже поняли, что вся эта история связана с редкими растениями, добыть которые с каждым годом всё сложнее, а некоторые и вовсе невозможно. Но это за стенами Академии, а вот здесь они все есть. За ними строго следят преподаватели, чтобы некоторые виды не исчезли совсем. Конечно, вы мне сейчас скажете сами, почему для нас, магов, это важно?

— Потому что если какое-то растение исчезнет, то станет невозможным приготовление сразу ряда зелий, — ответила я, ничуть не сомневаясь в правильности ответа.

И снова кивок. И как шея не устала?

— Помимо этого, вы знаете, что Академия Магических искусств — учебное заведение с сильнейшей охраной, попасть сюда просто так постороннему невозможно. И в свете этого... Около полугода назад из теплиц и хранилищ Академии стали пропадать листья или соцветия некоторых редчайших растений, некоторые из которых у профессора Верис под строгим учетом. Даже плоды, сбор которых Азалия также лично контролирует. Можете предположить, почему?

— Некоторые растения служат ингредиентами для запрещенных зелий. Наверное, их вы и имеете в виду?

— Предположение верно. И потому эти кражи стали преступлением государственного масштаба, особенно когда со временем стало понятно, для приготовления какого именно зелья они заготавливаются. Пожалуй, его я вам сейчас называть не стану, скажу лишь, что это угроза безопасности нашего государства и, подозреваю, лично императору. Поэтому я и оказался здесь. Моя задача — поймать того, кто всё это затеял. Это вкратце. Вопросы есть?

— Почему вы? Вы ведь не простой преподаватель, да?

— Вы правы, я не преподаватель, я следователь. Старший следователь тайной имперской канцелярии. Хотя для всех я просто неприветливый, грубый и крайне невоспитанный племянник императора Вильера, получивший хорошее образование и теперь скучающий в одиночестве в своём поместье и посвящающий всё время либо очередному магическому эксперименту, либо очередной интрижке. До вас, думаю, должны были дойти слухи обо мне и Инерии Вайтедис, фаворитке Вильера? Именно так решено было оправдать мою ссылку в Академию.

— Неприветливый и грубый? — мой уставший мозг зацепился за эти нелестные определения, данные магистром самому себе. — Мне казалось, к вам все придворные относились с уважением, а женская половина ещё и с интересом. — Я запоздало смутилась и покраснела. Не стоило говорить о том, что я на это внимание обратила.

Но магистр моей неловкости, кажется, и не заметил:

— Это из-за происхождения и состояния. Мои личные качества роли не играют.

Он взял бутылку и вновь наполнил бокалы. Я и не заметила, как успела выпить всё вино. Наверное, вид у меня был тот ещё, потому что Этеллис, протягивая мне бокал, спросил:

— Вы устали? Мы можем продолжить беседу завтра.

Как завтра? Я не узнала главного для себя — в чём же будет заключаться моя роль в поимке таинственного вора. Вслух же я сказала:

— Нет-нет, я вас слушаю, магистр.

— Ну что ж. Обсудить нам осталось лишь ваше участие, адептка Майлис. — Он мысли читать умеет? Магистр поставил бокал на подлокотник кресла, встал и начал ходить по кабинету. — Вы уже слышали, что тот, кто видел, как вы взламываете защиту, вас без внимания не оставит. Я предполагаю, что этот кто-то — адепт-старшекурсник или преподаватель Академии, а не посторонний человек, поэтому для начала прошу вас присмотреться к своему окружению. Рассказывайте мне обо всех, кто вдруг начнет настойчиво предлагать вам своё общество, навязывать общение, ухаживать за вами, хоть прогулку по магазинам предлагать. На первое время это всё. Дальше будет видно. Конечно, это несколько ограничит вашу свободу и личную жизнь, но я надеюсь, вы понимаете, ради чего всё это?

Ривей, видимо, ждал ответа, вот только я начала засыпать ещё на середине его объяснения и последнее предложение дослушала уже сквозь дрёму. Стоило магистру замолчать, как я тут же провалилась в царство грёз.

— —

Проснулась я от солнечного света, который бил мне прямо в глаза. Я была в своей комнате, которую делила с Кенной вот уже полтора года. В памяти всплыл вчерашний вечер, но как попала к себе, я вспомнить не могла. Я потянулась, и ко мне тут же подошла подруга.

— И как это понимать?

— Что понимать? — я не могла представить, чего Кенна от меня ждёт.

— Ты уходишь с магистром Этеллисом, к слову невероятно привлекательным молодым мужчиной, показать местечко у корпуса неподалёку от нашего. Я жду тебя через полчаса, но стрелки часов подходят к полуночи, а тебя всё нет. А затем этот молодой привлекательный преподаватель приносит тебя на руках, спящую, говорит, что ты уснула у него в кабинете, и он не хотел бы тебя будить. — На этом месте щеки мои покраснели, это точно. — И что я думать должна?

— Кенна, всё не так, как ты думаешь. — Какая избитая фраза? Хоть кто-то верит ещё ей? Но тут я поняла, что правду ей рассказать не могу, я же клятву дала. — Ой, мне собираться надо! — вскочила я с кровати, переводя разговор. — Мы на лекцию опаздываем!

— И не надейся! — подруга по-детски показала мне язык. — Ты мне всё расскажешь, я не забуду!

Глава 4

Несколько дней прошло так, словно ничего необычного со мной и не случилось. Я бы решила, что путешествие в императорский дворец и ночные посиделки у камина с магистрам Этеллисом мне просто померещились, если бы Кенна нет-нет да не пыталась вызнать у меня подробности того дня. Я, как могла, уходила от ответа: то отшучивалась, то делала вид, что сплю, а сегодня прямо заявила:

— Прости, Кенна, я бы рассказала тебе всё, но я, правда, просто не могу!

Подруга, похоже, обиделась, но виду старалась не подавать.

На ужине в пятницу ребята из нашей компании напомнили, чтобы планы на субботу мы не строили, они уже присмотрели очередную таверну для нашего традиционного вечера.

— Кстати, у нас будет пополнение, если вы не возражаете. — Маттей сообщил это как бы между прочим уже к концу ужина. К слову, в последнее время меню в нашей столовой оставляло желать лучшего, ассортиментом не радовало, отчего субботы мы с Кенной ждали, как праздника. — Мы тут недавно с одним старшекурсником познакомились, парень-рубаха, свой в доску. А байки травит — мы за животы хватались. Он к нам в Академию из провинции перевелся в этом году.

Кенна тут же заулыбалась и сообщила, что она уж точно не против новенького в нашем тесном кругу. Правда, всё же уточнила:

— Симпатичный?

— Ещё какой! — сообщил ей Толий. — Только держится особняком, говорит, с людьми тяжело сходится новыми. Я его даже в столовой ни разу не замечал. Завтра сама его расспросишь, почему он такой отстранённый.

А вот меня такая компания насторожила. Тут же вспомнилось, что магистр Этеллис велел обо всех ухажерах сообщать, хотя этот адепт в ухажеры не записывался. И всё же то, что он новенький и к тому же необщительный, заставило меня призадуматься. И ещё я вдруг поняла, что очень хочу увидеть Ривея. С того вечера я видела его лишь пару раз мельком в коридорах Академии.

— Лил, а ты что скажешь? — спросил Алекс.

— Конечно-конечно. Веселей будет, — ответила я, а сама уже мыслями была на пути в кабинет преподавателя зельеварения. И вот что странно — вроде как мою личную жизнь и свободу ограничивал такой контроль, так чему же я радуюсь?

— —

Из столовой мы вышли все вместе. Мы с Кенной вскоре свернули в свой коридор, а я никак не могла придумать, как объяснить девушке, что мне нужно уйти. Мне совсем не хотелось лгать лучшей подруге. В итоге решила, что подожду, пока она уснёт, а потом уже отправлюсь к магистру.

Ждать пришлось недолго, учебная неделя нас неплохо вымотала. И всё же из комнаты я выходила уже ночью. Темные коридоры освещались тускло, магические светильники работали далеко не на полную мощность. На мгновение мне показалось, что я зря затеяла эту прогулку. Вспомнилось, что кому-то в Академии я очень нужна и этот кто-то вполне может напасть из-за угла и похитить меня. Но, подумав, я решила не отступать от цели.

Уже подходя к кабинету преподавателя, а сообразила, что его здесь в такое время может и не быть, но мне повезло — из-под двери пробивался свет. Я постучалась, но ответа не было. Стучать громче и перебудить всю Академию мне не хотелось, поэтому я решилась приоткрыть дверь и заглянуть внутрь. Магистр сидел в кресле у камина. Рядом стояла бутылка вина и наполовину опустевший бокал.

— Магистр? Магистр Этеллис? — негромко позвала я. Ответа не было.

Мне вдруг стало страшно. Я практически подбежала к креслу, но магистр просто спал. Я уже хотела уйти, как вдруг он схватил меня за руку. И как я могла подумать, что следователь Тайной имперской канцелярии может не проснуться, когда рядом кто-то ходит. Магистр был явно удивлён увидеть меня.

— Адептка Майлис? Что вы здесь делаете в такой час? — спросил он строгим преподавательским голосом, в котором всё же проскочили нотки тревоги. Затем добавил уже мягче. — Что привело вас ко мне, Лилинея? Что-то случилось?

Поначалу я, скажу прямо, сильно растерялась, даже слов подобрать не могла. В итоге произнесла лишь:

— Добрый вечер, магистр. Не могли бы вы выпустить мою руку?

Ривей, казалось, только сейчас понял, что держит меня. Он посмотрел на свою руку, крепко схватившую меня за запястье.

— Останутся синяки, — сказал он тихо, поднимаясь с кресла и, наконец, отпуская меня. Не скажу, что мне было больно — от его, хоть и грубого, прикосновения по телу пробежала теплая волна. — Садитесь, Лилинея. У меня есть бальзам.

Я села на краешек кресла и наблюдала, как Ривей, выдвигая ящики стола, ищет что-то. Потом достает небольшую баночку, подходит ко мне, опускается на колени, берет уже покрасневшую руку и начинает намазывать прохладную пахнущую травами мазь мне на запястье. Почему-то стало неловко, хотелось спрятать руку в карман, но от легкий прикосновений тело охватила такая слабость, что, казалось, я не смогу сейчас даже пошевелиться. Когда же магистр, отставив бальзам, поднял на меня взгляд, в нём мелькнула нежность и забота, хотя лицо его оставалось серьёзным. Он лишь на мгновение задержал мою руку в своей, а затем отпустил её, отстранился и сказал:

— Завтра не останется и следа. Простите меня, привычка сработала. Позвольте узнать, зачем вы всё-таки здесь?

— Вы просили сообщать, если кто-то будет навязывать свою компанию, и вот... — что говорить дальше, я не знала, и замолчала, опустив взгляд на носки своих черных туфелек.

— Вина? — неожиданно предложил магистр, придвигая себе кресло.

— А давайте, — как-то быстро согласилась я.

Когда бокалы были опустошены, Ривей попросил меня рассказать, что всё же произошло, и я уже смелее поведала ему о завтрашней прогулке. Магистр снова порылся в ящиках стола и достал оттуда симпатичный кулон, довольно простой и почти неприметный, похожий на капельку.

— Раз вы не знаете, куда именно пойдёте, наденьте маячок. Так я смогу найти вас в любой момент. Мне не хочется пугать вас раньше времени, это, возможно, ложная тревога, но будьте осторожны.

Магистр сам надел на меня кулончик, и я тут же спрятала его под платье — лишних вопросов от друзей не хотелось. Надо было идти к себе, близилась полночь, но у камина было так тепло и уютно, вино расслабляло, а близость этого притягательного мужчины делала вечер поистине удивительным. Лищь бы снова не уснуть в кабинете... Я ждала, что магистр сам намекнёт мне на неуместность моего поведения и поздний час, но он лишь сел обратно в кресло, долил мне вина и, глядя на огонь в камине, прошептал:

— Простите, что втянул вас во всё это, Лилинея. Вы молодая девушка, а я лишаю вас приятного субботнего отдыха в кругу друзей, взамен заставляя бояться каждого слова или движения нового знакомого, постоянно быть начеку. А ведь он может оказаться хорошим парнем, отличным другом, но вы будете относиться к нему предвзято из-за меня, моих предостережений. Ещё раз простите.

Вот только окончания монолога Ривея я уже не слышала. У меня становится традицией засыпать в кресле магистра?

— —

Вам знакомо чувство дежавю? Мне теперь да. Снова я просыпаюсь от ярких солнечных лучей, а надо мной уже нависает Кенна и буквально шипит (родственники у неё — вампиры, что ли?):

— Как ты могла такое от меня скрывать?

— Что скрывать?

— Я думала, мы подруги. Лучшие подруги! А ты утаиваешь от меня свой роман! И ладно бы с кем-нибудь из адептов! — голос подруги становился всё громче и, наверное, раздавался уже на весь этаж. — Но с самим...

Тут я, наконец, поняла, что подруга хочет сказать, и быстро закрыла ей ладошкой рот. Как-то не хотелось мне внезапно стать объектом зависти всей женской половины Академии Магических искусств... Хотя нас вряд ли услышат. Кенна лишь закатила глаза. Хоть кричать перестала! Я убрала руку, и подруга, подсев ко мне, начала рассказывать:

— Просыпаюсь я ночью, в окно падает лунный свет и видно всё хорошо. А у нас в комнате мужчина с тобой на руках! Я же не рассмотрела сразу, что это Этеллис, собралась уже кричать, а он как почувствовал. Повернулся и шёпотом мне говорит: "Простите за вторжение. Не хотел будить Лилинею". Положил тебя на кровать и скрылся в портале. Я тебя сразу растолкать и расспросить хотела, но труды магистровы пожалела.

— Кенна, мы просто разговаривали, я выпила вина немного, вот и уснула в кабинете у него. Ничего тут нет особенного!

— Да что ты? И много у него адепток в креслах засыпает по ночам? Да ещё и после вина? Не буду я тебя расспрашивать больше, — вдруг сказала она, — захочешь, сама расскажешь. На сбор опаздываем, соня, да и есть уже хочется.

Глава 5

День пролетел незаметно и вот мы уже собираемся на посиделки с друзьями. Обычно я не обращала особого внимания на свой внешний вид на этих прогулках, но сегодня долго крутилась перед зеркалом под недоуменным взглядом Кенны. Даже про макияж вспомнила и локоны, завив, распустила. А ещё пожалела, что гардероб давно не обновляла, и кроме пары платьев темных тонов в нём нет ничего. Ну, форма ещё, конечно.

— И один небезызвестный красивый и знатный магистр к этим преображениям никакого отношения не имеет? — всё же не удержалась от подколки подруга, разглядывая меня перед выходом.

Отвечать я не стала. Зачем врать? Сама же только о том и думала, что этот самый магистр будет знать теперь, где я нахожусь. А вдруг мы встретимся? Ну, случайно...

Ребята ждали нас у ворот Академии. Втроём. Новичка не было. Что же я, зря вчера магистру о нём рассказывала? Но нет:

— Он позже в таверну подойдёт. Дела какие-то, — сказал Маттей в ответ на наши вопросительные взгляды.

— —

Прогулка вечером, по хорошей погоде, да ещё и в отличной компании — чего ещё можно желать в выходной. Обычно я наслаждалась этими моментами, не желая ничего другого. Но сегодня, проходя по тихим улочкам между аккуратными домиками с лужайками и клумбами, я поймала себя на мысли, что жду чего-то другого. Нет, теплый вечер — это здорово, и друзей своих я просто обожаю, вот только предпочла бы я гулять не с ними, а с одним очаровательным магистром. Умом я понимала, что вместе нам не быть: я простая адептка, не отличающаяся ни красотой, ни богатством, ни знатностью, а он места всех невест империи. Какая уж из нас пара... Но на то и молодость, чтобы иногда придаваться мечтам.