Зорн

Все от души смеялись, слушая как возбужденные удачей ребята в лицах показывали, какая стала физиономия у торговца, когда он вышел и не нашел свою машину.

Азани посмеялся вместе со всеми. Потом приказал героям неделю, не меньше, не появляться на улице, пока все не уляжется.

— Сами знаете, вычислят — убьют.

Все серьезно притихли. Сергей вздохнул: "Похоже, жизнь здесь не сахар".

— Теперь еще, самое главное. Завтра меня не будет. Никому в город не подниматься, а лучше всего вообще не выходить с базы. Завтра у всех выходной.

Все загалдели. Никого не прельщало весь день торчать в подземелье.

— Мы знаем, куда ты идешь! Мы тоже можем помочь.

— Все! Разговор окончен! Завтра на улицах будут стрелять, а я хочу увидеть вас всех живыми, когда вернусь.

По приказу Джерези улеглись рано, чтобы поспать несколько часов перед выходом. Кротову не спалось. Предстоящее дело совсем не пугало его. Натура у него была такая, что он долго мучился, принимая решение, но что-то решив, уже не сомневался и шел до конца. Другие мысли не давали ему уснуть — Джерези.

Что они будут делать, когда закончится эта война. По афганской привычке, он все боевые операции называл войной. Иногда ему казалось, что все будет прекрасно, и они с Джерези поженятся, а дальше все вообще будет хорошо. Но потом он одергивал себя и возвращался в действительность. Хоть он и чувствовал, что она не равнодушна к нему, но насколько далеко идут её планы относительно их отношений? Она уже намекала, что готова переспать с ним, но может этим все и кончится.

Кротов ворочался, ругая сам себя за мечтательность, и забылся сном только перед самым подъемом.

— Одеваемся сразу. В машине стекла затемним, чтобы никто ничего не заметил.

Джерези натягивала броню на армейскую майку. Кротов, не говоря ни слова, последовал примеру капитана. Вчера днем он походил в своем бронекостюме, чтобы привыкнуть, и сегодня чувствовал себя вполне уверенно. Обоих юношей Джерези заставила одеть бронежилеты.

— Полноценные бронники вам ни к чему, раз в бой вы вступать не будете, но вот эти штуки на всякий случай оденьте.

Придирчиво проверив, как они закрепили бластеры, она показала, как закрепить на бронежилете кассету с гранатами. Потом обернулась к Сергею.

— Ну, у тебя, смотрю, все в порядке. А это зачем?

Она удивленно уставилась на винтовку Драгунова.

— Пригодится. Сама знаешь, оружия много не бывает.

Кротову не хотелось сейчас раскрывать карты и объяснять, что она тоже должна остаться по дороге. В святилище он пойдет один.

— Ладно, хотя я не представляю, зачем этот хлам, если есть настоящее оружие. Но раз ты считаешь это нужным, действуй. Тащить этот груз тебе.

Джерези окликнула Азани:

— Ты поведешь?

— Нет. Аэс.

— Что? — Сергей, услышав последний ответ, даже бросил свои попытки засунуть куда-нибудь на бронекостюме пистолет Макарова. — Почему она? Мы же решили, что вас только двое.

— Она лучше нас всех водит машину. И машина её. И вообще...

Сергей понял, что Азани просто не смог отказать насевшей на него девушке. "Не надо было бы её втягивать", — подумал Кротов, но, чтобы не нарваться на скандал, промолчал. Джерези против девушки за рулем возражать не стала.

Когда подошли к машине, Аэс уже сидела в водительском кресле. Поздоровавшись со всеми, Кротову она только кивнула и тотчас отвела обиженные глаза. "Черт, я-то в чем виноват? Эх, женщины, женщины", — как многоопытный женовед вздохнул он.

На этот раз они не поехали в деловой квартал. Вчера Ронг, Азани и Джерези долго обсуждали маршрут. В результате выбрали тоннель, идущий из одного из парков. На видеозаписях его не было. Но подростки в один голос утверждали, что этот ход существует, только мало, кто о нём знает. Единственное, что не понравилось Джерези, да и Сергею тоже, то, что выходил тоннель опять в вентиляционный ход. Наверное, после прошлых событий все эти ходы проверили и сейчас туда так просто не попадешь.

— Ладно, это будем решать уже по месту. Поехали.

Джерези, севшая рядом с Аэс, поудобнее устроила игольник на коленях и обернулась к мужской половине компании.

— Шлемы держите под руками, чтобы в случае чего быстро одеть.

Заехав в парк, они некоторое время колесили по многочисленным дорожкам, пока не определились, и Ронг смог уверенно показать, куда надо ехать.

— Я здесь не спускался, но пару раз выходил. Так что не заблудимся.

Когда все вышли из машины, Аэс приоткрыла свою дверцу и, посмотрев на Кротова, тихо сказала:

— Сергей, я буду ждать тебя. Обязательно вернись.

Не дожидаясь ответа, она захлопнула дверцу, и машина рванула с места. Джерези хлопнула Кротова по спине.

— Что я тебе говорила?

В темноте никто не заметил, что Ронг ожег спину Кротова злым взглядом и что-то едва слышно прошептал.

Вход в тоннель на этот раз начинался в небольшой башенке, затерявшейся среди деревьев парка. Это был просто выход, ни для какой другой роли башенка не предназначалась. Несмотря на свою внешнюю заброшенность, внутри были видны многочисленные следы.

— Это сначала, — успокоил Ронг. — Здесь удобно отсиживаться в парке, если вдруг охрана погналась или бандиты. Мы пойдем в сторону от основных ходов.

Действительно, через полчаса, когда они отвернули в заброшенный старый ход, следов становилось все меньше, а через некоторое время в пыли остались только совсем старые отпечатки.

В свете фонарей шлемов, рядом с отпечатками обуви, видны были мелкие когтистые следы животных.

— Даули, — показав на них, пояснил Азани. — Если будешь один, а их много — могут напасть.

Кротов сразу вспомнил тех противных, похожих на крыс, серо-коричневых зверьков, которых он видел в самом первом своем путешествии по тоннелям.

Они шли уже больше двух часов. Однажды Джерези предложила передохнуть, но все дружно отказались. Впереди, по очереди, шли Азани и Ронг. В спорных случаях, когда надо было выбирать ход на развилке, Азани всегда прислушивался к доводам Ронга. Сергей с Джерези в их споры не вмешивались.

Когда, по мнению провожатых, до выхода в систему тоннелей святилища осталось совсем немного, Джерези приказала остановиться. Немного постояв в тишине, она сказала:

— Надо спешить. Наверху началось. Десант в эту минуту стартует.

— У тебя есть связь? — удивился Сергей.

— Только односторонняя, мой передатчик слишком слаб, чтобы пробиться из подземелья.

Глава 11

Дега еще не поднялась над горизонтом, а только чуть золотила краешек высоких облаков. День обещал быть солнечным, что нечасто бывает на Зорне. В предрассветном небе, будя обывателей, с ревом пронеслись первые атмосферники. Расходясь из походного ордера, они зависли в своих квадратах.

Следом за штурмовиками появились катера и пузатые групповые капсулы десанта. Основная волна ушла к центру города, где располагался Храм Общества Верных. Отделившиеся группы — по несколько катеров и капсул — направились к космопорту, комплексам зданий управления пограничной охраны, управления службы городской охраны и еще нескольким объектам, включая здание городского правительства и штаб-квартиры преступных синдикатов. Все эти объекты были признаны потенциально опасными и подлежали превентивной блокаде. Штурмовать их никто не собирался.

Главной целью атаки было святилище. Столь ранний час был выбран, чтобы успеть перекрыть все улицы, ведущие в храм, и не допустить прорыва сторонников Маттиаса, ежели такие появятся. Не очень знакомые с обстановкой, курсанты полагали, что самоубийц, полезших на имперские армейские части, в этом веселом городе не найдется.

Капсулы опускались прямо на улицы и площади. Борта отваливались, превращаясь в трапы, и по ним — волна за волной — выплескивались отливающие сталью шеренги курсантов в новеньких бронекостюмах.

Первые, отбежав от трапа, чтобы освободить место следующим, занимали позиции и прикрывали высадку. Вся операция развивалась как по учебнику. Офицеры, сбежав с трапа, собирали свои взвода и роты и, установив связь, докладывали на барражирующий командный пункт о готовности к дальнейшим действиям.

Приземлявшиеся рядом десантные катера выгружали технику. Вырываясь из чрева судна, бронированный наземный транспортер на секунду застывал, словно принюхиваясь к атмосфере новой планеты, потом, завывая двигателями, отправлялся к своему подразделению. Командиры транспортеров, бравируя, по пояс торчали из люков командирских башенок.

Небольшой инцидент произошел только в космопорту. Торговый корабль Кармадонского Союза, заметив происходящее, убрал трап и попытался взлететь. Однако по корабельной связи командиру корабля объяснили, что он не прав. Для убедительности приправив это картинкой висящих в небе катеров огневой поддержки и очередью дымовыми гранатами, выпущенной из башенного гранатомета транспортера. После этого инцидент был исчерпан.

Генерал Гворинс крутнулся на кресле в сторону Гронберга.

— Думаю, еще полчаса и мои люди полностью овладеют зданием Храма. Как видите, местные жители не такие дураки, чтобы сражаться с Империей.

Генерал не мог скрыть улыбки, с удовольствием наблюдая за безукоризненной высадкой своего десанта.

— Генерал, не расслабляйтесь. Давайте дождемся, когда нам доложат о захвате Маттиаса.

Что-то здесь не так. Безоблачное начало операции вместо того, чтобы успокоить, вызывало тревогу. Как плохо находиться вдали от места событий, без возможности своими глазами увидеть и оценить обстановку.

Перекрыв улицы и выставив технику так, чтобы люди могли пройти только по узкому коридору, курсанты замерли. Все. Больше делать было нечего. Оставалось только ждать.

Группы, которые должны были войти в Храм, тоже замерли у своих входов. Они ждали только команды. Большие двери святилища были закрыты. Они всегда открывались с первыми лучами солнца — если таковые в этот день появлялись. Если нет — открывались все равно примерно в это же время. Точно установленного времени для их открытия не было.

Офицеры отдавали курсантам последние распоряжения. Главная установка была одна — до последнего воздерживаться от применения оружия. Армейские командиры никак не хотели верить, что монахи начнут воевать с десантниками.

Лучи Деги скользнули сначала по небоскребам и крышам высоток. Потом окна многоэтажек стали загораться золотом все ниже и ниже и, наконец, мягкий утренний свет рухнул в ущелья улиц и расплескался по матовым дорожным плитам.

Полотно дверей главного входа и выхода лопнуло и поползло в разные стороны. Стоявшие наготове, курсанты с обеих сторон дверей, не дожидаясь, когда двери полностью разойдутся, запустили в проем "мух". Выждав несколько секунд, один за другим, кинулись за ними. Стоявшие снаружи напряглись, ожидая выстрелов, но все было тихо.

Двери разошлись на всю ширину и замерли. Из темного проема показалась фигура в бронекостюме. Знаком он показал, что все в порядке и можно следовать за ним. В шлеме командира зазвучал доклад разведчиков.

— Вошли. Все в порядке. Не видно ни одного человека, ни охранников, ни Верных.

— Продолжайте движение. Мы входим.

Когда роты втянулись в огромный темный коридор, ворота вдруг начали закрываться.

— Какого дракона?!

Стоявшие на блоке снаружи попытались остановить массивные створки, но тщетно.

— Заклиньте чем-нибудь! — закричал командир роты, не успевший зайти внутрь. Солдаты засуетились, стараясь найти, что-нибудь подходящее, но было уже поздно. Ворота отрезали вошедших.

Когда за спиной закрылись ворота, в большом коридоре вспыхнул свет. Хотя темнота и не была помехой для оптики боевого шлема, в освещенном пространстве все почувствовали себя уверенней. Молодая женщина-лейтенант, оставшаяся за старшего в роте, вошедшей в главный вход, наконец, ответила на вызов командира.

— На связи.

— Почему не отвечаешь? Как у вас?

— Осматривались. Появилось освещение. Пока все по-прежнему. Никого не видно, — вдруг её голос изменился. — Вру. Вижу людей. Сюда идет группа монахов. Встречаем.

Больше ни на один вызов лейтенант не ответила.

* * *

— Там, что? Бомбят сейчас? — Ронг испуганно глядел на Джерези.

— Нет, бомбить никто не собирается. Десант только для помощи нам. Блокируют Храм.

Кротов шагая замыкающим, подумал: "Интересно, а сама-то она верит в то, что говорит — просто блокируем храм и все. Блокировали мы так кишлаки". Через несколько минут показалась очередная дверь. При взгляде на неё Азани присвистнул.

— Ничего себе! — и весело добавил. — Нас тут не ждут.

— Да. — Согласилась с ним Джерези, проводя рукой по черной матовой поверхности двери. — Бронепластик. День или два как поставлено.

— Что будем делать?

Все повернулись к девушке.

— Капитан, остальные двери, скорее всего, тоже сменили.

— Я тоже так думаю, — ответила она, не показывая признаков волнения. Сняв ранец, Джерези достала оттуда небольшой контейнер. Достав вибронож и ловко вскрыв запечатанный ящичек, она вынула мягко провисающий белый шнур.

— Спасибо генералу Гворинсу, снабдил почти всем, что я просила.

Отрезав кусок шнура, остатки она аккуратно уложила обратно в ящик. Потом подошла к двери и стала прикреплять шнур к бронепластику. "Взрывчатка", — догадался Сергей. Подростки завороженно следили за манипуляциями девушки. Выложив из легко прилипающего к двери шнура овал, достаточный для прохода человека, она отошла и полюбовалась творением своих рук. Потом достала из ранца небольшой, уместившийся в её ладони, прибор. Медленно проведя им по краям двери, она посмотрела на экранчик.

— Отлично. Минирования нет.

Она обернулась к спутникам.

— Отойдите за выступы с двух сторон от дверей. И держите оружие наготове, вдруг с той стороны кто-то есть.

— Капитан, а нам взрывом не достанется? Может подальше отойти? — Сергей вопросительно смотрел на неё.

— Никакого взрыва не будет. Накладка просто прожжет броню.

— А, понятно. Типа кумулятивного заряда?

— Похоже, — не стала она вдаваться в объяснения. — Но принцип другой.

Она поправила шнур и закрепила прямо на нем круглую бляшку, похожую на пуговку. Та немедленно замигала красным огоньком.

— Ну, все. Ждем.

Джерези отошла к замершему у выступа Сергею и перекинула игольник из-за спины на грудь. Веревка на двери стала раскаляться, быстро изменяя цвет от темно-красного до ослепительного белого сияния. В тоннеле стало светло, словно включили огромный прожектор. Тени пропали. По мере того, как сияние становилось все ярче, стекло шлема все больше темнело. Так, что даже зажмуриваться не пришлось. Овал шнура все больше проваливался вглубь двери. Края бронеплиты вокруг веревки раскалились и сыпали огненными брызгами.

Через минуту сияние погасло, и раздался глухой стук. Выплавившийся кусок двери выпал в вентиляционный ход.

Джерези достала из кармана на спине бронекостюма кассету с "мухами" и вытряхнула две в воздух. Те застыли на секунду в воздухе и, подчиняясь её командам, нырнули в прожженный проем. Видимо, получив изображение с камер, она подошла к искореженной двери и, не обращая внимания на еще красневшие неостывшие края отверстия, наклонилась и засунула голову внутрь.