Стоит Свеч книга 2

— Ваша нонанима всё ещё у меня — сказал Мастерс. Когда он произнёс это, Валенсия лопнула, словно пузырь, исчезнув из вида. Какие бы методы он ни использовал, чтобы замаскировать свои эмоции, они не держались. Он выглядел отчаянно хмурыи и побеждённым, и я даже на секунду не поверил своим глазам. Это неверие было вознаграждено несколько секунд спустя, когда мир резко изменил своё обличье вокруг меня.

Валенсия тащила меня в сплетённой Ропи упряжи. Мы были всего в нескольких ярдах от корабля, в паре футов от нас нетерпеливо ждала Фенн. Как только она увидела, что я обратил на неё внимание, она бросилась вперёд, проигнорировав крик Амариллис, подняла меня, и потащила к кораблю. Я не мог ничего видеть дальше пяти ярдов, поскольку воздух был полон розовых лепестков. Как только Валенсия оказалась внутри, тонкая металлическая шкурка корабля закрылась за ней, и Хешнел принялся что-то делать с серебристой стеной.

— Нам стоит подождать — сказала Амариллис. — Нужно убедиться, что все здесь.

— Вы поставили оберег от Мастерса — сказал Хешнел.

— Мы считаем, что поставили — сказала Амариллис. — Сколько может выдержать этот корабль?

— Больше, чем может выдать пулемёт — сказала лиса, Гемма.

— Слишком поздно — сказал Хешнел. — Мы уже в пути.

Я быстро осмотрелся, проверяя состав, сперва наших, потом их. У нас шестеро против их пятерых, но если мы в движении (и узнать это наверняка не выйдет)...

Квест Выполнен: Двойственные Миры. Пять веков назад было пятеро грёзотёртых. Ответов о них в Предположения и Исследования не было. Если вы хотите знать больше, завершите Потерянный король — найден.

Это успокаивало, даже если и ощущалось несколько пустым. Я повернулся взглянуть на остальных, пока что проглотив идею о том, что находимся вместе с группой, демонстрировавшей различные уровни враждебности ко мне. Я серьёзно надеялся, что мы всё ещё в Плане А, учитывая то, что я знаю об их способностях. И если План Б был в том, что они попытаются быстро убить меня, использую все силы, то на мой взгляд мне хана, поскольку я не обманывался надеждой, что Данжн Мастер пощадит мою жизнь, или что у нас есть преимущество в чистой силе.

— Представимся — сказал тёмный эльф. — Я Хешнел Элек, это О'калд, Гемма, Дела, и Сэйд.

О'калд, протанковавший порядком пулемётного огня, выглядел потрёпанным, побитым и потрескавшимся в нескольких местах. Он прижимал к себе камушки там, где сочился ихор. Гемма была единственной из них, кого я ещё не встречал, и загадка того, с каким из оружий Анималия была связана, разрешилась, когда я увидел, как она сложила их вместе; он изогнулись, поплыли, и превратились в длинный клинок. Дела, ленсси, сидело на максимальном расстоянии от остальных, плавающий череп повёрнут в противоположную от нас сторону. Что до того, кого назвали Сэйд, это было, похоже, прозвище Паллиды. В какой-то момент её маслянистая броня полностью закрыла её, и голову, и руки, но сейчас оттекла обратно, позволяя ей говорить.

— Прошу простить за обстоятельства — сказала она, когда доспех открыл губы.

— Можем беспокоиться о вежливости позже — сказал я. Взглянул на своих компаньонов. — Нам нужно позаботиться об установлении доверия между собой.

— Джунипер, ты хренов засранец — сказала Фенн. Она сложила руки на груди.

— Что бы там ни было, это может подождать — сказал я. Взглянул на Амариллис. — Кольцо ключей следует считать скомпрометированным. С персональными деталями та же проблема, если мы предполагаем, что...

— Я не дам тебе так просто сорваться с крючка — сказала Фенн.

— Я знаю — ответил я, стараясь держать себя в руках. — Но прежде чем ты сможешь начать ругаться на меня за то, что я остался, мне нужно убедиться, что все — те, кем себя называют.

— Движущиеся картинки — сказала Амариллис. Она достала из кошеля на боку маленький серый шарик, тот, что Мастерс использовал для досмотра. С первой попытки можно догадаться, кто забрал его со стола. — Зелёный, синий и серый обозначаются как два, один и ноль. Каждая троица заглавий кодирует одну букву. Я их запишу.

— Господи Иисусе, мы серьёзно будем это делать? — спросила Фенн. — Это же целую вечность займёт.

— Я боюсь, что могу не обладать глубиной познаний, необходимой, чтобы пройти этот тест — сказала Солэс.

— Мы на месте — сказал Хешнел. Я не ощущал ни ускорения при взлёте, ни торможения при посадке.

— Так быстро? — спросила Амариллис. Тёмный эльф кивнул.

— Выход медленнее некоторых других методов гексальных путешествий, но ненамного.

Он подошёл к краю корабля, и движением руки заставил шкурку разойтись. Ландшафт за ним представлял собой широкое поле чего-то вроде пшеницы, а за ним на горизонте высокие горы. На свободном от посевов пространстве стояло несколько каменных домиков, в направлении которых он и зашагал.

— Мы в зоне действия оберегов от телепортации — сказал Грак. — Опять.

— Нам всё ещё нужно проверить — сказала Амариллис.

— Можете не спешить — сказал Хешнел, обернувшись и взглянув в нашу сторону.

— Я останусь с ними — сказал О'калд, продолжающий залатывать себя.

— Я тоже — сказала Паллида. — Гемма?

— Без проблем — сказала она.

Ленсси проделало несколько быстрых движений своими усиками и вышло из корабля, не дожидаясь чьего-либо ответа.

Я не думаю, что кто-то хотел это делать, но мы уселись за стол и принялись вырабатывать систему, которая сработает, учитывая то, что мы знаем о том, что мы знаем, и сохраняя как можно больше взаимно известной информации в секрете, пока её нельзя будет смешать с информацией, которая ложна или не взаимно известна, чтобы мы могли общаться между собой без возможности, что кто-либо сможет это подделать.

— Это не полностью надёжно — сказал я. Я думал о том, что Амариллис могла пройти через всё это с иллюзией меня, а теперь я прохожу всё это с иллюзией её, у которой уже были готовы все ответы, которые она выдавала иллюзии меня. Я бы задал вопросы, которых Мастерс не смог бы задать, и она сделала бы то же самое.

— Вообще не бывает ничего полностью надёжного — сказал Грак. — Любой, кто говорит иначе, лжёт.

Он встал со своего кресла, и принялся обводить нас жезлом; судя по тому, что шум внешнего мира немедленно прекратился, это был оберег от звука. За первым оберегом последовал второй, сделавший зону вне оберега чуть темнее; это был уничтожающий оберег от света, обеспечивающий, чтобы мы могли видеть, что происходит снаружи, о там не видели, что внутри. У последнего заметного эффекта не было, но я предположил, что он воссоздаёт свой оберег от магии иллюзий.

Грак начал первым. В теории, если он способен общаться, используя названия фильмов, то мы можем ему доверять, что означает, что мы можем доверять оберегам. Обозначать каждую букву тремя названиями фильмов было медленной, тяжёлой работой, но наши "хозяева" были готовы дать нам это время, так что мы им воспользовались.

Ч-И-С-Т-О

— Ладно — сказала Фенн. — Итак, всё нормально?

— Ещё нет — сказала Амариллис. — Я хочу одно короткое, связное сообщение от каждого, в идеале нечто личное. Если есть какие-либо сомнения, мы можем задать вопросы и выдать ответы друг другу. Солэс, у тебя должно быть достаточно багажа, учитывая наши киноночи. Небольшое количество повторов допустимо. Фальшивые названия должны повторяться примерно в той же пропорции, что и настоящие.

Мы все прошли это, один за другим. Временами мне было сложновато, особенно поскольку разница между зелёным и синим была в том, какие фильмы видел и о каких только слышал, что у нас всех было по разному. Была толика догадок, но мы просто записывали слова, и одна неправильная буква — не большая проблема. К тому же моя память была гораздо лучше, чем когда я только появился на Аэрбе.

Пока мы этим занимались, Фенн тихо бурлила. Её очередь была последней.

— Гражданин Кэйн, Лоуренс Аравийский, Пятьдесят Первых Свиданий — сказала она.

Это было или W, или Z; я не знал, видела ли она Лоуренс Аравийский, но не думал, что смотрела. Пятьдесят Первых Свиданий предлагалось на киноночь, но в итоге от него отказались.

— Трансформеры, Мой бойфренд отстоен, Змеи в самолёте — сказала она.

— Твой бойфренд отстоен? — спросил я. Очевидно, такого фильма нет, так что по коду это Т.

— Угу — сказала она. — Тебе серьёзно объяснять, почему?

— Закончи, пожалуйста — сказала Амариллис. Она сняла свой шлем, когда Солэс закончила, что позволило мне увидеть, как она поджала губы.

— Ладно — сказала Фенн. — Быки, Нечто, Крик.

Крик был очередным фильмом киноночи, когда я наложил вето на Нечто. То есть F.

— Готово — сказала Фенн.

— Это не слово — сказала Амариллис, нахмурившись.

— Это акроним — сказала Фенн. — Джун знает.

— Это аббревиатура — сказал я. Ощутил, как мои щёки краснеют. От излучаемой Фенн враждепности у меня волосы дыбом вставали. Мне было очевидно, и всем нам тоже, вероятно, что она нарывается на скандал, и не было неопределённости, с кем.

— Ой, да по*уй — сказала Фенн. Повернулась к Амариллис. — Разобрались? Закончили? Свели концы с концами?

— Да — кивнула Амариллис.

— Хочешь на меня наорать? — спросил я Фенн. — Потому что можешь наорать сейчас, если тебе это надо.

— У нас было грёбаное голосование, Джунипер, мы не заявляем, что каждый собирается делать, мы голосуем о том, что будем делать, как команда, а ты просто остался, словно считаешь себя героем — сказала Фенн. Она практически выплёвывала слова.

Я не мог не нахмуриться.

— Как бы ни было весело переговаривать каждое...

— Джунипер, если бы ты настаивал, я бы тоже осталась, но ты поступил самым тупым и безмозглым образом, что только возможно — сказала Фенн.

— Я думаю, нам стоит успокоиться — сказала Солэс. — Мы не выслушали перспективы друг друга о том, что произошло. Учитывая, что в деле были иллюзии, это может быть всего лишь недопониманием.

— Сильно подозреваю, что нет — ответил я. — Походу, Вал вырубила Мастерса вскоре после того, как Солэс открыла связь с деревом.

Фенн взглянула на Валенсию.

— Вы, бл*, издеваетесь? — спросила Фенн. Взглянула на меня. — То есть вдобавок ко всему, я была права, и неуязвимая Валенсия позаботилась обо всех своих проблемах самостоятельно, и была бы полностью в порядке и без нас?

— Слушая, я согласен, что мне следовало что-то сказать — ответил я. Я ощущал красноту на своих щеках. Я не хотел вести этот разговор, не под атакой Фенн, и не перед нашими друзьями. Это слишком ощущалось ворошением грязного белья. — Но был существенный фактор. Я был единственным, у кого был некий метод обхода того, что делал Мастерс.

Фенн зыркнула на меня.

— Ты придумал эту отмазку уже после.

— Угу — сказал я. Она слишком хорошо меня знает. — И что с того? Она перестаёт быть верной?

— Джунипер, ты помнишь мои рассказы обо всём дерьме, которое происходило со мной, когда я не прислушивалась к своему чувству удачи? — спросила Фенн. — Я в тюрьму попала. Меня надвое разрубили. Если я говорю, что пора съ*бываться, значит, пора съ*бываться.

— Я этого так сильно не чувствовал — сказал я. — И Мастерс мог это подделать.

— Ты сказал, что он был вырублен — сказала Фенн, скрестив руки на груди.

— Он мог это подделать. Очевидно, не сделал этого, но... слушай, я это так сильно не ощущал — начал я. Мои позиции были слабоваты. Казалось неприемлемым просто бросить Вал, но и остаться сейчас казалось так же плохо, и всё, что я делал, это придумывал отмазки, чтобы успокоить себя, споря аргументами, которые придумывал на ходу, вместо того, что действительно думал и чувствовал на тот момент.

— Ты так сильно не ощущал — повторила Фенн, сверля меня взглядом. — Ты настолько, бл*... — она помедлила, подбирая слово. — Не воспринимаешь меня всерьёз.

— Это из-за той хрени с Гражданин Кэйн? — спросил я. Она начинала меня раздражать, не только потому, что сейчас не время для этого, но и потому, что непонятно, с чего вдруг это.

— Грёбаный... — начала Фенн, затем остановилась и извлекла из перчатки две видеокассеты, бухнув одну за другой на стол. — Вот, Орсон Уэллс, Орсон Уэллс.

Я провёл взглядом по кассетам. На коробках было написано "Трансформеры, Полнометражный фильм", с аляповатой картинкой в стиле семидесятых. В углу, в списке создателей, значилось "И Орсон Уэллс в роли Уникрона".

Я поднял взгляд на Фенн.

— Другой фильм. — Перевернул коробку. — Копирайт 1988.

— Да не в том суть — сказала Фенн. — Суть в том, что я сказала, что видела это, а ты просто подумал, что я напутала или ступила, а оно не так. Я была права. Я сказала, что я чувствую, что нам нужно линять, а ты просто отмахнулся, словно это неважно.

— Ладно — сказала Амариллис. — С этим вам двоим придётся разбираться самим, когда будет для этого время. Вал, можешь помочь?

— Простите? — спросила Фенн, поворачиваясь к Амариллис. — Ты серьёзно?

— Думаю, для этого придётся врать — сказала Валенсия. Она приподняла закрывающую её лицо пластину и взглянула на меня и Фенн. — Я пытаюсь прикинуть расклад, при котором можно сделать лучше, придерживаясь правды.

Она слегка нахмурилась.

— Нет — наконец, произнесла она. — Возможно, если бы они не знали, кто я. Я могла бы поговорить с ними по отдельности, но это займёт часы времени.

— У нас нет такого времени — сказала Амариллис. — Простите, но пока что можете злиться друг на друга и дальше. Нам нужно прикинуть планы, пока можем.

— Согласен — сказал Грак.

— Ладно — сказала Фенн. Злобно зыркнула на меня. — Я тебя люблю.

— Но — сказал я.

— Угу — ответила Фенн.

— Ладно — вздохнула Амариллис. — Вал, доклад?

— У них было два плана — сказала Валенсия. — Это план А. План Б доставил бы нас в другое место, вероятно с убийством в пути, и если это не вышло бы, то это означало бы нечто вроде самоубийства для всех кроме ренацим. Они намерены поговорить с нами и выяснить, является ли Джунипер Избранным. Если оно так, у них смешанные мнения, что с этим делать. Они могут попытаться убить Джунипера, но это зависит от подробностей.

— Ладно — сказала Амариллис. — В таком случае, распишем, что и как.

— Я не знаю, что и как — сказала Валенсия. — Я складываю вместе то, что сказал Мастерс, что сказали они, и чтение эмоций.

Она махнула рукой в сторону Сэйд и Геммы, стоявших за созданным Граком оберегом, и тихо переговаривающихся.

— Сэйд практически излучает неуверенность. Насколько я могу понять, для неё всё это слишком, возможно, учитывая её вид, из-за того, что она слишком размякла из-за смертей и перерождений. Гемма с рождения играет свою роль — это дополнительная информация снизу, она часть Лисьей Стражи, могу позже рассказать о них — так что она связана долгом, но не уверена, распространяется ли он на происходящее здесь.

— А ленсси хочет меня убить — сказал я. — Как и беллад. Что насчёт тёмного эльфа?

— Тут всё сложнее — сказала Валенсия. — Я знаю, что ты это знаешь.