| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Куда? К Варваре Ивановне в покои?
Прохор пожал плечами.
— В походе я его завсегда бужу на рассвете.
— И раньше так делал?
— Барин приказал...
Митчелл представил себе возмущение Варвары, которую разбудят в пять утра, даже раньше, и хмыкнул. Отпустить болвана? Так мадам его пришибет чем потяжелее, у нее рука крепкая. А потом еще с мужем поссорится. А только ведь помирились.
Нет, пусть пока посидит.
— Я тебя отпущу к завтраку. А пока побудешь здесь.
— Да ты...!
Развить тему Прошка не успел — кляп вернулся на место.
— Сиди молча. Я тебе, считай, жизнь спас. Потом поблагодаришь. И учти — вломишься без разрешения мадам Барбары в ее комнаты — я за твою шкуру дорого не дам. Я еще добрый, она это терпеть не будет.
Фырканье было выразительным даже через кляп.
Митчелл пожал плечами.
— Думай, что пожелаешь, но к мадам без ее разрешения не лезь. А то сутки увязанным просидишь в следующий раз.
И вышел вон.
Он все сказал, умному достаточно.
* * *
Кто бы сомневался, что Прохор Дубасов был верным. А вот умным ли?
Если решил ввалиться и пожаловаться аккурат на завтрак.
— Барин, да что ж это делается?! Не виноватый я, не вели казнить!
Суворов чуть омлетом не подавился.
— Прошка?
— Я, барин, тебя будить шел, а вот энтот, — кивок в сторону Митчелла был очень выразительным, — аспид перехватил меня, связал и сидеть оставил! Потому я тебя, значит, и не разбудил, как положено.
Варя сощурилась. А вот таких подробностей о своей личной жизни она не помнила.
— Александр, я правильно понимаю, твой денщик ввалился бы к нам в спальню, и принялся тебя будить? Несмотря на то, что я сплю рядом?
Суворов даже глазами хлопнул.
Ну...
— Он бы постучался.
— Ага... — за столом все затихли, ожидая продолжения. Варя покрутила в руках вилку, потом мило улыбнулась и как-то так выразительно воткнула ее в ветчину, что Прошка невольно шаг назад сделал. — Прохор Иванович, правильно?
— Да, барыня.
— Прохор Иванович, если барин спит со мной в одной кровати — ты его не будишь. Сам как проснется, так и выйдет. Ясно?
Прохор даже кивнул.
Таким ласковым тоном барыня никогда не говорила. И спорить не хотелось... целее будешь.
— Ага... А...
— Дорогой супруг, — ласковый взгляд переместился уже на Александра. — Я не хочу, чтобы хоть один мужчина, кроме вас, заходил в мою спальню. Тем более, видел меня в кровати.
А еще будил Варвару в пять утра.
Это в двадцать лет тебя разбудят — ты перевернулась на другой бок и дальше спишь. В сорок так уже не получается. А не высыпаться — вредно.
Но мужу и первой причины хватит.
— Варя, но Прохор же...
— Саша, если ты считаешь, что в мою спальню можно заходить посторонним мужчинам — составь список, — мурлыкнула Варвара. — Кому, сколько, когда... или спи отдельно, чтобы Прохор мог тебя будить в любое время.
Александр замялся.
Отдельно не хотелось.
Рядом с Варварой оказалось удивительно уютно. Когда просыпаешься среди ночи, и тебя обняли, и под бочок подкатились, и даже ногу закинули... тепло так, хорошо и спокойно.
— Я...
— Я сплю без одеяла. Помнишь?
А еще без ночной сорочки. И даже без нижнего белья. Как говорит Наташа — вообще без ничего.
Суворов это сообразил — и спорить не стал.
— Так и сделаем. Прошка, если мы с женой вместе ночуем, ты к нам не заходишь. Сам выйду, понял?
Понял.
Расстроился. И на Варю смотрит, как на врага народа.
Варя ответила милой улыбкой и показательно сунула в рот ломтик ветчины. Нужен вам враг?
Обеспечим!
И погрозила Митчеллу кулаком под столом. Еще и хихикает втихаря, паршивец.
* * *
Этот разговор происходил в одном из клубов Лондона. Не самом престижном, правда, потому что участниками его были вовсе не лорды.
Не пришло еще время среднего класса, только начинают сколачиваться капиталы. И этот вопрос собрались обсудить несколько мужчин.
Мистер Гой, мистер Беллинс, мистер Пикерстиль-младший, мистер Смит... да-да, очень распространенная фамилия, но если человеку так нравится? Кто уж он на самом деле? Неизвестно. Разведка — она и в семнадцатом веке разведка, и в сто семнадцатом веке, наверное, будет. Неприметная, скромная такая, с совершенно обычной фамилией Иванов. Или Смит. Или Мартин. Кому какая нравится.
А вот тема для обсуждения была важная. Английские дельцы глупыми не были, чутьем обладали в полной мере, и опасность осознавали. Пираты, пусть они ни разу не вступали на корабль, все равно — пираты. И методы их не меняются от века к веку.
— Нас могут вытеснить из Петербурга.
Это было не объявление — констатация факта. В Петербурге сейчас действовало несколько английских магазинов, хорошо действовало, давно, и сейчас, когда Екатерина запретила ввоз товаров из Франции... догадались? Да-да, эти милые и приятные законы рынка. А тут даже не пришлось стараться и давить конкурента, за них все сделали.
И вот! Какая неприятная неожиданность.
На стол медленно положили маленькую зеленую лягушку.
— Модный дом 'Ва-сьи-ли-сья the beautiful'.*
*— да-да, автор в курсе, что это не Прекрасная, а красивая, но что поделать, если английский — такой скучный и схематичный язык? Прим. авт.
Мужчины помолчали немного.
Они отлично понимали опасность.
Варя-то применяла методы рекламы и торговли из двадцать первого века. И конкурировать с ней английские магазины просто не могли. Не знали — как. Но это бы половина проблемы.
А как насчет фабрики?
Варвара покусилась на самое ценное! На священное право англосакса продавать туземцам бусики! Как тут удивлять, если ты им бусики, а они смотрят — и тебе показывают такие же, только еще лучше сделанные? Как тут бриллианты за бусики требовать?
Правильно, никак.
И при чем тут разведка?
А при всем! Тут и воспитание англофилов, и внушение, что 'В Англии лучше', и шпионаж, и торговая война... как тут без скромных и неприметных?
И вот, им переходит дорогу Варвара Суворова.
И ладно бы — обычная баба. Но... не обычная. И устранить ее не так просто.
Графиня. Дворянка, супруга выдающегося полководца, в милости у императрицы... можно попробовать скомпрометировать, но чем? Да и как это повлияет на торговлю?
Еще и быстрее все раскупать будут, после скандала-то! Это про магазин могут не услышать, а про скандал всем интересно. А там и про магазин... сами конкурентку продвинут.
Да не в магазине дело!
Ладно бы, она предлагала английские товары! Это бы ей простили. Но русские?!
Туземцы не должны иметь своей промышленности! Или она должна работать на 'белого хозяина'!
Первым нарушил молчание мистер Гой.
— Что с ней можно сделать?
— Ничего, — коротко ответил компаньон, — у нее связи, знакомства, деньги, наконец.
— Деньги... муж щедро ее содержит, — хмыкнул Пикерстиль.
— Не муж, — коротко отозвался неприметный мистер Смит, — она сама княжна Про... Поз... неважно! У нее титул, ее брат — герцог, то есть князь.
— Деньги не бывают бесконечными.
— Не бывают. Но бить нужно не по Варваре Суворовой, — Пикерстиль чуточку лучше понимал русских, все же, его отец жил в Петербурге, и он там жил... — Ее тронуть нельзя. Но можно навсегда отбить у нее охоту заниматься этим делом.
— И как же?
Мужчина хищно сощурился.
— Она — женщина. Чувствительная, нервная... знаете, что она сделала? Она нанимает на фабрику — женщин с детьми. И обучает их, платит хорошую зарплату, детей там учат, лечат...
Мужчины переглянулись с одинаковым выражением.
Идиотка?
Как-то да.
Кого из них волновала смерть рабочего? Да наплевать на них! Рабочий нужен, чтобы выжать из него все соки, и выкинуть сухую шкурку, когда он будет подыхать от голода, холода и болезней. Сама суть накопления капитала — безжалостная эксплуатация человека. Английские фабрики так и были устроены.*
*— на ночь не читать. Автору потом три дня кошмары снились, после милых и добрых порядков 'Старого Лондона'. И вот ни разу не пропаганда, читайте источники 18 века. Прим. авт.
А тут бабы? Да с детьми?
— Если подумать, не так и глупо. Дети потом тоже будут годны на смену старым рабочим, — побарабанил пальцами по столу Беллинс. — И сразу они тоже кое-что могут делать.
— Расходов все равно будет больше, — поджал губы Гой.
Действительно, чего им-то возиться? Взял, выжал, выкинул, взял нового. И так по кругу. Бедноты в Англии хватает!
— Вы сейчас говорите не о том, — сощурился Пикерстиль. — А вот представьте себе — горит фабрика? И при пожаре погибнут и бабы, и щенки? А потом пойдет слух про фабрику на костях? Сможет ли она начать все сначала?
Мужчины переглянулись. Идея была богатая, но...
— Это — можно осуществить?
— Для этого я и пригласил мистера Смита присоединиться к нам.
Мистер Смит смотрел невинно. Голубые глаза весьма этому способствовали. И весь вид у него такой, наивно-добродушный, волосы соломенные, растрепанные, чуточку длинноватое, но симпатичное лицо, улыбка — прямо Джек-простак! Хоть ты картинку рисуй для книжки!
— Теоретически... мы можем это сделать.
— Что мы будем за это должны?
Мистер Смит улыбнулся.
Должны, конечно. Варя-то сведения собирала для себя, а эти будут для него. Хотя ему и так будет выгодно. Суворовы уверенно становятся опорой императрице, дружат с французами, вокруг них крутятся эмигранты... эту ось надо ломать вовремя. А если еще и за чужие деньги, отчего ж нет?
— Обсудим, господа! Мы всегда открыты для совместной работы.
Да-да, это просто работа.
Убийство людей, поджог, искалеченные жизни, сломанные судьбы.
Business only, nothing personal.*
*— только бизнес, ничего личного. Надо бы эти слова под 'Веселым Роджером' писать. Прим. авт.
Правда же?
* * *
Свадьба будущего императора Александра была роскошной. И Суворовы, конечно, были в числе приглашенных.
Екатерина Вторая, пристроив младшего внука (почти, чуть-чуть осталось), решила и судьбой старшего озаботиться. И нашла для него хорошую невесту.
Луизу-Марию-Августу Баденскую.
В крещении она получила имя Елизавета.
Конечно, речь пока не шла о полноценных брачных отношениях, даже в этом времени. Невесте четырнадцать, мужу шестнадцать, с точки зрения Вари, им не размножаться надо, а учебники анатомии читать. Там как раз есть глава о физическом развитии и слишком ранней половой жизни. И чем это чревато.*
*— очень советую. Нам биологичка такую лекцию прочла, что мы... нет, умнее не стали, но что в аптеках покупать — знали. Прим. авт.
Невеста была очаровательна. Жених смотрел на нее влюбленными глазами.
Бабушка умилялась, Потемкин, который слегка сдал в последнее время, сутулился и опирался на роскошную трость, улыбался.
Павел хмурился, его жена на девочку вообще смотрела, как классическая свекобра вульгарис. Вот сейчас и яд сцеживать начнет. Ладно, пока это не Варино дело. Но один взгляд в сторону Лотты, и она вспомнит эмблему медиков двадцать первого века. И будет Мария Федоровна яд сцеживать только в чашку, и только для терапевтического использования. За своих Варя и не такое в узел завяжет.*
*— можете почитать, сколько проблем было у Елизаветы из-за происков свекрови. Фу, так себя вести. Прим. авт.
— Красивая пара — заметил Александр. — И так друг друга любят.
— Угу — согласилась Варя. — Прелесть просто.
Полководец погладил супругу по руке. Варя поцеловала мужа в щеку. Думала она сейчас совсем о другом.
Александр и Елизавета. Красивая пара, все верно. Но... кажется ей, что в жизни у них все плохо сложилось? Сначала вроде было нормально, потом он загулял, она загуляла, детей не было... или были, но умерли? Нет, так хорошо она не помнила.
Вот что после Александра пришел его брат, а не сын — было. Но сейчас Николай даже еще не родился.
Свадьба шла своим чередом. Варя смотрела, как танцуют муж и жена, и невольно наткнулась взглядом на Константина и Шарлотту. Они танцевали вместе, но как-то... явно между ними ничего особо не было. Непорядок?
Еще какой.
Так что Варя изловила свою крестницу и утащила посекретничать.
— Лотта, вы с Константином ссоритесь?
— Нет, — поморщилась девушка. — Скорее, я ему безразлична.
— А он тебе?
— Не знаю... зря я на это согласилась.
Варя хитро улыбнулась.
— Знаешь, вы на кого похожи? На двух кошек в одной комнате. Они так же шипят и возмущаются.
Шарлотта фыркнула.
— Мяу?
— Почти. Ты с ним прямо поговорить не пробовала?
— Как? Вы мне не нужны, я вам тоже, но политика?
— Нет-нет, — Варя припомнила кое-что из тех самых сериалов, и улыбнулась. — Попробуй чуточку иначе?
Шарлотта послушала, подумала и кивнула.
— Попробую. А вдруг сработает?
— Даже если Константин не станет твоим мужем, пусть остается другом?
А вот с этим Лотта была согласна.
Другом — пусть.
* * *
— Мадам Барбара?
Голос за спиной Варваре был решительно незнаком. Ну и что?
После Шарлотты ее кто только так не называет!
— Месье?
За спиной Вари обнаружился мужчина лет пятидесяти — шестидесяти. Высокий, плечистый, со шрамом на лице, но странным образом, шрам его не портил. Наоборот, маскировал.
Варя вот сразу поняла — перед ней отъявленная сволочь. У него это на лице написано — человек без совести, принципов, чести, человек, который, развлекаясь, сбросит тебя в яму с медведем, а потом посочувствует медведю. И пойдет дальше, через час забыв об этом эпизоде.
Шрам — отличная маскировка. К нему просто не приглядываются.
А зря.
— Граф Орлов, к вашим услугам.
Варя очаровательно улыбнулась.
— Полагаю, вы меня знаете, ваше сиятельство.
— А еще знаю о ваших делах, мадам, — ответный оскал был вполне себе людоедским.
Варя даже не напряглась. Просто пожала плечами.
— Вполне возможно.
— И вас не интересует, что я о вас знаю?
Граф понизил голос, но не сильно. Варя невинно улыбнулась в ответ.
— Полагаю, это что-то ужасно компрометирующее. И опасное. Да?
— Да, мадам. Слово 'Аляска' вам о чем-то говорит?
Варя едва не фыркнула.
— Как и всем, граф, как и всем.
Григорий Шелехов с месяц назад появился при дворе впервые за долгое время, и к ногам Екатерины был положен первый золотой самородок.
Что-то подсказывало Варе, что Америке теперь не Аляска обломится, а от дохлого осла ушки. Ну и ладно! Самим в хозяйстве пригодится. Она помнила, в двадцать первом веке ракеты на Кубе ставили. А зачем? Вот на Аляске им тоже неплохо было бы? Нет?
— А такие имена, как Томас Холт? Брайан Хьюстон? Джордж Кастро?
Варя сдаваться не собиралась.
Вот как раз Роджера Уэбба, единственного, кто мог бы ее выдать, этот товарищ и не назвал. А значит — ничего и не было.
Принцип — никогда не признаваться, она усвоила еще в детстве. Даже если что-то и было — ничего! Никогда! Не было!!! Иначе на ребенка алкашей все повесят! Вплоть до кражи белья с веревки за десять лет до ее рождения!
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |